Определение суда апелляционной инстанции

Судья фио гр.д. № 33-25897/20

(№ дела в суде первой инстанции 2-2443/19)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 августа 2020 г. судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего фио,

судей фио, фио,

при помощнике фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи фио дело по апелляционной жалобе и дополнениям к ней истца фио на решение Замоскворецкого районного суда адрес от 17 сентября 2019 г., которым постановлено:

в удовлетворении требований фио к МВД России о компенсации морального вреда - отказать в полном объеме,

установила:

фио обратилась с иском к МВД России, в котором, с учетом уточнения исковых требований, просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 350 000 руб. и расходы по оплате госпошлины в размере 600 руб.

Требования мотивированы тем, что фио является потерпевшей по уголовному делу, возбужденному 23.09.2009 следственным органом ОМВД России по адрес в отношении фио по ч.1 ст. 112 УК РФ. 28 октября 2015 г. следственным органом было составлено обвинительное заключение в отношении фио и дело передано в Лефортовский районный суд адрес. На протяжении всего периода предварительного расследования требования законодательства и права потерпевшей нарушались неоднократно, также имели место нарушения требований норм закона и прав истца органом прокуратуры. Следственным органом истец не уведомлялась о ходе расследования, процессуальные документы ей не вручались и не направлялись, были утеряны множественные вещественные доказательства. Факты нарушения государственных органов были признаны Лефортовским районным судом адрес, Лефортовской прокуратурой, вышестоящим органом следствия. Все допущенные нарушения препятствовали истцу в осуществлении своей защиты прав потерпевшей. Истцу фактически пришлось бороться с должностными лицами, в обязанность которых входит соблюдение и защита прав потерпевших. За длительный период времени фактической борьбы со следственным органом здоровье истца значительно ухудшилось. Неоднократно ей приходилось писать жалобы в суд, прокуратуру, вышестоящие инстанции, тратить значительное количество времени, чтобы добиться своей защиты, соблюдения прав и чтобы уголовное дело дошло до суда. Со стороны органа предварительного расследования не было эффективного расследования причинения истцу телесных повреждений, проявлено равнодушие к защите прав потерпевшего, права истца не соблюдались, а постоянно нарушались. Следственные органы нарушения не устраняли даже после установления их судом и прокуратурой. Оказавшись в статусе потерпевшей истец утратила веру в справедливость и государственную власть, лишена ощущения безопасности, правовой стабильности, верховенства права. У неё сложилось мнение правовой незащищенности, игнорирования органами следствия всех норм права и морали. Таким образом, заявитель указала, что расследование уголовного дела превысило все разумные сроки уголовного судопроизводства. Длительное расследование, утрата доказательств, халатность, проведение экспертиз с нарушениями, многочисленные обжалования действий следователей, все это причиняло ей моральный вред.

Истец фио в заседание суда первой станции явилась, просила удовлетворить уточненные исковые требования.

Представитель ответчика МВД России по доверенности фио в заседание суда первой станции явился, просил в иске отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Представитель Минфина России в заседание суда первой станции не явился, извещался надлежащим образом.

Судом постановлено указанное выше решение, об отмене которого просит истец фио по доводам апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения истца фио, представителя ответчика МВД России по доверенности фио, обсудив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, извещавшихся о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает оснований к отмене обжалуемого решения.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец является потерпевшей по уголовному делу, возбужденному 23.09.2009 в отношении фио по ч.1 ст. 112 УК РФ.

Разумные сроки уголовного судопроизводства были нарушены.

При этом, ранее фио обращалась в Московский городской суд с заявлениями о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок.

Решением Московского городского суда от 25 сентября 2014 года, оставленным без изменения Апелляционным определением апелляционной инстанции Московского городского суда от 16 февраля 2015 года, с Российской Федерации в лице Министерства Финансов РФ в пользу фио ЕА. взыскана компенсация за нарушение права на судебное производство по уголовному делу в разумный срок в размере 80 000 рублей. Указанное решение исполнено 22 декабря 2014 года.

Затем истец обратилась в Московский городской суд с требованием о присуждении компенсации морального вреда, по причине того, что предметом судебной проверки при рассмотрении указанного дела являлся период с 23 сентября 2009 года по 21 июля 2014 года, а по мнению фио, длительность уголовного судопроизводства в период с 22 июля 2014 года по 12 декабря 2016 года, также превысила разумные сроки.

Решением Московского городского суда от 06 марта 2017 года по административному делу, оставленному без изменения Апелляционным определением судебной коллегии апелляционной инстанции Московского городского суда от 26 июля 2017 года, с Российской Федерации в лице Министерства Финансов РФ в пользу истца взыскана компенсация за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок в размере 40 000 рублей.

Разрешая спор, суд руководствовался ст. ст. 15, 1069, 1070 ГК адресадрескона от 30 апреля 2010 года № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок», п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» и исходил из того, что в настоящем иске истец указывает на нарушения, положенные в обоснование доводов о причинении морально-нравственных страданий, которые ранее были предметом рассмотрения судами, при разрешении исков о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок, таким образом, исковые требования фио о компенсации морального вреда являются необоснованными, заявленные истцом доводы о нравственных переживаниях и ухудшении состоянии здоровья, эмоциональном напряжении, какими-либо объективными доказательствами не подтверждены, в связи с чем, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований фио

При разрешении спора, судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.

Принимая во внимание, что факт незаконности действий (бездействия) должностных лиц государственного органа и причинно-следственная связь между предполагаемыми незаконными действиями (бездействием) должностных лиц и вредом, на который ссылается истец, не установлена, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд неверно указал на то, что требования истца уже были предметом рассмотрения судами при разрешении исков о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок, поскольку заявленные исковые требования не были предметом рассмотрения судам, тождественность исков не установлена, не может служить основанием для отмены судебного решения по следующим основаниям.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 29.03.2016 № 11 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» разъяснено, что присуждение компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за указанные нарушения (часть 4 статьи 1 Закона о компенсации, статьи 151, 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом, ранее в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 30, Пленума ВАС РФ № 64 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок», утратившего силу в связи с изданием Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.03.2016 № 11, обращалось внимание на то, что отсутствие права на присуждение компенсации на основании Федерального Закона от 30.04.2010 № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» не лишало заинтересованное лицо права обратиться в суд с иском о возмещении вреда в соответствии со статьями 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также с иском о компенсации морального вреда на основании статьи 151 ГК РФ.

Принимая во внимание, что ранее в пользу фио взыскана компенсация за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок на основании решений Московского городского суда, оснований для взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда не имеется.

Кроме того, компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок взыскивается независимо от вины соответствующего органа. Тогда как компенсация морального вреда взыскивается по общим основаниям ответственности, то есть за вину, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом.

Способ определения размера компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок отличен от правил определения компенсации морального вреда.

Ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда предусмотрена статьей 1070 Гражданского кодекса, согласно части 2 которой вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных частью 1 названной статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 Гражданского кодекса.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По смыслу положений статей 15, 16, 1064 и 1069 Гражданский кодекс, требование о возмещении ущерба от незаконных действий может быть удовлетворено только в случае,

когда доказаны одновременно факт причинения вреда, его размер, незаконность действий государственного органа (в данном случае органа следствия), причинная связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2001 г. № 1-П по делу о проверке конституционности положения п. 2 ст. 1070 ГК Российской Федерации, отсутствие в конституционных нормах (ст. ст. 52, 53 Конституции Российской Федерации) непосредственного указания на необходимость вины соответствующего должностного лица или лиц, выступающих от имени органа государственной власти, как на условие возмещения государством причиненного вреда, не означает, что вред возмещается государством независимо от наличия вины. Наличие вины -общий и общепризнанный принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, то есть закреплено непосредственно.

С учетом изложенного по настоящему делу на истце лежала обязанность доказать факт причинения ей морального вреда действиями должностных лиц ответчика.

Само по себе нарушение срока длительности уголовного судопроизводства, не подтверждает виновное причинение должностными лицами ответчика морального вреда истцу.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела не было установлено наличие противоправных действий должностных лиц ответчика, повлекших наступление негативных последствий для истца в виде физических или нравственных страданий. Суду не были представлены доказательства нарушения личных неимущественных прав истца виновными действиями должностных лиц ответчика.

При таких обстоятельствах, поскольку истцом не были представлены доказательства нарушений личных неимущественных прав, виновных действий должностных лиц, состоящих в причинной связи с таким нарушением, с учетом взысканной судом в пользу истца компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

Доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней о том, что суд необоснованно исходил из того, что исковые требования уже являлись предметом рассмотрения суда, судебная коллегия отклоняет, поскольку решение судом первой инстанции принято в соответствии с положениями ст. ст. 15, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также с учетом положений части 4 статьи 1 Федерального закона от 30 апреля 2010 года № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок», п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», а не как указывает истец в апелляционной жалобе на тождественность исковых требований, сводятся по существу к несогласию с вынесенным судебным решением.

Таким образом, изложенные в апелляционной жалобе доводы, фактически выражают несогласие истца с выводами суда, однако по существу их не опровергают, оснований к отмене решения не содержат, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 ГПК РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Эти требования при вынесении решения судом первой инстанции соблюдены.

Апелляционная жалоба не содержит правовых оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене постановленного судом решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Замоскворецкого районного суда адрес от 17 сентября 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу и дополнения к ней истца фио - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи