Определение суда апелляционной инстанции

Судья Перепечина Е.В.

Дело № 33-45889/18

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 октября 2018 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Удова Б.В.,

судей Бобровой Ю.М., Мухортых Е.Н.,

при секретаре Моториной И.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Удова Б.В. дело по апелляционной жалобе истца Якшина В.А. на решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 22 мая 2018 года, которым постановлено:

В удовлетворении требований Якшина В.А. к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о возмещении ущерба, судебных расходов - отказать в полном объеме,

установила:

Якшин В.А. обратился в суд с иском к МВД России, Минфину России о компенсации 1 400 000 руб. ущерба, взыскании 5 200 руб. расходов на уплату государственной пошлины и 2 000 руб. расходов на оценку.

В качестве обоснования требований истцом указано, что 17.10.2013 года им по договору купли-продажи приобретено транспортное средство ***** *****, г.р.з. *****.

18.10.2013 года в связи с установлением изменения номера кузова транспортное средство изъято у истца при постановке на учет и помещено на автостоянку ООО «Автостоянка» *****.

В дальнейшем, транспортное средство признано вещественным доказательством по уголовному делу, с местом хранения на прежней автостоянке. Уголовное дело приостановлено в связи с неустановленным виновного лица.

20.12.2016 года уголовное дело прекращено на основании п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ. (за истечением срока давности уголовного преследования), однако решение относительно вещественного доказательства – транспортного средства не принято.

Истец неоднократно обращался с заявлениями о возврате транспортного средства либо передаче его на ответственное хранение. При этом установлено, что автомобиль на автостоянке не обнаружен.

28.06.2017 года возбуждено уголовное дело по п. «б» ч.4 ст. 158 УК РФ, истец признан потерпевшим, а 01.11.2017 года уголовное дело приостановлено в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению к ответственности.

В настоящее время транспортное средство не возвращено, место нахождения его неизвестно.

Транспортное средство приобретено им за 1 400 000 руб. Согласно отчету об оценке по состоянию на 05.11.2017 года среднерыночная стоимость аналогичного имущества составляет 1 697 000 руб.

Суд постановил вышеприведенное решение, об отмене которого на основании доводов апелляционной жалобы просит истец.

В заседание суда апелляционной инстанции явились истец, который просил об отмене решения, представитель ответчика МВД России по доверенности Артюхин С.С. и представитель 3-го лица ГУ МВД России по Московской области по доверенности Абрамов Е.М., которые просили об оставлении решения суда без изменения, а апелляционной жалобы - без удовлетворения.

Представители Минфина России и ООО «Автостоянка» не явились, о дате, времени и месте разбирательства извещены.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав доводы лиц, явившихся в судебное заседание, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что постановлением дознавателя ОД УМВД России по Красногорскому району от 20.03.2014 года транспортное средство признано вещественным доказательством по уголовному делу № 107334 и приобщено к материалам уголовного дела.

При этом местом хранения транспортного средства в данном постановлении определена специализированная стоянка ООО «Автостоянка» по адресу: *****.

В соответствии с актом приема-передачи от 12.10.2013 года транспортное средство перемещено на специализированную стоянку ООО «Автостоянка», расположенную по адресу: *****. Данный акт также содержал указание на ответственность ООО «Автостоянка» за сохранность автомобиля.

Письмом от 24.03.2014 года дознаватель ОД УМВД России по Красногорскому району проинформировал ООО «Автостоянка» о невозможности совершения каких-либо действий с автомобилем без его личного письменного указания.

Данные действия в полной мере соответствуют требованиям статьи 82 УПК РФ, Положения о хранении и реализации предметов, являющихся вещественными доказательствами, хранение которых до окончания уголовного дела или при уголовном деле затруднительно, утвержденного постановлением Правительства РФ от 20.08.2002 года № 620, а также Инструкции о порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами от 18.11.1989 года № 34/15, утвержденной Генеральным прокурором СССР, МВД СССР, Минюстом СССР, Председателем Верховного Суда СССР, первым заместителем Председателя КГБ СССР.

С учетом изложенного, должностными лицами органов внутренних дел в рамках их компетенции приняты необходимые меры по обеспечению сохранности транспортного средства. Дальнейшие меры по обеспечению его сохранности лежали на ООО «Автостоянка», которому имущество передано на хранение.

Законность и полнота действий должностных лиц МВД России по обеспечению сохранности автомобиля не была предметом проверок, как в порядке подчиненности, так и со стороны прокуратуры или судебных инстанций. Представленные истцом в материалы настоящего дела жалобы и ходатайства в УМВД России по Красногорскому району, а также письма Красногорской городской прокуратуры были связаны с общим ходом расследования уголовных дел, связанных с транспортным средством, но не с обеспечением его сохранности на специализированной стоянке ООО «Автостоянка».

Постановление Красногорского городского суда Московской области от 20.04.2017 года, на которое ссылается истец, было признано незаконным лишь одно конкретное постановление дознавателя от 13.01.2017 года, которое не касалось мер по сохранению транспортного средства, и было посвящено исключительно вопросу о невозможности его возврата истцу по причине необходимости проведения следственных действий. Вопрос о том, каким образом осуществлялось его хранение, какие предпринимались меры, направленные на обеспечение сохранности, а также о законности связанных с этим действий сотрудников органов внутренних дел не входил в предмет рассмотрения дела в Красногорском городском суде по жалобе истца, в связи с чем данный судебный акт не является доказательством незаконности действий МВД России в отношении транспортного средства.

Таким образом, действия ответчика по обеспечению сохранности транспортного средства не признавались незаконными ни судом, ни органами прокуратуры, совершены в рамках своей компетенции и не нарушали права и законными интересы истца. В нарушение положений части 1 статьи 56 ГПК РФ истцом в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих обратное.

Согласно статьям 81, 213, 309 УК РФ вопрос о вещественных доказательствах разрешается при вынесении приговора, а также определения или постановления о прекращении уголовного дела.

В настоящее время судьба вещественного доказательства в порядке уголовного судопроизводства не определена, транспортное средство сохраняет статус вещественного доказательства, никаких процессуальных решений о его возврате истцу в рамках уголовного дела не принималось, в связи с чем и оснований для удовлетворения настоящего иска не имелось.

При таких обстоятельствах судом первой инстанции был сделан правильный вывод об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Истцом не отрицается и подтверждается материалами дела, что автомобиль был похищен, т.е. был утрачен в результате совершения в отношении него преступления неустановленными лицами.

В связи с изложенным убытки, понесенные истцом в результате утраты похищенного автомобиля, причинены ему не действиями (бездействиями) должностных лиц органов внутренних дел, а находятся в причинно-следственной связи с преступлением, предусмотренным пунктом «б» части 4 статьи 158 УК РФ, совершенным в отношения имущества истца.

Законом не предусмотрено возмещение за счет казны РФ потерпевшему стоимости похищенного у него автомобиля при не установлении органами предварительного следствия лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

В обязанности должностных лиц органов внутренних дел согласно УПК РФ входило процессуальное оформление проводимых в рамках уголовного дела следственных действий с автомобилем, что и было ими сделано с надлежащей степенью добросовестности. Истцом не обжаловались действия МВД России по изъятию автомобиля и его приобщению к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства, а также принятые меры по его передаче на хранение ООО «Автостоянка».

Статья 44 УПК РФ в совокупности с положениями статьи 1064 ГК РФ устанавливает правовой механизм возмещения вреда, причиненного преступлением, путем предъявления гражданского иска в рамках уголовного дела к лицам, совершившим преступление.

В связи с этим истец по настоящему делу, будучи официально признанным потерпевшим, не лишен возможности предъявления гражданского иска в рамках уголовного дела к лицам, виновным в хищении. При этом уголовное дело по факту хищения автомобиля в настоящее время не прекращено, что сохраняет возможность нахождения украденного имущества, изобличения виновных и взыскания с них суммы нанесенного вреда.

При постановке автомобиля на учет в Госавтоинспекции, его идентификационный номер VIN был изменен и не соответствует реальному. В соответствии с пунктом 3 Правил регистрации автомототранспортных средств и прицепов к ним в Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденных приказом МВД России от 24.11.2008 года № 1001, наличие признаков скрытия, подделки, изменения, уничтожения идентификационных номеров транспортных средств, номеров узлов и агрегатов (кузова, рамы, кабины, двигателя), идентифицирующих транспортное средство, является основанием для отказа в государственной регистрации.

Согласно пункту 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 (далее - Основные положения), эксплуатация автомобилей с поддельными или измененными идентификационными номерами, а также при отсутствии государственных регистрационных знаков не допускается.

Таким образом, по договору купли-продажи от 17.10.2013 и договору комиссии от 17.10.2013 истцу был продан автомобиль, который не может эксплуатироваться в силу прямого указания закона, содержит измененные номера VIN, и не свободный от прав третьих лиц.

При этом пункт 1 раздела 3 договора комиссии от 17.10.2013 обязывал комитента проинформировать покупателя (истца) обо всех дефектах и недостатках Транспортного средства.

Изложенное свидетельствует, что договор купли-продажи от 17.10.2013 года не соответствует требованиям статей 129, 455-456, 460 ГК РФ.

Истец не был лишен права и возможности в судебном порядке расторгнуть договор и взыскать стоимость автомобиля с продавца.

Кроме того, истцом не доказан и факт причинения ему имущественного вреда, а также не обоснован его размер.

Как было указано выше, эксплуатация автомобиля в силу измененного номера VIN запрещена на основании пункта 11 Основных положений по допуску, что исключает возможность его использования по прямому назначению - в качестве транспортного средства. Фактически это означает, что автомобиль не на ходу, что автоматически детерминирует несоответствие его реальной стоимости в текущем состоянии заявленной сумме иска.

Проведенная ООО «Автомобили» по договору с истцом оценка автомобиля не может быть принята в качестве доказательства, подтверждающего размер якобы причиненного ему вреда, поскольку не отвечает требованиям статей 59-60 ГПК РФ, а также не является объективной.

В отчете не учтено, что номера VIN автомобиля были изменены, что установлено заключением экспертизы №5-349 (Э) от 15.11.2013 года, а настоящий номер VIN неизвестен. Это свидетельствует о том, что отчет содержит явно не достоверные сведения, противоречащие иным материалам настоящего дела.

Таким образом, отчет № 679 от 05.11.2017 года был составлен без учета невозможности эксплуатации автомобиля, а потому правомерно не был принят судом первой инстанции в качестве доказательства причиненного истцу ущерба.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в рамках настоящего дела отсутствует требуемый ст. 1069 ГК РФ состав гражданского правонарушения: не установлена незаконность действий (бездействия) сотрудников органов внутренних дел, отсутствует причинно-следственная связь между ними и причиненным истцу вредом, а также не доказан и сам размер вреда.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 1064, 1069 ГК РФ суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения требований истца о взыскании 1 400 000 руб. В связи с отказом в удовлетворении основного требования у суда первой инстанции не имелось оснований для взыскания судебных расходов на составление отчета об оценке и госпошлины, уплаченной при подаче иска.

Судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы о незаконности действий должностных лиц органов внутренних дел Российской Федерации по передаче транспортного средства на хранение, необеспечение его сохранности, а также о доказанности причиненного истцу ущерба.

В соответствии с условиями договора купли-продажи от 17 октября 2013 года № 1 истец приобрел транспортное средство у индивидуального предпринимателя Ваганова В.А. (л.д. 6).

Постановлением дознавателя Разенкова Е.С. от 20 марта 2014 года транспортное средство признано вещественным доказательством и приобщено к материалам дела (л.д. 194).

Причиной признания транспортного средства вещественным доказательством послужило выявление того, что его идентификационная маркировка подвергалась изменению путем нанесения знаков вторичной маркировки по знакам первоначальной маркировки с последующей окраской, что подтверждается заключением эксперта от 15 ноября 2013 года № 5/349(Э) (л.д.177).

18.10.2013 года транспортное средство передано на специализированную стоянку ООО «Автостоянка» на основании акта приема-передачи. В дальнейшем, было похищено (л.д.151).

По факту хищения транспортного средства 28.07.2017 года возбуждено уголовное дело, в рамках которого истец признан потерпевшим (л.д.24).

При этом по причине истечения срока давности, постановлением от 26 мая 2017 года прекращено уголовное дело по факту изменения идентификационной маркировки транспортного средства (л.д.285).

Доводы истца о том, что в его пользу должны быть взысканы убытки в размере стоимости транспортного средства подлежат отклонению, поскольку идентификационная маркировка подвергалась изменению и в указанном случае транспортное средство не может быть использовано на территории РФ.

Таким образом, взыскание ущерба в виде стоимости транспортного средства с измененной идентификационной маркировкой не основано на нормах законодательства РФ.

Кроме того, транспортное средство признано вещественным доказательством и его судьба не определена в рамках уголовного дела. Следовательно, истец вправе обратиться с требованием об определении судьбы транспортного средства в порядке уголовного судопроизводства.

Доводы о нарушении ответчиками правил хранения транспортного средства подлежат отклонению, поскольку транспортное средство передано на специализированную стоянку в соответствии с нормами УПК РФ, о чём составлен соответствующий акт. При этом действия должностного лица по передаче транспортного средства на стоянку не признаны незаконными.

Доводы о том, что ущерб подлежит взысканию с МВД России, как лица, ответственного за хранение данного имущества подлежат отклонению, поскольку истец не лишен возможности обратиться в суд с требованиями о расторжении договора купли-продажи от 17 октября 2013 года № 1 и возврате денежных средств, поскольку транспортное средство передано истцу с измененной идентификационной маркировкой, что противоречит закону.

Судебная коллегия не соглашается с доводом апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции не исследовались доказательства, представленные истцом в материалы дела.

В соответствии с протоколом судебного заседания от 22.05.2018 года судом первой инстанции в полной мере исследованы и оглашены материалы дела, включая представленные в самом заседании.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции и направлены на иную оценку имеющихся в деле доказательств, а так же иное толкование закона.

Данное обстоятельство, равно как и само по себе несогласие с выраженным в решении мнением суда первой инстанции по существу спора, основанием для отмены решения не является.

Суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал обстоятельства дела, значимые по делу обстоятельства судом установлены правильно. Нарушений норм материального права коллегией не установлено.

Ссылок на какие-либо иные процессуальные нарушения, указанные в части 4 статьи 330 ГПК РФ, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу решения суда, судебная коллегия не установила.

Таким образом, постановленное судом первой инстанции решение является законным, обоснованным и отмене не подлежит.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 22 мая 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: