Мотивированное решение

Решение

Именем Российской Федерации

03 декабря 2019 года

Замоскворецкий районный суд г.Москвы в составе

председательствующего судьи Шемякиной Я.А.,

при секретаре Марусине Н.В.,

с участием истца Харкунова С.Н., принимавшего участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, представителя ответчика ФСИН России по доверенности П С.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-5523/2019 по иску Харкунова С Н к ФСИН России о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Харкунов С.Н. обратился в суд с исковым заявлением к ответчику о компенсации морального вреда в размере 64 888 рублей 50 коп., мотивировав свои требования, что в период содержания с 19.05.20 г. по 15.11.20 г. в ФКУ СИЗО- г. области были нарушены права истца, поскольку 19.05.2 г., несмотря на то, что он являлся сотрудником правоохранительных органов, но его поместили вместе с иными лицами, которые не являются сотрудниками, что привело к угрозам в адрес истца.

Истец Харкунов С.Н., участвовавший посредством видеоконференцсвязи, исковые требования поддержал, на их удовлетворении настаивал. Указал, что нарушения были зафиксированы актами прокурорского реагирования.

Представитель ответчика ФСИН России по доверенности П С.И. исковые требования не признал в полном объеме, предоставил возражения на иск, в которых указал, что истец содержался в камерах с сотрудниками правоохранительных органов, а доводы истца являются надуманными.

Третьи лица - Министерство Финансов РФ, УФСИН России по Московской области, ФКУ СИЗО-8 УФСИН России по Московской области в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещались судом своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили.

В силу ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть настоящее дело при данной явке.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, считает требования Харкунова С.Н. обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 53 Конституции РФ, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностными лицами. Возложение данной статьей Конституции Российской Федерации ответственности за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов (должностных лиц), непосредственно на государство, следует рассматривать как укрепление гарантий прав и свобод граждан. Одновременно эта норма имеет и превентивное значение, поскольку направлена на укрепление законности во взаимоотношениях органов государственной власти и их должностных лиц с гражданами.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с постановлением Пленума ВС РФ №10 от 20.12.1994 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, изложенной в определении Конституционного Суда РФ от 08.04.2010 № 524-О-П, установлено, что Европейский Суд по правам человека указывал, что к надлежащим средствам государственной защиты прав и законных интересов в национальном законодательстве относятся право на обжалование законности действий и право на материальное возмещение. Действующий механизм защиты личных неимущественных прав, установленный в Гражданском кодексе Российской Федерации, предоставляет лицам, возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты нарушенных прав, не освобождая их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

В соответствии со ст. 3 Конвенции от 04.11.1950 г. «О защите прав человека и основных свобод» и ч. 2 ст. 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно статье 13 Конвенции - каждый, чьи права и свободы, признанные настоящей Конвенцией, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

В соответствии со ст. 3 Конвенции от 04.11.1950 г. «О защите прав человека и основных свобод» и ч. 2 ст. 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В случаях причинения лицу вреда в результате действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц, взыскатель имеет право на подачу иска о возмещении вреда за счет казны Российской Федерации по правилам статей 16, 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно пункту 1 статьи 125 и статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункту 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам главный распорядитель бюджетных средств, а не Министерство финансов Российской Федерации, привлекаемое в качестве третьего лица по указанной категории дел.

При таких обстоятельствах в качестве надлежащего ответчика по заявленным исковым требованиям выступает ФСИН России как главный распорядитель средств федерального бюджета по отношению к подведомственным получателям денежных средств.

Согласно камерной и алфавитной карточкам Харкунов С.Н. содержался в ФКУ СИЗО- УФСИН России по области с 22.11.20по 15.11.20 г. г. в следующих камерах: с 22.11.20 по 05.01.20в камере №; с 05.01.20 по 13.01.20 в камере №; с 13.01.2 по 25.02.20 в камере №; с 25.02.20 по 03.03.20 в камере №; с 03.03.20 по 24.05.20 в камере №; - с 24.05.20 по 29.05.2017 в камере №; с 29.05.20 по 23.06.20 в камере №; - с 23.06.20 по 15.11.20 в камере №.

Как указал ответчик в своем возражении, вышеперечисленные камеры были предназначены для содержания бывших сотрудников правоохранительных органов, то есть для мужчин, являющихся или являвшихся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, службы судебных приставов, учреждений органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск, Министерства внутренних дел Российской Федерации, впервые привлекаемых к уголовной ответственности, подозреваемых и обвиняемых в совершении убийства и других преступлений, предусмотренных абзацем 2 пунктом 2 статьи 33 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Из предоставленных в материалы дела документов следует, что Харкунов С.Н. ранее проходил службу в Государственной противопожарной службе МВД РФ.

Как следует из пояснений истца, изложенных в исковом заявлении, в период с 19.05.2017 г. он был переведен в камеру, где содержались лица, не являющиеся сотрудниками правоохранительных органов, и в его адрес поступали угрозы жизни и здоровью.

Разрешая исковые требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает, что в предмет доказывания по данной категории дела входят следующие юридические факты: имели ли место действия (бездействие) ответчика, причинившие истцу нравственные или физические страдания, в чем они выражались и когда были совершены; какие личные неимущественные права истца нарушены этими действиями (бездействием) и на какие нематериальные блага они посягают; в чем выразились нравственные или физические страдания истца; степень вины причинителя вреда (в том случае, если она должна учитываться).

Согласно разъяснениями, содержащимися в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" разъяснил необходимость учитывать, что условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В контексте лишения свободы Европейский Суд неоднократно подчеркивал, что для того, чтобы попасть в сферу действия статьи 3 Конвенции, переживания и унижение должны в любом случае выходить за пределы неизбежных страданий и унижения, присущих ограничению свободы. Государство должно обеспечить, чтобы лицо содержалось под стражей в условиях, совместимых с уважением человеческого достоинства, чтобы способ и метод исполнения этой меры не подвергали лицо страданиям или переживаниям такой степени интенсивности, которая превышала бы неизбежный уровень страданий, присущий содержанию под стражей, и чтобы, учитывая практическую сторону содержания под стражей, здоровье и благополучие заключенного были бы обеспечены надлежащим образом.

Оценив изложенные доказательства, суд полагает установленным, что истец содержался ненадлежащим образом, поскольку данный факт установлен проверкой городской прокуратурой области, в ходе которой установлено, что Харкунов С.Н. содержался под стражей в ФКУ СИЗО- УФСИН России по области с 22.11.20г. по 15.11.20 г., откуда был этапирован для дальнейшего отбывания в ГУФСИН России по краю на основании указания ФСИН России от 30.10.20 г.

Проверкой установлено, что администрацией СИЗО- допущено нарушение требований ст. 33 ФЗ от 15.07.1995 г. №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» об отдельном содержании от других подозреваемых и обвиняемых лиц, являвшихся сотрудниками правоохранительных органов, к категории которых относится истец, в связи со службой в МВД РФ. В связи с данными нарушениями прокуратурой в адрес начальника ФКУ СИЗО- УФСИН России по области внесено представление об устранении нарушений закона и привлечении виновных лиц к ответственности.

Данные факты подтверждены ответом городской прокуратуры области от 28.05.20 г. № (л.д.5).

Суд признает несостоятельными доводы ответчика об отсутствии причинно-следственной связи между причинением морально вреда истцу и действиями (бездействиями) ответчика, поскольку перечисленные нарушения закона при содержании истца в СИЗО подтверждены документально, со стороны ответчика не опровергнуто, что данные нарушения имели место, равно как и не предоставлено сведений о том, что ответчиком было обжаловано данное представление прокурора, а потому допущенные нарушения прав истца не могли не вызвать у него переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий лишению свободы, исходя из изложенного, суд признает исковые требования Харкунова С.Н. о компенсации морального вреда, обоснованными.

Анализируя предоставленные доказательства со стороны ответчика, суд исходит из того, что они не опровергают ни доводы истца, ни подтверждают доводы ответчика, поскольку ответчиком предоставлена лишь камерная карточка на истца, сведения о посылках и имеющихся у истца вещей, и справка-вкладыш в карточку, с указанием периода, где и когда служил истец.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание индивидуальные особенности истца, объем и характер нарушений его прав, а также требования разумности и справедливости.

Вместе с тем, суд также обращает внимание, что неудобства, которые Харкунов С.Н. претерпел в связи с нахождением его в камерах с лицами, не относящимися к спец контингенту, пребывании в состоянии стресса, являются основанием для возмещения морального вреда.

С учетом изложенного, суд полагает возможным взыскать с Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств – ФСИН России в пользу истца Харкунова С.Н. в счет компенсации морального вреда 5 000 рублей, полагая данную сумму разумной и достаточной.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации моральный вред в пользу Харкунова С Н в размере 5 000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований Харкунова С Н к ФСИН России о компенсации морального вреда,- отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский городской суд через Замоскворецкий районный суд г.Москвы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья

Решение изготовлено в окончательной форме 06 декабря 2019 г.