Мотивированное решение

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 сентября 2019 года Замоскворецкий районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Мусимович М.В. , при секретаре Слыжук С.С., с участием прокурора Грашина Р.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3763/2019 по иску Воробьевой Марины Борисовны к Государственному унитарному предприятию «Мосгортранс» о компенсации морального вреда, -

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в суд с иском к ответчикам ГУП "Мосгортранс", АО «СОГАЗ», просила суд взыскать с ответчиков 5 000 000,00 рублей в счет компенсации морального вреда в пользу истца, мотивируя свои требования тем, что 08 ноября 2018 года в 10 часов 18 минут водитель ответчика Бондарев А.Н., управляя автобусом «ЛиАЗ-621365», государственный регистрационный знак ххххх, следовал с пассажирами по проезжей части Калужской пл. в направлении от Ленинского пр-та в сторону ул. Большая Якиманка в г. Москве; в районе д.1 корп.1 по Калужской пл., при резком торможении допустил падение, находящейся в салоне автобуса, пассажира хххх. В результате ДТП пассажир ххххх. получила телесные повреждения, которая после происшествия нарядом скорой помощи была доставлена в ГКБ №1 им. Н.И. Пирогова г. Москвы, где 30 ноября 2018 года скончалась.

Вследствие дорожно-транспортного происшествия 08 ноября 2018 года хххх был причинен тяжкий вред, повлекший смерть.

23 марта 2019 года следователь СУ УВД по ЦАО ГУ МВД России по г. Москве лейтенант юстиции ххххх вынес постановление о признании потерпевшей Воробьеву Марину Борисовну 03.03.1967 года рождения, которая является дочерью ххххх.

Против водителя 4-й колонны филиала Юго-Западного ГУП «Мосгортранс» Бондарева Алексея Николаевича, 03 декабря 1963 года рождения, было возбуждено уголовное дело № 1-145/2019 в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, которое было прекращено постановлением Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 23.05.2019 года в связи с примирением сторон по ходатайству представителя потерпевшей Воробьевой М.В., поскольку ущерб ей возмещен, принесены извинения, которые она приняла, с Бондаревым А.Н. примирилась, каких-либо претензий к Бондареву А.Н. не имеет.

Требуя возмещения морального вреда, истец сослалась на то, что ГУП «Мосгортранс» является работодателем обвиняемого по делу — водителя Бондарев А.Н. и несет гражданско-правовую ответственность по данному делу.

Поскольку в добровольном порядке моральный вред не был возмещен, истец обратилась в суд.

Истец в судебное заседание явилась, на иске настаивала в отношении ГУП «Мосгортранс», в отношении АО «СОГАЗ» от иска отказалась, поскольку АО «СОГАЗ» выплатила необходимую страховую сумму.

Определением суда от 24 сентября 2019 г. производство по делу в отношении ответчика АО «СОГАЗ» прекращено.

Представитель ответчика ГУП «Мосгортранс» по доверенности Савин О.О. в суд явился, исковые требования в сумме 5 000 000,00 рублей посчитал завышенными, просил в иске в заявленном размере отказать.

Третье лицо Бондарев А.Н. в судебное заседание не явился, извещен, о причинах неявки суд не уведомил.

Согласно ч.3 ст.167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не предоставлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Суд счел возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав доводы сторон, исследовав письменные материалы дела, заключение прокурора полагавшего иск подлежащим удовлетворению частично, оценив все в своей совокупности согласно ст. 67 ГПК РФ, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статья 1079 ГК РФ предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 2 этой же статьи установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

При этом юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (абзац первый п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 1081 ГК РФ предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Согласно части 18 статьи 34 Федерального закона от 08.11.2007 г. №259-ФЗ "Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта" в целях определения периода перевозки пассажира, в течение которого перевозчик несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью пассажира и (или) его багажу, ручной клади, перевозка пассажира включает в себя период, в течение которого пассажир находится в транспортном средстве, период посадки пассажира в транспортное средство и период высадки пассажира из транспортного средства.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пункту 2 статьи 1101 этого же кодекса, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников (пункт 2).

Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8).

Кроме того, пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Судом установлено и следует из письменных материалов дела, что 08 ноября 2018 года по адресу: г. Москва, Калужская пл., д. 1, произошло падение пассажира хххххх в автобусе, следующего по маршруту 144, принадлежащего ГУП «Мосгортранс».

Водитель Бондарев А.Н., следуя по проезжей части Ленинского проспекта г. Москвы в направлении от ул. Апакова в сторону ул. Житная, где районе дома № 1 корп. 1 по Калужской площади г. Москвы, применил невынужденное экстренное резкое торможение, в связи с чем допустил падение пассажира ххххх в салоне автобуса.

Таким образом, водитель Бондарев А.Н., работник ГУП Мосготранс, по неосторожности причинил тяжкий вред здоровью ххххх, повлекший за собой смерть. Согласно заключению эксперта № 22567-18/38-19 от 20 марта 2019 года у ххххх были телесные повреждения в виде: переломов 5-12 правых рёбер по задней подмышечной линии, ушиба правого лёгкого, разрыва правого купола диафрагмы, кровоизлияния в мягкие ткани груди, перелома тела 12 грудного позвонка; правостороннего гемоторакса, ателектаза 9-10 сегментов левого легкого (по клиническим данным). Данные телесные повреждения квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Согласно информации из заключений эксперта ГБУЗ г. Москвы «Бюро судебно- медицинской экспертизы Департамента здравоохранения г. Москвы» Танатологическое отделение № 1 №22567-18 от 05.02.2019 и № 22567-18/38-19 от 20.03.2019 (далее - Заключения СМЭ) смерть ххххх наступила 30.11.2018 в результате травмы от падения в автобусе 15.11.2018.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (статья 20, часть 1), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (статья 41, часть 1), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (статья 18 Конституции Российской Федерации). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1 статьи 150 ГК Российской Федерации).

Установленный принцип компенсации за причинение вреда здоровью направлен на реализацию указанных выше положений Конституции РФ.

Поскольку смерть матери истца находятся в прямой причинно-следственной связи от действий работника ответчика вследствие действий водителя автобуса, то суд считает требования истца по возмещению морального вреда обоснованными.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер и степень физических и нравственных страданий истца, фактические обстоятельства, тяжесть перенесенных и продолжающихся нравственных страданий, вызванных смертью матери, а также требования разумности и справедливости и считает возможным взыскать с ГУП «Мосгортранс» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 150 000,00 руб.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд,-

РЕШИЛ:

Взыскать с ГУП «Мосгортранс» в пользу Воробьевой Марины Борисовны в счет компенсации морального вреда 150 000,00 рублей.

Взыскать с ГУП «Мосгортранс» госпошлину в доход бюджет г. Москвы в размере 300 руб.

Решение суда может быть обжаловано в Московский городской суд, через Замоскворецкий районный суд г. Москвы в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья:

Решение в окончательном виде изготовлено 30 сентября 2019 г.