Мотивированное решение

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 декабря 2017 года г.Москва

Головинский районный суд г.Москвы

в составе председательствующего судьи Жилкиной Т.Г.,

при секретаре Пугачеве М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4769/17

по иску Вороновой Ольги Владимировны к Обществу с ограниченной ответственностью «Сититех» о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации в связи с увольнением, морального вреда, возмещении судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л

Воронова О.В. обратилась в суд с иском к ООО «Сититех» о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации в связи с увольнением, морального вреда, возмещении судебных расходов, и просила признать трудовой договор от 04 апреля 2017 года № 19/17 расторгнутым 22 сентября 2017 года в порядке ч. 3 ст. 180 ТК РФ; взыскать с ответчика задолженность по заработной плате в размере 152380 руб. 91 коп., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 219685 руб. 20 коп., выходное пособие в размере 235827 руб. 67 коп., компенсацию в размере пропорциональному времени, оставшемуся до истечения срока предупреждения об увольнении в размере 317081 руб. 01 коп., компенсацию за задержку выплат за период с 23 сентября 2017 года по 04 декабря 2017 года в сумме 31647 руб. 93 коп., неустойку за нарушение сроков выплаты заработной платы в период с 24 апреля 2017 года по 11 сентября 2017 года в размере 2691 руб. 99 коп., компенсацию морального вреда в размере 300000 руб., судебные издержки в размере 151292 руб. 24 коп., мотивируя свои требования тем, что 04 апреля 2017 года между сторонами был заключен трудовой договор № 19/17, согласно которому она была принята на должность финансового директора. 12 сентября 2017 года ответчик вручил истцу уведомление от 11 сентября 2017 года о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата. Ответчик в уведомлении указал, что истец обязан выполнять свои трудовые обязанности в период с 13 сентября 2017 года по 13 ноября 2017 года. Однако уже 08 сентября 2017 года ответчик ограничил доступ истца к системам «1C БП 8.3» и «1C ЗУП», а 15 сентября 2017 года полностью отключил доступ к персональному рабочему компьютеру и компьютерным информационным системам ответчика (включая доступ к корпоративной электронной почте), лишив тем самым возможности исполнять свои трудовые обязанности. Таким образом, ответчик нарушил положение п. 2.4.3. Трудового договора, согласно которого в обязанности работодателя входит обеспечение работника оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения им трудовых обязанностей. Истец уведомила ответчика всеми доступными средствами о возникших ограничениях: лично, по электронной почте (в то время, когда доступ не был ограничен), и служебной запиской. Ответчик организовал встречу с генеральным директором ХХХ, на которой истцу было предложено подписать дополнительное соглашение о расторжении Трудового договора, при этом в соответствии с предложенной редакцией соглашения о расторжении, при условии прекращения трудовых обязанностей 14 сентября 2017 года и расторжения трудового договора той же датой, Ответчик намеревался выплатить истцу выходное пособие в размере 229885 руб. что соразмерно размеру заработной платы за 1 месяц. Истец была согласна расторгнуть трудовой договор до истечения срока уведомления о сокращении, однако не была согласна на расторжение на указанных условиях, не приняла предложение ответчика и не подписала предложенную редакцию соглашения о расторжении, так как в соответствии с ч. 3 ст. 180 ТК РФ в случае расторжения трудового договора на основании соглашения о расторжении до истечения срока об уведомлении о сокращении, имела право одновременно и на выплату выходного пособия, и на выплату компенсации в размере, пропорциональном времени, оставшемуся до истечения срока предупреждения об увольнении. После отказа истца от предложенных условий от ответчика поступили угрозы уволить истца на других основаниях. В период с 11 сентября 2017 года по 22 сентября 2017 года ответчик постоянно оказывал моральное давление на истца, отключив доступ ко всем компьютерным системам ответчика, и регулярно в устной форме заявляя, что действия истца бессмысленны и бесполезны, в связи с тем, что ответчик обладает некими «связями». 21 сентября 2017 года ответчик назначил истцу встречу со своим учредителем ХХХ, на которую истец пришла в сопровождении представителя ХХХ для целей оказания юридической поддержки при проведении переговоров. Как только истец представила своего представителя, ХХХ закончил встречу и больше никто из представителей ответчика с истцом не связывался. 22 сентября 2017 года истец в 08:47 по Московскому времени прибыла в офис, расположенный по адресу: ХХХ. 21 сентября 2017 года ответчик направил арендодателю (на имя заместителя директора по кадрам и режиму ФГБУ НИИ «Восход» ХХХ («арендодатель») служебную записку б/н с требованием заблокировать доступ для истца в здание, «в связи с увольнением», тем самым исключив возможность для истца приступить к исполнению своих трудовых обязанностей. Истец направила два коротких текстовых сообщения (СМС) на личный сотовый номер ХХХ, так как это был основной способ связи с ХХХ до выше описываемых событий, однако ответа на сообщения не было. Истец направила телеграмму по месту нахождения ответчика, указанному в ЕГРЮЛ (г.Москва, Нововладыкинский пр-д, д.8, стр.4, оф.520), по адресу фактического места нахождения единоличного исполнительного органа (г.Москва, ул.Удальцова, д.85), а также по адресу фактического места нахождения учредителя ответчика (г.Москва, ул.Удальцова, д.50, к.1, этаж 2). Ответчик не ответил ни на одно из уведомлений. Связаться с ответчиком средствами городской телефонной связи не было возможным, так как будучи в должности финансового директора истец заведомо знала о том, что телефон был отключен за неоплату. В связи с тем, что ограничение доступа к рабочему месту произошло непредвиденно и безосновательно, на рабочем месте истца оставались личные вещи, представляющие значительную ценность, в связи с чем истец была вынуждена в 08:51 22 сентября 2017 года оставить обращение на пульт 112. В 09:49 прибыл наряд Полиции 3328, однако в связи с тем, что офис находится в здании ФГБУ НИИ «Восход», которое находится в ведении Четвертого управления МВД России, охрана на контрольно-пропускном пункте не пропустила сотрудников полиции. Таким образом, ответчик лишил истца возможности не только приступить к исполнению своих трудовых обязанностей, но и даже забрать свои личные вещи. Истец получила 3 телеграммы от почтовой службы «Почта России», уведомляющие о невозможности вручить телеграммы, направленные ранее истцом. Несмотря на умышленность действий ответчика по ограничению доступа к рабочему месту, подтверждаемую предшествующими действиями по отключению доступа к информационным системам и служебной запиской в адрес арендодателя, ответчик направил 22 сентября 2017 года три заказных письма в адрес истца, которые были доставлены и вручены истцу 27 сентября 2017 года: письмо № 112 - уведомление о предстоящей аттестации на соответствие занимаемой должности; письмо № 113 с требованием о возврате трудовой книжки ответчику; письмо № 114 - уведомление об отсутствии на рабочем месте без объяснения причин с требованием явиться на рабочее место по адресу: г.Москва, Нововладыкинский пр-д, д.8, стр.4, оф.520. Ответчик не выплатил заработную плату за сентябрь 2017 года. Все факты свидетельствуют о том, что ответчик фактически прекратил трудовые отношения 22 сентября 2017 года, а трудовой договор считается расторгнутым в порядке ч.3 с. 180 ТК РФ.

В судебном заседании истец и представитель истца по доверенности Берлизов В.В. исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика по доверенности Печеник К.А. против удовлетворения иска возражал, ссылаясь на то, что переговоров по изменению даты увольнения в рамках ч.З ст.180 ТК РФ в связи с сокращением истца сторонами не велось; Воронова О.В. уволена за прогул, заработная плата, установленная трудовым договором, компенсация за неиспользованный отпуск, компенсация за задержку выплаты заработной платы были выплачены; компенсации при увольнении по ст. 180 ТК РФ Вороновой О.В. не положены.

Выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, проверив и изучив материалы дела, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно ст. 135 Трудового кодекса РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Согласно ст. 191 ТК РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и о дисциплине. За особые трудовые заслуги перед обществом и государством работники могут быть представлены к государственным наградам.

В соответствии со ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Как установлено судом, и следует из пояснений сторон и материалов дела, Воронова О.В. на основании трудового договора № 19/17 от 04 апреля 2017 года была принята на работу в ООО «Сититех» на должность финансового директора с окладом 160919 руб.

12 сентября 2017 года Вороновой О.В. было вручено уведомление о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата.

Приказом от 24 октября 2017 года № 38/17-у Воронова О.В. была уволена по п.п. «а» п. 6 ст. 81 ТК РФ.

Поскольку Воронова О.В. уволена за прогул, и законность увольнения по данным основаниям может являться предметом судебного разбирательства в другом процессе, исковые требования о признании трудового договора от 04 апреля 2017 года № 19/17 расторгнутым 22 сентября 2017 года в порядке ч. 3 ст. 180 ТК РФ удовлетворению не подлежат.

Исковые требования о взыскании задолженности по заработной плате в размере 152380 руб. 91 коп. удовлетворению не подлежат, поскольку заработная плата в размере, установленным трудовом договором, без премии, которая носит необязательный характер, и является выплатой стимулирующего характера, мерой поощрения работника, а размер премии устанавливается с учетом личного вклада работника, была выплачена Вороновой О.В., что подтверждается расчетным листком за сентябрь 2017 года платежными поручениями № 1241 от 11 сентября 2017 года , № 1310 от 11 сентября 2017 года.

Исковые требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск в размере 219685 руб. 20 коп. удовлетворению не подлежат, поскольку компенсация за неиспользованный отпуск в сумме 128530 руб. 20 коп. была начислена и выплачена Вороновой О.В., что подтверждается расчетным листком за октябрь 2017 года и платежными поручениями № 1409 от 10 октября 2017 года и № 1509 от 25 октября 2017 года.

Исковые требования о взыскании выходного пособия в размере 235827 руб. 67 коп., компенсации в размере пропорциональному времени, оставшемуся до истечения срока предупреждения об увольнении в размере 317081 руб. 01 коп., удовлетворению не подлежат, поскольку Воронова О.В. уволена за прогул.

Исковые требования о взыскании компенсации за задержку выплат за период с 23 сентября 2017 года по 04 декабря 2017 года в сумме 31647 руб. 93 коп., неустойки за нарушение сроков выплаты заработной платы в период с 24 апреля 2017 года по 11 сентября 2017 года в размере 2691 руб. 99 коп., удовлетворению не подлежат, поскольку размер компенсаций, рассчитан Вороновой О.В. с учетом размера заработной платы, которая ей не положена, а компенсация за задержку выплаты заработной платы работодателем была начислена в размере 3105 руб. 08 коп., что подтверждается платежным поручением № 1671 от 01 декабря 2017 года.

Поскольку нарушений трудовых прав истца со стороны работодателя не установлено, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда.

Поскольку в удовлетворении иска отказано, требование о взыскании судебных расходов и ходатайство об обеспечительных мерах удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л

В удовлетворении исковых требований Вороновой Ольги Владимировны к Обществу с ограниченной ответственностью «Сититех» о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации в связи с увольнением, морального вреда, возмещении судебных расходов – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Головинский районный суд г.Москвы.

Судья