Мотивированное решение

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Москва 18 апреля 2019 года

Замоскворецкий районный суд г. Москвы

в составе председательствующего судьи Перепечиной Е.В.,

при секретаре Савиной М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-327/2019 по иску Домышева Дмитрия Валерьевича к МВД России о компенсации морального вреда, имущественного ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Домышев Д.В. обратился с иском о компенсации морального вреда в размере 180 000 руб., указывает, что испытывал нравственные страдания в результате содержания в ИВСПиО УМВД России по ЗАТО Северск Томской области (далее-ИВС) с 13.12.2012 по 21.04.2014.

В судебное заседание истец не явился, извещен надлежащим образом. Отбывает наказание в местах лишения свободы. В удовлетворении ходатайства о проведении видеоконференцсвязи суд отказывает по причине отсутствия технической возможности.

Представители МВД России по доверенности Артюхин С.С. явился, просил в иске отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Представитель Минфин России не явился, извещен надлежащим образом, возражений не представлено.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело по существу при указанной явке.

Выслушав ответчика, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Содержание под стражей в ИВС регулируется Федеральным законом от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ) и Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными приказом МВД России от 22 ноября 2005 г. № 950 (далее - Правила внутреннего распорядка).

На территории ИВС, находящегося по адресу: 636000, Томская область, г. Северск, ул. Свердлова, 11, отсутствует прогулочный дворик, а также отсутствуют окна в камерах в связи с тем, что ИВС находится в подвальном помещении, конструктивные его особенности не позволяют построить прогулочный дворик и оборудовать камеры ИВС окнами. Стены ИВС одновременно являются и фундаментом всего пятиэтажного здания УМВД России по ЗАТО Северск Томской области.

В соответствии с пунктом 2 Положения об ИВС, утвержденного приказом УМВД России по ЗАТО Северск Томской области от 27 мая 2016 г. № 122, ИВС является структурным подразделением УМВД России по ЗАТО Северск Томской области.

Согласно пункту 18 Положения об УМВД России по ЗАТО Северск Томской области, утвержденного приказом УМВД России по Томской области от 1 сентября 2017 г. № 353, УМВД России по ЗАТО Северск Томской области является юридическим лицом в организационно-правовой форме государственного учреждения; имеет печать с изображением Государственного герба Российской Федерации и со своим наименованием, иные печати, штампы, бланки, самостоятельный баланс, лицевые счета, открываемые в соответствии с законодательством Российской Федерации; выступает истцом и ответчиком в суде.

В соответствии с пунктом 45 Правил внутреннего распорядка камеры ИВС оборудуются:

индивидуальными нарами или кроватями;

столом и скамейками по лимиту мест в камере;

шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов;

санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности;

краном с водопроводной водой;

вешалкой для верхней одежды;

полкой для туалетных принадлежностей;

бачком для питьевой воды;

радиодинамиком для вещания общегосударственной программы;

кнопкой для вызова дежурного;

урной для мусора;

светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа;

приточной и/или вытяжной вентиляцией;

детскими кроватями в камерах, где содержатся женщины с детьми;

тазами для гигиенических целей и стирки одежды.

Согласно пунктов 47 и 48 Правил внутреннего распорядка не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе.

При отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °С), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности.

Таким образом, обязательное наличие в камерах ИСВ системы подачи горячей воды не предусмотрено Правилами внутреннего распорядка.

В ИВС предусмотрен определённой распорядок дня. По субботам с 10.00 до 12.00 часов - помывочный день. В ИВС имеется душевая кабина. Периоды содержания Домышева Д.В. на субботние дни не приходились.

Все камеры ИВС оборудованы в соответствии с требованиями Федерального закона № 103-ФЗ, в том числе приточно-вытяжной вентиляцией, водопроводом с холодной питьевой водой и санитарными узлами с элементами приватности высотой не менее 1 метра. Требования Федерального закона № 103-ФЗ не обязывают оборудовать камеры ИВС горячей водопроводной водой. Все системы жизнеобеспечения изолятора временного содержания, в том числе и приточно-вытяжная вентиляция в указанный период находились в исправном состоянии. Все камеры изолятора имеют площадь более 4 м² на одного человека, размещение сверх установленного лимита в камерах не допускается. Также все камеры ИВС оборудованы индивидуальными спальными местами, столами и скамейками из расчета на каждого содержащегося в камере, исходя из лимита её наполняемости. В указанный период времени нормативными документами МВД России не был предусмотрен покамерный учет лиц, содержащихся в ИВС.

Относительная влажность, температура воздуха в камерах ИВС, а также параметры микроклимата в помещениях соответствуют требуемым показателям ГОСТ 30494-96 «Здания жилые и общественные. Параметры микроклимата в помещениях».

В результате изучения поступившей из ИВС информации и дополнительных документов, указанные в исковом заявлении доводы Домышева Д.В. не нашли своего подтверждения.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ Домышевым Д.В. не представлены доказательства о том, что в период с 13.12.2012 по 21.04.2014 были нарушены его права ненадлежащими условиями содержания в ИВС.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что в оспариваемый период нахождения в ИВС (с 13.12.2012 по 21.04.2014) истец не считал свои права нарушенными, обратился в суд только 02.02.2018.

При этом, Домышевым Д.В. не приведены доводы о перенесенных им в этой связи физических и нравственных страданиях. Нахождение под стражей не может не сопровождаться определенными ограничениями и их наличие не является безусловным основанием к взысканию компенсации морального вреда.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих определениях от 16 октября 2003 г. № 371-0, от 19 июля 2007 г. № 480-0-0, от 20 марта 2006 г. № 162-0-0 указал, что в любом случае лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате совершения преступления оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть, такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе, в правах на неприкосновенность частной жизни, личной, семейной тайны, свободы передвижения.

Таким образом, объективных доказательств, свидетельствующих о том, что Домышев Д.В. в период с 13.12.2012 по 21.04.2014 содержался в ИВС в условиях, нарушающих его права и законные интересы, а также в условиях, которые свидетельствовали бы о каких-либо негативных последствиях содержания в ИВС, им не представлено.

Помимо общих оснований деликтной ответственности законодатель, реализуя требования статьи 53 Конституции Российской Федерации, закрепил в статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации основания (далее - ГК) и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц.

Согласно статье 1069 ГК вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине (определение Верховного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2018 г. № 12-КГ17-6).

Вместе с тем, материалами искового заявления не подтверждается причинно-следственная связь между наступлением вреда и действиями должностных лиц, так как действия сотрудников ИВС не были признаны противоправными в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 ГК, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Также согласно вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации суду при решении вопроса о компенсации морального вреда необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействиями) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Предметом доказывания в настоящем деле являются факт незаконных действий должностных лиц, в "результате которых, созданы ненадлежащие условия содержания под стражей в ИВС, факт причинения истцу морального вреда и наличие причинно-следственной связи между причиненным вредом и действиями (бездействием) должностных лиц государственного органа.

Уутверждения истца о том, что в период его периодического нахождения в ИВС ему были созданы ненадлежащие условия содержания, не находят своего подтверждения.

При таких обстоятельствах, истцом в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств подтверждающих, что в результате действий (бездействия) должностных лиц нарушены его личные неимущественные права, либо принадлежащие ему иные материальные блага и причинен моральный вред. Истцом не приведено доказательств того что, действия должностных лиц по созданию условий содержания в изоляторе истца являются незаконными.

Обязанность по доказыванию факта причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам возлагается на истца. Именно истец должен доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями, бездействием государственного органа и имеющимся у истца имущественным и моральным вредом.

Однако, несмотря на то, что в своем исковом заявлении Домышев Д.В. просит взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 180 000 рублей, при этом доказательств причинения морального вреда не представлено.

Конкретный размер компенсации морального вреда определяется судом по его усмотрению в зависимости от характера причиненных этому лицу физических и нравственных страданий, иных заслуживающих внимания обстоятельств, учитывая требования разумности и справедливости.

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК, где предусмотрено, что характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, а также индивидуальных особенностей потерпевшего.

Поскольку факт незаконности действий (бездействия) должностных лиц государственного органа не установлен, и причинно-следственная связь между предполагаемыми незаконными действиями (бездействием) должностных лиц и вредом, на который ссылается истец, отсутствует, следовательно, отсутствуют основания для удовлетворения заявленных исковых требований.

Как видно из материалов дела Домышев Д.В. обратился в судебный орган за защитой свих прав через 4 года после событий, на которые он ссылается как на основание своих требований. Данное обстоятельство позволяет сделать вывод о несоответствии значимости и действительности указанных нарушений содержания в ИВС тем физическим и нравственным страданиям, которые якобы претерпел истец.

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда Домышевым Д.В. не учтены требования разумности и справедливости, предусмотренные статьей 1101 ГК.

Учитывая изложенное и принимая во внимание отсутствие фактов нарушения ответчиком каких-либо прав, свобод и законных интересов истца суд отказывает в удовлетворении требований в полном объеме.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований Домышева Дмитрия Валерьевича к МВД России о компенсации морального вреда – отказать в полном объеме.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский городской суд через Замоскворецкий районный суд г. Москвы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: