Мотивированное решение

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

04 декабря 2019 года Замоскворецкий районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Мусимович М.В., при секретаре Слыжук С.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-5065/2019 по иску Куценко Ольги Анатольевны к АО «НоваВинд» о признании увольнения незаконным, отмене приказа, обязании изменить дату увольнения, признать выплату суммы вознаграждения по итогам года не в полном объеме дискриминацией в сфере оплаты труда, взыскании компенсации заработной платы, взыскании невыплаченной суммы вознаграждения по итогам годовой работы, компенсации морального вреда, -

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась к ответчику с вышеуказанным иском, в обосновании иска ссылаясь на то, что 01 декабря 2017 года она перешла работать в Акционерное Общество «НоваВинд», который входит в контур Госкорпорации РОСАТОМ в должности Эксперт Управления организации поставок и контрактации, Группа управления поставщиками, переводом через увольнение из АО «ВетроОГК», входит также входит в контур Госкорпорации РОСАТОМ, в котором истец была трудоустроена с 11 октября 2017 года также в должности Эксперта.

Согласно Дополнительному соглашению от 02.04.2018 истец была переведена на должность Эксперта Отдела управления поставщиками Управления организации поставок и контрактации АО «НоваВинд»; согласно Дополнительному соглашению от 22.05.2018 была переведена на должность Эксперта Отдела управления поставщиками Департамента контрактации и качества АО «НоваВинд».

Истец подписала заявление об увольнении из АО «НоваВинд» и принятии в «Рэд Винд Б.В.» 04 декабря 2018 года под давлением сотрудника управления персоналом Недзвецкой А.О.

Потом заявление об увольнении было отозвано, от перевода истец отказалась.

10 декабря 2018 года истец отказалась увольняться из АО «НоваВинд».

20 декабря 2018 года ее рабочее место переместили со 2 этажа на 5 этаж, Директор департамента ххххх удалил ее из рабочей переписки, истцу был закрыт доступ на все этажи офисного здания, за исключением кабинета истца.

13 февраля 2019 года рабочее место истца переместили на 6 этаж, истца лишили возможности свободно перемещаться по зданию, ограничили в пропуске, ее контракты и проекты (вся работа) без предупреждения были переданы директором Департамента хххх другим коллегам.

Ответчик понуждал истца к выполнению работы, не обусловленной трудовым договором, направили ее в командировку с 21 по 28 февраля в поле.

Ответчик выплатил ей только 14% премии, что истец считает незаконным.

01 марта 2019 года, после повторного обсуждении ситуации с ЗГД по персоналу и административной работе ххххх, истец, устав от давления и травли, длившихся уже около трех месяцев с декабря 2018 года, вынуждена была согласиться на предложенные условия расторжения ее трудового договора. Согласно Дополнительному соглашению N23 к трудовому договору истец должна была работать дистанционно до 29 марта 2019 года, а после уволиться «по соглашению сторон» с выплатой небольшой суммы выходного пособия.

Лишившись работы в АО «НоваВинд», истец не может найти новую работу уже продолжительное время.

Истица считает, что работодатель лишил ее единственного заработка.

Ссылаясь на изложенное, с учетом уточнения своих исковых требований по состоянию на 04 декабря 2019 г. (том2, л.д.40-42), истец просила суд признать увольнение Куценко О.А. из АО «НоваВинд» 29.03.2019 незаконным и отменить приказ от 01 марта 2019 г. о прекращении трудовых отношений 29 марта 2019 года; обязать АО «НоваВинд» изменить дату увольнения истцу Куценко О.А. на дату, предшествующую началу новых трудовых отношений истца, а именно 08.10.2019 и внести соответствующую запись в трудовую книжку и уведомить соответствующие инстанции о трудовом стаже (Пенсионный фонд, налоговая служба и т.п.); взыскать с ответчика АО «НоваВинд» в пользу истца Куценко О.А. компенсацию в размере среднего заработка за период с 01 апреля 2019 года по 08 октября 2019 года согласно должностной ставке, указанной в п. 5.1 трудового договора № 13/17 от 01.12.2017 года, ставка равна 139 500 рублей до вычета налога на доходы физических лиц, ежемесячно; признать выплату Куценко О.А. суммы вознаграждения по итогам годовой работы в АО «НоваВинд» за 2018 год не в полном объеме - дискриминацией в сфере оплаты труда; взыскать с ответчика в пользу истца невыплаченную сумму вознаграждения по итогам годовой работы за 2018 год в АО «НоваВинд» в размере 650 238,13 рублей, компенсацию морального вреда, причиненного дискриминацией размере 1 000 000,00 руб., взыскать расходы за найм представителя.

Истец в судебное заседание явилась, просила исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика по доверенности Гаврютин С.Н. в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований по доводам письменных возражений на иск, просил суд в иске истцу отказать в полном объеме, заявил о пропуске срока исковой давности.

Выслушав доводы сторон, проверив и изучив письменные материалы дела, оценив все в своей совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования либо возражения.

Согласно ст. 37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В силу ст.ст.21,22 ТК РФ работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, иными федеральными законами. Работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 77 п. 1 ТК РФ основаниями прекращения трудового договора являются соглашение сторон (статья 78 настоящего Кодекса).

Согласно ст.78 ТК РФ трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со ст. 140 ТК РФ (ч. 4 ст. 84.1 ТК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со ст. 78 ТК РФ при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 13 октября 2009 г. N 1091-О-О, свобода договора, закрепленная в ч. 1 ст. 37 Конституции РФ, предполагает возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон, то есть на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя. Достижение договоренности о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения его сторон допускает возможность аннулирования такой договоренности исключительно посредством согласованного волеизъявления работника и работодателя, что исключает совершение, как работником, так и работодателем произвольных односторонних действий, направленных на отказ от ранее достигнутого соглашения. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права работника.

Таким образом, из правового смысла приведенных выше норм закона следует, что при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор, может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами.

При этом для прекращения трудового договора по соглашению сторон недостаточно волеизъявления одной стороны работодателя или работника, а необходимо взаимное волеизъявление обеих сторон.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 01.12.2017 г. между истцом и ответчиком был заключен трудовой договор (том1, л.д.208), которым истец принята на работу в должности Эксперт Управления организации поставок и контрактации, Группа управления поставщиками. Дата подписания договора 01.12.2017 г.

Согласно Дополнительному соглашению от 02.04.2018 г. истица была переведена на должность Эксперта Отдела управления поставщиками Управления организации поставок и контрактации АО «НоваВинд».

Согласно Дополнительному соглашению от 22.05.2018 г. истица была переведена на должность Эксперта Отдела управления поставщиками Департамента контрактации и качества АО «НоваВинд» (том1 л.д.42).

04.12.2018 от филиала частной компании с ограниченной ответственностью «РЭД ВИНД Б.В.» (далее - «РЭД ВИНД Б.В.») «АО «НоваВинд» было получено письмо от 04.12.2018 №003 с просьбой увольнения обозначенных сотрудников АО «НоваВинд» в порядке перевода в «РЭД ВИНД Б.В.», в том числе Куценко О.А., на перевод получены личные согласия (заявления) работников (том, л.д.221).

В лично подписанном заявлении Куценко О.А. от 06.12.2018 содержалась просьба расторгнуть трудовой договор с АО «НоваВинд» и в связи с переводом в «РЭД ВИНД Б.В.» (том1, л.д.222).

Поскольку Куценко О.А. отозвала своё заявление о переводе, её перевод из АО «НоваВинд» в «РЭД ВИНД Б.В.» осуществлён не был.

Дополнительным Соглашением к трудовому договору от 01 марта 2019 г. (том1, л.д.43) истец и ответчик пришли к соглашению прекратить заключенный между ними трудовой договор 29 марта 2019 (последний день работы) на основании п.1 ч. 1 ст.77 ТК ТРФ (по соглашению сторон).

