Постановление о возвращении уголовного дела прокурору, в орган следствия

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Москва 03 мая 2018 года

Дорогомиловский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Быковской О.Н., при секретаре Бароеве К.В.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Западного административного округа г. Москвы Кудрявцева Р.Р.,

обвиняемого Красильникова А.С.,

защитников обвиняемого в лице адвоката Капустина С.А., представившего удостоверение № 2469 и ордер № 059315 от 11 апреля 2018 года, выданный Коллегией адвокатов «Право на защиту», Мезенцева А.В., представившего удостоверение № 2473 и ордер № 059316 от 11 апреля 2018 года, выданный Коллегией адвокатов «Право на защиту», Поспеловой Е.Ю., представившей удостоверение № 9442 и ордер № 538 от 19 апреля 2018 года, выданный Ассоциацией адвокатов «Коллегия адвокатов города Москвы «Поротиков и партнеры»,

представителя потерпевшего Угланова П.Н. в лице адвоката Адвокатского кабинета Калмыкова И.А., представившего удостоверение № 15056 и ордер № 23 от 07 декабря 2017 года,

рассмотрев в закрытом судебном заседании на предварительном слушании материалы уголовного дела № 1-175/18 в отношении Красильникова А С, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Органом предварительного расследования Красильников А.С. обвиняется в том, что совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба гражданину, в особо крупном размере.

В ходе предварительного слушания защитник Мезенцев А.В. просил признать недопустимыми и исключить из числа доказательств по уголовному делу постановление о проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» от 07 февраля 2017 года (т.1 л.д. 71-72), акт оперативного эксперимента от 08 февраля 2017 года (т.1 л.д. 86), протокол осмотра места происшествия от 08 февраля 2017 года (т.1 л.д. 81-85), акт выдачи специальной техники от 08 февраля 2017 года (т.1 л.д. 78), акт возврата аудио-записывающей аппаратуры, осмотра и расшифровки аудио-записи от 08 февраля 2017 года (т.1 л.д. 79-80), саму аудиозапись, постановление о проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» от 27 января 2017 года (т.1 л.д. 56-57), акт оперативного эксперимента от 27 января 2017 года (т.1 л.д. 69), акт выдачи специальной техники от 27 января 2017 года (т.1 л.д. 60), акт возврата аудио-записывающей аппаратуры, осмотра и расшифровки аудио-записи от 27 января 2017 года (т.1 л.д. 61-68), саму аудиозапись, поскольку, по мнению защитника, при проведении оперативно-розыскных мероприятий были допущены нарушения уголовно-процессуального закона и положений Федерального закона № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», в частности, имеющиеся в материалах уголовного дела результаты оперативно-розыскной деятельности сфальсифицированы сотрудниками полиции и явились результатом провокации со стороны последних.

Обвиняемый Красильников А.С., адвокаты Капустин С.А., Поспелова Е.Ю. поддержали ходатайство адвоката Мезенцева А.В.

Государственный обвинитель, представитель потерпевшего возражали против удовлетворения ходатайства защитника Мезенцева А.В., считая, что данное ходатайство является преждевременными, законных оснований для исключения из числа доказательств письменных и вещественных доказательств, указанных защитником, не имеется.

Суд, выслушав мнение участников процесса, изучив материалы дела, считает, что нарушений уголовно-процессуального закона при собирании и закреплении указанных защитником Мезенцевым А.В. доказательств, влекущих безусловное признание их недопустимыми и исключение их из числа доказательств, в ходе предварительного слушания не установлено, кроме того, оценка всем собранным по делу доказательствам на предмет их относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности достаточности будет дана судом при постановлении приговора по уголовному делу.

В ходе предварительного слушания защитник Мезенцев А.В. просил вернуть уголовное делу прокурору в порядке ст.237 УПК РФ связи с тем, что обвинительное заключение по делу составлено с нарушением требований Уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. В частности, защитник указал, что обвиняемый и его защитники не ознакомлены со всеми материалами уголовного дела, в том числе, с вещественными доказательствами, о чем следователю неоднократно заявлялось при выполнении требований ст.217 УПК РФ; постановлением суда обвиняемый и его защитники были ограничены в ознакомлении с материалами дела до 18 часов 00 минут 19 марта 2018 года, однако фактически ознакомление с материалами дела было прервано следователем в 16 часов 45 минут указанного дня; согласно обвинительному заключению материалы дела для ознакомления потерпевшему и его представителю были представлены 28 марта 2018 года, тогда как само обвинительное заключение было составлено 21 марта 2018 года; в обвинительном заключении не приведены доказательства стороны защиты, а в удовлетворении ходатайств об их приобщении следователем было необоснованно отказано; описание преступного деяния, изложенное в обвинительном заключении, содержит обстоятельства, по которым уголовное дело в отношении Красильникова А.С. не возбуждалось; обвиняемый и его защитники не были ознакомлены с дополнительными материалами дела; психическое состояние Красильникова А.С. не исследовалось, однако сторона защиты располагает данными, что обвиняемый является лицом, употребляющим наркотические средства.

Обвиняемый Красильников А.С., адвокаты Капустин С.А., Поспелова Е.Ю. поддержали ходатайство адвоката Мезенцева А.В.

Государственный обвинитель, представитель потерпевшего возражали против удовлетворения ходатайства защитника Мезенцева А.В., считая, что законных оснований для возвращения уголовного дела прокурору не имеется, поскольку обстоятельств, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения, и которые не могут быть устранены судом, защитником Мезенцевым А.В. в обоснование ходатайства не приведено.

Выслушав мнение участников процесса, суд считает необходимым возвратить уголовное дело прокурору.

В соответствии с ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, предусмотренных п.п. 1-6 ч.1 ст.237 УПК РФ.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ уголовное дело подлежит возвращению прокурору в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований Уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно п.5 ч.1 ст.220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания.

Суд считает, что представленное суду обвинительное заключение, составленное в отношении Красильникова А.С., указанным требованиям закона не соответствует.

Так, в обвинительном заключении, составленном по настоящему уголовному делу, в качестве доказательств, подтверждающих обвинение, в числе прочих приведен протокол очной ставки от 29 мая 2017 года между потерпевшим Углановым П.Н. и обвиняемым Красильниковым А.С., при этом указано, что потерпевший Угланов П.Н. подтвердил ранее данные им показания, однако в обвинительном заключении не указано, какие конкретно из ранее данных показаний потерпевший подтвердил, учитывая, что до момента очной ставки потерпевший Угланов П.Н. был трижды допрошен по делу (т. 1 л.д. 113-118, 233-235, т.2 л.д. 2-10) и не всегда давал аналогичные показания по одним и тем же обстоятельствам дела; аналогичным образом в обвинительном заключении в качестве доказательства обвинения приведен протокол очной ставки между свидетелями Жабровым С.В. и Петросян Ю.П. от 20 марта 2017 года, при этом в материалах уголовного дела имеются два протокола допроса свидетеля Жаброва С.В. (т.1 л.д. 155-158, 231-232), составленные до проведения очной ставки; краткое содержание приведенных в качестве доказательств обвинения постановления о проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» от 27 января 2017 года, акта выдачи специальной техники от 27 января 2017 года, акта оперативного-эксперимента от 27 января 2017 года, постановления о проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» от 08 февраля 2017 года, акта выдачи денежных средств и муляжа денежных средств от 08 февраля 2017 года, акта выдачи специальной техники от 08 февраля 2017 года, акта оперативного-эксперимента от 08 февраля 2017 года, акта копирования аудио-файла от 28 января 2017 года в обвинительном заключении отсутствует вообще, а приведенные в обвинительном заключении показания свидетелей не содержат в полной мере сведений, изложенных в указанных выше документах.

Согласно п.6 ч.1 ст.220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания.

Как усматривается из обвинительного заключения, в качестве единственного доказательства защиты приведены показания обвиняемого Красильникова А.С., однако помимо отношения обвиняемого к предъявленному ему обвинению и его отказа от дачи показаний, содержание показаний обвиняемого в обвинительном заключении не приведено, несмотря на то, что в своем допросе обвиняемый утверждал, в частности, что потерпевший его оговаривает (т.4 л.д. 305-308).

Кроме того, по смыслу закона, возвращение дела прокурору может иметь место и тогда, когда это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, если на досудебных стадиях допущены нарушения, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

Как усматривается из материалов дела, в качестве вещественных доказательств по уголовному делу признаны: диски в количестве трех штук, хранящиеся в материалах уголовного дела; 2 купюры номиналом по ххххх рублей, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СУ УВД по ЗАО ГУ МВД России по г. Москве; имитационные муляжи денежных средств в размере 10-ти пачек сувенирной продукции, всего имитирующие хххххх рублей, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СУ УВД по ЗАО ГУ МВД России по г. Москве; 2 кассовых чека от 30 августа 2016 года, хранящиеся в материалах уголовного дела; приходный кассовый ордер № 513 от 30 августа 2016 года, хранящийся в материалах уголовного дела; лист формата А4 с черновыми записями, хранящийся в материалах уголовного дела; диктофон, содержащий аудиозаписи разговоров между Углановым П.Н. и Красильниковым А.С., хранящийся в материалах уголовного дела.

Согласно ч.1 ст.217 УПК РФ, после выполнения требования ст.216 УПК РФ следователь предъявляет обвиняемому и его защитнику подшитые и пронумерованные материалы уголовного дела, за исключением случаев, предусмотренных ч.9 ст.166 УПК РФ. Для ознакомления предъявляются также вещественные доказательства и по просьбе обвиняемого или его защитника фотографии, материалы аудио- и (или) видеозаписи, киносъемки и иные приложения к протоколам следственных действий. В случае невозможности предъявления вещественных доказательств следователь выносит об этом постановление.

Как усматривается из протокола ознакомления обвиняемого и его защитников с материалами уголовного дела (т.6 л.д. 198-202), обвиняемый и его защитники были ознакомлены с материалами уголовного дела, а также с вещественными доказательствами – диктофоном, картой памяти, тремя оптическими дисками, сведения об ознакомлении обвиняемого и (или) его защитниками либо о предъявлении им для ознакомления иных вещественных доказательств, в частности, не хранящихся в материалах уголовного дела, в материалах дела отсутствуют.

При этом обвиняемым Красильниковым А.С. дважды, а именно 06 и 19 марта 2018 года (т.6 л.д.172, 178), адвокатом Поспеловой Е.Ю. дважды, а именно 06 марта и 19 марта 2018 года (т.6 л.д. 179, 180), адвокатом Капустиным С.А. дважды, а именно 13 и 19 марта 2018 года (т.6 л.д. 192), адвокатом Мезенцевым А.В. 19 марта 2018 года (т.6 л.д.195) заявлялись ходатайства о предъявлении для ознакомления вещественных доказательств по делу.

При этом, следователем по существу были рассмотрены лишь ходатайства от 19 марта 2018 года, в удовлетворении их было отказано, на том основании, что, якобы, участники уголовного судопроизводства со стороны защиты не пожелали знакомиться с вещественными доказательствами, при этом аналогичные ходатайства заявленные обвиняемым и его защитниками до составления протокола ознакомления обвиняемого и его защитников с материалами уголовного дела, а именно 06 и 13 марта 2018 года, следователем не рассмотрены, в материалах дела не имеется сведений, по каким причинам вещественные доказательства стороне защиты не предъявлялись, постановления о невозможности предъявления для ознакомления вещественных доказательств в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, согласно ч.2 ст.219 УПК РФ, по окончании производства дополнительных следственных действий следователь уведомляет об этом лиц, указанных в части первой и УПК РФ, и предоставляет им возможность ознакомления с дополнительными материалами уголовного дела.

Как усматривается из материалов дела, после уведомления участников уголовного судопроизводства об окончании предварительного расследования, по уголовному делу, в том числе, был продлен срок предварительного следствия (т.6 л.д. 222-225), продлен срок содержания обвиняемого под стражей (т.6 л.д. 228-234), удовлетворено ходатайство представителя потерпевшего Калмыкова И.А. и к материалам дела была приобщена копия переписки между Углановым П.Н. и хххххх (т.6 л.д. 235-240), установлен срок стороне защиты для ознакомления с материалами уголовного дела (т.6 л.д. 244-251), однако сведения об ознакомлении обвиняемого Красильникова А.С. с указанными дополнительными материалами либо о предоставлении ему такой возможности в материалах дела отсутствуют, при этом суд принимает во внимание наличие в материалах дела письма о направлении по месту содержания обвиняемого под стражей копий дополнительных материалов дела на 140 листах, однако сам обвиняемый в судебном заседании факт получения им указанных документов отрицает, а установить, какие именно документы направлялись обвиняемому, из содержания указанного письма не представляется возможным.

Кроме того, помимо адвокатов Поспеловой Е.Ю., Мезенцева А.В., Капустина С.А. на момент окончания предварительного расследования защиту обвиняемого Красильникова А.С. осуществляли адвокаты Тарановский Д.К., Бычков С.Г. Указанные защитники были уведомлены об окончании следственных действий.

В материалах дела имеется заявление обвиняемого Красильникова А.С. об отказе от услуг защитников Тарановского Д.К. и Бычкова С.Г. (т.6 л.д. 171), однако процессуальное решение по данному заявлению обвиняемого в материалах дела отсутствует.

Сведения об ознакомлении указанных защитников с материалами уголовного дела в деле отсутствуют, равно как отсутствуют сведения о предоставлении им возможности ознакомиться с дополнительными материалами уголовного дела.

Вместе с тем, указанные адвокаты указаны в качестве защитников обвиняемого Красильникова А.С., подлежащих вызову в суд (т.7 л.д.26), что лишает суд возможности определить был ли принят следователем отказ обвиняемого от защитников Тарановского Д.К. и Бычкова С.Г., а если не был, были ли выполнены требования ст.ст. 217-219 УПК РФ в отношении указанных защитников.

При таких обстоятельствах суд считает, что обвинительное заключение составлено с существенными нарушениями требований уголовно-процессуального закона, нарушающими право обвиняемого на защиту, и неустранимыми в судебном заседании, а потому исключающими постановление законного и обоснованного приговора или вынесение иного решения.

Одновременно суд учитывает, что мера пресечения в виде заключения под стражу избрана Красильникову А.С. в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. В настоящее время основания, послужившие к избранию меры пресечения в отношении Красильникова А.С., предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ, не изменились и не отпали. Красильников А.С. обвиняется в совершении тяжкого преступления, наказание за которое уголовным законом предусмотрено на срок свыше трех лет лишения свободы, что в совокупности с обстоятельствами преступления, в совершении которого обвиняется Красильников А.С., данными о его личности позволяет суду прийти к выводу, что Красильников А.С., находясь на свободе, может скрыться от суда, в том числе, опасаясь наказания за совершение тяжкого преступления, продолжить заниматься преступной деятельностью, чем воспрепятствует производству по уголовному делу. При этом суд учитывает пояснения представителя потерпевшего в судебном заседании о том, что в отношении потерпевшего Угланова П.Н. со стороны обвиняемого оказывалось воздействие посредством иных лиц. При указанных обстоятельствах суд полагает применение в отношении Красильникова А.С. меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, невозможным, поскольку иное не исключит для подсудимого саму возможность скрыться или совершать действия, направленные на воспрепятствование производству по уголовному делу, а потому ходатайства обвиняемого и его защитников о возможности применения в отношении обвиняемого меры пресечения в виде домашнего ареста либо залога удовлетворению не подлежат. При решении вопроса о мере пресечения суд также учитывает сведения о личности обвиняемого, а именно его возраст, семейное положение, состояние его здоровья. Объективных данных, свидетельствующих о том, что Красильников А.С. по состоянию здоровья, не может содержаться в условиях следственного изолятора, суду не представлено.

Кроме того, суд, принимая во внимание, что постановлением судьи Дорогомиловского районного суда г. Москвы от 07 декабря 2017 года срок ареста на имущество обвиняемого Красильникова А.С., наложенного постановлением Никулинского районного суда г. Москвы от 12 июля 2017 года, продлен по 30 мая 2018 года, учитывая, что указанный срок истекает, а основания для применения ареста на имущество не отпали, и по делу предъявлен гражданский иск, на основании ст.115-1 УПК РФ, полагает необходимым продлить срок ареста на имущество.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 236, 237 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Возвратить уголовное дело в отношении в отношении Красильникова Алексея Сергеевича, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, прокурору Западного административного округа города Москвы.

Меру пресечения Красильникову А С, родившемуся дата года в адрес, гражданину Российской Федерации, в виде заключения под стражу – оставить без изменения, установив срок содержания Красильникова А.С. под стражей до 03 июля 2018 года.

Перечислить Красильникова А.С. дальнейшим содержанием за 1 отделом СЧ по РОПД СУ УВД по ЗАО ГУ МВД России по г. Москве.

Продлить срок ареста на имущество обвиняемого Красильникова А.С., наложенного постановлением Никулинского районного суда г. Москвы от 12 июля 2017 года, на 2 (два) месяца, то есть до 03 июля 2018 года.

Постановление может быть обжаловано в Московский городской суд в течение 10 суток со дня его вынесения.

Председательствующий О.Н. Быковская