Определение суда апелляционной инстанции

Судья Мусимович М.В.

Гр. дело № 33-54927

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 декабря 2018 года Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Владимировой Н.Ю.

и судей Климовой С.В., Пильгановой В.М.,

с участием прокурора Левенко С.В.,

при секретаре Ильиной Д.М.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Климовой С.В.

дело по апелляционной жалобе Раднаевой Д.Б. на решение Замоскворецкого районного суда города Москвы от 18 июля 2018 года, которым постановлено:

в удовлетворении исковых требований Раднаевой Д.Б. к ООО «Тева» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, признании незаконным приказа о применении дисциплинарного взыскания, взыскании премии, признании незаконным перевод на декретную ставку, компенсации морального вреда – отказать,

УСТАНОВИЛА:

Раднаева Д.Б. 18.04.2018 обратилась в суд с иском к ООО «Тева», в котором с учетом уточнения требований в порядке ст. 39 ГПК РФ (т. 1 л.д. 2-8, т. 2 л.д. 37-45) просила о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, признании незаконным и отмене приказа № *** от *** о применении дисциплинарного взыскания, взыскании премии за первый квартал 2018 года в размере 206 280 руб., признании незаконным перевода на декретную ставку в период с 30.01.2013 по 01.05.2015, взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. и возмещении судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 135 000 руб., мотивируя обращение тем, что с 01.03.2012 работала в ООО «Тева» в должности менеджера по препаратам в отделе маркетинга Бизнес-подразделения брендированных рецептурных препаратов, с 30.01.2013 переведена на декретную ставку в Бизнес-подразделение брендированных рецептурных препаратов отдел маркетинга на должность менеджера по препаратам, с 01.05.2015 – в Бизнес-подразделение специализированной помощи, с 01.09.2016 – в отдел инновационных препаратов Бизнес-подразделение рецептурных препаратов, с 01.02.2017 – на должность старшего менеджера по препаратам отдела специализированных препаратов Бизнес-подразделения рецептурных препаратов; оспариваемым приказом от *** № *** на истца наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания, при этом оснований для привлечения к дисциплинарной ответственности у работодателя не имелось, свои должностные обязанности она исполняла надлежащим образом, опоздание на работу 21.03.2018 обусловлено уважительными причинами в виде перебоя в движении общественного транспорта, кроме того, к другим работникам, опаздывающим на работу, дисциплинарные взыскания не были применены, в связи с чем в отношении истца допущена дискриминация, также ей необоснованно не выплачена премия за 1 квартал 2018 года; 16.04.2018 истец уволена по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ в связи с сокращением штата работников, однако оснований для прекращения трудовых отношений не имелось, истцу не были предложены все имеющиеся вакантные должности, не учтено ее преимущественное право на оставление на работе; указанные действия работодателя нарушают трудовые права истца и причиняют ей моральный вред.

В судебном заседании представитель истца требования поддержала; представитель ответчика иск не признал, заявил о пропуске истцом срока обращения в суд, предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса РФ, с требованием об оспаривании перевода от 30.01.2013.

18.07.2018 судом постановлено приведенное выше решение, об отмене которого просит истец Раднаева Д.Б. по доводам апелляционной жалобы от 23.08.2018 и дополнений к ней, подписанных представителем по доверенности Майоровой И.С.

В заседании судебной коллегии представитель истца Раднаевой Д.Б. по доверенности Майорова И.С. доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней поддержала; представитель ответчика ООО «Тева» по доверенностям Иванов Ю.М. против удовлетворения жалобы возражал.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей сторон и заключение прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого решения.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что Раднаева Д.Б., *** года рождения, с 01.03.2012 принята на работу в ООО «Тева» на должность менеджера по препаратам в отдел маркетинга Бизнес-подразделения брендированных рецептурных препаратов с должностным окладом в размере *** руб., о чем сторонами заключен трудовой договор от *** (т. 1 л.д. 9-15).

*** сторонами заключено дополнение № *** к нему, согласно которому истец с 01.02.2013 переведена на должность менеджера по препаратам в Отдел маркетинга Бизнес-подразделения брендированных рецептурных препаратов на время исполнения обязанностей М*, отсутствующей на период отпуска по беременности и родам и уходу за ребенком до достижения им возраста 3-х лет (т.1 л.д.16).

На основании дополнений к трудовому договору с 01.04.2013 истцу установлен должностной оклад в размере *** руб., с 01.07.2014 - в размере *** руб., с 01.10.2014 – за временное увеличение объема работы установлена доплата в размере *** руб., а с 01.03.2015 указанная надбавка снята, с 01.05.2015 договор признан заключенным на неопределенный срок, истец переведена на должность менеджера по препаратам в Бизнес-подразделение специализированной помощи, с 01.07.2015 – установлен должностной оклад в размере *** руб., с 01.04.2016 – в размере *** руб., с 01.09.2016 истец переведена в отдел инновационных препаратов Бизнес-подразделения рецептурных препаратов, с 15.09.2016 ей за временное увеличение объема работы установлена доплата в размере *** руб., с 01.02.2017 – переведена на должность старшего менеджера по препаратам в отдел специализированных препаратов Бизнес-подразделения рецептурных препаратов, с 01.04.2017 – прекращена выплата надбавки за увеличение объема работ, истцу установлен должностной оклад в размере *** руб. (т. 1 л.д. 17-28).

16.04.2018 приказом № *** от ***, с которым Раднаева Д.Б. ознакомлена в тот же день, истец уволена по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ в связи с сокращением численности работников организации; основанием увольнения в приказе указан приказ о сокращении штатной численности № *** от ***, уведомление от *** (т. 1 л.д. 201).

Проверяя доводы истца об отсутствии оснований для увольнения, судом установлено, что в целях совершенствования штатной структуры и повышения экономической эффективности ООО «Тева» в связи с производственной необходимостью приказом № *** от *** с 01.06.2018 из штатного расписания ответчика подлежали сокращению 15 шт.ед., в том числе должность старшего менеджера по препаратам отдела специализированных препаратов Бизнес-подразделения рецептурных препаратов, занимаемая истцом (т. 1 л.д.194-195).

Согласно штатному расписанию ООО «Тева» на период с 29.01.2018 на 1199 шт.ед. в отделе специализированных препаратов Бизнес-подразделения рецептурных препаратов предусмотрена 1 шт.ед. должности старшего менеджера по препаратам (т. 1 л.д. 77-97); в штатном расписании на период с 17.04.2018 на 961 шт.ед. должность старшего менеджера по препаратам в отделе специализированных препаратов Бизнес-подразделения рецептурных препаратов отсутствует (т. 1 л.д. 159-175).

При таких данных, вывод суда о том, что факт сокращения штата работников в ООО «Тева» имел место, должность, которую занимала истец, исключена из штатного расписания, в связи с чем у работодателя имелись основания для расторжения с истцом трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, является обоснованным, поскольку принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к компетенции работодателя, который при принятии такого решения вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации при условии соблюдения установленного законом порядка увольнения и предоставления работнику соответствующих гарантий.

14.02.2018 ответчиком в ГКУ Центр занятости населения г. Москвы поданы сведения о предстоящем высвобождении работников по сокращению штата, в том числе истца (т. 1 л.д. 197).

Проверяя порядок увольнения Раднаевой Д.Б. по сокращению штата, установленный ч.ч. 1, 2 ст. 180, ч. 3 ст. 81 Трудового кодекса РФ, суд пришел к правильном выводу о его соблюдении ответчиком.

Так, о предстоящем 16.04.2018 увольнении по сокращению штатов Раднаева Д.Б. уведомлена письменно и персонально 09.02.2018, истцу сообщено об отсутствии вакантных должностей, соответствующих ее квалификации или нижестоящих (т. 1 л.д. 196).

19.03.2018, 27.03.2018 и 02.04.2018 истцу предлагались вакантные должности менеджера по препаратам и медицинского представителя в отделе мужского и женского здоровья Бизнес-подразделения рецептурных препаратов, от замещения которых она отказалась, о чем свидетельствуют ее подписи (т.1 л.д. 198-200).

Доводы истца о непредложении Раднаевой Д.Б. всех имевшихся у работодателя вакантных должностей обоснованно признаны судом несостоятельными, поскольку при анализе представленных документов установлено, что истцу были предложены все имеющиеся у ответчика вакантные должности, соответствующие ее квалификации, а также вакантные нижестоящие должности; так, должность медицинского советника, на которую указывает истец, не являлась вакантной, поскольку была занята работником П*, находящейся в отпуске по беременности и родам, в связи с чем у работодателя отсутствовала обязанность предлагать истцу для замещения эту должность; при анализе должностной инструкции менеджера по регистрации суд пришел к верному выводу, что истец не соответствует требованиям, предъявляемым к кандидатам на ее замещение; кроме того, судом правильно установлено, что должность старшего менеджера по препаратам отдела мужского и женского здоровья Бизнес-подразделения рецептурных препаратов отсутствовала в штатном расписании ответчика, что подтверждается представленными в материалы дела письменными доказательствами, а также было подтверждено свидетелем К*, пояснившей, что при распечатывании штатного расписания ею допущена ошибка, поскольку указанная должность после увольнения 30.03.2018 ранее занимавшего ее сотрудника П* была исключена из штатного расписания.

Также правилен вывод суда об отсутствии оснований для применения ст. 179 Трудового кодекса РФ о преимущественном праве на оставление на работе, поскольку по смыслу действующего трудового законодательства преимущественное право на оставление на работе исследуется работодателем, если подлежит сокращению одна из одинаковых должностей определенного структурного подразделения, т.е. между работниками, занимающими одинаковые должности, часть из которых подлежит сокращению, поскольку степень производительности труда и квалификации работников возможно сравнить, лишь оценив выполнение ими одинаковых трудовых функций; поскольку должность старшего менеджера по препаратам отдела специализированных препаратов Бизнес-подразделения рецептурных препаратов ООО «Тева», которую занимала истец, была единственной, то оснований для установления лиц, обладающих более высокой квалификацией и производительностью труда у работодателя не имелось.

При таких данных, на основании собранных по делу доказательств суд пришел к обоснованному выводу о соблюдении работодателем положений абз. 3 ст. 81, ст. 180 Трудового кодекса РФ, поскольку об увольнении истец уведомлена в установленный законом срок, ей предлагались имеющиеся у работодателя вакантные должности, согласия на замещение которых она не выразила.

Доводам апелляционной жалобы истца о том, что при ее сокращении ответчик должен был исследовать преимущественное право истца по отношению ко всем менеджерам и старшим менеджерам всех отделов Бизнес-подразделения рецептурных препаратов, судом дана надлежащая оценка как несостоятельным, не основанным на нормах действующего трудового законодательства, поскольку при анализе должностных инструкций по указанным должностям было установлено, что данные должности не являются одинаковыми, работники, занимающие должности старших менеджеров различных отделов, являются ответственными за различные сегменты рынка, а должностные обязанности менеджера и старшего менеджера существенным образом разнятся.

Рассматривая требования истца о признании незаконным и отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, суд установил, что в соответствии с п. 5.1 трудового договора режим работы истца устанавливался Правилами внутреннего трудового распорядка, согласно положениям главы II которых истцу установлен следующим режим работы: с понедельника по четверг с 09:00 до 18:00; в пятницу – с 9.00 до 17.00 (т. 2 л.д.102-129).

Как указано в служебной записке директора Бизнес-подразделения по России и Евразии Л* от ***, истец отсутствовала на рабочем месте 21.03.2018 с 09:00 до 10:41, об опоздании заранее не предупредила, сведения об уважительных причинах отсутствия не представила (т. 1 л.д. 156).

В связи с указанными обстоятельствами у истца 22.03.2018 затребованы письменные объяснения, которые представлены ею 26.03.2018, в них Раднаева Д.Б. указала, что причиной отсутствия на рабочем месте послужил транспортный затор, возникший по пути истца на работу, факт отсутствия на рабочем месте в рабочее время не отрицала (т. 1 л.д. 157, 158).

Приказом № *** от *** в связи с отсутствием истца на рабочем месте без уважительных причин 21.03.2018 с 09:00 до 10:41, чем она нарушила положения Правил внутреннего трудового распорядка ООО «Тева», трудового договора от 01.03.2012, к ней применено дисциплинарное взыскание в виде замечания; основанием в приказе указана служебная записка директора Бизнес-подразделения по России и Евразии Л* от ***, запрос на предоставление объяснений от ***, объяснения истца от *** (т. 1 л.д. 155).

Разрешая спор в указанной части с учетом установленных по делу обстоятельств на основании собранных по делу доказательств, руководствуясь положениями ст.ст. 21, 189, 192, 193 Трудового кодекса РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ», принимая во внимание положения Правил внутреннего трудового распорядка ответчика, трудового договора сторон и дополнений к нему, суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для применения к истцу дисциплинарного взыскания, поскольку факт совершения ею дисциплинарного проступка, выразившегося в отсутствии на рабочем месте 21.03.2018 в рабочее время с 09:00 до 10:41, подтвержден доказательствами, которые соответствуют требованиям допустимости, относимости и достаточности и оценены судом по правилам ст. 67 ГПК РФ, такие обстоятельства могли повлечь применение к работнику дисциплинарного взыскания, а порядок и сроки его применения, предусмотренные ст. 193 Трудового кодекса РФ, в том числе месячный срок со дня обнаружения проступка и шестимесячный срок со дня его совершения ответчиком соблюдены, до применения взыскания у истца затребованы письменные объяснения, которые представлены ею и оценены работодателем при наложении дисциплинарного взыскания; оценивая соответствие тяжести совершенного истцом проступка, примененному к ней взысканию в виде замечания, учтены характер такого нарушения, обстоятельства его совершения, предшествующее поведение работника, его отношение к труду, а также суд исходил из того, что право применения и выбора вида взыскания принадлежит работодателю.

Доводы истца о том, что другие работники, нарушающие трудовую дисциплины, опаздывая на работу, не привлекаются к дисциплинарной ответственности, обоснованно признаны судом несостоятельными, поскольку не влияют на законность примененного взыскания и не исключают обязанность истца соблюдать трудовую дисциплину, кроме того, судом правомерно учтено, что применение к работникам дисциплинарных взысканий является правом работодателя.

Отказывая в удовлетворении требований истца о признании незаконным ее перевода на должность менеджера по препаратам в отдел маркетинга Бизнес-подразделения брендированных рецептурных препаратов в период с 01.02.2013 по 01.05.2015, суд правомерно исходил из того, что указанный перевод был произведен на основании дополнительного соглашения № *** от *** к трудовому договору, которое подписано сторонами, доказательств вынужденности подписания истцом данного дополнения не представлено, в связи с чем оснований полагать нарушенными права истца в указанной части не имеется.

Кроме того, в суде первой инстанции до вынесения судебного решения ответчиком заявлено о пропуске истцом срока обращения в суд, установленного ст. 392 Трудового кодекса РФ, с требованиями об оспаривании указанного перевода.

В силу ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо выдачи трудовой книжки.

Учитывая положения ст. 392 Трудового кодекса РФ, принимая во внимание, что дополнительное соглашение к трудовому договору о переводе истца с 01.02.2013 на должность менеджера по препаратам в отдел маркетинга Бизнес-подразделения брендированных рецептурных препаратов подписано Раднаевой Д.Б. 30.01.2013, однако с данным иском в суд она обратилась лишь 18.04.2018, то вывод суда о пропуске срока обращения в суд с требованиями об оспаривании перевода является верным; при этом, разрешая вопрос об уважительности причин пропуска установленного законом срока, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии таковых, что основано на положениях ст. 205 ГК РФ, 392 Трудового кодекса РФ и п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17.03.2004 «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ».

Также судом установлено, что трудовым договором сторон в редакции дополнений к нему истцу установлен должностной оклад в размере *** руб., по усмотрению работодателя работнику может выплачиваться премия в порядке, предусмотренном Положением о премировании (п. 4.1).

Согласно Положению о премировании за результаты работы система премирования, установленная им, является дополнительным инструментом материальной мотивации работник, применение которого зависит от решения руководства, система премирования не является неотъемлемой частью трудового договора между работником и компанией; решение о выплате премии и ее размер оформляется соответствующим приказом (т. 2 л.д. 26-31).

Разрешая требования истца о взыскании премии за 1 квартал 2018 года с учетом установленных по делу обстоятельств на основании совокупности собранных по делу доказательств в виде объяснений сторон, письменных доказательств, суд правильно применил положения ст.ст. 57, 129, 135 Трудового кодекса РФ о выплатах, носящих стимулирующий характер, учел условия Положения о премировании за результаты работы ООО «Тева» и трудового договора с учетом дополнительных соглашений к нему, а также ст. 56 ГПК РФ об обязанности каждой стороны доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, и пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения, поскольку доказательств соблюдения условий, предусмотренных локальными нормативными актами ответчика, для премирования истца не имеется, соответствующее решение о выплате истцу премии за 1 квартал 2018 года работодателем не принималось.

Доводы истца об обязанности работодателя выплачивать премию, учитывая, что она входит в систему оплаты труда, установленную в обществе, основаны на неверном толковании трудового законодательства, поскольку выплата включенных в систему оплаты труда стимулирующих и премиальных сумм производится в порядке, на условиях и в размерах, предусмотренных в трудовом договоре и в локальных нормативных актах работодателя, в том числе с учетом условия, предусматривающего самостоятельную оценку работодателем выполненных работником трудовых обязанностей, объема работы, личного вклада работника в результаты деятельности организации, учитывая, что основанием премирования являются определенные достижения в труде.

Учитывая вышеизложенное и принимая во внимание, что оснований для признания увольнения незаконным и нарушения трудовых прав истца судом не установлено, то требования Раднаевой Д.Б. о восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов обоснованно отклонены судом.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе истца, были предметом исследования суда первой инстанции, в результате которого получили надлежащую правовую оценку, основаны на неправильном толковании действующего трудового законодательства либо направлены на переоценку собранных по делу доказательств, в связи с чем не могут явиться поводом к отмене постановленного судом решения.

С учетом вышеизложенного, судебная коллегия считает, что, разрешая спор, суд, руководствуясь нормами действующего трудового законодательства, правильно определил юридически значимые обстоятельства; данные обстоятельства подтверждены материалами дела и исследованными доказательствами, которым дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам; нарушений норм материального и процессуального права судом при разрешении спора не допущено. Доводы апелляционной жалобы истца не могут повлечь отмену судебного постановления, поскольку не содержат правовых оснований, установленных ст. 330 ГПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Замоскворецкого районного суда города Москвы от 18 июля 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Раднаевой Д.Б. – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи: