Определение суда апелляционной инстанции

33а-3497/2022

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

адрес 01 июля 2022 года

Судебная коллегия по административным делам Московского городского суда в составе:

председательствующего судьи Ставича В.В.,

судей фио, фио,

при секретаре Зейналян Л.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании, по докладу судьи фио, административное дело по апелляционной жалобе фио на решение Замоскворецкого районного суда адрес от 14 февраля 2022 года по административному делу № 2а-286/2022 по административному исковому заявлению фио к ФСИН России и МВД России о взыскании компенсации,

У С Т А Н О В И Л А:

Халтурин Е.Н. обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просил взыскать в его пользу компенсацию за нарушение условий содержания под стражей и в исправительном учреждении.

В обоснование доводов указал, что в период с 22.06.2015 по 31.01.2018 в отношении него нарушались сроки содержания в ИВС.

При этом камеры, в которых он содержался имели низкий уровень освещенности, санитарные узлы были отгорожены от жилой зоны низкой перегородкой, слив работал не во всех камерах, отсутствовали унитазы, бочки для питьевой воды, уборочный инвентарь, средства гигиены не выдавались; камеры находились в антисанитарном состоянии.

Спальные места не соответствовали установленным нормам, а подушки и одеяла находились в плохом состоянии; вентиляция не работала, горячая вода была не всегда, сифоны протекали, а краны были в неисправном состоянии.

Температура воздуха не всегда соответствовала установленным нормам.

Имели место случаи, когда перед этапированием из ИВС в СИЗО не кормили, а сухой паек не выдавали.

Смена белья не производилась в установленном порядке.

Размеры оконных проемов были маленькими и зарешечены.

Размеры столов и скамеек не соответствовали установленным требованиям.

Медицинские осмотры не проводились, как и лечебно-профилактическая и эпидемиологическая работа.

В зале суда и конвойных помещениях он содержался в запертой клетке.

Конвоирование производилось в наручниках.

Также указывает, что в автозаках он перевозился в маленькой камере, которая запиралась на навесной замок и имела неудобную скамейку, при слабом освещении, без ремней безопасности и поручней, а также без отопления. Лючек пропускал дождевую воду, а летом не выполнял своей функции. Имели место случаи ненадлежащего санитарного состояния, наличие собачей шерсти и запаха.

25.11.2016 года при транспортировке в СИЗО -1 УФСИН России по адрес он вез свое сумку весом более 30 кг на коленях.

В СИЗО-4 УФСИН России по адрес не обеспечивалось раздельное содержание с осужденными, приговоры в отношении которых вступили в законную силу, а также с ранее содержавшимися в местах лишения свободы.

Пища была некачественной.

Также полагает, что он необоснованно и беспричинно переводился из одной камеры в другую и помещался в карцер.

Кровати в камерах, столы и скамейки, температура воздуха не соответствовали установленным требованиям, подушки и матрацы были в плохом состоянии. Камеры не оборудованы горячим водоснабжением, освещение было тусклым, доступ к естественному свету был ограничен.

Также указывает, что содержался в боксах сборного отделения более двух часов.

Телефонные разговоры с родственниками не предоставлялись. Не оказывалась медицинская помощь.

После общения с защитником проводился полный обыск, иногда в помещении с незакрытой дверью.

При этапировании в СИЗО-1 адрес от автозака до поезда по вокзалу его конвоировали на цепи с другими осужденными, на виду у других пассажиров. При этом в руках приходилось нести тяжелые вещи.

В спецвагоне имелись откидные полки, не позволяющие вставать, а также отсутствовали условия для приема пищи, свет и вентиляция, постельные принадлежности.

Также указывает, что перевозился совместно с больным туберкулезом.

В СИЗО-2 УФСИН России по адрес он был помещен в камеру № 105, в которой содержались еще пятеро осужденных, постельное белье, полотенце не выдавали, выдали только грязные матрас и подушку.

В камере № 94 были разбиты стекла.

Прогулка предоставлялась менее часа.

В камере № 103 содержалось семеро человек, в том числе больных туберкулезом. Спать также пришлось без постельного белья на матрасе.

Камеры находились в антисанитарном состоянии, моющих средств и инвентаря для уборки, питьевого бочка, горячего водоснабжения не было. Туалетные кабины не были оборудованы запирающимися дверьми, унитазы отсутствовали.

В ФКУ ИК-49 УФСИН России по адрес из-за отсутствия карантинного отделения он был помещен в штрафной изолятор с другими осужденными, в том числе с больным туберкулезом и сифилисом. Постельное белье было выдано не сразу, в связи с чем остаток первой ночи пришлось спать на грязных матрасе и подушке. В штрафном изоляторе было холодно, камера имела площадь 11,2 м². Кровати имели повреждения пружинной сетки, вентиляция и радио не работали, стулья были изготовлены кустарным способом и имели выпирающие гвозди. Стены имели трещины и повреждения, осыпалась штукатурка, в том числе на кровати и стол. Стены были покрыты пылью, копотью плесенью и грибком; освещение искажало натуральные цвета.

Стол в камере был неровный, столешница имела повреждения наружного слоя и следы плесени.

Кран с горячей водой отсутствовал. Холодная вода не перекрывалась и капала, раковина имела сколы и не была оборудована сифоном, из-за чего пахло канализацией. Зеркало отсутствовало.

Дверь в туалет была близко расположена к унитазу, сливной бачек не работал как положено.

Питьевая вода отсутствовала.

В столовую не выводили, пищу приносили в камеру изолятора.

Медицинское освидетельствование по прибытии не проводилось. А беседа с фельдшером о состоянии здоровья проводилась в присутствии других заключенных.

Обувь и одежда были выданы не по размеру.

По прибытии не была предоставлена возможность телефонного разговора с родственниками.

В общежитии площадью 185,5 м² проживало более 100 осужденных, кровати стояли впритык, проходы между ними были минимально сужены.

Подушки и матрасы были старыми.

Оконные рамы были старыми и гнилыми.

Температура в помещении не соответствовала установленным нормам, на стенах имелись плесень и грибок, отсутствовала вентиляция.

Питание не было полноценным и разнообразным; одни и те же блюда повторялись более трех раз в неделю, нередко использовались испорченные продукты; масло, молоко и фрукты не выдавались, свежие овощи выдавались редко.

Отсутствовала место для хранения продуктов.

На помывку 100 человек отводилось 60 минут и 6 душевых леек. Вода была мутно-желтого цвета, на стенах был налет. Вода должным образом не фильтровалась.

Рядом с исправительным учреждением находилась свалка, которая несколько месяцев в году горела и дымилась.

Медицинское лечение не предоставлялось.

В нарушение положений ч. 5 ст. 173 УИК РФ он был освобожден только 17.12.2019, во второй половине дня.

Решением Замоскворецкого районного суда адрес от 14 февраля 2022 года административные исковые требования удовлетворены частично.

Признаны незаконными действия (бездействие) ФСИН России, выразившиеся в не обеспечении надлежащих условий содержания фио в следственных изоляторах.

С Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации в пользу фио взыскана компенсация в размере сумма, в лице МВД России - сумма.

В апелляционной жалобе Халтурин Е.Н. просит отменить решение суда и удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Полагает, что судом первой инстанции не дано надлежащей оценки приведенным им доводам, не была исследована медицинская карта. При этом не были допрошены свидетели, несмотря на соответствующее ходатайство.

Также полагает, что выводы суда основаны на предположениях.

Представители ФСИН России и МВД России в апелляционных жалобах просят решение суда отменить, поскольку полагают, что основания для удовлетворения заявленных требований отсутствовали. Представитель МВД России также полагает, что административным истцом пропущен срок обращения в суд с требованиями, предъявленными к МВД России, а также полагает, что судом не исследовался вопрос о наличии причинно-следственной связи между периодами нахождения в ИВС и действиями (бездействиями) сотрудников МВД России.

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения.

Согласно ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей.

При рассмотрении такого административного искового заявления, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

В силу ч. 2 ст. 62 и ч. 11 статьи 226 КАС РФ обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений. Обязанность по доказыванию того, какие права и свободы нарушены этими решениями, действиями (бездействием), соответственно возлагается на лицо, которое их оспаривает.

Из содержания указанной нормы следует, что обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 3 постановления от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Из содержания п. 14 данного постановления следует, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

В частности, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в и Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки.

Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

В силу Федерального закона РФ от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с РФ, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Правильно руководствуясь указанными нормами и разъяснениями, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии нарушений условий содержания фио под стражей и в исправительном учреждении.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в отношении административного истца все же имело место нарушение условий содержания под стражей, за которое действующим законодательством полагается присуждение компенсации.

При этом суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что административным ответчиком не представлено доказательств, которые могли бы свидетельствовать о содержании фио в камерах следственного изолятора на протяжении всего времени с соблюдением нормы санитарной площади.

При этом, судом первой инстанции установлено, что при содержании фио в СИЗО-4 нормы санитарной площади не соблюдались, в частности в камерах № 35, № 42, № 18, № 45, № 3. Не соблюдались такие нормы и в СИЗО-1.

При этом суд первой инстанции пришел к выводу о том, что несоблюдение такой нормы не было восполнено созданием административному истцу условий для полезной деятельности вне помещений камер.

Суд первой инстанции также обоснованно исходил из того, что не соответствовало установленным требованиям и содержание административного истца в изоляторе временного содержания.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о нарушении положений того Федерального закона РФ от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», поскольку установил нарушение установленных законом сроков содержания административного истца в изоляторе временного содержания.

Согласно данной норме подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственных изоляторах, могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца.

Данное ограничение сроков обусловлено соблюдением прав и законных интересов лиц, содержащихся под стражей.

Административным ответчиком не представлено доказательств, дающих основание полагать, что несоблюдение указанных сроков являлось разумным и оправданным.

При этом суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы административного истца, касающиеся отсутствия унитазов и отсутствия приватности.

Оборудование камер ИВС чашей Генуя функции унитаза в полной мере восполняет. Вопреки доводам административного истца необходимые условия приватности соблюдались, а размещение умывальников в отдельных кабинах не предусмотрено.

Заслуживают внимания и доводы административного истца, касающиеся необеспечения его сухим пайком.

Минимальные нормы питания осужденных к лишению свободы, подозреваемых и обвиняемых определены Правительства РФ от 11 апреля 2005 года № 205, Минюста РФ от 17 сентября 2018 года № 189 и иными правовыми актами.

При невозможности выдать осужденным, подозреваемым и обвиняемым горячего питания, предусмотрена выдача сухого пайка.

Доказательств обеспечения административного истца сухим пайком не представлено.

Иные доводы административного истца, касающиеся того, что ему не в полной мере были обеспечены условия содержания ИВС опровергаются оставленным им 18.02.2017 года отзывом в Книге отзывов и предложений ОМВД России по адрес, в котором он указывает на приемлемые условия содержания.

При этом отсутствие отсутствии стола, необходимого для одновременного размещения всех осужденных камеры, приточно-вытяжной вентиляции при наличии естественной, отсутствии унитаза при наличии чаши Генуя не свидетельствуют о существенном нарушении прав осужденного, и не являются основанием для взыскания в пользу административного истца компенсации.

Доводы, касающиеся необходимости еженедельной смены белья также не могут свидетельствовать о наличии оснований для взыскания компенсации, поскольку как следует из административного искового заявления непрерывное содержание в ИВС более одной недели имело место лишь дважды в феврале и марте 2016 года и составило не более 16 суток.

Сам по себе факт несоответствия размера оконных проемов в камерном помещении не свидетельствует о нарушении условий содержания, поскольку в камерах имелось искусственное освещение.

Ссылаясь на неоказание во время содержания в ИВС медицинской помощи, административный истец при этом не указывает на наличие в это время каких либо жалоб на состояние здоровья.

Не влекут присуждение компенсации доводы административного истца, касающиеся размера столов и скамеек, поскольку не свидетельствуют о невозможности приема пищи.

Содержание Халтурина Е.Н. с лицами, приговор в отношении которых вступил в законную силу не может являться поводом для удовлетворения заявленных требований, поскольку само по себе не свидетельствует о наступлении в связи с этим неблагоприятных последствий для административного истца.

При этом в административном иске истцом не приводится доводов, указывающих на конкретные факты, свидетельствующие о наличии угрозы личной безопасности.

Наличие металлических решеток, преграждающих доступ к окну с обеих сторон, является средством охраны, поэтому наличие данной решетки не нарушает прав фио

Обоснованы выводы суда первой инстанции и в части касающейся оказания медицинской помощи.

В соответствии с п. 3 Порядка организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу, утвержденного приказом Минздравсоцразвития РФ № 640, Минюста РФ № 190 от 17.10.2005, медицинская помощь подозреваемым, обвиняемым и осужденным предоставляется лечебно-профилактическими учреждениями (далее - ЛПУ) и медицинскими подразделениями учреждений Федеральной службы исполнения наказаний, создаваемыми для этих целей, либо ЛПУ государственной и муниципальной систем здравоохранения.

Согласно п. 2 указанного Порядка оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России, а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения.

В СИЗО-4 медицинская помощь подозреваемым, обвиняемым, осужденным осуществляется филиалом «Медицинская часть № 2» ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России.

Из медицинской справки начальника-врача филиала «Медицинская часть № 2» ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России от 27.04.2020 установлено, что Халтурин Е.Н. в период нахождения в СИЗО-4 за стоматологической помощью не обращался. Указанная информация подтверждается и начальником-врачом ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России в представленном ответе от 28.04.2020 года.

Нахождение административного истца в металлической клетке в процессе судебного разбирательства и подготовки к нему не может являться самостоятельным основанием для взыскания денежной компенсации за нарушение условий содержания, поскольку неудобства, которые административный истец мог испытывать, неразрывно связаны с привлечением его к уголовной ответственности за совершение уголовного преступления и не свидетельствует о бесчеловечном или унижающем достоинство обращении.

Применение специальных средств в виде наручников соответствует установленному порядку конвоирования и не свидетельствует о том, что применение наручников представляло собой обращение, выходящее за пределы минимального уровня суровости, являлось чрезмерной мерой и воспринималось административным истцом, как унижающее его достоинство.

Суд первой инстанции пришел также к обоснованному выводу об отсутствии нарушений при перевозке в спецавтомобилях.

В соответствии с Приказа Минюста России от 4 сентября 2006 года № 279 в камерах для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, не предусмотрены поручни либо ремни безопасности. Также не предусмотрено наличие окон в камерах для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей.

Конструкция специальных автомобилей не предусматривает наличие поручней, ремней безопасности, а также мягких полок для сидения в камерах спецавтомобилей. При этом камеры специальных автомобилей оборудованы системой принудительной вентиляции и кондиционирования. Кроме того, приток свежего воздуха поступает через окна входной двери кузова автомобиля и аварийно-вентиляционного люка в крыше помещения караула.

Перемещение осужденных в спецавтомобиле само по себе не указывает на жестокое, унижающее человеческое достоинство обращение с такими лицами и обусловлено необходимостью исполнения назначенного им наказания.

Доводы, касающиеся помещения в карцер не могут быть приняты во внимание, поскольку помещение в карцер не оспаривалось административным истцом в установленном законом порядке и сроки.

Указывая на несоответствие в СИЗО-4 габаритов кроватей установленным нормам, административный истец не указывает в чем заключалось такое несоответствие и какие последствия это повлекло для административного истца.

Указывая о протечке потолка, административный истец не указывает в какой камере это имело место и в какой период времени.

Доводы о необходимости ремонта в некоторых камерах также не конкретизированы, поскольку административным истцом не указывается какие работы по ремонту, по его мнению, необходимо было выполнить, в связи с чем не представляется возможным оценить данные доводы на предмет соответствия условий содержания надлежащим.

Доводы касающиеся телефонных переговоров с родственниками так же являются необоснованными.

В соответствии с Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу и которые содержатся в следственных изоляторах, имеют право на телефонные разговоры с разрешения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, либо суда.

Сведений о том, что такое разрешение было получено административным истцом, не представлено.

Не нашли своего подтверждения и доводы административного истца о нарушении температурного режима, об отсутствии вентиляции и качестве предоставляемого питания.

Доводы касающиеся нарушения степени освещенности, которая, по мнению административного истца должна быть не меньше 150 лк, также являются необоснованными.

Как следует из пункта 14.30 Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП 15-01 Минюста России), утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 мая 2001 года 161-дсп, освещенность камер, карцеров, медицинских и боксированных палат должна соответствовать 100 лк - для люминесцентных ламп и 50 лк - для ламп накаливания.

Факт отсутствия горячего водоснабжения в камерах СИЗО, в которых содержался административным истец, не может рассматриваться, как нарушение его прав и законных интересов, поскольку требования об обязательном горячем водоснабжении в помещениях следственного изолятора действующими законодательством не предусмотрено.

Не нашли своего подтверждения и доводы административного истца о нарушении приватности при проведении обыска, а также касающиеся оказания медицинской помощи и нарушений условий конвоирования и перемещения в специальных вагонах.

Обоснованно отклонены доводы административного истца, касающиеся перемещения в спецвагонах.

Судом первой инстанции установлено, что конструкция специального вагона, внутреннее оборудование и оснащение помещений, а также системы жизнеобеспечения вагона соответствуют требованиям, установленным Санитарными правилами по организации пассажирских перевозок на железнодорожном транспорте СП 2.5.1198-03, утвержденными постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 04.03.2003 № 12.

При этом судом первой инстанции обоснованно учтено, что действующими нормативными правовыми актами не предусмотрены предоставление конвоируемым лицам индивидуальных спальных мест и выдача им постельных принадлежностей, предоставление конвоируемым лицам восьми часового непрерывного сна.

Судом первой инстанции также установлено, что количество лиц, содержащихся в одной камере, не превышало установленных норм. Все личные вещи конвоируемых лиц, содержащихся размещались в свободном пространстве под скамейками с левой и правой сторон, а также в свободном пространстве перед камерой.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что при содержании административного истца в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по адрес (уже как осужденного) норма жилой площади в расчете на одного осужденного, установленные в соответствии со УИК РФ не нарушались.

Не установлено судом первой инстанции и иных нарушений содержания административного истца в исправительном учреждении.

В ФКУ ИК-49 УФСИН России по адрес Халтурин Е.Н. прибыл 12.06.2018 и был помещен в камеру ШИЗО, функционирующую в качестве карантинного отделения где не содержался, как лицо отбывающие дисциплинарное взыскание, а содержались на общих условиях.

Данное обстоятельство имело место ввиду произошедшего 14.10.2015 возгорания кровли здания общежития, в котором располагалось карантинное отделение.

В период нахождения в карантине Халтурин Е.Н. был осмотрен медицинским работником.

Нарушений условия содержания в исправительном учреждении в период нахождения на карантине судом первой инстанции не установлено.

Период пребывания в карантине, установленный ст. 79 УИК РФ превышен не был.

Далее в ФКУ ИК-49 УФСИН России по адрес Халтурин Е.Н. содержался в отрядах № 3 и № 9.

Сведений о количестве осужденных, содержащихся в указанных отрядах, административным ответчиком не представлено.

В соответствии с Положения об отряде осужденных исправительного учреждения Федеральной службы исполнения наказания, утвержденного приказом Минюста России от 30 декабря 2005 года № 259, отряд создается приказом исправительного учреждения. Количество осужденных в отряде устанавливается в соответствии с нормативными актами Минюста России в исправительном учреждении в пределах 50-100 человек в зависимости от вида режима и численности осужденных.

Кроме того, в соответствии со УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Административным ответчиком не представлено надлежащих доказательств соблюдения установленных норм санитарно-бытового обеспечения лиц, содержащихся в исправительных учреждениях.

Доводы административного истца о нарушении сроков освобождения от отбывания наказания были необоснованно отклонены судом первой инстанции.

Так, прекращение отбывания наказания и порядок освобождения регламентированы УИК РФ, которая в устанавливает правило, согласно которому досрочное освобождение от отбывания наказания производится в день поступления соответствующих постановления суда, определения суда, а в случае поступления указанных документов после окончания рабочего дня - утром следующего дня; если поступившее постановление суда не вступило в законную силу и не было обжаловано, освобождение от отбывания наказания производится утром дня, следующего за днем истечения срока обжалования указанного постановления в кассационном порядке.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановления от 21 апреля 2009 года № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» разъяснил, что в случае принятия судом решения об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания осужденный подлежит освобождению в порядке УИК РФ

Таким образом, в УИК РФ в качестве единственного основания для досрочного освобождения от дальнейшего отбытия наказания федеральный законодатель предусмотрел поступление соответствующих постановлений суда, то есть применительно к настоящему делу - вступившего в законную силу постановления об условно-досрочном освобождении, следовательно, обязанность освободить осужденного у исправительного учреждения возникает в день поступления названного постановления.

В возражениях на административное исковое заявление представитель ФСИН России ссылается на освобождение административного истца после получения соответствующих документов.

Однако в нарушение положений ст. 62 КАС РФ сведений о том, когда поступили соответствующие документы, не представлены административным ответчиком.

Следовательно обязанность доказать соответствие оспариваемых действий требованиям действующего законодательства административным ответчиком не исполнена.

Постановление о замене Халтурину Е.Н. наказания более мягким вынесено Печорским городским судом адрес 04.12.2019, которое вступило в законную силу 15.12.2019.

Халтурину Е.Н. был освобожден 17.12.2019.

Доказательств правомерного содержания фио в местах лишения свободы в период с 15 по 17 декабря 2019 не представлено. Как и не представлено доказательств наличия препятствий для освобождения фио из мест лишения свободы в день вступления постановления в законную силу.

Не опровергнуты и доводы административного истца, касающиеся отсутствия в рационе осужденных молока.

Минимальные питания осужденных к лишению свободы, содержащихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 11 апреля 2005 года № 205.

Данным нормативным актом предусмотрено обеспечение осужденных молоком в количестве 100 мл на человека в сутки.

При этом доводы административного истца относительно выдачи масла и свежих овощей являются необоснованными, поскольку в соответствии с теми же Минимальными нормами питания осужденных в их рационе предусмотрено масло, только растительное, не предусмотрено ежедневное наличие именно свежих овощей в рационе, а фрукты предусмотрены в сушеном виде либо кисели сухие витаминизированные.

Учитывая, что административными ответчиками не опровергнуты доводы административного истца о содержании его в местах лишения свободы без законных на то оснований после замены наказания более мягким, а также о содержании его в условиях, не соответствующих установленным нормам и связанных с несоблюдением минимального размера жилой площади и организации питания, судебная коллегия приходит к выводу о том, что имеет место факт нарушения прав истца на надлежащие условия содержания в исправительном учреждении.

Доказательств обратного в нарушение КАС РФ суду не представлено.

При этом обоснованно отклонены доводы административного истца, касающиеся полигона ТБО. Судом первой инстанции установлено, что полигон для вывоза и утилизации ТБО расположен на расстоянии 2 км от ФКУ ИК-49 УФСИН России по адрес и находится в исключительном ведении администрации муниципального адрес.

Доводы, касающиеся количества холодильников также обоснованно были отклонены судом первой инстанции.

Из материалов дела следует, что помещения кухонь отрядов № 3 и № 9 ФКУ ИК-49 УФСИН России по адрес, в которых находился истец, оборудованы 2 холодильниками бытовыми, для хранения скоропортящихся продуктов питания, что соответствует нормам положенности определенными ом ФСИН России от 27 июля 2006 года № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы».

Не влекут присуждение компенсации доводы административного истца, касающиеся предоставления телефонного звонка по прибытии в исправительное учреждение, поскольку само по себе не свидетельствует о наступлении в связи с этим неблагоприятных последствий для административного истца.

На основании изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что при установленных обстоятельствах дела судом первой инстанции правильно определен размер подлежащей взысканию компенсации.

Содержание в условиях, не соответствующих установленным нормам, повлекло нарушение прав административного истца, гарантированных законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что в соответствии с приведенными выше правовыми нормами является основанием для удовлетворения заявленных требований.

Размер определенной судом компенсации является соразмерным и адекватным допущенным нарушениям, отвечающим требованиям справедливости.

Правовых условий, позволяющих принять иное решение по заявленным требованиям, судебной коллегией не установлено.

Доводы апелляционных жалоб не содержат в себе обстоятельств, которые бы влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда, следовательно, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь статьями 308 - 311 КАС РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

решение Замоскворецкого районного суда адрес от 14 февраля 2022 года оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Кассационная жалоба может быть подана во Второй кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Председательствующий

Судьи