Мотивированное решение

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 октября 2019 года город Москва

Замоскворецкий районный суд г. Москвы

в составе председательствующего судьи Шемякиной Я.А.,

при секретаре Марусине Н.В.,

с участием истца Исламова А.Х. с использованием видео-конференцсвязи, представителя ответчика ФСИН России по доверенности Орехова И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-5473/2019 по иску Исламова Анзора Халидовича к Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации (ФСИН России) о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Исламов А.Х. обратился с иском к ФСИН России о компенсации морального вреда в размере 800 000 руб., в обоснование заявленных требований, указав, что при содержании в СИЗО №1 в г.Оренбурге за период с 14.03.2006 г. по 16.01.2007 г., с 14.06.2013 г. по 15.06.2014 г. он находился в бесчеловечных условиях, которые выражались в том, что площади камер, в которых он находился, были менее установленных стандартов. В камерах было плохое освещение, отсутствовали необходимые технические удобства, отсутствовала вытяжная вентиляция. Санузел был огорожен лишь метровым бортиком, отсутствовал унитаз. Изложенное послужило основанием для обращения с указанным иском в суд.

В судебном заседании истец принимал участие посредством видео-конференцсвязи, организованной ФКУ ОИК ИК-5 ГУФСИН России по Красноярскому краю.

Представитель ФСИН России по доверенности Орехов И.В. явился, просил в иске отказать по причине недоказанности требований истца, поддержал доводы возражений на иск.

Представитель третьего лица Минфин России не явился, извещен, возражений не направлено.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело по существу при указанной явке.

Выслушав стороны, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему выводу.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, истец в оспариваемый период содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области с 14.03.2006 г. по 15.12.2006 г. и с 14.06.2013 г. по 15.06.2014 г., что подтверждается справкой о движении по камерам Исламова А.Х. Так, за период нахождения истца в СИЗО-1 он был помещен в следующие камеры: в 2006 году: №33, 80, 45, 92, 117, 102, 28, 27, 44, 122, 25, 15, 59, 39, 100, 48, 36, 24; в 2013-2014 г. в камеры: №141, 95, 78, 36, 43, 44, 63, 78, 37, 52, 101, 18.

Согласно ст. 23 ФЗ №103-ФЗ от 15.07.1995 г. «О содержании под стражей подозреваемых, обвиняемых и осужденных в совершении преступлений»: «.. .Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров. ..».

Оценивая доводы истца относительно не соблюдения норм закона при содержании в камерах, суд учитывает, что согласно предоставленным суду копиям журналов количественных проверок за 2013-2014 гг., все камеры в период содержания истца в СИЗО соответствовали установленной норме не менее 4 кв.м. на 1 человека. При этом, за период 2006 г. журналов количественных проверок были уничтожены за истечением срока хранения, что подтверждается актом на уничтожение № 253 от 28.06.2018 г., предоставленным со стороны ответчика в материалы дела.

Вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, согласно которым каждая сторона должна доказать те доводы и обстоятельства на которые она ссылается, со стороны истца не предоставлено ни одного доказательства ненадлежащего содержания в камерах СИЗО за период в 2006 г., а судом таковых не добыто. При этом суд принимает во внимание, что с момента содержания истца в указанных им в исковом заявлении в 2006 г. камерах, прошло более 13 лет.

Относительно периода за 2013-2014 г., суд принимает во внимание следующее. Как следует из предоставленных суду письменных доказательств, 14.06.13 г. истец содержался в камере № 141 санитарная площадь камеры составляет 9,44 кв.м., в камере содержалось 2 человека, что составляет 4,72 кв.м. на 1 человека; 26.07.2013 г. в камере 36 санитарная площадь камеры составляет 18,82 кв.м., в камере содержалось 4 человека, что составляет 4,70 кв.м. на 1 человека; 19.08.2013 г. в камере № 44 санитарная площадь камеры составляет 17,01 кв.м., в камере содержалось 4 человека, что составляет 4,25 кв.м. на 1 человека; 07.09.2013 г. в камере № 78 санитарная площадь камеры составляет 17,79 кв.м., в камере содержалось 4 человека, что составляет 4,44 кв.м. на 1 человека;30.09.2013 г. в камере №37 санитарная площадь камеры составляет 17,36 кв.м., в камере содержалось 4 человека, что составляет 4,34 кв.м. на 1 человека; 11.10.13 г. Истец содержался в камере 37 санитарная площадь камеры составляет 17,36 кв.м., в камере содержалось З человека, что составляет 5,7 кв.м. на 1 человека; 07.11.2013 г. в камере № 36 санитарная площадь камеры составляет 18,82 кв.м., в камере содержалось З человека, что составляет 6,27 кв.м. на 1 человека; 12.12.2013 г. в камере 36 санитарная площадь камеры составляет 18,82 кв.м., в камере содержалось 2 человека, что составляет 9,41 кв.м. на 1 человека; 17.01.2014 г. в камере 36 санитарная площадь камеры составляет 18,82 кв.м., в камере содержалось З человека, что составляет 6,27 кв.м. на 1 человека; 03.02.2014 г. в камере 36 санитарная площадь камеры составляет 18,82 кв.м., в камере содержалось З человека, что составляет 6,27 кв.м. на 1 человека; 19.03.2014 г. в камере 36 санитарная площадь камеры составляет 18,82 кв.м., в камере содержалось З человека, что составляет 6,27 кв.м. на 1 человека; 07.04.2014 г. в камере 36 санитарная площадь камеры составляет 18,82 кв.м., в камере содержалось З человека, что составляет 6,27 кв.м. на 1 человека; 11.05.2014 г. в камере 36 санитарная площадь камеры составляет 18,82 кв.м., в камере содержалось 4 человека, что составляет 4,70 кв.м. на 1 человека; 07.06.2014 г. в камере 18 санитарная площадь камеры составляет 18,37 кв.м., в камере содержалось З человека, что составляет 6,12 кв.м. на 1 человека.

Данные обстоятельства установлены судом при изучении журналов покамерного размещения, и нарушения норм санитарной площади не установлено.

Суд признает доводы истца о плохом освещении, «полумраке» во всех камерах в которых он содержался, несостоятельными, поскольку сведения об инструментальных замерах за 2006 год соответствуют нормам что подтверждается актом обследования учреждения от 19.04.2006 г., все показатели освещения камер соответствуют норме. Сведения о соответствии нормам действующего законодательства освещения в камерах в 2013-2014 гг. подтверждается справкой начальника аккредитованной кустовой лаборатории по ООС УФСИН России по Оренбургской области Курвякова С.А. от 25.09.19 г., согласно которой 16.04.2013 г. в результате проведения инструментальных измерений установлено, что в камерах № 18,36,37,43,44,52,63,78,95,101,141 комбинированное освещение соответствует норме, 11.12.13 г. в камере №2 36 (где содержался мстец) комбинированное освещение составило 56 лк при нормируемом 50 лк, 18.08.14 г. в камере №44 комбинированное освещение составило 95 лк при нормируемом 50 лк., таким образом все показатели светового режима в норме согласно требований СанПин 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях.

Согласно приказа МЮ РФ № 189 от 14.10.05 г. камеры оборудуются радио точкой, обязанность выдачи телевизоров в камеры не предусмотрена законом. Все камеры в СИЗО-1 оборудованы в соответствии с приказом МЮ РФ от 14.10.2005 № 189 «Правила внутреннего распорядка в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы»: кроватями, столом, скамейкой, вешалкой для верхней одежды, тумбочкой для хранения продуктов, бачком для питьевой воды, электрическими светильниками, электрической розеткой для подключения бытовых приборов, радиоточкой, полкой для туалетных принадлежностей, доской информации, вмонтированным в стену зеркалом, умывальником, урной для мусора, тумбочкой для хранения продуктов, тазом для стирки одежды и гигиенических нужд, батареей водяного отопления, санитарным узлом, естественной вентиляцией, централизованным водоснабжением, естественным и искусственным освещением, также в камеры выдавались настольные игры. Обязанность администрации СИЗО предоставить холодильник и телевизор в камеры, не закреплена законодательно, данное оборудование выдается при наличии возможности.

Относительно доводов истца о том, что санитарная кабина не оборудована должным образом, суд признает их несостоятельными в виду того, что согласно справке старшего инспектора ОКБИиХО санитарные узлы оборудованы в соответствии с требованиями приказа МЮ РФ №161ДСП от 28.05.2001 года «Свод правил по нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем МЮ РФ». Так, согласно п. 8.66 выше указанного приказа «в камерных помещениях на 2 и более мест в санитарных кабинах устанавливаются напольные чаши, их следует размещать с в кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Кабины должны иметь перегородки высотой 1 м от пола уборной». При этом администрацией СИЗО были улучшены условия санитарной кабины, так как оборудованы полностью запираемым помещением.

Согласно справке начальника аккредитованной кустовой лаборатории по ООС УФСИН России по Оренбургской области от 25.09.2019 г., все нормы температурно-влажностного режима соблюдались. В камере предусмотрена вентиляция, удаление воздуха предусматривается через вытяжные каналы (шахты) (вентиляция естественного побуждения) и оконные форточки. Приточные и вытяжные отверстия располагаются в перегородках под потолком и ограждаются металлическими пластинами.

Таким образом, суд приходит к выводу, что доводы истца не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения настоящего дела, истцом не представлено каких-либо доказательств своих требований, исходя из которых можно сделать вывод о причинении ему морального вреда, незаконных действий (бездействия) ответчика, наличия причинной связи между действиями и моральным вредом, а также вины ответчика.

Так, статья 151 ГК РФ предусматривает, что в случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Понятие личных неимущественных благ определено статьей 150 ГК РФ, под которыми понимаются жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

С учетом вышеприведенных норм и Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 (ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» обязанность по компенсации морального вреда возникает при совокупности следующих условий: наличие морального вреда; незаконное действие (бездействие) лица, причинившего вред; причинно-следственная связь между незаконным действием (бездействием) лица, причинившего вред, и моральным вредом; вина лица, причинившего вред.

Следовательно, истец при обращении в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда должен доказать наличие в совокупности указанных условий.

Между тем в нарушение указанных выше норм истцом не представлено каких-либо доказательств своих требований, исходя из которых можно сделать вывод о причинении ему морального вреда, незаконных действий (бездействия) ответчика, наличия причинной связи между действиями и моральным вредом, а также вины ответчика. При этом, вина должностного лица (должностных лиц) не может предполагаться, допускаться, она должна быть установлена и не может подменяться незаконностью действий.

В связи с вышеизложенным, оснований для удовлетворения требований истца Исламова А.Х. у суда не имеется, доводы истца не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения настоящего дела.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 194- 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований Исламова Анзора Халидовича к Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации (ФСИН России) о компенсации морального вреда,- отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский городской суд через Замоскворецкий районный суд г. Москвы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья:

Решение изготовлено в окончательной форме 11 октября 2019 года