Мотивированное решение

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 мая 2017 года г. Москва

Замоскворецкий районный суд г. Москвы, в составе председательствующего судьи Патык М.Ю., при секретаре Сайб М.С., с участием представителей истца по доверенности Курихина Г.Н. и Макарова С.Ф., представителя ответчика по доверенности Кадоркина В.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданского дело № 2-1797/2017 по исковому заявлению Тараненко Анны Станиславовны к АО КБ «РосинтерБанк» и Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о включении требований в реестр обязательств банка перед вкладчиком, обязании осуществить страховую выплату,

УСТАНОВИЛ:

Истец Тараненко А.С. обратилась в суд с исковым заявлением к ответчикам АО КБ «РосинтерБанк» и Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» с требованием о включении требований в реестр обязательств банка перед вкладчиком, обязании осуществить страховую выплату в размере 944 700 руб.

Свои требования истец мотивировал тем, что истец Тараненко А.С. является вкладчиком АО КБ «РосинтерБанк», поскольку хх года, между истцом и Банком был заключен договор банковского счета № ххх, на общую сумму 944 700 руб. Истцу был открыт депозитный счет, куда истцом были внесены денежные средства.

Впоследствии истцу стало известно, что у Банка АО КБ «РосинтерБанк» была отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Истец обратился в ПАО «ВТБ 24» с заявлением на получение страхового возмещения, однако, истцу было отказано в выплате денежных средств, с указанием на то, что в реестре обязательств Банка нет сведений о вкладе истца. Истцом было подано заявление о несогласии с размером выплаты, которое было передано в Агентство по страхованию вкладов, однако, Агентством истцу также было отказано в выплате, с указанием на то, что технические записи на счете истца не отражают действительного поступления от истцу денежных средств и в период осуществления банковской операции Банк был неплатежеспособен.

В связи с неисполнением государственной корпорацией «Агентство по страхованию вкладов» своих обязанностей по учету требований Тараненко А.С. в реестре обязательств банка перед вкладчиками, ссылаясь на нормы Федерального закона от 23.12.2003 года № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации», а также на свою добросовестность и разумность Тараненко А.С. обратилась в суд с настоящим иском.

Представители истца по доверенности Курихин Г.Н. и Макаров С.Ф. в судебное заседание явились, требования искового заявления поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика по доверенности Кадоркин В.С. в судебное заседание явился, исковые требования не признал, по основаниям, изложенным в отзывах на исковое заявление.

Суд, выслушав мнение участников процесса, исследовав письменные материалы дела, находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

При рассмотрении дела судом установлено, что Предписанием Банка России от 18 января 2016 года № Т1-82-7-10/4273ДСП с 19 января 2016 года ведены ограничения сроком на 6 месяцев на осуществление следующих операций: на привлечение денежных средств физических лиц и индивидуальных предпринимателей во даады (депозиты) (до востребования и на определенный срок): на привлечение денежных средств физических лиц и индивидуальных предпринимателей на текущие и расчетные счета: на открытие счетов по вкладам (депозитам), текущих и расчетных счетов физических лиц резидентов и нерезидентов) и индивидуальных предпринимателей.

Согласно Предписанию Банка России от 21 апреля 2016 года № Т1-82-7-10/57263ДСП по результатам проверки Банка, проводимой Банком России, установлено превышение остатков денежных средств на текущих и депозитных счетах физических лиц над остатками, сложившимися на дату введения ограничений (19 января 2016 года), что является нарушением Предписания в части ограничений на привлечение денежных средств физических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Кроме того, согласно акту № 266 проверки Банка, проведенной Банком России в период с 05сентбяря 2016 по 15 сентября 2016 года, в Банке зафиксированы «схемные» операции, в том числе направленные на урегулирование размера остатков денежных средств на депозитных счетах физических лиц в период действия ограничений Банка России, занижения расходов Банка, а также искажения бухгалтерского чета и отчетности.

Банком осуществлялось активное противодействие проведению проверки. По результатам визуального наблюдения рабочей группой (проверяющих от Банка России) за неплановым пересчетом наличных денежных средств, проведенном Банком в хранилище, по стоянию на 13 сентября 2016 года остаток денежных средств составил 9 404 руб. 63 коп., что принимая во внимание масштаб деятельности Банка, свидетельствовал об утрате ликвидности.

Наряду с этим, согласно предписанию Банка России от 13 сентября 2016 года № Т1-82-7-10/132177ДСП, установлено, что за 1-2 дня до введения (продления) Банком России ограничений на привлечение денежных средств (предписание от 23 июля 2016 года № Т1-52-35-8/26328ДСП) ряд физических лиц, в том числе, связанных с Банком), вносили крупные суммы денежных средств в депозиты (всего 244 миллиона рублей) и через 2-3 дня (после введения предписания) истребовали денежные средства с депозитов досрочно. Данный факт свидетельствует об «искусственном» увеличении общего объема привлеченных денежных средств вкладчиков.

Фактически, Банк стал неплатежеспособным с 12 сентября 2016 года, поскольку, начиная именно с этой даты, Банк прекратил исполнение части денежных обязательств или обязанностей по уплате I обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (ст. 2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Неплатежеспособность Банка подтверждается наличием многочисленных жалоб клиентов о непроведении платежей, неисполнении обязательств по выдаче денежных средств физическим или юридическим лицам, а так же сообщений в средствах массовой информации.

Утрата Банком ликвидности послужила основанием для введения Банком России с 15 сентября 2016 года в Банке временной администрации по управлению кредитной организацией на основании подпункта 6 п. 1 ст. 189.26, п. 2 и п. 3 ст. 189.34 Закона о банкротстве (Приказ Банка России от 15 сентября 2016 года № ОД- 3080), а по результатам проведенного временной администрацией обследования финансового состояния Банка уже с 19 сентября 2016 года в связи с неисполнением Банком федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, и нормативных актов Банка России, неоднократным нарушением в течение одного года требований, предусмотренных Федеральным законом «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» Банк лишен лицензии на осуществление банковских операций (Приказ Банка России от 19 сентября 2016 года № ОД-3141).

Начиная с 12 сентября 2016 года, Банк перестал исполнять в полном объеме свои обязательства перед кредиторами по предъявленным ими платежным поручениям и другим денежным требованиям, в том числе о выдаче вкладов. Не исполненные платежи из-за недостаточности денежных средств, в нарушение требований нормативных документов Банка России не учитывались на счетах 47418.

В соответствии с Положением «О правилах ведения бухгалтерского учета в кредитных организациях, расположенных на территории Российской Федерации», утвержденным Банком России 16 июля 2012 года № 385-П, 47418 - это первые пять цифр двадцатизначных номеров счетов, предназначенных для учета средств клиентов, списанных с их счетов, но не проведенных через корреспондентский счет из-за недостаточности средств на нем.

Факт учета средств клиентов на данных счетах означает, что Банк не исполнял требования своих клиентов и в Банке было не недостаточно средств для исполнения им своих обязательств в полном объеме.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 07 ноября 2016 года по делу № А40-196844/16 Банк признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим назначено Агентство.

Несмотря на сложившуюся в Банке ситуацию, в нарушение Предписания от 23 июля 2016 года, в Банке оформлялись фиктивные операции по счетам клиентов Банка (физических и юридических лиц), якобы снятии денежных средств, либо переводе денежных средств с крупных вкладов на более мелке с одновременным открытием счетов для мелких вкладов.

Так, хх года со счета № ххх открытого для ООО «МПБ» совершается внутрибанковская проводка (техническая запись), с назначением «Оплата по договору займа физическому лицу» № хх от хх (Тараненко Анна Станиславовна), без налога (НДС)», переводе денежных средств в размере 944 700 руб. на счет № ххх, открытый для истца в связи с заключением договора текущего счета физического лица.

При этом остаток на счете ООО «МПБ» после совершения указанной операции и ряда аналогичных операций сократился до минимального значения.

Описанная выше техническая запись о проводке на счет истца была осуществлена в период фактической неплатежеспособности Банка, то есть прекращения исполнения должником (Банком) части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное Достаточностью денежных средств (ст. 2 Закона о банкротстве).

В результате осуществления указанной сомнительной операции, размер обязательств перед истцом искусственно был увеличен на сумму 944 700 руб., а размер обязательств перед кредитором сокращен до минимального размера, поскольку денежные средства юридических лиц подлежат страхованию в соответствии с Федеральным законом от 23 декабря 2003 года № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации».

Зафиксированная операция, фактически является технической записью в бухгалтерской реме Банка, совершенной в период неплатежеспособности Банка и действия ограничений на привлечение денежных средств физических лиц на банковские счета и во вклады и открытия таких счетов. Само по себе наличие приходных операций и договора банковского вклада недостаточно для подтверждения фактического размера и наличия задолженности Банка.

Представляемые истцом документы (договор текущего счета физического лица и платежное поручение), подтверждают лишь формальное наличие задолженности в отношении истца, в то время, как на самом деле совершенная Кредитором 13 сентября 2016 года операция носила характер «дробления» счета кредитора на меньшие суммы в пределах сумм страхового возмещения, что в итоге привело не к увеличению объема вкладов физических лиц в Банке, а к фиктивному увеличению размера страховой ответственности Агентства по страхованию вкладов, чем были нарушены соответствующие публичные интересы.

Целью указанных действий Кредитора являлось осуществление перевода не страхуемых денежные средств со счета юридического лица на счет физического лица, подлежащий страхованию в соответствии с Законом о страховании, и скорейшего удовлетворения своих требований к Банку за счет создания мнимых обязательств перед истцом, первоочередного удовлетворения.

На 12 сентября 2016 года Банк утратил платежеспособность. Клиенты Банка, в том числе Кредитор, не мог свободно реализовать свои права по счетам.

Неисполнение Банком своих обязательств перед кредиторами подтверждается, в частности, многочисленными жалобами и претензиями клиентов, направленные в Банк в письменном виде, опубликованными сообщениями в средствах массовой информации, которые стали поступать в августе - сентябре 2016 года.

Неисполнение кредитной организацией обязательств перед своими клиентами влечет в соответствии со ст. 20 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» обязанность Банка России отозвать у нее лицензию на осуществление банковских операций.

В соответствии со ст. 855 ГК РФ, при недостаточности денежных средств на счете должника для удовлетворения всех предъявленных к нему требований списание денежных средств производиться в порядке календарной очередности поступления документов.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной по аналогичного рода делам в определениях от 28 июня 2011 года № 89-В11-3, от 22 ноября 2011 года №5-В11-106, от 19 апреля 2016 года № 9-КГ 16-3. от 20 сентября 2016 года № 18-КГ16-110, в условиях недостаточности денежных средств на корреспондентском счете кредитная организация не только не в состоянии выполнять поручения клиентов о перечислении денежных средств с их счетов или о выдаче средств через кассу, но и не вправе их выполнять.

Данная правовая позиция нашла свое отражение и в п. 11 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016 года.

В состоянии неплатежеспособности Банк не мог обеспечивать оборото-способность средств, отражавшихся на счетах кредиторов, включая счет 3-го лица - ООО «МПБ». В свою очередь, универсальная оборото-способность есть важнейшее качество денежных средств. Кредиторы не могли, в связи с плохим финансовым состоянием Банка, воспользоваться остатком по своим счетам, для оплаты товаров и услуг, что исключало на 13 сентября 2016 года у остатков по счетам признака денег. Денежные средства всегда можно использовать для указанных целей свободно, но клиенты Банка творения удовлетворения своих денежных требований не получали. Кредитор не мог, как и все другие клиенты Банка, свободно в любых объемах перечислить денежные средства в другой банк или получать наличными в кассе Банка, тем более, в силу ст. 855 ГК РФ, раньше других.

Таким образом, в условиях, когда кредитная организация является фактически неплатежеспособной, не исполняет обязательства перед своими клиентами, в том числе, не исполняет платежные поручения плательщиков в связи с недостаточностью денежных средств на корреспондентском счете, остатки на счетах внутри самой кредитной организации перестают быть реальными деньгами, а становятся лишь сичловыми записями на счетах.

При таких обстоятельствах в кредитной организации технически могут совершаться любые операции, однако они не влекут ни экономических, ни правовых последствий.

В определении от 25 июля 2001 года № 138-0 Конституционный Суд РФ разъяснил, что, отношения Банка и его кредитора, вытекающие из договора банковского счета и основанные на принципе разумности и добросовестности действий его участников, являются гражданскими правоотношениями, в рамках которых, исполнение Банком обязательств по зачислению поступающих на счет кредитора денежных средств и их перечислению со счета, а также распоряжение кредитором находящимися на его счете денежными средствами, зачисленными Банком, в том числе при исполнении собственных обязательств перед кредитором, могут осуществляться лишь при наличии и корреспондентском счете банка необходимых денежных средств.

Из факта наличия неисполненных поручений клиентов, следует, что достаточных денежных средств у Банка не было, что означает недопустимость внутрибанковских проводок.

Кроме этого, согласно ст. 140 ГК РФ рубль является законным платежным средством, обязательным к приему по нарицательной стоимости на всей территории Российской Федерации.

При изложенных выше обстоятельствах неплатежеспособности Банка, остатки по счетам клиентов Банка, включая счет Кредитора, перестали быть платежными средствами в смысле ст. 140 ГК РФ, так как могли перечисляться не по всей территории РФ, а только в пределах Банка (любые внутрибанковские операции). Следовательно, в смысле ст. 140 ГК РФ, остатки по счету Кредитора не являлись на 13 сентября 2016 года, деньгами.

Как отмечено выше, с 12 сентября 2016 года Банк фактически не осуществлял нормальной банковской деятельности, был неплатежеспособен - не платил по требованиям своих клиентов.

При таких обстоятельствах, размещение денежных средств во вкладе в Банке лишено для истца экономического смысла, тем более размещаемые средства были якобы заемные.

В соответствии со ст. 834 ГК РФ, по договору банковского вклада банк обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

Однако, в связи с наличием многочисленных неисполненных платежных поручений его клиентов, а также не удовлетворенных требований граждан о выдаче денежных средств из кассы Банка, а также очевидным предстоящим отзывом у Банка лицензии на осуществление банковских операций истец не мог рассчитывать на возврат Банком вклада, уплату процентов на него, и тем более на перечисление денежных средств по платежным поручениям в другие банки со счета по вкладу или с других счетов.

Таким образом, суд приходит к выводу, что договор текущего счета истца оформлен не для размещения вклада и получения процентов, а только для вида.

В соответствии с Федеральным законом «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации», денежные средства свыше предельного размера страхового возмещения 1400 000 руб., возмещению не подлежат и они выплачиваются Банком в ходе конкурсного производства, за счет конкурсной массы.

Согласно Федеральному закону «О несостоятельности (банкротстве)» требования юридических лиц к Банку - банкроту удовлетворяются в третью очередь, после удовлетворения требований (физических лиц и индивидуальных предпринимателей, в том числе, за счет фонда страхования вкладов, работников кредитной организации и других требований.

Таким образом, на 13 сентября 2016 года Кредитор, как потенциальный кредитор третьей очереди, мог предполагать частичное удовлетворение своих требований к Банку на сумму остатка по счету и только в будущем, в ходе конкурсного производства.

Во избежание вышеизложенного, между истцом и Банком был оформлен «заем» и осуществлена техническая запись об увеличении числового значения по счету истца с одновременным уменьшением числового значения по счету Кредитора для создания условий при которых, истец будет иметь формальные основания обратиться за выплатой страхового возмещения в Агентство на сумму, полученную от Кредитора, спустя кротчайший срок с даты отзыва у Банка лицензии на осуществление банковских операций.

Как видно из изложенного действия истца, Кредитора и Банка направлены на причинение ущерба обязательного страхования вкладов, так как создают формальные основания для безосновательного получения от Агентства денежных средств. При этом, реально новых вкладов в Банк не внесено.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Следовательно, действия по изменению остатков по счетам Кредитора и истца в Банке с целью причинения вреда Агентству не соответствуют требованиям закона и не влекут возникновения у истца прав, в том числе, вытекающих из законодательства о страховании вкладов.

Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях за июнь - июль 2015 года (№ 305 - ЭС 15-5815, от 24 июня 2015 года, № 305 - ЭС15-5815 от 19 июня 2015 года) обращается внимание на то, что в период неплатежеспособности Банка, действия ограничений на привлечение денежных средств физических лиц на банковские счета и во вклады, совершаемые физическими и юридическими лицами операции носят характер «дробления» вкладов в пределах сумм страхового возмещения, что в итоге приводит не к увеличению объема вкладов, а к фиктивному увеличению размера страховой ответственности Агентства по страхованию вкладов.

С учетом вышеизложенного, суд признает требования истца об установлении состава и размера требований, подлежащих включению в реестр обязательств банка перед вкладчиками, необоснованными, в связи с чем, не подлежащими удовлетворению.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Учитывая необоснованность исковых требований Тараненко А.С., в части включения в реестр обязательств банка перед вкладчиками задолженности последнего перед Тараненко А.С. по договору банковского вклада, исковые требования о взыскании с ответчиков судебных расходов, также удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199, 235 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ

В удовлетворении исковых требований Тараненко Анны Станиславовны к АО КБ «РосинтерБанк» и Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о включении требования в реестра обязательств банка перед вкладчиками, обязании осуществить страховую выплату, отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд, через Замоскворецкий районный суд города Москвы, в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Судья