Мотивированное решение

Решение

Именем Российской Федерации

05 октября 2020 года Замоскворецкий районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Н.В.Рубцовой

при секретаре Э.В.Кутелия

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-682/2020 по иску Бунтова Виталия Маратовича к ФСИН России о присуждении компенсации

установил:

Бунтов В.М. обратился в суд с административным исковым заявлением к ФСИН России о взыскании компенсации в размере  500 000 руб. за нарушение установленных законом Российской Федерации и Конвенции о защите прав человека условий содержания и обращения в исправительном учреждении.

В обоснование требований указал, что с 2004 по 2008 г. содержался в Хабаровском крае. В г. Щелково Московской области проживают его жена, сын и мать. В 2009 г. его перевели в Тульскую область в ИК-1. В исправительном учреждении подвергался пыткам, избиению. Европейским судом 05.06.2012 г. был признан факт пыток. В 2012 г. его перевели в ИК-12 ГУФСИН России по Пермскому краю; за весь период отбывания наказания имел 7 длительных свиданий, 10 краткосрочных, 12 продуктовых передач. В 2015 г. его перевели в ФКУ ИК-1 ОИК-2 ГУФСИН России по Пермскому краю, при этом было 9 длительных и такое же число краткосрочных свиданий, 15 продуктовых передач. С 02.08.2017 г. его незаконно одиночно изолировали в карцер в холоде, скудном освещении, без свежего воздуха, с плохим питанием, в болезненном состоянии, без медицинской помощи, применяя физическое и моральное насилие, подвергая пыткам. исправительные учреждения находились на значительном удалении, тем самым были нарушены его права.

Административный истец в судебном заседании заявленные требования поддержал.

Представитель ФСИН России Орехов И.В. представил письменные возражения, в которых просил отказать в удовлетворении требований.

Выслушав административного истца, представителя административного ответчика, исследовав материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований по следующим основаниям.

В силу ст. 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Как установлено в судебном заседании Бунтов В.М. прибыл в ФКУ СИЗО-1 г. Хабаровска 04.12.2001 г.

Осужден 18.07.2002 Хабаровским краевым судом по п. «з» ч. 2 ст. 105, п. «б,в» ч. 3 ст. 162, ч. 2 ст. 325, 317, ч. 1 ст. 222 УК РФ к пожизненному лишению свободы с конфискацией имущества.

Определением Верховного суда РФ от 30.10.2003 приговор от 18.07.2002 изменен, отменена ч. 2 ст. 325 УК РФ, смягчено наказание по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ до 20 лет лишения свободы, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательно назначено 25 лет лишения свободы с ИК строгого режима.

13.02.2005 прибыл из ИК-5 г. Советская Гавань в СИЗО-1 г. Хабаровска для дальнейшего следования в ИК-13 с. Заозерное.

16.02.2005 прибыл в ИК-13 с. Заозерное.

22.08.2008 прибыл из ИК-13 с. Заозерное в СИЗО-1 г. Хабаровска.

26.09.2008 убыл в ИК-8 пос. Старт

22.11.2008 убыл из ИК-8 пос. Старт в СИЗО-1 г. Хабаровска для дальнейшего следования в СИЗО-1 г. Тулы.

26.11.2008 убыл в ФКУ СИЗО-1 г. Тула.

Из справок, представленных ФКУ ИК-5, 8, 13, ФКУ СИЗО-1 следует отсутствие информации о наличии (отсутствии) заявлений, жалоб осужденного Бунтова В.М., журналы за тот период времени уничтожены.

Бунтов В.М. с 28.01.2009 отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Тульской области, 27.04.2010 г. убыл в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тульской области.

Убыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тульской области 05.07.2012 г.

Бунтов В.М. 19.08.2012 убыл для отбывания наказания и исправительное учреждение строгого режима ГУФСИН России по Пермскому краю.

Бунтов В.М. указывает, что с января 2009 по 27.04.2010 в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Тульской области подвергался пыткам с внедрением швейных игл под все ногти и вырыванием всех ногтей, избиениям и унижениям. По заявлениям родственников Донским межрайонным следственным отделом Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тульской области в порядке, предусмотренном ст.ст. 144,145 УПК РФ, проводилась проверка. Постановления следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности) СУ СК РФ по Тульской области 02.01.2015 уголовное дело прекращено за отсутствием события преступления.

Доказательств применения к осужденному Бунтову В.М. какого-либо насилия со стороны сотрудников ФКУ ИК-1 не представлено.

Бунтовым В.М. в 2010 году в Донской городской суд Тульской области подавалась жалоба на незаконные действия должностных лиц ФКУ ИК-1 УФСИН России по Тульской области по факту внесения в медицинские документы истца и документы учреждения сведений о диагнозе и лечении, которого он не получал. Бунтов В.М. указывал, что данные записи были сделаны умышленно, чтобы скрыть противозаконные действия сотрудников по удалению у него ногтевых пластин с пальцев. Решением Донского городского суда от 15.07.2010 в удовлетворении жалобы Бунтова В.М. отказано.

Решением Плавского районного суда Тульской области от 13.12.2012, вступившим в законную силу, отказано в удовлетворении заявления Бунтова В.М. об оспаривании решения должностного лица - постановления временно исполняющего обязанности начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тульской области Доброславского С.В. от 05 июня 2012 года о наложении на осужденного Бунтова В.М. дисциплинарного взыскания в виде водворения в штрафной изолятор, о признании незаконным содержания осужденного Бунтова В.М. в штрафном изоляторе в период с 5 по 20 июня 2012 года, о признании незаконными действий администрации ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тульской области принуждающих Бунтова В.М. отозвать жалобы из Европейского суда по правам человека и написать заявление в Следственный комитет РФ с просьбой прекратить уголовное дело №5-0004-2012 г. по которому он является потерпевшим от пыток сотрудников ИК-1 УФСИН РФ по Тульской области, о признании нарушений прав Бунтова В.М., гарантированных ст.3, ст.13, ст.34 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В заявлении Бунтов В.М. указал на бесчеловечное обращение, незаконное преследование и пытки, принуждении к отзыву его отзыву жалоб № 27026/10 и 25327/11 из Европейского суда и прекращения уголовного дела № 5-0004-2012, в период рассмотрения Европейским судом по правам человека его жалобы и после принятия ЕСПЧ постановления по его делу с 17.05.2012 г. по 05.07.2012 г.

В решении Плавского районного суда Тульской области от 13.12.2012 г. установило, что сотрудники ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тульской области не применяли к Бунтову В.М. каких - либо незаконных действий, принуждающих Бунтова В.М. отозвать жалобы из Европейского суда по правам человека и написать заявление в Следственный комитет РФ с просьбой прекратить уголовное дело №5-0004-2012 г. по которому он (Бунтов В.М.) является потерпевшим, о признании нарушений прав Бунтова В.М., гарантированных ст.3, ст13, ст.34 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В соответствии со ст. 64 КАС РФ данные факты не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или , относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

Бунтов В.М. отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-12 в периоды: с 14.09.2012 по 06.05.2013, с 13.05.2013 по 04.03.2015.

На основании персонального наряда ФСИН России от 20.07.2017 № 12- 14114-05 Бунтов В.М. прибыл в ФКУ ИК-12 14.09.2012 из ФКУ ИК-4 УФСИН России по Тульской области.

13.05.2012 прибыл из ФКУ СИЗО-З ГУФСИН России по Пермскому краю в ФКУ ИК-12.

Бунтов В.М. убыл 04.03.2015 в ФКУ СИЗО-З ГУФСИН России по Пермскому краю.

В ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Пермскому краю (далее – ИК-12) административный истец прибыл 14.09.2012, убыл 04.03.2015 в ФКУ ИЗ-59/3 г. Кизел для дальнейшего отбывания наказания в ИК-1 ФКУ ОИК-2 г. Соликамска Пермского края.

Порядок содержания осужденных в исправительных учреждениях регламентирован Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации (далее – УИК РФ), Приказом Минюста России от 16.12.2016 № 295 (ред. от 06.07.2017) «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений» (далее – Правила).

В соответствии с ч. 1 ст. 89 УИК РФ, п. 69 Правил осужденным к лишению свободы предоставляются краткосрочные свидания продолжительностью четыре часа и длительные свидания продолжительностью трое суток на территории исправительного учреждения.

В силу п. 71 Правил разрешение на свидание дается начальником ИУ, лицом, его замещающим либо назначенным приказом начальника ИУ ответственным по ИУ, в выходные и праздничные дни по заявлению (в том числе посредством электронной записи) осужденного либо лица, прибывшего к нему на свидание.

За время отбывания в ИК-12 осужденному Бунтова В.М. было предоставлено 4 длительных свидания с женой Бунтовой Ириной Анатольевной: 05.11.2012, 01.04.2013, 01.08.2013, 19.05.2014.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 92 УИК РФ, п. 84 Правил осужденным к лишению свободы предоставляется право на телефонные разговоры. При отсутствии технических возможностей администрацией исправительного учреждения количество телефонных разговоров может быть ограничено до шести в год. Продолжительность каждого разговора не должна превышать 15 минут. Телефонные разговоры оплачиваются осужденными за счет собственных средств или за счет средств их родственников или иных лиц. Порядок организации телефонных разговоров определяется федеральным органом исполнительной власти, в ведении которого находится исправительное учреждение. По прибытии в исправительное учреждение, а также при наличии исключительных личных обстоятельств администрация исправительного учреждения предоставляет осужденному возможность телефонного разговора по его просьбе.

Согласно п.п. 85, 87 Правил телефонный разговор, в том числе с использованием систем видеосвязи при наличии технических возможностей, предоставляется начальником ИУ, лицом, его замещающим, либо ответственным по ИУ в выходные и праздничные дни, по письменному заявлению осужденного, в котором указываются фамилия, имя, отчество, адрес места жительства, номер телефона абонента и продолжительность разговора, не превышающая 15 минут, а также язык, на котором будет вестись телефонный разговор.

Реализация права на телефонные разговоры осуществляется, как правило, в нерабочее время в специально оборудованных переговорных пунктах или выделенных для этих целей помещениях ИУ, оснащенных абонентскими устройствами с технической возможностью обеспечения контроля проводимых переговоров.

В силу ч. 3 ст. 92 УИК РФ, п. 89 Правил осужденным, находящимся в строгих условиях отбывания наказания, а также отбывающим меру взыскания в штрафных изоляторах, дисциплинарных изоляторах, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа и одиночных камерах, телефонный разговор может быть разрешен лишь при исключительных личных обстоятельствах.

В ИК-12 организована работа по предоставлению осужденным телефонных переговоров, для чего в отрядах осужденных установлены аппараты таксофонной связи «родная связь». Для предоставления телефонного разговора осужденному необходимо обратиться к администрации учреждения с письменным заявлением. Обязательным условием предоставления телефонных переговоров является наличие у осужденного таксофонной карты, которую можно приобрести в магазине учреждения.

Согласно журналу входящей корреспонденции исправительного учреждения устных и письменных обращений от осужденного Бунтова В.М. в адрес администрации по вопросам ненадлежащего содержания, по вопросам организации свиданий, предоставления посылок, телефонных переговоров не поступало.

Согласно ст. 73 УИК РФ при отсутствии в субъекте Российской Федерации по месту жительства или по месту осуждения исправительного учреждения соответствующего вида или невозможности размещения осужденных в имеющихся исправительных учреждениях осужденные направляются по согласованию с соответствующими вышестоящими органами управления уголовно-исполнительной системы в исправительные учреждения, расположенные на территории другого субъекта Российской Федерации, в котором имеются условия для их размещения.

При отсутствии по месту жительства или по месту осуждения исправительного учреждения соответствующего вида или невозможности размещения осужденных в имеющихся исправительных учреждениях осужденные направляются в ближайшие исправительные учреждения, расположенные на территории данного субъекта Российской Федерации, либо по согласованию с соответствующими вышестоящими органами управления уголовно-исполнительной системы в исправительные учреждения, расположенные на территории другого ближайшего субъекта Российской Федерации, в котором имеются условия для их размещения.

В частях первой и второй статьи 81 УИК РФ установлено следующее: Осужденные к лишению свободы должны отбывать весь срок наказания, как правило, в одном исправительном учреждении либо следственном изоляторе, в том числе в случае назначения им в период отбывания лишения свободы нового наказания, если при этом судом не изменен вид исправительного учреждения.

Перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. Перевод осужденных за преступления, указанные в части четвертой статьи 73 настоящего кодекса, для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается также по решению федерального органа уголовно-исполнительной системы. Порядок перевода осужденных определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний..."

Статья 89 УИК РФ в соответствующих частях гласит: осужденным к лишению свободы предоставляются краткосрочные свидания продолжительностью четыре часа и длительные свидания продолжительностью трое суток на территории исправительного учреждения. В предусмотренных настоящим кодексом случаях осужденным могут предоставляться длительные свидания с проживанием вне исправительного учреждения продолжительностью пять суток. В этом случае начальником исправительного учреждения определяются порядок и место проведения свидания.

Краткосрочные свидания предоставляются с родственниками или иными лицами в присутствии представителя администрации исправительного учреждения. Длительные свидания предоставляются с правом совместного проживания с супругом, родителями, детьми, усыновителями, усыновленными, родными братьями и сестрами, дедушками, бабушками, внуками, а с разрешения начальника исправительного учреждения - с иными лицами.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни... Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Европейский суд по правам человека по делу «Полякова и другие против России» привел, что Суд уже устанавливал, что неотъемлемой частью права осужденного на уважение семейной жизни является разрешение властями или при необходимости оказание помощи ему или ей поддерживать контакты с его или ее близкими родственниками (см. с дальнейшими отсылками упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Хорошенко против Российской Федерации", § 106), и что относительно семейных свиданий статья 8 Конвенции требует от государств принимать во внимание интересы осужденного и его родственников и членов семьи (см. там же, § 142). Европейский Суд также установил, что помещение осужденного в конкретную тюрьму может потенциально вызвать вопрос в соответствии со статьей 8 Конвенции, если его последствия для личной и семейной жизни заявителя выходят за рамки "обычных" тягот и ограничений, присущих самому понятию лишения свободы (см. Постановление Европейского Суда по делу "Ходорковский и Лебедев против Российской Федерации" (Khodorkovskiy and Lebedev v. Russia) от 25 июля 2013 г., жалобы NN 11082/06 и 13772/05 <1>, § 837), и что в этом случае, учитывая географическое положение удаленного исправительного учреждения и реалии транспортной системы Российской Федерации, оба заключенных были направлены далеко от их дома, а члены их семей испытывали трудности вследствие удаленности этих учреждений (см. там же, § 838).

Сутью Конвенции является уважение человеческого достоинства (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Притти против Соединенного Королевства", § 65). Осужденные в целом продолжают иметь все фундаментальные права и свободы, гарантированные Конвенцией, за исключением права на свободу, где законно назначенное содержание под стражей прямо относится к сфере действия статьи 5 Конвенции. Нельзя полагать, что осужденный лишается всех своих прав, гарантированных статьей 8 Конвенции, только по причине его статуса лица, лишенного свободы после осуждения (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Херст против Соединенного Королевства (N 2)" (Hirst v. United Kingdom) (N 2), жалоба N 74025/01, §§ 69 - 70, ECHR 2005-IX). Любые ограничения в отношении предусмотренных в Конвенции прав осужденного должны быть обоснованы в каждом отдельном случае. Это обоснование может основываться, в частности, на необходимых и неизбежных последствиях тюремного заключения или адекватной связи между ограничением и обстоятельствами данного заключенного (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Диксон против Соединенного Королевства" (Dickson v. United Kingdom), жалоба N 44362/04, § 68, ECHR 2007-V). Государство не имеет полной свободы усмотрения для установления ограничений в общем виде без обеспечения какой бы то ни было степени гибкости, позволяющей определить, являются ли ограничения по конкретным делам подходящими или действительно необходимыми, особенно в отношении отбывающих наказание (см. с дальнейшими отсылками упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Хорошенко против Российской Федерации", § 126). Согласно Европейским пенитенциарным правилам (см. § 58 настоящего Постановления) внутригосударственные власти обязаны предотвращать распад семейных связей и предоставлять осужденным достаточно высокий уровень контактов с их семьями, организовывать свидания как можно чаще и в естественной обстановке, насколько это возможно (см. там же, § 134). Свобода усмотрения, предоставленная государству-ответчику при оценке допустимых пределов вмешательства в личную и семейную жизнь в данной сфере, была сужена (см. там же, § 136).

Европейский суд установил нарушение прав и с Российской Федерации в пользу Поляковой взыскана компенсация.

Европейский Суд подчеркнул, что "сфера действия таких дискреционных полномочий недостаточно четко определена и не предоставляет лицу надлежащей защиты от произвольного вмешательства... Суд не находит каких-либо механизмов гарантий, которые бы могли послужить противовесом для обширных дискреционных полномочий ФСИН России в сфере распределения заключенных, или каких-либо механизмов соизмерения конкурирующих личных и общественных интересов, и не может оценить, насколько пропорционально ограничиваются соответствующие права заинтересованных лиц. Ни пункты 2 и 4 статьи 73 УИК РФ, ни Инструкция по распределению заключенных не предусматривают даже простейшей и неформальной процедуры консультаций с заинтересованным лицом... Ничто в материалах, предоставленных Суду, не указывает на то, что ФСИН России когда-либо консультировалась с кем-либо из заключенных или их родными в процессе принятия решения об их распределении. В связи с этим Суд отметил, что правило 17.3 Европейских пенитенциарных правил указывает, что, по мере возможности, с заключенными следует консультироваться по поводу их первоначального распределения и по поводу любого дальнейшего перевода из одной тюрьмы в другую" (пункт 99 постановления).

Суд отметил, что "хотя Конвенция не предоставляет осужденным права выбирать место отбывания наказания, а тот факт, что осужденные могут быть отделены от своих семей и отбывать наказание на определенном расстоянии от них, является неизбежным следствием лишения их свободы... [Д]ля того, чтобы обеспечить уважение достоинства, присущего человеческой личности, целью государств должно стать поощрение и поддержание контактов заключенных с внешним миром. Для достижения этой цели национальное законодательство должно предоставить заключенному (или, при необходимости, его (ее) родственникам) реальную возможность выдвигать свои требования до того, как государственные органы власти примут решение о размещении его (ее) в определенное исправительное учреждение, а также убедиться в том, что какие-либо другие их распоряжения соответствуют требованиям статьи 8 Конвенции" (пункт 100 постановления).

Европейский Суд подчеркнул, что "[с]уществуют различные способы включения соображений, изложенных в статье 8 Конвенции, в процесс принятия решения, а процедура консультаций является одной из гарантий отсутствия произвола. При этом наибольшее значение имеет то, что прежде, чем принять решение о размещении заключенного в исправительном учреждении, национальные власти проводят индивидуальную оценку его ситуации. Формальная ссылка на, например, соображения безопасности без изучения обстоятельств лица не может заменить такую индивидуальную оценку... [П]ункты 2 и 4 статьи 73 УИК не предоставляют возможности сопоставить конкурирующие личные и общественные интересы и не позволяют оценить пропорциональность ограничения соответствующих прав, изложенных в статье 8, в контексте распределения заключенных, как исключения из общего правила распределения" (пункт 101 постановления).

Европейский Суд пришел к заключению "об отсутствии в Российском законодательстве требования, обязывающего ФСИН России рассматривать перед отступлением от общего правила распределения возможные последствия географического расположения исправительных учреждений на семейную жизнь заключенных и на их родных, о непредоставлении реальной возможности перевода заключенного в другое место заключения на основаниях, относящихся к праву уважения семейной жизни, а также о невозможности для лица добиться судебного пересмотра решения ФСИН России в части пропорциональности его или ее заинтересованности в поддержании семейных и общественных связей... [В]нутригосударственная правовая система не предоставила надлежащей правовой защиты от возможных злоупотреблений в аспекте географического распределения заключенных. Заявители были лишены минимального уровня защиты, на которую имели право согласно верховенству права в демократическом обществе... Соответственно... пунктами 2, 4 и 81 статьи 73 УИК РФ требование "качества права" не удовлетворяется. Из этого следует, что вмешательство в права заявителей на уважение личной жизни осуществлялось не "в соответствии с законом" по смыслу пункта 2 статьи 8 Конвенции. Следовательно, имело место нарушение статьи 8 Конвенции в отношении каждого заявителя" (пункты 116 - 118).

Из системного толкования приведенных выше норм в совокупности со статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод следует, что при разрешении настоящего спора необходимо установить обстоятельства относительно наличия либо отсутствия нарушения права осужденного на уважение его семейной жизни.

Из справки по личному делу следует, что жена- Бунтова И.А. проживал в г. Щелково Московской области.

По мнению суда, в данном деле Бунтов В.М. был отправлен для отбывания наказания в места, удаленные от места своего проживания (Пермский край), что свидетельствует о нарушении права на уважение семейной жизни.

При этом административным ответчиком не представлено доказательств невозможности направления Бунтова В.М. в исправительное учреждение в субъект по месту жительства или соседний субъект.

С учетом положений ст. 227.1 КАС РФ периода содержания Бунтова В.М. в Пермском крае, характер страданий, суд считает возможным присудить Бунтову В.М. компенсацию в размере 30 000 руб.

В остальной части требования Бунтова В.М. удовлетворению не подлежат, так как условия содержания соответствовали установленным нормам права.

На основании изложенного, руководствуясь ст.175-180, 227, 227.1 КАС РФ, суд

Решил:

Заявленные требования удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России в пользу Банутова Виталия Маратовича компенсацию в размере 30 000 руб.

В остальной части иска отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский городской суд через Замоскворецкий районный суд г. Москвы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: Н.В.Рубцова

Решение в окончательной форме изготовлено 12.10.2020 г.