Мотивированное решение

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Москва 27 сентября 2017 года

Замоскворецкий районный суд г. Москвы

в составе председательствующего судьи Перепечиной Е.В.,

при секретаре Билан В.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-5146/2017 по иску Радейко Сергея Николаевича к ФСИН России, Минфин России о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Радейко С.Н. обратился с исковым заявлением о компенсации морального вреда в размере 500 000 руб. в связи с ненадлежащим содержанием в исправительном учреждении.

В судебное заседание истец не явился, отбывает наказание в местах лишения свободы, извещен надлежащим образом. В удовлетворении ходатайства о проведении видеоконференцсвязи суд отказал по причине отсутствия технической возможности.

Представитель ФСИН России по доверенности Орехов И.В. явился, просил в иске отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Представитель Минфин России не явился, извещен надлежащим образом. Возражений не представлено.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело по существу при указанной явке.

Выслушав ответчиков, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Истец указал, что с 13.12.2006 года по 30.10.2010 года он содержался в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю в г. Норильске в нечеловеческих условиях унижающих его человеческое достоинство, испытывая страх за свое здоровье и жизнь. Однако в обоснование заявленных требований никаких фактов представлено не было.

Судом установлено, что Радейко С.Н. содержался в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю (далее СИЗО-4) в период с 22.12.2006 года по 29.10.2010 года. 29.10.2010 года был этапирован в ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю для дальнейшего отбывания наказания.

Лимит наполнения в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю составляет 552 человека. Согласно представленной справки среднесписочная численность спецконтингента, содержащегося в Учреждении составляла в 2007 году – 434 человека, в 2008 году – 459 человек, в 2009 году – 434 человека, в 2010 году – 298 человек. Таким образом, в камере не могли находиться заключенные в количестве свыше установленных индивидуальных спальных мест согласно статьи 23 Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Довод об отсутствии, по словам истца, в камерах, где он находился в последствии необходимых сантехнических удобств, носит субъективный характер и не основывается на фактах. Напольная чаша («чаша Генуя»), установление которой в камерах вместо унитаза до сих пор предусмотрено Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 № 189 действующим по настоящее время была огорожена от части камеры перегородкой, что позволяло справлять нужду в приемлемых условиях. Все санитарно-техническое оборудование в СИЗО-4 функционировало в соответствии с действующими санитарными нормами. Сведений о нарушении технического регламента при подключении к канализации нет. В 2009 году были установлены унитазы, оборудованные отдельными перегородками высотой 1,5 метров которые отделяли санузел от остальной части камер. С 2010 года в каждой камере имеется туалетная комната, которая отсекает основное помещение камеры.

Истец утверждает, что в камерах отсутствует вентиляция, ограничен доступ свежего воздуха. Данное заявление является его субъективной оценкой, которая не дает достоверного представления о поступлении свежего воздуха в камеры. Все камеры СИЗО-4 оборудованы деревянными рамами с открывающимися форточками, в камере имеется естественная система вентиляции.

Бетонных полов, о которых заявляет истец в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Красноярскому краю нет в наличии. Полы всех без исключения помещений имеют деревянный настил.

В соответствии ст.ст. 12, 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые он ссылается как на основания своих требований и возражений.

Принимая во внимание, что под моральным вредом понимаются физические или нравственные страдания гражданина, причиненные ему действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Нравственные страдания заключаются в негативных переживаниях лица, испытывающего страх, стыд, унижение и т.п.

Суду должны быть представлены надлежащие доказательства, позволяющие судить как о самом факте причинения морального вреда (физических и (или) нравственных страданиях), так и о его (вреде) размере - например: медицинские заключения, акты - судебно - медицинских экспертиз и др., свидетельствующие о наступлении какого либо заболевания или обострения существующего; доказательства, подтверждающие что наступившее заболевание или ухудшение здоровья является следствием незаконных действий должностных лиц, т.е. между этими событиями существует причинно - следственная связь. Кроме того, причинение истцу физических и нравственных страданий, их степень, могут быть подтверждены и другими относимыми доказательствами (письменными, свидетельскими и т.п.). Истцом не представлено таких доказательств.

Согласно разъяснениям, содержащимся абз. 2 п. 2 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Возмещения морального вреда должно носить компенсационный характер, а не служить дополнительным источником дохода.

Неудобства, которые истец претерпел в связи с нахождением его в СИЗО, связаны с привлечением его к уголовной ответственности за совершение преступления, что ведет к ограничению привычного образа жизни, к бытовым неудобствам, пребывании в состоянии стресса, ограничению свободы передвижения, вынужденному нахождению в замкнутом пространстве в условиях камеры и другим последствиям, которые являются следствием противоправного поведения самого истца, а не действий должностных лиц.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Исходя из положения указанной нормы ответственность государственных органов наступает при одновременном наличии следующих условий:

1) наличие вреда;

2) прямая причинно-следственная связь между действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов и наступившими вредоносными последствиями;

3) противоправность деяния причинителя вреда, которое определено в данной норме как "незаконные действия (бездействие)" государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов;

4) вина причинителя вреда;

Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий (1- 4) исключает наступление ответственности казны, либо является основанием для снижения размера возмещения вреда. Исходя из диспозиции статьи 1069 ГК РФ, одним из условий возмещения вреда, причиненного во властно-административной сфере, является незаконность соответствующих актов, действий или бездействия органов государственной власти и их должностных лиц, то есть, указанные акты (действия или бездействие) должны противоречить конкретным нормам закона или других правовых актов.

Истцом не представлено доказательств наступивших последствий и причинно - следственной связи между действиями (бездействиями) начальника ФКУ СИЗО-4 г. Норильска и наступившими последствиями. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10).

Вместе с тем, доказательств подтверждающих причинение морального вреда, расчет суммы в возмещение морального вреда, степень физических и нравственных страданий, причинно-следственной связи между причинением вреда и наступившими физическими и нравственными страданиями, истец не представил.

Действия должностных лиц ФКУ СИЗО-4 незаконными не признаны, причинно-следственная связь между неправомерными действиями сотрудников ФКУ СИЗО-4 и моральным вредом отсутствует, истцом не представлены доказательства, подтверждающие обоснованность его требований, а само по себе утверждение истца о причинении ему морального вреда в силу ст. 56 ГПК РФ не является доказательством по делу.

В связи с изложенным оснований у суда для удовлетворения требований не имеется.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 194- 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований Радейко Сергея Николаевича к ФСИН России, Минфин России о компенсации морального вреда - отказать в полном объеме.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский городской суд через Замоскворецкий районный суд г. Москвы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: