Определение суда апелляционной инстанции

Судья Ланин Н.А.

Дело № 33-5631

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

26 марта 2019 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Федерякиной М.А.,

судей Мухортых Е.Н., Бобровой Ю.М.,

при секретаре И.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Мухортых Е.Н. дело по апелляционным жалобам истца В.Ю.А., представителя истца В.Ю.А. по доверенности З.К.В. на решение Головинского районного суда города Москвы от 12 сентября 2018 года, которым постановлено:

в удовлетворении исковых требований В.Ю.А. к В.Я.В. о признании договора дарения доли в квартире недействительным, применении последствий недействительности сделки - отказать,

установила:

В.Ю.А. обратилась в суд с иском к В.Я.В. и просит признать недействительным договор дарения доли в квартире от 28.12.2011 № 77 АВ 1720691, заключенный между В.Ю.А. и В.Я.В., возвратить в собственность истца ½ долю квартиры, расположенной по адресу: ***.

В обоснование заявленных требований указала о том, что 28 декабря 2011 года заключила с ответчиком договор дарения № 77 АВ 1720691 в отношении ½ доли квартиры, расположенной по адресу: ***. Заключению договора предшествовало рождение детей, нахождение истца в течение длительного времени в медицинском учреждении. Договор дарения был заключен В.Ю.А. в период послеродовой депрессии, в момент заключения сделки она находилась в таком состоянии, при котором не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

Истец В.Ю.А., представитель истца – адвокат Л.А.Е. в судебное заседание явились, исковые требования поддержали по доводам, изложенным в иске, просили иск удовлетворить.

Представитель ответчика В.Я.В. – адвокат С.О.С. в судебное заседание явился, иск не признал, просил применить срок исковой давности и в иске отказать.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по г. Москве в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом.

Судом постановлено выше приведенное решение, об отмене которого просят истец В.Ю.А., представитель истца по доверенности З.К.В. по доводам, изложенным в апелляционных жалобах, считая решение необоснованным и незаконным, утверждая, что суд нарушил нормы материального и процессуального права.

В судебном заседании коллегии истец В.Ю.А. и ее представитель по ордеру адвокат Г.О.А. доводы апелляционных жалоб поддержали.

Представитель ответчика В.Я.В. по ордеру адвокат С.О.С. в судебном заседании коллегии в удовлетворении апелляционной жалобы просил отказать.

В суд апелляционной инстанции представитель Управления Росреестра по Москве, уведомленный о времени и месте судебного разбирательства, не явился, об уважительности причин неявки суду не сообщил, ходатайств об отложении слушания по делу не заявил, в связи с чем на основании ст. 167 ГПК РФ коллегия полагает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Проверив материалы дела, выслушав явившихся лиц, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на неё, судебная коллегия находит решение суда подлежащим оставлению без изменения, как постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами и требованиями законодательства.

Как установлено судом и следует из материалов дела, В.Ю.А. и В.Я.В. с 29 июня 2011 года состояли в браке. Брак расторгнут решением Зюзинского районного суда г. Москвы от 26 января 2016 года. От брака стороны имеют общих несовершеннолетних детей: В.М., *** года рождения, В.М., *** года рождения, В.Е., *** года рождения.

28 декабря 2011 года между В.Ю.А. и В.Я.В. был заключен договор дарения № 77 АВ 1720691 доли в квартире, согласно которому даритель В.Ю.А. подарила В.Я.В. ½ долю квартиры, расположенной по адресу: ***.

В судебном заседании истец и её представитель пояснили, что 28 декабря 2011 года истец заключила с ответчиком договор дарения № 77 АВ 1720691 в отношении ½ доли в квартире, расположенной по адресу: ***. Между тем, заключению договора предшествовало рождение детей, нахождение истца в течение длительного времени в медицинском учреждении. Договор дарения был заключен В.Ю.А. в период послеродовой депрессии, в момент заключения сделки истец находилась в таком состоянии, при котором не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

По ходатайству истца определением суда от 03 апреля 2018 года по делу назначена амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов от 06 июня 2018 года № 190-7 выполненное ГБУЗ города Москвы ПКБ № 1 им Н.А. Алексеева ДЗ г. Москвы, в юридически значимый период у В.Ю.А. обнаруживалось психическое расстройство в форме расстройства адаптации в виде смешанной тревожной депрессивной реакции (по МКБ-10: F43.22). Об этом свидетельствуют данные о появлении у В.Ю.А. непосредственно после тяжелой беременности (угроза прерывания, гестоз, пиелонефрит, анемия) и родов (преждевременные экстренные оперативные), явившихся субъективно сложным стрессовым жизненным событием, аффективных нарушений в виде снижения настроения, подавленности, беспокойства, тревоги и опасений за здоровье детей с бессонницей, ощущением собственной несостоятельности, чувством неспособности справиться со стрессовой ситуацией, что сопровождалось повышенной чувствительностью и зависимостью к воздействиям близкого значимого окружения, подверженностью влиянию значимых близких с ситуативным снижением прогноза последствий своих действий и критики. Указанное психическое расстройство сохранялось у В.Ю.А. на протяжении более трех месяцев (с даты родов ***), лишало ее способности в юридически значимый период, а именно на момент заключения договора дарения доли в квартире № 77АВ 1820681 от 28 декабря 2011 года понимать значение своих действий и руководить ими.

Вместе с тем, заключение комиссии экспертов от 06 июня 2018 года № 190-7 основанием для удовлетворения иска судом не признано.

Разрешая спор, суд проверил доводы ответчика о применении к спорным правоотношениям последствий пропуска срока исковой давности по заявленным требованиям и пришел к выводу, что срок исковой давности, предусмотренный ГК РФ, истцом пропущен.

При этом суд исходил из того, что сделка, совершенная гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими, относится к оспоримым сделкам, срок исковой давности по которым составляет один год.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной ( ГК РФ).

Из вышеприведенного заключения экспертов ГБУЗ города Москвы ПКБ № 1 им Н.А. Алексеева ДЗ г. Москвы следует, что психическое расстройство сохранялось у ВЮ.А. на протяжении более трех месяцев (с даты родов *** года).

Оспариваемая сделка дарения доли квартиры совершена 28 декабря 2011 года.

Согласно исковому заявлению, о заключении договора дарения истец В.Ю.А. узнала в марте 2013 года, когда вступала в наследство после смерти ее матери К.Л.А.

В этой связи суд посчитал, что об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, В.Ю.А. должна была узнать не позднее марта 2013 года.

С настоящим иском истец обратилась лишь 19 октября 2017 года, то есть через четыре с половиной года со дня, когда она должна была узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Поскольку срок исковой давности по оспоримым сделкам составляет один год, суд, применив положения ГК РФ, в иске В.Ю.А. отказал.

Принимая во внимание, что истцом не представлено доказательств наличия у нее уважительных причин пропуска срока исковой давности, предусмотренных ГК РФ оснований для восстановления срока не установлено, судебная коллегия считает вывод суда о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной по основаниям ГК РФ и, соответственно, об отказе в иске по указанному мотиву в силу положений ГК РФ законным и обоснованным.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции судебная коллегия не находит.

Доводам В.Ю.А. и её представителя о наличии уважительных причин пропуска срока исковой давности суд дал в решении правильную оценку, мотивированно указав на их несостоятельность. Суд обоснованно отметил, что приведенные истцом обстоятельства, а именно рождение в декабре 2012 года третьего ребенка, наличие между истцом и ответчиком споров о месте жительства детей, которые разрешились только в сентябре 2016 года, с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.) не связаны. На какие-либо иные обстоятельства, позволяющие признать причину пропуска срока исковой давности уважительной, истец в ходе судебного разбирательства не ссылалась, доказательства, свидетельствующие об уважительности соответствующий причин, не представила. В судебном заседании коллегии подтвердила, что какими-либо хроническими заболеваниями не страдает. Со слов истца, спор о детях возник в 2015 году. Вместе с тем, данных о наличии обстоятельств, препятствовавших истцу с марта 2013 года до 2015 года обратиться в суд за защитой нарушенных прав, в деле также нет.

Довод стороны истца о том, что суду следовало по собственной инициативе привлечь к участию в деле К.В.А., который является собственником ½ доли спорной квартиры, не может быть принят во внимание. Решением суда права и законные интересы К.В.А. не затрагиваются.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат обстоятельств, которые не были бы учтены судом первой инстанции при вынесении судебного решения, и имели бы правовое значение для дела, направлены на переоценку собранных по делу доказательств, оснований к которой судебная коллегия не усматривает, нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права допущено не было.

В этой связи оснований для отмены постановленного судом решения коллегия не находит.

Руководствуясь , ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Головинского районного суда г. Москвы от 12 сентября 2018 года оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи