Определение суда апелляционной инстанции

Судья Абалакин А.Р.

Дело № 33-25333

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

06 августа 2019 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Вьюговой Н.М.,

судей Мухортых Е.Н., Дубинской В.К.,

при секретаре Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Мухортых Е.Н. дело по апелляционной жалобе истца О.А.А. на решение Зеленоградского районного суда г. Москвы от 06 ноября 2018 года, которым постановлено:

исковые требования О.А.А. к ДГИ г. Москвы об установлении факта принадлежности правоустанавливающего документа и признании права собственности – оставить без удовлетворения,

установила:

О.А.А. обратился в суд с иском к ДГИ г. Москвы и просит установить факт принадлежности правоустанавливающего документа - свидетельства о праве на наследство по закону, выданного 10 августа 1984 года на имя О.Г.А. – О.А.А., умершей 03 августа 1991 года; признать право собственности истца на жилой дом, расположенный по адресу: ***.

В обоснование заявленных требований указал о том, что 03 августа 1991 года умерла О.А.А., которая 18 июня 1991 года составила завещание в пользу О.А.Н., О.А.А. (истца), О.Р.А. (третьего лица). О.А.Н. умер 21 марта 1995 года. Наследственное дело к имуществу умершей О.А.А. не открывалось. Нотариально удостоверенным заявлением от 26 марта 2015 года О.Р.А. отказался от причитающейся ему доли в наследстве, оставшемся после смерти О.А.А., в пользу О.А.А. Умерший 21 марта 1995 года О.А.Н. при жизни с заявлением о принятии наследства после смерти О.А.А. к нотариусу не обращался. К моменту смерти О.А.А. ей на праве собственности на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 10 августа 1984 года принадлежал жилой дом, расположенный по адресу: *** (в настоящее время адрес: ***), однако в данном свидетельстве имя наследодателя указано как «Галина» вместо правильного «Агафия». Истец в установленный законом срок фактически принял наследство, оставшееся после смерти О.А.А., поскольку взял старинный самовар и золотой крест в память о бабушке в день похорон, к нотариусу не обратился по причине юридической неграмотности. В свидетельстве о праве на наследство допущена описка, которая препятствует регистрации права собственности на наследственное имущество.

Представитель истца в судебное заседание явился, требования поддержал, просил установить факт принятия О.А.А. наследства после смерти О.А.А.

Представитель ответчика ДГИ г. Москвы в судебное заседание явился, требования не признал.

Третье лицо О.Р.А., представители третьих лиц Управления Росреестра по г. Москве, МГНП, ТУ Росимущества по г. Москве в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Судом постановлено вышеуказанное решение, об отмене которого по доводам апелляционной жалобы просит истец О.А.А. в лице его представителя Л.Е.В., ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам, допущенные судом нарушения норм материального и процессуального права.

В судебном заседании коллегии представитель истца О.А.А. по доверенности Л.Е.В. на удовлетворении апелляционной жалобы настаивала.

Представитель ответчика ДГИ г. Москвы по доверенности П.О.Г. в судебном заседании коллегии против удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения суда возражал.

Иные участвующие в деле лица в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем на основании ст. 167 ГПК РФ коллегия посчитала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, выслушав явившихся лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда, постановленного в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 03 августа 1991 года умерла О.А.А., 18 февраля 1912 года рождения.

18 июня 1991 года О.А.А. составила завещание, которым завещала из принадлежащего ей имущества жилой дом по адресу: ***, О.А.Н., О.А.А. (истцу), О.Р.А. (третье лицо) в равных долях. Данное завещание удостоверено государственным нотариусом 24 Московской городской нотариальной конторы М.И.В., зарегистрировано в реестре за № 4-1429.

Наследственное дело к имуществу умершей О.А.А. не открывалось.

21 марта 1995 года умер О.А.Н.

Нотариально удостоверенным заявлением от 26 марта 2015 года О.Р.А. отказался от причитающейся ему доли наследства, оставшегося после смерти О.А.А., в пользу О.А.А.

Обращаясь в суд с настоящим иском, О.А.А. указал, что к моменту смерти О.А.А. ей на праве собственности на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 10 августа 1984 года принадлежал жилой дом, расположенный по адресу: *** (в настоящее время адрес: ***), однако в данном свидетельстве имя наследодателя указана как «Галина» вместо правильного «Агафия». Истец в установленный законом срок фактически принял наследство, оставшееся после смерти О.А.А., поскольку взял старинный самовар и золотой крест в память о бабушке в день похорон, к нотариусу не обратился по причине юридической неграмотности. Согласно пояснениям истца, он проживал в доме наследодателя О.А.А., в том числе и на день ее смерти – 03 августа 1991 года.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и во взаимосвязи с доводами и возражениями участвующих в деле лиц по правилам ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь ст. 546 ГК РСФСР, ст. ст. 1152-1154 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", суд пришел к выводу о необоснованности заявленных О.А.А. требований и в иске отказал в полном объеме.

При этом суд исходил из отсутствия доказательств, подтверждающих факт принятия истцом наследства после смерти О.А.А.

На момент смерти О.А.А. была постоянно зарегистрирована по адресу: ***. Истец О.А.А. был зарегистрирован по другому адресу.

В спорном домовладении истец никогда не был зарегистрирован, доказательств вступления во владение домовладением им не представлено, равно как и доказательств несения расходов по его содержанию, оплате жилищно-коммунальных услуг в юридически значимый период.

Показания свидетелей В.В.В., Ч.В.И., Л.Г.И., допрошенных по ходатайству истца в подтверждение доводов о фактическом принятии наследства, которые показали, что истец после смерти О.А.А. проживал в спорном домовладении, суд дал в решении надлежащую оценку, основанием для удовлетворения иска они не признаны.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Достоверных и убедительных доказательств фактического принятия истцом наследства после смерти О.А.А., а также сведений о том, что истец совершил какие-либо действия, свидетельствующие о фактическом принятии им наследства, истцом суду не представлено.

Поддерживая вывод суда об отказе в удовлетворении заявленных требований, коллегия учитывает и отсутствие доказательств, подтверждающих факт принадлежности О.А.А. правоустанавливающего документа - свидетельства о праве на наследство по закону, выданного 10 августа 1984 года на имя О.Г.А.

Согласно похозяйственной книге дер. *** Кутузовского сельского совета народных депутатов Солнечногорского района по состоянию на 21.09.1983, в жилом доме проживали О.Н.Т., 19.02.1913 года рождения, умерший 09.09.1974, и О.Г.А., 04.03.1914 года рождения.

Тогда как, О.Н.Т. умер 09.09.1979, а О.А.А. родилась 18.02.1912.

Более того, указанные лица проживали в дер. *** в д. 11, а не в д. 10.

В актовой записи о регистрации брака 27.01.1945 О.Н.Т. и О.А.А. указано, что последней на момент регистрации брака исполнилось 33 года, тогда как наследодателю О.А.А. на тот момент было 32 года.

Из справки ДГИ г. Москвы на запрос суда усматривается, что на основании свидетельства о праве на наследство по закону, выданного 10.08.1984, в Кутузовском сельском совете народных депутатов Солнечногорского района Московской области 20.08.1984 на имя О.Г.А. зарегистрировано право собственности на спорный жилой дом.

Из указанного свидетельства от 10.08.1984 следует, что оно выдано О.Г.А., проживающей по адресу: ***.

В копии финансового лицевого счета по адресу: *** (а не квартира *** – как в свидетельстве), указано, что по данному адресу была зарегистрирована О.А.А., 25.02.1912 года рождения (а не 18.02.1912 года рождения).

В трудовой книжке, начатой 20.08.1946, и вкладыше в трудовую книжку, заполненном 14.03.1980, указана О.Г.А.

Тогда как, по сведениям Управления ЗАГС г. Москвы, актовая запись о перемене О.А.А. имени не составлялась.

При жизни О.А.А. с заявлениями об исправлении ошибок в свидетельстве о праве на наследство и свидетельстве о права собственности в компетентные органы не обращалась.

Учитывая многочисленные противоречия в представленных документах, достаточных оснований полагать доказанным факт принадлежности О.А.А. свидетельства о праве на наследство по закону, выданного 10.08.1984 на имя О.Г.А., нахождения жилого дома по адресу: ***, заявленного истцом в качестве наследственного имущества, в собственности наследодателя О.А.А. нельзя.

Доводы апелляционной жалобы со ссылкой на неправильную оценку судом собранных по делу доказательств, в частности, показаний свидетелей, судебной коллегией отклоняются как необоснованные, поскольку в соответствии с ГПК РФ право оценки достоверности, допустимости, достаточности и взаимной связи доказательств принадлежит суду. Результаты оценки доказательств суд подробно отразил в решении. У судебной коллегии оснований для иной оценки не имеется.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к изложению правовой позиции истца, выраженной в суде первой инстанции и являвшейся предметом исследования и нашедшей верное отражение и правильную оценку в решении суда, основаны на ошибочном толковании норм материального права, направлены на иную оценку обстоятельств дела и доказательств, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами , и ГПК РФ, а потому не могут служить основанием для отмены решения суда.

Таким образом, при рассмотрении дела судом не допущено нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, в связи с чем оснований к отмене решения суда не имеется.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Зеленоградского районного суда г. Москвы от 06 ноября 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи