Определение суда апелляционной инстанции

Судья Пазухина Е.Ю.

гр.д. № 33-14575/18

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04 апреля 2018 г. судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Вьюговой Н.М.,

судей Дубинской В.К., Удова Б.В.,

при секретаре Коган Н.Н.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Вьюговой Н.М.

дело по апелляционной жалобе представителя ответчика А.Н.Ю. по доверенности С. Д.А. на решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 22 декабря 2017 года, которым постановлено: признать недействительным договор пожизненного содержания с иждивением, заключенный между М.Р.И. и А.Н.Ю. 18 июля 2017 г.

Применить последствия недействительности - возвратить в собственность М.Р.И. жилое помещение - квартиру, расположенную по адресу: ***********.

Решение является основанием для погашения записи о государственной регистрации права собственности А.Н.Ю. на жилое помещение, расположенное по адресу: *****************.

установила:

М.Р.И. обратилась в суд с иском к А.Н.Ю. о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением от 18.07.2017 г., применении последствий недействительности сделки, возврате квартиры №, расположенной по адресу: **************** в её собственность.

В обоснование требований указала, что являясь одиноким пенсионером, инвалидом второй группы, в июне 2017 г. согласилась на предложение своих соседей по подъезду А.Н.Ю. и А.П.А. заключить с ними договор ренты, полагая, что они являются супругами и желая получать уход и содержание солидарно от семейной пары, и, в первую очередь, А.П.А., с которым у нее сложились доверительные отношения. 18 июля 2017 г. нотариусом г. Москвы М.А.И. удостоверен Договор пожизненного содержания, по условиям которого она передала принадлежащую ей квартиру в собственность А. Н.Ю. Данное обстоятельство она выяснила дома, когда внимательно ознакомилась с договором. Однако, она не давала своего согласия на заключение договора только с А. Н.Ю., от которой никакой помощи ранее не получала; при заключении договора подразумевала, что А.П.А. и А.Н.Ю. состоят в браке, и они вместе ей будут оказывать помощь; впоследствии выяснилось, что в браке между собой ФИО не состоят. Истец самостоятельно за пределами квартиры не передвигается, нуждается в сопровождении. Накануне заключения договора обращалась к врачу с жалобами на резкие головные боли, снижение памяти на текущие события. Договор не был зачитан нотариусом вслух, а истец при его подписании не смогла детально с ним ознакомиться в силу преклонного возраста, состояния здоровья, невозможности читать мелкий текст. Содержание договора и его отдельные положения сторонами не оговаривались.

В настоящее время договор не исполняется ответчиком, помощь не оказывается, рентные платежи не уплачиваются. Считает, что была введена в заблуждение, обманута относительно лица, с которым она вступает в сделку.

Истец М.Р.И. и ее представитель С.Д.В. по ордеру в судебное заседание явились, исковые требования поддержали.

Представители ответчика по доверенностям С.О.В. и Е.С.А. в судебное заседание явились, исковые требования не признали.

Третье лицо, нотариус г. Москвы М.А.И. возражала против удовлетворения исковых требований, указала, что после того как выяснился вопрос об отсутствии брачных отношений между ФИО истец самостоятельно выбрала плательщиком ренты А. Н.Ю., договор был зачитан, замечаний не последовало.

Третье лицо, А.П.А., о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен, в судебное заседание не явился, представил письменное заявление о том, что никогда не собирался заключать договор с М.Р.И., все вопросы по поводу договора, квартиры и ухода обсуждались истцом и А.Н.Ю.

Представители третьих лиц - ГБУ г. Москвы Территориальный центр социального обслуживания «Таганский», Управления Росреестра по г. Москве, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Суд постановил указанное выше решение, об отмене которого просит представитель ответчика А.Н.Ю. С.Д.А. по доводам апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела, выслушав истца М.Р.И., ее представителя С.Д.В., представителей ответчика А.Н.Ю. С.О.В. и Е.С.А., обсудив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие третьих лиц, извещенных о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает оснований к отмене обжалуемого решения.

Судом установлено, что спорное помещение представляет собой отдельную двухкомнатную квартиру №, расположенную по адресу: *********************.

Мардер Р.И. являлась правообладателем квартиры на основании договора мены от 15 апреля 2010 г.

18 июля 2017 г. между М.Р.И. и А.Н.Ю. заключен договор пожизненного содержания с иждивением, по условиям которого, М.Р.И., 1931 года рождения, передала бесплатно в собственность А.Н.Ю. принадлежащую ей квартиру, а А.Н.Ю. обязалась пожизненно полностью содержать М.Р.И., обеспечивая ее питанием, одеждой, уходом и необходимой помощью, сохранив право бесплатного пожизненного пользования квартирой. Стоимость всего ежемесячного объема содержания с иждивением определена сторонами в размере 30 000 руб., стоимость ежемесячного общего объема определена в размере 15 000 руб.

Договор удостоверен нотариусом г. Москвы М.А.И. (л.д.10).

При заключении договора А.Н.Ю. написано заявление о том, что на момент заключения Договора она не состоит в зарегистрированном браке (л.д.11).

Разрешая спор, суд руководствовался ст.ст. 601, 602, 605 ГК РФ, а также ст. ст. 166, 167, 178, 179 ГК РФ и, дав оценку собранным по делу доказательствам, в том числе пояснениям сторон, показаниям свидетелей, исходил из того, что воля М.Р.И. была направлена на заключение договора именно с семейной парой, и истец была уверена, что заключает договор также с А.П.А., присутствовавшим при заключении сделки и принимавшим участие в обсуждении условий Договора.

Суд, с учетом преклонного возраста истца, ее заболеваний, нуждаемости в уходе и заботе, пришел к выводу о том, что М.Р.И. добросовестно заблуждалась относительно лица, с которым она вступает в сделку, заблуждение носило существенный характер.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 19 декабря 2003 г. за N 23 "О судебном решении" разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 ГПК РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Эти требования при вынесении решения судом первой инстанции соблюдены.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Согласно п.п. 4 и 5 п. 2 данной статьи, при наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, если сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой, а также заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Согласно ст. 601 ГК РФ по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

Обязанность плательщика ренты по предоставлению содержания с иждивением может включать обеспечение потребностей в жилище, питании и одежде, а если этого требует состояние здоровья гражданина, также и уход за ним (ч.1 ст. 602 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что 11.08.2017 г. ответчик направила истцу телеграмму о необходимости указать требуемый объем содержания в натуре (л.д.21), на что истец 29.09.2017 г. направила ответчику и третьему лицу А.П.А. телеграмму о недействительности заключенного договора по основаниям, предусмотренным ст.ст. 178 и 179 ГК РФ (л.д.20). Телеграммы, направленные ответчиком 03.10 и 02.12.2017, также оставлены истцом без внимания. С августа по ноябрь 2017 г. ответчиком производился перевод денежных средств в размере 15 000 руб. в адрес истца через Почту России.

В апелляционной жалобе представитель ответчика указывает на противоречивость пояснений истца, данных в ходе судебного разбирательства, неверную оценку показаний нотариуса и других свидетелей, отмечает, что М.Р.И. имеет юридическое образование, перед заключением договора обошла трех нотариусов, с которыми проконсультировалась, понимала, что квартира переходит в собственность А.Н.Ю. и осознанно подписала с ней договор. Плохое самочувствие истца в период, относящийся к заключению договора, материалами дела не подтверждено.

Судебная коллегия находит данные доводы несостоятельными, так как М.Р.И. последовательно указывала на то, что желала заключения договора с ФИО, как с семьей, нотариус пояснила, что при подписании договора присутствовал А.П.А., который активно участвовал в обсуждении сделки, на заключение которой ушло 5 часов и настаивал на совершении сделки на его имя, свидетели ФИО и ФИО показали, что со слов М.Р.И. им известно о том, что при заключении договора она была без очков, нервничала, сообщила им, что была обманута, договор заключен не с семейной парой. Также из материалов дела следует, что 06.07.2017 г. М.Р.И. обращалась к неврологу с жалобами на резкие головные боли, снижение памяти на текущие события.

Доказательства по делу согласуются между собой и в совокупности подтверждают доводы истца о том, что она добросовестно заблуждалась относительно лица, с которым она заключает договор, и данное заблуждение носило существенный характер.

В соответствии с ч. 3 ст. 67 ГПК РФ право оценки достоверности, допустимости, достаточности и взаимной связи доказательств принадлежит суду. Суд первой инстанции счел достаточным объем исследованных доказательств и дав им надлежащую оценку по правилам ст. 67 ГПК РФ, пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания договора недействительным и возвращения квартиры в собственность истца.

Обстоятельства, имеющие значение для дела определены судом правильно, нормы материального права применены верно, процессуальных нарушений, влекущих отмену решения, не допущено.

Решение законно, обоснованно и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 22 декабря 2017 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика А.Н.Ю. С.Д.А. - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи