Постановление суда апелляционной инстанции

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Москва 25 марта 2019 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда

в составе:

председательствующего – судьи Неделиной О.А.,

судей – Федоровой С.В., Рыжовой А.В.,

при секретаре - Шайбаковой Л.К.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры г. Москвы - Иванниковой А.Е.,

осужденных - Султыгова Х.М., Льянова М.М.,

защитников - адвокатов Захаряева В.А., Абдурахманова А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденных Султыгова Х.М., Льянова М.М., адвоката Абдурахманова А.А., апелляционное представление государственного обвинителя Замоскворецкой межрайонной прокуратуры г.Москвы Ахтямовой Л.Р. на приговор Замоскворецкого районного суда г.Москвы от 04 октября 2018 года, которым

Султыгов, ранее судимый:

- 15 июня 2016 года приговором Перовского районного суда г. Москвы по п. «в» ч. 2 ст. 166 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 1 год освобожденный 14 апреля 2017 года по отбытии срока наказания,

осужден по ч.2 ст. 162 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания Султыгову Х.М. исчислен с 04 октября 2018 года, зачтено в срок отбывания наказания время содержания его под стражей в период с 24 января 2018 года;

Льянов, ранее не судимый,

осужден по ч.2 ст. 162 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания Льянову М.М. исчислен с 04 октября 2018 года, зачтено в срок отбывания наказания время содержания его под стражей в период с 24 января 2018 года.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального Закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ) время содержания под стражей Льянову М.М. с 24 января 2018 года по день вступления приговора в законную силу включительно зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Мера пресечения Султыгову Х.М. и Льянову М.М. до вступления приговора в законную силу оставлена прежней - в виде содержания под стражей.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Федоровой С.В., выслушав мнение участников процесса по доводам апелляционных жалоб и апелляционного представления, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда Султыгов Х.М. и Льянов М.М. признаны виновными в разбое, то есть в нападении в целях хищения чужого имущества, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено ими 22 января 2018 года в г.Москве, в ходе его совершения они своими совместными преступными действиями причинили ООО «Атлант-Инвест» материальный ущерб на сумму 18 700 рублей, а К физический и моральный вред при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании, согласно приговора, осужденный Султыгов Х.М. виновным себя признал частично, а осужденный Льянов М.М. вину свою не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Замоскворецкой межрайонной прокуратуры г.Москвы Ахтямова Л.Р., соглашаясь с правильностью установления фактических обстоятельств и выводами суда о виновности осужденных, находит приговор подлежащим изменению в связи с неправильным указанием в нем имени осужденного Султыгова – *, вместо *. Просит приговор изменить, указать во вводной и резолютивной частях приговора на осуждение Султыгова ***.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный Султыгов Х.М., высказывая несогласие с приговором, считает, что в период предварительного расследования и в ходе судебного разбирательства, установлено, что никакого предмета, похожего на нож, у него в руках не было, что также подтверждается показаниями потерпевшего К, который пояснил, что он видел часы, хотя в действительности это был телефон, по которому он (Султыгов) пытался оплатить привезенные потерпевшим баллоны, однако, всем своим видом и действиями потерпевший мешал ему это сделать, в связи с чем и создалась конфликтная ситуация. Указывает на то, что Льянов в его разговоре с потерпевшим не участвовал, о действиях осведомлен не был, он просто перенес баллон в машину, считая, что производится оплата за 2 баллона.

Приводит довод о том, что умысла на разбойное нападение у них не было, несмотря на это следствие и суд не разобрались в случившемся, что привело к необоснованному выводу о том, что он и Льянов заранее договорились о совершении противоправных действий, что не соответствует действительности, учитывая и то обстоятельство, что в составе группы лиц они не действовали, они не только не совершали преступление, предусмотренное ч.2 ст. 162 УК РФ, но и вообще никаких деяний, связанных с нарушением норм УК РФ.

Кроме того, ссылается на то, что в период предварительного расследования следователь допускала нарушение норм УПК РФ. Обращает внимание на то, что до задержания он на законных основаниях снимал жилье на территории г.Москвы, учился на экономическом факультете, преступать закон не собирался, стал спонтанным соучастником преступления, однако, не того, за которое был осужден. Отмечает, что следователь ему изначально сообщала о совершении грабежа, однако, потом показания потерпевшего о ноже послужили основанием для обвинения его в разбое, несмотря на то, что никакого оружия у него не было.

Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе.

В апелляционной жалобе осужденный Льянов М.М., не соглашаясь с приговором, считает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что суд не дал должной оценки показаниям потерпевшего К, утверждавшего, что в его (Льянова) фактических действиях нет какого-либо преступления, что является существенным нарушением норм УПК РФ. Приводит довод о том, что суд неверно взял за основу приговора только первоначальные показания потерпевшего на следствии, и не принял во внимание показания К в суде. Считает, что судом также нарушены положения ст. 14 УПК РФ, указывая на то, что его виновность доказана не была, приговор постановлен на домыслах и предположениях. Обращает внимание на показания потерпевшего, данные в ходе проведения очной ставки между ним (Льяновым) и К, в которых потерпевший указывает, что к инкриминируемому преступлению он (Льянов) отношения не имел, а только посмотрел в багажник автомашины. Изменение своих показаний потерпевший мотивирует тем, что первоначально испугался за свою жизнь и был сильно напуган действиями остальных членов группы, что, по мнению автора жалобы, может расцениваться как попытка оговора.

Ссылается на показания потерпевшего в суде, согласно которым он (Льянов) ни в разбойном нападении, ни в сговоре на его совершение не участвовал, не распределял роли, не занимался подготовкой к совершению преступления и к изысканию средств к нападению. Обращает внимание на то, что во время общения потерпевшего с Султыговым находился в машине и не слышал их разговора. Указывает на показания свидетеля А о том, что никакого ножа ни у Султыгова, ни у Льянова не было, что подтверждает и показания Кондратьева в данной части. Полагает, что в приговоре отсутствует мотивировка по многим пунктам его обвинения, не дано правовой оценки его действиям, а также допустимости доказательств.

Не согласен с тем, что судом не была удовлетворена просьба стороны защиты о применении положений ст. 73 УК РФ, не приняты во внимание данные, характеризующие личность виновного, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства. Считает, что применение данной нормы закона было бы оправданным. Просит приговор отменить, признать его невиновным, меру пресечения также отменить в зале суда.

В апелляционной жалобе адвокат Абдурахманов А.А. в защиту осужденного Льянова М.М., не соглашаясь с приговором, считает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и являются ошибочными. Полагает, что суд не дал оценки всей совокупности фактов, которые оправдывают Льянова по разбойному нападению. Указывает на то, что Льянов не участвовал в разбойном нападении, что имел место эксцесс исполнителя со стороны иного лица, в связи с чем его подзащитный не может нести ответственность за действия группы, не охватываемые его умыслом. Приводит показания, данные потерпевшим в суде, а также при проведении очной ставки между К и Льяновым, относительно действий Льянова. Считает, что не было дано правовой оценки действиям К, который скорректировал свои показания в ходе очной ставки, а также их конкретизировал и мотивировал, указав, что первоначально испугался за жизнь и был напуган действиями остальных участников группы, что можно расценивать, как попытку наговора. Высказывает мнение о допущенных органами следствия и судом нарушениях положений ст. 14 УПК РФ, полагая, что виновность Льянова доказана не была, обвинительное заключение основано на домыслах и предположениях. Кроме того, считает, что принцип состязательности сторон также был нарушен, поскольку следственные действия проводились в ночное время, защитник по соглашению к Льянову допущен не был, чему судом не дано надлежащей оценки. Просит приговор отменить, признать Льянова невиновным, уголовное преследование прекратить, меру пресечения отменить.

В суде апелляционной инстанции прокурор Иванникова А.Е. не согласилась с доводами апелляционных жалоб, просила оставить их без удовлетворения, приговор изменить по доводам апелляционного представления, указать во вводной и резолютивной частях приговора на осуждение Султыгова ***, а также просила зачесть в срок отбывания наказания Султыгову Х.М. время содержания его под стражей в период с 24 января 2018 года по 03 октября 2018 года, включительно.

Осужденный Султыгов Х.М. и адвокат Захаряев В.А. доводы апелляционных жалоб поддержали, а против доводов апелляционного представления возражали. Осужденный просил приговор отменить либо смягчить назначенное ему наказание, его защитник, кроме того, просил переквалифицировать действия Султыгова Х.М. на грабеж либо применить положения ст.64 УК РФ.

Осужденный Льянов М.М. и адвокат Абдурахманов А.А. доводы апелляционных жалоб поддержали, а против доводов апелляционного представления возражали. Адвокат просил отменить приговор в отношении Льянова М.М., признать его невиновным по ч.2 ст. 162 УК РФ, а, в случае признания виновным, назначить минимально допустимое наказание с учетом совокупности всех смягчающих обстоятельств, применив ст.ст.64, 73 УК РФ.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, выслушав мнение участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Вывод суда о виновности осужденных Султыгова Х.М. и Льянова М.М. в совершении инкриминируемого им преступления, вопреки доводам жалоб, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре.

В частности, вина осужденных подтверждается:

- показаниями потерпевшего К, данными им в ходе предварительного расследования по уголовному делу и оглашенными в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, из которых следует, что ночью 22 января 2018 года он доставил по адресу: г. Москва, *, баллон с пищевой закисью азота «веселящий газ». К нему подъехала машина марки «Мерседес-Бенц» в которой находились Султыгов Х.М., Льянов М.М. и А. Из нее вышли Султыгов Х.М. и А., они поговорили и сообщили ему о том, что они приехали за баллонами. После чего он открыл багажник своего автомобиля и тогда Султыгов Х.М. сообщил о том, что они будут брать два баллона, на что он ответил, что по заказу только один, однако, Султыгов Х.М. начал доставать баллоны из автомобиля, в это время А сел обратно в машину, а Султыгов Х.М. начал говорить, что нужно проверить баллон, и понёс его в багажник «Мерседес-Бенц». Положив баллон в багажник, начал звать Льянова М.М., которого попросил захватить шарики, чтобы проверить баллоны. Он (К) стал спрашивать по поводу оплаты, на что они ему ответили, что сейчас все оплатят после того, как проверят. В это время Льянов М.М. подошёл к ним, после чего Султыгов Х.М. пошёл к его машине и достал ещё один баллон, который переложил в багажник автомобиля «Мерседес- Бенц», тогда он (К) взял один баллон и переложил его обратно к себе в машину, затем вернулся к багажнику автомобиля «Мерседес - Бенц» и хотел достать второй баллон, но Льянов М.М. в этот момент перегородил ему путь и не подпускал его к машине, а в это время Султыгов Х.М. пошёл к его автомобилю и перенёс ещё один баллон к себе в автомобиль, после этого он (К) попытался взять баллоны из багажника «Мерседес- Бенц», но Султыгов Х.М. и Льянов М.М. оттолкнули его за плечи от автомобиля, он в этот момент поднял голову и тогда он увидел, что в руках у Султыгова Х.М. блеснул предмет, похожий на нож, после этого Султыгов Х.М. сказал: «Не лезь, а то хуже будет, порежу». Затем они закрыли багажник и уехали, а он позвонил в полицию и сообщил о случившимся.

Свои показания потерпевший К. подтвердил в полном объеме и в ходе очной ставки, проведенной между ним и подозреваемым Султыговым Х.М., подробно сообщив о действиях каждого из осужденных, в том числе и об их совместных действиях, связанных с хищением баллонов, и о фразе, произнесенной в его адрес Султыговым Х.М. в присутствии Льянова М.М., относительно того, что потерпевшему «хуже будет, порежу» (том 1 л.д. 102-105).

В своем заявлении в полицию К просит принять меры к неустановленным лицам, которые ночью 22 января 2018 года, угрожая ему физической расправой, отобрали два баллона закиси азота, после чего скрылись.

Согласно протоколам предъявления лица для опознания, потерпевший К. опознал Льянова М.М. и Султыгова Х.М., как лиц, которые отобрали у него 2 баллона с веселящим газом, при этом оттолкнули его от автомобиля, у Султыгова Х.М. в руке блеснул предмет, похожий на нож, и тот сказал потерпевшему: «Уходи, а то порежу»;

- показаниями представителя потерпевшего ООО «Атлант-Инвест», о том, что ночью 22 января 2018 года ему поступил заказ от клиента о покупке баллона с пищевой закисью азота, после чего он с помощью программы «WhatsApp» написал сообщение К. о том, что тому необходимо доставить один баллон с пищевой закисью азота по адресу: г. Москва, *, и указал мобильный телефон клиента. Затем он узнал от Кондратьева А.В., что, после осуществления звонку клиенту, прибыв на место встречи, к нему подъехал автомобиль марки «Мерседес-Бенц», г.н.з. ***, из которого вышли двое мужчин, которые, угрожая оружием, похитили у К два 10-ти литровых баллона с пищевой закисью азота. После происшествия он позвонил в полицию и сообщил о случившимся. Стоимость одного похищенного баллона с пищевой закисью азота объемом 10 литров составляет 9 350 рублей, а общий ущерб для компании составил 18 700 рублей;

- показаниями свидетеля А., данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что 22 января 2018 года он встретился с Льяновым М.М. и Султыговым Х.М., которые попросили его доехать и купить баллоны с веселящим газом. После чего Султыгов Х.М. договорился о покупке баллонов и узнал адрес, где их можно забрать. Затем Султыгов Х.М. назвал адрес, куда они прибыли, там находился припаркованный автомобиль марки «Хендай Солярис», рядом с которым стоял неизвестный ему ранее мужчина. Он и Султыгов Х.М. вышли из автомобиля и направились к данному мужчине, который открыл багажник и показал наличие баллонов. После чего он (А) вернулся обратно в свою машину, а Султыгов Х.М. остался с указанным мужчиной. Затем Султыгов Х.М. крикнул ему открыть багажник, что он и сделал, после чего увидел, как Султыгов Х.М. несет один баллон и кладет в багажник его автомобиля, а мужчина, который привез данные баллоны спрашивает его про оплату. После чего Султыгов Х.М. позвал Льянова М.М., который вышел из автомобиля и также находился какое-то время с Султыговым Х.М. на улице, что они делали и о чем шел разговор с продавцом, он не знает, слышал только то, что в багажник положили два баллона, так как они металлические и слышан характерный звук. Затем в машину быстро сели Льянов М.М. и Султыгов Х.М., при этом последний сказал: «Поехали быстрее», что он и сделал.

Свои показания свидетель А. подтвердил и в ходе очных ставок, проведенных между ним и Султыговым Х.И., а также между ним и Льяновым М.М.

Согласно протокола предъявления лица для опознания по фотографии, свидетель А опознал Султыгова Х.М. как лицо, которое ночью 22 января 2018 года прибыло за баллонами по адресу: г. Москва, *, вместе с другим молодым человеком;

- показаниями свидетелей – сотрудников полиции о том, что 22 января 2018 года в дежурную часть ОМВД России по району Замоскворечье г. Москвы поступило заявление от К о совершении в отношении него преступлении лицами, которые были на автомобиле, после чего в рамках проведения проверки было получено объяснение от заявителя К., который сообщил о том, что нападавшие на него лица передвигались на автомашине марки «Мерседес-Бенц CLK430» г.н.з. ***. Затем по базе данных ФИС ГИБДД-М были получены сведения о принадлежности указанного автомобиля, был задержан А., который сообщил о том, что к хищению баллонов причастны Султыгов Х.М. и Льянов М.М., а также назвал адрес их проживания. После чего на основании постановления следователя был произведен обыск, в ходе которого в квартире по адресу: г. Москва, *, находились Султыгов Х.М. и Льянов М.М., а в комнате был обнаружен баллон из под закиси азота;

- аналогичными по своему содержанию и смыслу показаниями свидетелей – сотрудников полиции С., Г, М. об обстоятельствах проведения обыска по адресу: г. Москва, *, о его результатах и о задержании Султыгова Х.М. и Льянова М.М.;

- показаниями свидетелей Б., М, которые принимали участие в качестве понятых при производстве обыска в квартире, по адресу: г. Москва, *, согласно которым в комнате был обнаружен и изъят баллон из-под закиси азота.

Вышеприведенные показания потерпевшего и свидетелей подтверждаются иными доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства, в том числе:

- протоколом выемки, из которого следует, что генеральный директор ООО «Атлант-инвест» У добровольно выдал трудовой договор № 1 на имя К. от 05 января 2018 года, заключенный между ООО «Атлант-Инвест» в лице У и К., о том, что К. работает курьером-экспедитором, а так же товарную накладную № 001-1 от 12.01.2018 года, согласно которой «Пищевая закись азота в баллонах 10 л» стоит 9 350 рублей на 1 штуку;

- протоколом обыска (выемки), из которого следует, что в квартире по адресу: г. Москва, *, был обнаружен и изъят один 10 литровый баллон с закисью азота.

На основании этих и других исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана надлежащая оценка, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности Султыгова Х.М. и Льянова М.М. в совершении преступления.

Все доказательства были непосредственно, полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст.ст.87,88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, не соглашаться с которой у судебной коллегии нет оснований.

При этом суд первой инстанции в точном соответствии с требованиями ст.307 УПК РФ изложил в приговоре мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие.

Суд обоснованно сослался, признав достоверными и положив в основу обвинительного приговора, на показания представителя потерпевшего ООО «Атлант-инвест» У., свидетелей Б., М., А., М., С., Г., М., поскольку они получены в соответствии с требованиями УПК РФ и согласуются с другими доказательствами по делу, исследованными судом, создавая целостную картину произошедшего. Каких-либо сведений о заинтересованности указанных лиц при даче показаний в отношении осужденных, оснований для оговора ими осужденных, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решения суда о виновности осужденного, на правильность применения уголовного закона и назначенное ему наказание, судебной коллегией не установлено.

Ставить под сомнение объективность оценки показаний указанных лиц у судебной коллегии не имеется.

Достоверность доказательств, положенных судом в основу своих выводов о виновности осужденных, у судебной коллегии сомнений не вызывает.

Вышеприведенные доказательства соответствуют требованиям ст. 74 УПК РФ, вся совокупность изложенных относимых, допустимых и достоверных доказательств является достаточной для установления виновности осужденных в совершении инкриминируемого им деяния, в связи с чем доводы защиты о том, что приговор постановлен на предположениях являются несостоятельными.

Суд обоснованно сослался в приговоре на показания потерпевшего К., данные им в период предварительного расследования, которые были оглашены судом по ходатайству прокурора, т.к. они получены в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства, после неоднократного разъяснения потерпевшему процессуальных прав и положений ст. 51 Конституции РФ, его показания согласуются и с другими доказательствами по делу. Судебная коллегия обращает внимание на то, что потерпевший в период предварительного расследования последовательно и подробно сообщал об обстоятельствах совершенного на него нападения со стороны Султыгова Х.М. и Льянова М.М., подтвердил свои показания при проведении очной ставки с Султыговым Х.М., в том числе о совершении преступления группой лиц, в ходе которого имела место угроза применения насилия, опасного для его жизни и здоровья, при этом о данных обстоятельствах потерпевший в период предварительного следствия сообщал неоднократно, а непосредственно после нападения на него обратился в отдел полиции, где сообщил обстоятельства нападения. В результате проверки его заявления были задержаны Султыгов Х.М. и Льянов М.М., по месту проживания которых был обнаружен и изъят один 10 литровый баллон с закисью азота, а потерпевший их опознал как лиц, совершивших в отношении него совместно противоправные действия.

Нарушений норм УПК РФ при проведении допроса потерпевшего, очной ставки и опознания с его участием не установлено, правильность изложения показаний с его слов К удостоверил собственноручными подписями.

При этом суд правильно отнесся критически к показаниям потерпевшего К., данным в ходе судебного следствия, в которых тот изменил ранее данные показания относительно действий Льянова М.М. при совершении разбойного нападения по значимым моментам предъявленного тому обвинения, сообщая, что Льянов М.М. никаких действий в отношении него не предпринимал, угрозы ему не высказывал, а просто стоял рядом и ничего не делал, а также сообщил суду о том, что в руках у Султыгова Х.М. что-то блеснуло, возможно, часы, но предмета, похожего на нож, у осужденных в руках не было, поскольку они не нашли своего объективного подтверждения, а причины изменения потерпевшим показаний, озвученные в судебном заседании, являются несостоятельными. Кроме того, в судебном заседании потерпевший подтвердил, что показания на следствии он давал добровольно, никакого давления со стороны сотрудников полиции на него не оказывалось, протокол допроса им подписан, при этом сообщил о том, что на следствии он помнил лучше обстоятельства произошедшего.

Помимо этого, суд обоснованно отнесся критически к показаниям свидетеля А в судебном заседании, который не подтвердил показания, данные им в период предварительного расследования, в части того, что Султыгов Х.М. после того, как сел к нему в машину, не говорил ему ехать быстрее, приведя мотивацию подобному выводу, с которым судебная коллегия соглашается. Показания свидетеля А., данные в период предварительного расследования, которые были оглашены в судебном заседании, правомерно положены в основу приговора.

Судом были тщательно проверены и правильно отвергнуты, как несостоятельные, доводы Султыгова Х.М., Льянова М.М. и их защитников о том, что противоправных действий в отношении потерпевшего они не совершали, поскольку данные утверждения опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, в том числе, показаниями потерпевшего К., а также конкретными действиями самих осужденных.

Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно и полно изложены в приговоре.

Проверив обоснованность предъявленного Султыгову Х.М. и Льянову М.М. обвинения на основе собранных по делу доказательств, суд, вопреки доводам апелляционных жалоб, справедливо придя к выводу о доказанности вины осужденных, дал правильную юридическую оценку их действиям с учетом установленных по делу обстоятельств по ч.2 ст.162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья.

Судом приведены доводы, подтверждающие наличие в действиях осужденных данного состава преступления, основания, по которым суд пришел к выводу об обоснованности такой квалификации и о наличии в действиях Султыгова Х.М. и Льянова М.М. указанных квалифицирующих признаков, с которыми судебная коллегия соглашается.

Оснований для квалификации действий осужденного Султыгова Х.М. как грабеж, о чем говорил в суде апелляционной инстанции его защитник, исходя из фактических обстоятельств совершения преступления судебная коллегия не усматривает.

Судом правильно указано, что в судебном заседании установлено и подтверждено материалами уголовного дела, что Султыгов Х.М. и Льянов М.М. забрали у потерпевшего К. два баллона с пищевой закисью азота, переложив их в багажник автомобиля, при этом в тот момент, когда потерпевший К. пытался вернуть баллоны обратно, Льянов М.М. перегородил ему путь и не подпускал его к машине А., в багажник которого Султыгов Х.М. переложил два баллона, при этом не расплатившись с потерпевшим. После чего потерпевший К снова попытался вернуть баллоны, однако, Султыгов Х.М. и Льянов М.М. оттолкнули его от багажника автомобиля, и, когда он поднял голову, то увидел, что у Султыгова Х.М. в руке блеснул предмет, похожий на нож, и Султыгов Х.М. сказал потерпевшему: «Не лезь, а то хуже будет, порежу», после чего осужденные закрыли багажник автомобиля и уехали на нем.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что о наличии в действиях осужденных квалифицирующего признака совершения разбоя группой лиц по предварительному сговору свидетельствует тот факт, что в совершении преступления участвовали двое лиц, заранее договорившихся о совместном совершении преступления, каждый из которых выполнял отведенную ему роль и действия, входящие в объективную сторону преступлений. Их действия были согласованными, дополняли друг друга и были направлены на достижение единого преступного результата - хищения чужого имущества, который в итоге и был ими достигнут. При этом имела место угроза применения к потерпевшему насилия, опасного для его жизни и здоровья, которая в силу конкретных обстоятельств совершения преступления являлась для него реальной и действительной, имела своей целью подавление воли К. к сопротивлению.

При таких обстоятельствах доводы стороны защиты о наличии в действиях осужденного Султыгова Х.М. эксцесса исполнителя судебная коллегия находит несостоятельными.

Вместе с тем приговор подлежит изменению.

Как следует из приговора, суд признал Султыгова Х.М. и Льянова М.М. виновными в совершении разбоя, в том числе, по квалифицирующему признаку «с применением предмета, используемого в качестве оружия».

Согласно Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 29 от 27 декабря 2002 года «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» в редакции от 16 мая 2017 года N 17, под предметами, используемыми в качестве оружия, понимаются любые материальные объекты, которыми могли быть причинены смерть или вред здоровью потерпевшего, а также иные предметы, применение которых создавало реальную опасность для жизни или здоровья потерпевшего.

Под применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, при разбое следует понимать их умышленное использование лицом как для физического воздействия на потерпевшего, так и для психического воздействия на него в виде угрозы применения насилия, опасного для жизни или здоровья.

Из установленных судом обстоятельств совершения преступления следует, что потерпевший К. в процессе совершения разбоя увидел, что в руке у Султыгова Х.М. блеснул предмет, похожий на нож, который осужденными в ходе противоправных действий не применялся.

Кроме того, сам предмет, о котором сообщал потерпевший, в ходе предварительного следствия обнаружен и изъят не был, его технические характеристики не исследованы, соответствующая экспертиза не проводилась, в связи с чем не установлено, представлял ли он реальную опасность для жизни и здоровья К.

Таким образом, вывод суда о совершении указанного в приговоре преступления с применением предмета, используемого в качестве оружия, вопреки требованиям закона, основан на предположениях, что является недопустимым.

Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным Российской Федерации, толкуются в его пользу.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает необходимым исключить из осуждения Султыгова Х.М. и Льянова М.М. квалифицирующий признак совершения разбоя с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств, при проведении следственных и процессуальных действий по делу, которые давали бы основания для признания полученных доказательств недопустимыми, судебная коллегия не усматривает.

Ссылки на нарушение права Льянова М.М. на защиту в период предварительного расследования судебная коллегия находит неубедительными и противоречащими материалам уголовного дела, из которых усматривается, что со дня его фактического задержания 24 января 2018 года защитник Жуган С.Н., назначенный в порядке ст. 51 УПК РФ, полномочия которого были удостоверены соответствующими документами, принимал участие во всех следственных действиях, проводимых с Льяновым М.М. Данных о том, что указанный защитник ненадлежащим образом выполнял свои профессиональные обязанности либо от его услуг Льянов М.М. до 19 марта 2018 года отказывался и просил пригласить для защиты его интересов какого-либо иного адвоката, с которым заключено соглашение, материалы уголовного дела не содержат. Только 19 марта 2018 года Льяновым М.М., согласно рапорта следователя, было заявлено устное ходатайство об отказе пользоваться услугами адвоката Жуган С.П. и о необходимости в дальнейшем пользоваться услугами адвоката Абдурахманова А.А., которое в тот же день было удовлетворено, указанный защитник приглашен к участию в уголовном деле при производстве предварительного следствия, после чего предоставил ордер. Сведений о том, что адвокату Абдурахманову А.А. до указанного дня чинились препятствия для исполнения его функций защитника Льянова М.М. в рамках данного уголовного дела, не представлено ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанций.

Дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, нарушений права осужденного на защиту ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного заседания не допущено. Как следует из протокола судебного заседания, суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При этом сторона защиты активно пользовалась предоставленными законом правами, в том числе, исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов.

Доводы стороны защиты о необоснованности постановленного приговора, о несогласии с оценкой доказательств, по существу сводятся к переоценке доказательств, к чему оснований не имеется.

Суд первой инстанции назначил Султыгову Х.М. и Льянову М.М. наказание в виде лишения свободы с соблюдением принципов законности и справедливости, в соответствии с требованиями уголовного закона, положений ст.ст.43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного ими преступления, влияния назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей, данных, характеризующих личность каждого, а так же всех смягчающих наказание обстоятельств, отраженных в приговоре, в отношении Султыгова Х.М.: положительные характеристики, наличие на иждивении больной матери-инвалида, а также его возраст и состояние здоровья, в отношении Льянова М.М.: положительные характеристики, оказание помощи больной матери, а также его возраст и состояние здоровья.

Обстоятельств, отягчающих наказание Льянова М.М., судом не установлено.

Обстоятельством, отягчающим наказание Султыгова Х.М., суд на основании п. «а» ч.1 ст.63 УК РФ признал рецидив преступлений.

При этом, с учетом всех обстоятельств дела, суд пришел к обоснованному выводу о том, что исправление и перевоспитание осужденных невозможно без изоляции от общества и назначил Султыгову Х.М. и Льянову М.М. наказание в виде реального лишения свободы, посчитав, что данное наказание будет отвечать закрепленным в УК РФ целям исправления и предупреждения совершения ими новых преступлений, не усмотрев оснований для применения дополнительного наказания, а также положений ст.ст.64,73 УК РФ, а также ч.6 ст. 15 УПК РФ.

Свои выводы суд мотивировал не согласиться с ними у судебной коллегии оснований не имеется.

Оснований для снижения наказания, для применения положений ст.ст.64, 73 УК РФ, а в отношении Султыгова Х.М. ч.3 ст. 68 УК РФ судебная коллегия также не усматривает.

Вместе с тем, в связи с исключением из осуждения Султыгова Х.М. и Льянова М.М квалифицирующего признака совершения разбоя «с применением предмета, использованного в качестве оружия», подлежит снижению назначенное каждому из них наказание.

Кроме того, соглашаясь с доводами апелляционного представления, судебная коллегия считает необходимым указать во вводной и резолютивной частях приговора на осуждение Султыгова ***, поскольку судом в приговоре его имя указано как ***, что противоречит материалам уголовного дела.

Помимо этого, следует зачесть в срок отбывания наказания Султыгову Х.М. время содержания его под стражей в период с 24 января 2018 года по 03 октября 2018 года, включительно.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 04 октября 2018 года в отношении Султыгова и Льянова изменить.

Указать во вводной и резолютивной частях приговора на осуждение Султыгова ***.

Исключить из осуждения Султыгова Х.М. и Льянова М.М. квалифицирующий признак совершения разбоя с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Снизить размер назначенного Султыгову Х.М. наказания до 3 лет 5 месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Снизить размер назначенного Льянову М.М. наказания до 2 лет 5 месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Зачесть в срок отбывания наказания Султыгову Х.М. время содержания его под стражей в период с 24 января 2018 года по 03 октября 2018 года, включительно.

В остальной части тот же приговор в отношении Султыгова Х.М. и Льянова М.М. оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения, апелляционное представление удовлетворить.

Председательствующий:

Судьи: