Решение по жалобе/протесту (областной суд)

Судья: Ломазов С.Б.

Дело № 7-10696/2018

РЕШЕНИЕ

Судья Московского городского суда Сумина Л.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу Улаева Р.А. на постановление судьи Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 19 июля 2018 года, которым гражданин Республики Таджикистан Улаев Раджабали Абдурайимович признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.3.1 ст.18.8 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 5 000 (пять тысяч) рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации в форме самостоятельного контролируемого выезда с территории Российской Федерации,

установил:

19 июля 2018 года инспектором службы №2 отдела полиции УВД на Московском метрополитене ГУ МВД России по г.Москве в отношении гражданина Республики Таджикистан Улаева Раджабали Абдурайимовича составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном КоАП РФ.

На основании п.1 ч.2 ст.29.9 КоАП РФ данный протокол с иными материалами на рассмотрение по подведомственности передан в Замоскворецкий районный суд г.Москвы, судьей которого 19 июля 2018 года вынесено приведенное выше постановление.

В настоящее время в Московский городской суд указанное судебное постановление обжалует Улаев Р.А. по доводам поданной жалобы, которые сводятся к тому, что выводы судьи районного суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, представленным доказательствам; прибыв на территорию Российской Федерации 13 июля 2018 года, заявитель в установленном порядке был поставлен на миграционный учет до 11 октября 2018 года; при производстве по делу ему не были представлены переводчик и защитник; сотрудники полиции при составлении протокола об административном правонарушении и даче объяснений по обстоятельствам дела оказывали давление; неправомерно не применены положения Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

В судебном заседании Улаев Р.А. указанные доводы жалобы поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить, дополнительно ссылаясь на то, что 13 июля 2018 года он на автомобиле выехал с территории Российской Федерации, пересек границу Республики Казахстан и в этот же день вновь въехал, встал на миграционный учет, о чем свидетельствуют выданная в установленном порядке миграционная карта, отрывная часть бланка уведомления о прибытии иностранного гражданина в место пребывания.

Проверив материалы дела, изучив указанные доводы жалобы, выслушав объяснения стороны защиты, нахожу постановление судьи законным и обоснованным, не подлежащим отмене или изменению в связи со следующим.

Согласно КоАП РФ, административным правонарушением признается нарушение иностранным гражданином или лицом без гражданства режима пребывания (проживания) в Российской Федерации, выразившееся в отсутствии документов, подтверждающих право на пребывание (проживание) в Российской Федерации, или в случае утраты таких документов в неподаче заявления об их утрате в соответствующий орган либо в уклонении от выезда из Российской Федерации по истечении определенного срока пребывания.

В соответствии с КоАП РФ, нарушения, предусмотренные , совершенные в городе федерального значения Москве или Санкт-Петербурге либо в Московской или Ленинградской области влекут наложение административного штрафа в размере от пяти тысяч до семи тысяч рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации.

По общему правилу, установленному в Федерального закона от 25 июля 2002 года №115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», срок временного пребывания в Российской Федерации иностранного гражданина, прибывшего в Российскую Федерацию в порядке, не требующем получения визы, не может превышать девяносто суток суммарно в течение каждого периода в сто восемьдесят суток, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным , а также в случае, если такой срок не продлен в соответствии с настоящим Федеральным .

В силу Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации, законно находящимся в Российской Федерации иностранным гражданином признается лицо, имеющее действительные вид на жительство, либо разрешение на временное проживание, либо визу и (или) миграционную карту, либо иные предусмотренные федеральным законом или международным договором Российской Федерации документы, подтверждающие право иностранного гражданина на пребывание (проживание) в Российской Федерации.

На основании того же Федерального закона от 25 июля 2002 года, временно пребывающий в Российской Федерации иностранный гражданин обязан выехать из Российской Федерации по истечении срока его визы или иного срока временного пребывания, установленного настоящим Федеральным .

Статьей 25.10 Федерального закона от 15 августа 1996 года № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» предусмотрено, что иностранный гражданин или лицо без гражданства, уклоняющиеся от выезда из Российской Федерации по истечении срока пребывания (проживания) в Российской Федерации, являются незаконно находящимися на территории Российской Федерации и несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Таким образом, временно пребывающий в Российской Федерации иностранный гражданин обязан выехать из Российской Федерации по истечении срока действия его визы или иного срока временного пребывания, установленного настоящим Федеральным законом или международным договором Российской Федерации.

Как установлено судьей районного суда и усматривается из материалов настоящего дела, в *** час. *** по адресу: г.Москва, ул. ***, станция метро «***», сотрудниками службы №2 отдела полиции УВД на Московском метрополитене ГУ МВД России по г.Москве выявлен гражданин Республики Таджикистан Улаев Раджабали Абдурайимович, прибывший на территорию Российской Федерации 16 апреля 2018 года в порядке, не требующем получение визы, и который по истечении установленного до 14 июля 2018 года срока пребывания, в нарушение требований ч.2 ст.5 Федерального закона от 25 июля 2002 года №115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», уклонился от выезда из Российской Федерации, совершив тем самым административное правонарушение, предусмотренное ч. 3.1 ст. 18.8 КоАП РФ.

Факт совершения Улаевым Р.А. указанного правонарушения и виновность в его совершении подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе, рапортом сотрудника службы №2 отдела полиции УВД на Московском метрополитене ГУ МВД России по г.Москве, из которого усматривается, что 19 июля 2018 года им был задержан гражданин Республики Таджикистан Улаев Р.А., срок пребывания которого на территории Российской Федерации истек 14 июля 2018 года; письменными объяснениями Улаева Р.А.; сведениями из досье иностранного гражданина АС ЦБДУИГ; справкой о проверке по базе данных УФМС России по г. Москве по централизованному учету правонарушителей; копией паспорта иностранного гражданина на имя гражданина Республики Таджикистан Улаева Р.А.; протоколом об административном правонарушении по ч.3.1 ст.18.8 КоАП РФ в отношении Улаева Р.А., в котором полно изложены обстоятельства правонарушения, приведено событие административного правонарушения, указана норма Закона, нарушение которой вменяется заявителю, и из которого усматривается, что права лица, привлекаемого к административной ответственности соблюдены, протокол об административном правонарушении составлен в присутствии заявителя и двоих понятых, сведения о которых с адресами их места жительства приведены в протоколе, о чем имеются их подписи, с ним он ознакомлен, права и обязанности, предусмотренные ст.24.2, 25.1 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ ему разъяснены, все существенные данные, прямо перечисленные в части 2 ст. 28.2 КоАП РФ, протокол содержит, от подписи в нем, а также от получения на руки его копию заявитель отказался.

По смыслу КоАП РФ и ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого Резолюцией 2200 A (XXI) Генеральной ассамблеи ООН от 16 декабря 1966 года, лицо само определяет объем своих прав и реализует их по своему усмотрению, отказ в силу личного волеизъявления от дачи объяснения, от подписания составленных в отношении него процессуальных документов и получения их копий является способом реализации по своему усмотрению процессуальных прав гражданина.

В связи с изложенным, нежелание давать объяснения при вынесении протокола об административном правонарушении, расписываться в нем и получить его копию не относится к процессуальным нарушениям, допущенным при производстве по делу об административном правонарушении, и не может служить основанием для пересмотра судебного постановления.

Кроме того, вышеперечисленные доказательства составлены сотрудниками полиции в рамках выполнения ими своих служебных обязанностей, в соответствии с требованиями закона, причиной их составления послужило непосредственное выявление административного правонарушения, нарушений требований закона при их составлении не допущено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в них отражены, они согласуются между собой и с фактическими данными, являются достоверными и допустимыми, отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам в соответствии со КоАП РФ, не доверять им оснований не имеется.

Причин для оговора заявителя со стороны сотрудников полиции не установлено, а наличие у них властных полномочий по отношению к иностранным гражданам, призванным соблюдать на территории Российской Федерации требования Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», не может ставить под сомнения их действия по сбору доказательств, составлению процессуальных документов.

Сведениями о фальсификации доказательств суд апелляционной инстанции не располагает, вопросы о признании доказательств сфальсифицированными разрешаются в ином судебном порядке, предусмотренном РФ, тогда как сведений о подаче соответствующих заявлений в порядке УПК РФ не представлено.

Вопреки доводам жалобы, при производстве по делу замечаний на действия сотрудников полиции заявитель не делал, процессуальные документы таких замечаний и претензий не содержат, жалоб относительно незаконного поведения сотрудников полиции по отношении к нему в компетентные органы не подавал, в судебном заседании районного суда без всякого с чьей-либо стороны давления давал пояснения по обстоятельствам совершения административного правонарушения.

В соответствии с и Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», срок временного пребывания в Российской Федерации иностранного гражданина, прибывшего в Российскую Федерацию в порядке, не требующем получения визы, не может превышать девяносто суток суммарно в течение каждого периода в сто восемьдесят суток, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным , а также в случае, если такой срок не продлен в соответствии с настоящим Федеральным . При этом непрерывный срок временного пребывания в Российской Федерации указанного иностранного гражданина не может превышать девяносто суток.

В силу Федерального закона от 18 июля 2006 года № 109-ФЗ «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации», учет иностранных граждан или лица без гражданства по месту пребывания представляет лишь только фиксацию в установленном порядке уполномоченным в соответствии с настоящим Федеральным органами сведений о нахождении иностранного гражданина или лица без гражданства в месте пребывания.

Учитывая тот факт, что непрерывный срок временного пребывания заявителя на территории Российской Федерации в силу положений Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ составляет 90 суток с момента въезда, в данном случае – с 16 апреля 2018 года, на момент его задержания – 19 июля 2018 года указанный срок пребывания на территории Российской Федерации истек 14 июля 2018 года, в установленном законом порядке данный срок продлен не был, патент на работу, разрешение на временное проживание, вид на жительство не выдавались, в связи с чем законных оснований для пребывания на территории Российской Федерации по истечению установленного срока пребывания у заявителя не имелось, его действия правильно квалифицированы по ч. 3.1 ст. 18.8 КоАП РФ.

Утверждения в жалобе о том, что с территории Российской Федерации заявитель на автомобиле на территорию Республики Казахстан выехал 13 июля 2018 года и в этот же день въехал вновь, ему была выдана миграционная карта серии *** №***, опровергаются материалами дела, информацией из досье иностранного гражданина АС ЦБДУИГ, полученной на запрос Московского городского суда, в которой не содержится сведений о факте пересечения заявителем 13 июля 2018 года границы Российской Федерации и Республики Казахстан и обратно, а также сведений о выдаче ему указанной миграционной карты, зафиксирован въезд на территорию Российской Федерации лишь 16 апреля 2018 года.

Кроме того, данное обстоятельство на квалификацию действий заявителя по ч.3.1 ст.18.8 КоАП РФ не влияет, так как непрерывный срок его временного пребывания в Российской Федерации в данном случае превышает девяносто суток суммарно в течение каждого периода в сто восемьдесят суток.

Ввиду того, что уведомление о прибытии иностранного гражданина в место пребывания не является документом, подтверждающим законность пребывания иностранного гражданина в Российской Федерации, постановка заявителя на учет по месту пребывания с 17 июля 2018 года по 11 октября 2018 года, на которую ссылается сторона защиты, не свидетельствует о законности его пребывания на территории Российской Федерации.

Улаев Р.А., являясь иностранным гражданином, временно пребывающим на территории Российской Федерации, обязан был максимально внимательно относиться к требованиям миграционного законодательства Российской Федерации, знать и соблюдать такие требования в установленном порядке.

Доводы жалобы о том, что при производстве по настоящему делу заявителю не были предоставлены переводчик и защитник, не могут повлечь отмену постановления судьи, так как права и обязанности, предусмотренные ст.24.2, 25.1 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ, заявителю разъяснялись сотрудниками полиции в присутствии двоих понятых, сведения о которых с адресами их места жительства приведены в процессуальных документах, и о чем имеются их подписи, а также судьей районного суда в судебном заседании 19 июля 2018 года, о чем имеется собственноручная подпись заявителя, при этом, ходатайств о предоставлении защитника и переводчика им не заявлялось.

Также следует отметить, что жалоба на постановление судьи районного суда в Московский городской суд заявителем подписана собственноручно на русском языке, доводы жалобы изложены на русском языке, объяснения по обстоятельствам дела в суде первой инстанции он давал на русском языке, участвовал в исследовании доказательств, пользовался иными процессуальными правами, что не позволяет усомниться во владении им языком, на котором ведется судопроизводство, в той степени, которая необходима для понимания смысла и значения процессуальных действий, совершаемых в рамках возбужденного в отношении него дела об административном правонарушении.

В ходе рассмотрения настоящего дела судьей исследованы все имеющиеся по делу доказательства, им дана надлежащая правовая оценка в соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ, так как они являются допустимыми и достаточными, а поэтому обоснованно приняты судьей и положены в основу постановленного судебного акта, что нашло свое отражение в постановлении суда, которое мотивировано, отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, оснований не согласиться с его законностью и обоснованностью не имеется.

Несогласие с оценкой, данной собранным по делу доказательствам, равно как и несогласие с судебным постановлением, не является основанием к отмене судебного акта, постановленного с соблюдением требований КоАП РФ.

Доводы жалобы заявителя не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства, основаны на субъективном толковании закона, направлены на переоценку исследованных судьей доказательств, расцениваются как стремление избежать административной ответственности за совершенное им административное правонарушение, санкция которого предусматривает выдворение за пределы Российской Федерации.

Из материалов дела не усматривается наличие каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность вывода судьи районного суда о доказанности вины заявителя в совершении вмененного ему административного правонарушения.

По общему правилу, при назначении наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации по ч.3.1 ст.18.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях судья должен исходить из действительной необходимости применения к иностранному гражданину или лицу без гражданства такой меры ответственности, а также из её соразмерности целям административного наказания, с тем, чтобы обеспечить достижение справедливого баланса публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства. При этом конкретные обстоятельства, связанные с совершением административного правонарушения (длительность незаконного нахождения на территории Российской Федерации, повторное или неоднократное привлечение к административной ответственности по ст.18.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и т.д.), подлежат оценке в соответствии с общими правилами назначения административного наказания, основанными на принципах справедливости, соразмерности и индивидуализации ответственности, согласно которым при назначении административного наказания иностранному гражданину или лицу без гражданства учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие или отягчающие административную ответственность, что прямо предусмотрено положениями , Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В Постановлении от 14 февраля 2013 года № 4-П Конституционный Суд Российской Федерации также признал, что устанавливаемые в законодательстве об административных правонарушениях правила применения мер административной ответственности должны не только учитывать характер правонарушения, его опасность для защищаемых законом ценностей, но и обеспечивать учет причин и условий его совершения, а также личности правонарушителя и степени его вины, гарантируя тем самым адекватность порождаемых последствий (в том числе для лица, привлекаемого к ответственности) тому вреду, который причинен в результате административного правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения и обеспечивая баланс основных прав индивида (юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от административных правонарушений; иное - в силу конституционного запрета дискриминации и выраженных в Конституции Российской Федерации идей справедливости и гуманизма - было бы несовместимо с принципом индивидуализации ответственности за административные правонарушения.

Статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, вступившей в силу для России 05 мая 1998 года, определено, что вмешательство со стороны публичных властей в осуществление прав на уважение личной и семейной жизни не допускается, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Также Европейский Суд по правам человека неоднократно указывал на то, что названная выше не гарантирует иностранцам право въезжать в определенную страну или проживать на ее территории и не быть высланными и что лежащая на государстве ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает его контролировать въезд в страну.

Относительно критериев допустимости высылки в демократическом обществе Европейский Суд по правам человека отметил, что значение, придаваемое тому или иному из них, будет различным в зависимости от обстоятельств конкретного дела, государство, связанное необходимостью установить справедливое равновесие между конкурирующими интересами отдельного лица и общества в целом, имеет определенные пределы усмотрения, в то же время право властей применять выдворение может быть важным средством предотвращения серьезных и неоднократных нарушений иммиграционного закона, поскольку оставление их безнаказанными подрывало бы уважение к такому закону. При этом законность проживания мигранта позволяет судить о его лояльности к правопорядку страны пребывания.

Таким образом, правонарушения в области миграционного законодательства в силу закона при вынесении решения судом могут быть квалифицированы именно как обстоятельства, вынуждающие к применению такого наказания, как административное выдворение в силу насущной социальной необходимости.

Правовой подход, согласно которому семейное положение иностранного гражданина не является безусловным основанием для исключения дополнительного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации, в частности, при отсутствии достаточных сведений о совместном проживании и ведении супругами общего совместного хозяйства, неоднократно высказывался Верховным Судом Российской Федерации применительно к конкретным обстоятельствам рассматриваемых дел (в частности, в от 25.07.2016 N 5-АД16-85).

В данном случае нарушения права на уважение личной и семейной жизни заявителя, иных положений международных соглашений, участником которых является Российская Федерация, в том числе, Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 4 ноября 1950 г.), не усматривается.

Материалы дела не содержат объективных данных, свидетельствующих о предпринятых лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, мерах для неукоснительного выполнения требований миграционного законодательства на территории Российской Федерации.

Административное наказание назначено в соответствии с требованиями ст. 3.1, 3.5, 3.10, 4.1 КоАП РФ, в пределах санкции ч.3 ст. 18.8 КоАП РФ, с учетом конкретных обстоятельств, характера совершенного правонарушения, личности заявителя, соответствует целям административного наказания, связанным с предупреждением совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Каких-либо обстоятельств, исключающих возможность применения к заявителю административного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации, по делу не имеется.

Порядок и срок давности привлечения к административной ответственности по данной категории дел соблюдены, нарушений норм материального и процессуального права судьей не допущено.

Оснований для отмены или изменения постановления судьи, в том числе, по доводам, изложенным в жалобе, не имеется, оно является законным и обоснованным.

На основании изложенного, руководствуясь -30.8 КоАП РФ, судья

решил:

постановление судьи Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 19 июля 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3.1 ст. 18.8 КоАП РФ, в отношении гражданина Республики Таджикистан Улаева Раджабали Абдурайимовича оставить без изменения, жалобу Улаева Р.А. - без удовлетворения.

Судья Московского городского суда Л.Н. Сумина