Приказом от 01.03.2019 (том1 л.д.32) истец уволена 29.03.2019 по соглашению сторон, пункт 1, часть 1, ст. 77 ТК РФ.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец исходит из того, что Дополнительное Соглашение к трудовому договору от 01 марта 2019 г. (том1, л.д.43) истец написала под давлением со стороны работодателя.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к настоящему спору, обязанность доказать факт принуждения к подписанию Дополнительного Соглашения к трудовому договору от 01 марта 2019 г. возлагается на работника, то есть на истца.

Между тем, истцом в суд не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих об отсутствии добровольности волеизъявления на подписания Дополнительного Соглашения к трудовому договору от 01 марта 2019 г. и увольнения по соглашению сторон, равно как и доказательств осуществления на нее (истца) давления со стороны работодателя.

Судом установлено, что Дополнительное Соглашение к трудовому договору от 01 марта 2019 г. подписано лично истцом, что подтверждает добровольный характер действий истца и наличие волеизъявления на увольнение по соглашению сторон.

Таким образом, оценивая все представленные суду доказательства в их совокупности с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности суд приходит к выводу, что каких либо доказательств в той части, что Дополнительное Соглашение к трудовому договору от 01 марта 2019 г. подписано истцом под давлением не представлено, а судом не установлено.

Отказывая истцу в удовлетворении исковых требований о признании увольнения Куценко О.А. из АО «НоваВинд» 29.03.2019 незаконным и отмене приказа от 01 марта 2019 г. о прекращении (расторжении) трудовых отношений (увольнении) 29 марта 2019 года; обязании АО «НоваВинд» изменить дату увольнения истцу Куценко О.А. на дату, предшествующую началу новых трудовых отношений истца, а именно 08.10.2019 и внести соответствующую запись в трудовую книжку и уведомить соответствующие инстанции о трудовом стаже (Пенсионный фонд, налоговая служба и т.п.); взыскании с ответчика АО «НоваВинд» в пользу истца компенсации в размере среднего заработка за период с 01 апреля 2019 года по 08 октября 2019 года согласно должностной ставке, указанной в п. 5.1 трудового договора № 13/17 от 01.12.2017 года (ставка равна 139 500,00 рублей до вычета налога на доходы физических лиц, ежемесячно), суд исходит из того, что Дополнительное Соглашение к трудовому договору от 01 марта 2019 г. было подписано лично истцом, надлежащих и достаточных доказательств того, что истца вынудили подписать данное Дополнительное Соглашение к трудовому договору от 01 марта 2019 г., равно как обстоятельств, подтверждающих факт воздействия на истца с целью ее увольнения по соглашению сторон материалы дела не содержат; при этом, суд учитывает, что в случае отсутствия волеизъявления истца на заключение Дополнительного Соглашения к трудовому договору от 01 марта 2019 г. истец вправе была не принимать предложение работодателя об увольнении по соглашению сторон.

При этом причины, по которым работник принял для себя решение о необходимости уволиться, не являются обстоятельствами, влияющими на законность увольнения.

Кроме того, суд находит состоятельными доводы ответчика в той части, что подпись истца также стоит в графе ознакомления на Приказе о прекращении трудового договора № 15-У, в день увольнения истец подписала в структурных подразделениях работодателя обходной лист, истцу на руки были выданы оригиналы документов, сопутствующие увольнению.

Таким образом, все выше обозначенные действия истца свидетельствуют о том, что увольнение Куценко О.А. из АО «НоваВинд» не носило вынужденного характера, а Соглашение о расторжении трудового договора было подписано Куценко О.А. добровольно, что позволяет суду прийти к выводу, что подписание истцом Дополнительного Соглашения к трудовому договору от 01 марта 2019 г. в данной ситуации указывают на наличие у истца значимого основания для намерения добровольного увольнения.

При таком положении, указание истцом на то, что причиной подписания Дополнительного Соглашения к трудовому договору от 01 марта 2019 г. явились незаконные действия со стороны работодателя, выразившиеся в понуждении к увольнению, являются несостоятельным.

Проверяя доводы истца по неправомерной невыплате суммы вознаграждения по итогам годовой работы за 2018 год в АО «НоваВинд» в размере 650 238,13 рублей, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.129 ТК РФ, заработная плата (оплата труда работников) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу положений ст.135 ТК РФ, заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Пунктом 5.2 Трудового договора с Куценко О.А. было предусмотрено, что по результатам достижения ключевых показателей эффективности работнику может быть выплачено вознаграждение в соответствии с Положением об оплате труда работодателя.

В силу действующего норм трудового законодательства премия по итогам работы за год, к надбавкам и доплатам, которые обязательны для применения в организациях независимо от форм собственности, не относится. Её размер, условия и порядок выплаты определяется работодателем.

Таким образом, положения трудового договора с Куценко О.А. не относят премию КПЭ к гарантированной части заработной платы и говорят о возможности выплаты такой премии, а не об обязанности работодателя.

Ответчик, возражая по доводам истца о размере КПЭ сослался в ходе судебного разбирательства на то, что Приказом АО «НоваВинд» от 06.04.2018 № 716/48-П установлено, что разработка карт КПЭ устанавливается для работников до 6 грейда (том2, л.д.253). Для работников с 7 грейда и младше устанавливается оценка результативности по итогам работы за 2018 год через лист оценки работника АО «НоваВинд».

Должность эксперта, на которую была трудоустроена Куценко О.А. относится к 7 грейду, соответственно карты КПЭ у истца не имелось.

При этом п.3 Приказа от 06.04.2018 № 716/48-П установлено, что оценка результативности работников без карт КПЭ за 2018 год осуществляется из оценки исполнения командного КПЭ на 2018 год - 20 процентов и оценки непосредственного руководителя - 80 процентов.

Таким образом, КПЭ Куценко О.А. за 2018 года состояло из двух показателей - 20 процентов - исходя из командного КПЭ, 80 процентов - исходя из оценки руководителя.

Протоколом заседания экспертной комиссии по оценке выполнения КПЭ за 2018 год от 08.02.2019 установлено, что оценка выполнения командного КПЭ для всех сотрудников АО «НовоВинд» за 2018 год установлен на нижнем уровне (том2, л.д.77-78). Оценка руководителя согласно оценочному листу в отношении Куценко О.А. была на уровне 0, что является правом работодателя (том2, л.д.116).

Приказом АО «НоваВинд» от 27.07.2018 № 08-НВ/к18 установлено, что командный КПЭ является дискретным.

Приказом АН «НоваВинд» от 10.09.2018 № 716/160-П установлено, что для дискертных КПЭ коэффициент выполнения для нижнего уровня равен 0,7.

Таким образом, выполнение работниками показателя командного КПЭ в размере 20 процентов от общей суммы за 2018 год было оценено исходя из понижающего коэффициента 0,7 (нижний уровень).

Исходя из изложенного, размер премии КПЭ, подлежащей выплате Куценко О.А. составлял за 2018 год - 105 761, 87 руб. и был выплачен двумя частями, как это предусмотрено локальными нормативными актами организации (том2, л.д.71-73).

При этом суд отмечает, что пунктом 3 Дополнительного Соглашения к трудовому договору от 01 марта 2019 г. установлено, что работнику выплачивается заработная плата за отработанное время, компенсация за неиспользованный отпуск, выходное пособие в размере 471 981, 00 рублей. Размер выходного пособия включает в себя, в том числе, вторую часть годовой премии КПЭ за 2018 год в размере 52 881, 00 руб.

Пунктом 4 данного Соглашения стороны подтвердили, что указанные в п. 3 соглашения суммы включают в себя все причитающиеся работнику выплаты, предусмотренные трудовым законодательством, трудовым договором и локальными актами.

Кроме того, пунктом 5 данного Соглашения предусмотрено, что работник не вправе требовать от работодателя иных выплат, в том числе, надбавок, компенсаций, пособий, возмещений расходов и подтверждает отсутствие претензий к работодателю.

Пунктом 7 Соглашения обозначено, что при прекращении трудового договора работник и работодатель никаких взаимных претензий друг к другу не имеют.

В соответствии с Трудовым законодательством РФ, регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров. Коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению (ст. 9 Трудового кодекса РФ).

К числу основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений ст. 2 Трудового кодекса РФ относит обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В силу ст. 57 Трудового кодекса РФ обязательными для включения в трудовой договор являются, в частности, условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); компенсации за тяжелую работу и работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте.

Таким образом, система оплаты труда применительно к ст. 135 Трудового кодекса РФ включает: фиксированный размер оплаты труда (оклад, тарифные ставки)с учетом квалификации, сложности, количества и качества выполненной работы (ст.143 Трудового кодекса РФ); доплаты, надбавки компенсационного характера (например, ст. 146 Трудового кодекса РФ; оплата труда в особых условиях; ст. 147 Трудового кодекса РФ -оплата труда работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда; ст. 148 Трудового кодекса РФ –Оплата труда на работах в местностях с особыми климатическими условиями; ст.149 Трудового кодекса РФ - Оплата труда в других случаях выполнения работ в условиях, отклоняющихся от нормальных);- доплаты и надбавки стимулирующего характера (ст. 191 Трудового кодекса РФ -поощрения за труд).

При этом, установленный в организации локальными нормативными актами фиксированный размер оплаты труда основан на нормах прямого действия, поскольку они служат непосредственным основанием для соответствующей выплаты работнику, полностью отработавшего норму рабочего времени и выполнившего трудовые обязанности в нормальных условиях труда. Издание работодателем дополнительного приказа в таком случае не требуется.

Стимулирующие выплаты, в отличие от компенсационных, зависят от усмотрения работодателя, премирование является правом работодателя и производится по его усмотрению, что согласуется со ст. 22 ТК РФ, в силу которой следует, что работодатель имеет право поощрять работников за добросовестный эффективный труд.

Таким образом, ни ТК РФ, ни трудовым договором с истцом не установлена безусловная обязанность работодателя выплачивать истцу дополнительное вознаграждение (стимулирующую выплату) в виде премии или вознаграждения в размере 100 %.

С учетом изложенного, суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований истца о признании выплаты Куценко О.А. суммы вознаграждения по итогам годовой работы в АО «НоваВинд» за 2018 год не в полном объеме - дискриминацией в сфере оплаты труда; взыскании с ответчика в пользу истца невыплаченной суммы вознаграждения по итогам годовой работы за 2018 год в АО «НоваВинд» в размере 650 238,13 рублей, поскольку данные требования основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства.

Рассматривая довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности суд их отклоняет, и признает уважительным пропуск срока, поскольку истец обращалась в трудовую инспекцию, обращалась в суд, отправляла исковое заявление в электронном виде 30.04.2019 г., которое не было принято по техническим причинам.

Поскольку в удовлетворении требований истцу отказано в полном объеме, оснований для компенсации морального вреда не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд,-

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Куценко Ольги Анатольевны к АО «НоваВинд» о признании увольнения незаконным, отмене приказа, обязании изменить дату увольнения, признании выплату суммы вознаграждения по итогам года не в полном объеме дискриминацией в сфере оплаты труда, взыскании компенсации заработной платы, взыскании невыплаченной суммы вознаграждения по итогам годовой работы, компенсации морального вреда отказать в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано в Московский городской суд через Замоскворецкий районный суд в течение 30 дней с момента изготовления решения суда в окончательном виде.

Судья:

Решение изготовлено в окончательном виде 10 декабря 2019 г.