Определение суда апелляционной инстанции

судья: Пазухина Е.Ю.

адм. дело №33а-8540

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 декабря 2019 года г. Москва

Судебная коллегия по административным делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи Гордеевой О.В.,

судей Кирпиковой Н.С., Михайловой Р.Б.,

при секретаре Сангаджиевой Д.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Гордеевой О.В., административное дело №2а-654/2019 по апелляционной жалобе административного истца Корчина Д.А. на решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 8 августа 2019 года, которым постановлено:

В удовлетворении требований Корчина *** к первому заместителю УИПСУ ФСИН России В.И. Лещеву, ФСИН России о признании отказа в переводе в другое исправительное учреждение незаконным и необоснованным, противоречащим нормам международного права, переводе в иное исправительное учреждение, взыскании убытков, материального ущерба и компенсации морального вреда отказать,

УСТАНОВИЛА:

Корчин Д.А. обратился в суд с административным иском к первому заместителю начальника УИПСУ ФСИН России Лещеву В.И., ФСИН России о признании решения от 03.08.2018 г. незаконным и необоснованным, противоречащим нормам международного права, обязании перевести в исправительное учреждение, расположенное в Самарской области, установить наличие факта нарушения ответчиком его прав с целью возмещения компенсации морального вреда и материального ущерба, взыскании понесенных убытков, мотивируя свои требования тем, что нарушались его права, установленные Европейской Конвенцией, чем ему причинили моральный вред, материальный ущерб и убытки, которые также просит взыскать в его пользу.

В обоснование требований указал, что на поданное им на имя директора ФСИН России заявление с просьбой о его переводе по месту жительства (регистрации) в г. Самару, Самарскую область получил незаконный, необоснованный, немотивированный ответ первого заместителя начальника ФСИН России Лещева В.И., который нарушает его права, гарантированные Конституцией России и ст. 8 Европейской Конвенции.

В судебном заседании суда первой инстанции административный истец Корчин Д.А. с использованием средств видеоконференц-связи административные исковые требования поддержал; представитель административного ответчика ФСИН России по доверенности Пигорева Е.Д. требования не признала, возражала против удовлетворения заявленных требований.

Судом постановлено приведенное выше решение, об отмене которого по доводам апелляционной жалобы просит административный истец, считая решение незаконным и необоснованным.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав с использованием систем видеоконференц-связи административного истца Корчина Д.А., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя административного ответчика ФСИН России по доверенности Парамонова С.И., полагавшего, что решение суда является законным и обоснованным, проверив решение, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 310 КАС РФ, для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в апелляционном порядке; решение суда является законным и обоснованным, постановленным в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и при правильном применении норм материального и процессуально права, регулирующих спорные правоотношения, без нарушения норм процессуального права.

В соответствии с частью 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Частями 9, 11 статьи 226 КАС РФ установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);

б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;

в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 названной статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 статьи 226 КАС РФ, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Применительно к названным нормам процессуального права и предписаниям КАС РФ суд правильно распределил бремя доказывания между сторонами и установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

Судом установлено, что Корчин Д.А. до ареста проживал в г. Самара. Осужден Самарским областным судом от *** г. по п. «б» ч.2 ст. 158 и т.д. УК РФ к 23 годам 10 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, из них первые 7 лет в тюрьме.

После вступления приговора суда в законную силу, ввиду назначения наказания в виде лишения свободы с отбыванием в тюрьме Корчин Д.А. *** был направлен для отбывания тюремного срока наказания в ФКУ Т-3 УФСИН России по Самарской области.

После отбытия тюремного срока наказания осужденный Корчин Д.А. на основании персонального наряда ФСИН России от *** от 19.07.2010 г. был направлен для отбывания наказания в ГУФСИН России по Пермскому краю.

Из-за возникшей угрозы жизни и здоровью в исправительных учреждениях Пермского края, на основании персонального наряда ФСИН России от 05.03.2018 г. № исх- *** Корчин Д.А. в соответствии с ч. 2 ст. 81 УИК РФ переведен в ФКУ ИК-25 УФСИН России по Республике Коми.

Корчин Д.А. обратился в ФСИН России с заявлением о переводе для дальнейшего отбывания наказания в исправительное учреждение Самарской области.

Письмом Первого заместителя начальника УИПСУ ФСИН России В.И. Лещева в удовлетворении ходатайства отказано.

По информации УФСИН России по Республике Коми обстоятельств, предусмотренных ч. 2 ст. 81 УИК РФ, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного Корчина Д.А. в исправительном учреждении указанного территориального органа ФСИН России, не имеется.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по правилам статьи 84 КАС РФ, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных административных требований, поскольку действия ФСИН России являются законными и обоснованными, права и законные интересы административного истца не нарушены, так как возможность осужденных иметь свидания с близкими и родственниками, а также телефонные переговоры регламентирована нормами Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, и не зависит от места нахождения исправительного учреждения; основания для взыскания компенсации морального вреда отсутствуют, поскольку истец не привел относимых, допустимых, достаточных и достоверных доказательств противоправности действий (бездействия) сотрудников ФСИН России и причинно-следственной связи между такими действиями (бездействием), а также причинения ему вреда в результате незаконных действий; оснований, предусмотренных ст. 1100 ГК РФ для удовлетворения заявленных требований о взыскании компенсации морального вреда, а также оснований для взыскания материального ущерба и убытков, предусмотренных ст. 15 ГК РФ не имеется.

Данные выводы суда мотивированы, подтверждаются имеющимися в материалах дела доказательствами.

В соответствии с частью 1 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные к лишению свободы, кроме указанных в части четвертой настоящей статьи, отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены. В исключительных случаях по состоянию здоровья осужденных или для обеспечения их личной безопасности либо с их согласия осужденные могут быть направлены для отбывания наказания в соответствующее исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации.

В силу части 4 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные за преступления, предусмотренные статей 126, частями второй и третьей статьи 127.1, статьями 205-206, 208-211, 275, 277-279, 281, 282.1, 282.2, 317, частью третьей статьи 321, частью второй статьи 360 Уголовного кодекса Российской Федерации, осужденные при особо опасном рецидиве преступлений, осужденные к пожизненному лишению свободы, осужденные к отбыванию лишения свободы в тюрьме, осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования заменена лишением свободы, направляются для отбывания наказания в соответствующие исправительные учреждения, расположенные в местах, определяемых федеральным органом уголовно-исполнительной системы.

В соответствии с частью 1 статьи 75 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации порядок направления осужденных в исправительное учреждение определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Согласно ст. 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные к лишению свободы должны отбывать весь срок наказания, как правило, в одном исправительном учреждении либо следственном изоляторе, в том числе в случае назначения им в период отбывания лишения свободы нового наказания, если при этом судом не изменен вид исправительного учреждения. Перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. Перевод для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида осужденных за преступления, указанные в настоящего Кодекса, а также осужденных, в отношении которых имеется информация об их приверженности идеологии терроризма, исповедовании, пропаганде или распространении ими такой идеологии (при отсутствии достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела) и оказании ими в связи с этим в период содержания под стражей, отбывания наказания соответствующего негативного воздействия на других обвиняемых (подозреваемых), осужденных, допускается по решению федерального органа уголовно-исполнительной системы. перевода осужденных определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Порядок направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания и их перевода из одного исправительного учреждения в другое установлен на дату рассмотрения заявления Инструкцией о порядке направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, их перевода из одного исправительного учреждения в другое, а также направления осужденных на лечение и обследование в лечебно-профилактические и лечебные исправительные учреждения, утвержденной Приказом Минюста России от 26.01.2018 № 17 (далее - Инструкция).

В соответствии с пунктом 9 Инструкции вопрос о переводе осужденных для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида рассматривается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. Перевод осужденных, указанных в части 4 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида осуществляется по решению ФСИН России.

Гарантируя каждому право на уважение его частной и семейной жизни, статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод вместе с тем допускает вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права в случаях, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности либо защиты прав и свобод других лиц.

В своей практике применения данной статьи Европейский Суд по правам человека исходит из того, что содержание под стражей, как любая другая мера лишения свободы, влечет естественные ограничения частной и семейной жизни, однако существенной составляющей права заключенного на уважение семейной жизни является разрешение или, при необходимости, содействие со стороны властей в поддержании контакта с близкими родственниками; соответственно, регулирование вопросов предоставления свиданий осужденным к лишению свободы, в том числе на длительные или пожизненные сроки, не должно приводить к установлению негибких, шаблонных ограничений, а потому от государств – участников Конвенции ожидается развитие техники оценки соразмерности, позволяющей уравновешивать конкурирующие индивидуальные и публичные интересы и принимать во внимание особенности каждого конкретного дела (постановления от 23 февраля 2012 по делу «Тросин против Украины», от 30 июня 2015 года по делу «Хорошенко против России»).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении от 15 ноября 2016 года № 24-П «По делу о проверке конституционности пункта «б» части третьей статьи 125 и части третьей статьи 127 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в связи с запросом Вологодского областного суда и жалобой граждан Н.В. Королева и В.В. Королевой», правовое регулирование порядка предоставления свиданий осужденным к лишению свободы с членами их семей должно, не препятствуя процессу исполнения наказания и не создавая угрозы для общественной и личной безопасности, учитывать признаваемые государством непротивоправные интересы этих лиц, обеспечивать как исправление осужденного, так и сохранение, поддержку социально полезных семейных отношений, не допуская чрезмерного (по длительности или по объему) вмешательства в частную жизнь, необоснованных или недифференцированных ограничений, не зависящих от характера поведения осужденного или его близких, что требует нахождения баланса соответствующих публичных и частных интересов.

В том числе для сохранения социально полезных семейных связей частью 2 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации определено, что осужденные могут направляться в исправительные учреждения, расположенные на территории другого субъекта Российской Федерации, только в случае отсутствия в субъекте Российской Федерации по месту жительства или по месту осуждения исправительного учреждения соответствующего вида или невозможности размещения осужденных в имеющихся исправительных учреждениях.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», при рассмотрении административных исковых заявлений осужденных к лишению свободы, оспаривающих их направление в исправительные учреждения, находящиеся за пределами территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены, судам следует устанавливать наличие возможности (невозможности) на момент направления таких лиц их размещения в имеющихся на территории соответствующего субъекта Российской Федерации исправительных учреждениях необходимого вида.

Судом установлено, что по сообщению УФСИН России по Республике Коми обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 81 УИК РФ, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного Корчина Д.А. в исправительном учреждении указанного территориального органа ФСИН России, не имеется; при решении вопроса о направлении для отбывания наказания в исправительное учреждение учитывалось место жительства административного истца и возможность размещения в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором он проживал, и близлежащих регионов; в соответствии с положениями Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденный Корчин Д.А. был направлен для отбывания наказания в исправительное учреждение Республики Коми, где имелись условия для размещения данной категории осужденных.

При таких данных, судебная коллегия считает, что, разрешая спор, суд правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку по правилам статьи 84 КАС РФ и постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда являются мотивированными, соответствуют обстоятельствам дела, содержанию исследованных судом доказательств и нормам материального права, подлежащим применению по настоящему делу.

Доводы административного истца, касающиеся удаленности исправительного учреждения от места проживания его близких родственников не свидетельствуют о создании административному истцу препятствий для поддержания контактов с членами семьи и сохранения социально - полезных связей, поэтому не могут служить основанием для отмены решения суда.

Иные доводы апелляционной жалобы судебная коллегия во внимание не принимает, поскольку из их содержания усматривается, что они направлены на переоценку собранных по делу доказательств, оснований не согласиться с которой судебная коллегия не имеет, так как она соответствует требованиям статьи 84 КАС РФ.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов решения суда и потому не могут служить основанием к отмене этого решения. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было. По делу отсутствуют предусмотренные статьей 310 КАС РФ основания для отмены решения суда в апелляционном порядке.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 177, 309-311 КАС РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 8 августа 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: