Определение суда апелляционной инстанции

Судья фио Дело № 10-3568/20

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

адрес дата

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе:

председательствующего - судьи фио,

судей фио, фио,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи фио,

с участием прокурора фио,

адвоката фио, представившей удостоверение № 5832 и ордер,

осужденной фио,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката фио, осужденной фио на приговор Гагаринского районного суда адрес от дата, которым

фио, паспортные данные, гражданка РФ, с высшим образованием, в браке не состоящая, неработающая, зарегистрированная по адресу: адрес, несудимая,

осуждена по п. «б» ч.3 ст.163 УК РФ к лишению свободы сроком на 7 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в отношении осужденной фио в виде заключения под стражу оставлена без изменения. Срок отбывания наказания исчислен с дата, с зачетом времени фактического задержания и содержания ее под стражей в период с дата до вступления приговора в законную силу, из расчета один день лишения свободы за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, в соответствии с п.«б» ч. 3.1 ст.72 УК РФ, с учетом положений ч. 3.3 ст.72 УК РФ.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи фио, выслушав осужденную и адвоката, поддержавших доводы апелляционных жалоб; мнение прокурора, полагавшего приговор подлежащим оставлению без изменения, жалобы – без удовлетворения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

фио признана виновной в совершении вымогательства, то есть требования передачи чужого имущества, под угрозой применения насилия и распространения сведений, позорящих потерпевшего, и иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего, в целях получения имущества в особо крупном размере.

Преступление совершено в адрес, в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции фио, не отрицая фактические обстоятельства, установленные по делу, свою вину в совершении преступления не признала.

В апелляционных жалобах и дополнениях к ним:

- адвокат фио указывает на незаконность, необоснованность состоявшегося обвинительного приговора, ввиду существенного нарушения норм уголовного и уголовно-процессуального закона, а также в связи с тем, что выводы суда относительно установленных по делу обстоятельств не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, наказание является несправедливым.

Считает, что в основу приговора положены недопустимые доказательства. На основе цитат из приговора указывает, что в качестве доказательств не представлена переписка осужденной с потерпевшим в месседжере «Whats App», на которую имеется ссылка в обвинении, а в качестве доказательства приведена в приговоре лишь распечатка из социальной сети «ВКонтакте» в качестве приложения к протоколу осмотра предметов. На основе анализа уголовно-процессуальных норм, считает, что протокол обыска (выемки) от дата, согласно которому был изъят, в том числе, usb-накопитель, составлен с нарушением требований ч. 3.1 ст.183 УПК РФ, без участия специалиста и указания объема информации, содержащейся на электронном носителе. По тем же основаниям считает незаконным протокол выемки от дата, согласно которому потерпевший добровольно выдал свой мобильный телефон, учитывая, что данное следственное действие проведено без участия специалиста, в нарушение требований ст.164.1 УПК РФ, и как следствие, является незаконным протокол осмотра этого телефона.

Оспаривает и протокол осмотра предметов (документов) от дата, изъятых у потерпевшего ввиду отсутствия возможности осуществить их проверку процессуальным путем, учитывая отсутствие какого-либо заключения технико-компьютерной экспертизы.

Считает, что версия и доводы осужденной не проверены судом надлежащим образом, в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие принадлежность осужденной изъятых мобильных телефонов; отсутствует фоноскопическая экспертиза. Обращает внимание на отсутствие в деле ответов операторов связи по сообщениям и телефонным звонкам осужденной и потерпевшего, также, отсутствуют сведения из социальной сети «ВКонтакте» относительно данных о пользователе, не установлена судом принадлежность контакта «Радио Романтика» именно осужденной.

Оспаривает материалы проведенного оперативно-розыскного мероприятия, полагая, что они составлены с процессуальными нарушениями.

Полагает, что выводы суда об угрозах осужденной в адрес потерпевшего, и конкретизация требуемой суммы в размере сумма, доказательствами, исследованными в судебном заседании, не подтверждаются.

Приводит собственный анализ показаний потерпевшего и цитаты его переписки с пользователем «Радио Романтика», на основе которых делает вывод о том, что потерпевший, участвуя в оперативно-розыскном эксперименте, длительно провоцировал фио назвать конкретную денежную сумму, что свидетельствует о недопустимости всех зафиксированных результатов ОРД, однако данные обстоятельства судом учтены не были.

Приводит подробно показания свидетеля Шмониной, из которых делает вывод о их противоречии показаниям потерпевшего, утверждавшего в судебном заседании, что с ним не был заключен контракт с телеканалом из-за возникшей ситуации с осужденной.

Считает, что версия осужденной о наличии у нее беременности и самопроизвольного выкидыша может быть проверена посредством допроса в судебном заседании эксперта Романовой, полагая, что выводы суда об отсутствии медицинской документации, подтверждающей указанные обстоятельства, несостоятельны.

Ссылается на нарушение прав фио, предусмотренных ст.ст.195, 198 УПК РФ, при назначении органом следствия экспертизы, учитывая, что с постановлением о ее назначении осужденная была ознакомлена одновременно с заключением эксперта, что, по мнению защиты, с учетом отсутствия в распоряжении экспертов материалов дела и ряда сведений о действии препаратов, которые принимала фио, свидетельствует о незаконности заключения.

Указывает на то, что судом были проигнорированы сведения о платном медицинском обследовании фио, что свидетельствует о том, что часть денежных средств была потрачена на лечение.

Просит учесть аморальное поведение потерпевшего, который своими действиями причинил вред своей репутации, при том, что реальный вред по делу отсутствует, гражданский иск не заявлен.

Ссылается на то, что ряд ходатайств осужденной и стороны защиты, в частности об истребовании вещественных доказательств: телефона потерпевшего, телефонов осужденной, а также об истребовании сведений у операторов связи, были оставлены судом без удовлетворения, в связи с чем, считает, что они должны быть удовлетворены судом апелляционной инстанции. Учитывая, что диск с записью ОРМ по техническим причинам не воспроизводился в судебном заседании, он, по мнению защиты, не соответствует требованиям УПК РФ, является недопустимым доказательством и влечет недопустимость протокола его осмотра.

Приведенные автором жалобы выводы относительно недопустимости доказательств, на которых основан приговор, указывают на наличие неустранимых сомнений, которые должны толковаться в пользу осужденной.

Считает, что судом первой инстанции не учтены в полном объеме положительно характеризующие данные о личности осужденной, отсутствие у нее судимостей, состояние ее здоровья, семейные обстоятельства, добровольная выдача ею своего телефона следственным органам. Судом не истребованы по ходатайству защиты сведения из ГКБ № 51 Москвы для подтверждения показаний осужденной.

Ссылается на отсутствие аудиопротоколов двух судебных заседаний от дата, что, по мнению автора жалобы, свидетельствует о грубом нарушении требований ст.259 УПК РФ, что повлияло на вынесение незаконного приговора и является самостоятельным основанием для его отмены.

Просит приговор суда отменить, оправдать фио в совершении преступления, за которое она осуждена;

- осужденная фио указывает на незаконность, необоснованность и несправедливость состоявшегося обвинительного приговора, в связи с тем, что выводы суда относительно установленных по делу обстоятельств и квалификации ее действий не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, наказание считает чрезмерно суровым, несоразмерным содеянному.

Приводит доводы, идентичные вышеприведенным доводам жалобы защитника.

Наряду с чем, указывает, что приговор основан на догадках и предположениях, прямых доказательств факта вымогательства ею денежных средств у потерпевшего в деле не имеется, все денежные средства потерпевший фио предлагал ей сам добровольно.

Считает, что в рамках проведенного ОРМ, в отношении нее была совершена провокация потерпевшим при поддержке оперативных сотрудников.

Ссылается на то, что обвинительное заключение составлено с нарушением уголовно-процессуального закона, что исключает возможность принятия судебного решения на основе такого акта.

Просит отменить обжалуемый приговор, возвратить уголовное дело прокурору на основании ст.237 УПК РФ, либо вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель фио просит приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения, в связи с тем, что выводы суда о доказанности вины осужденной в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре, являются правильными и основаны на совокупности доказательств, получивших обоснованную оценку суда. Нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона при рассмотрении дела не допущено. При назначении наказания суд учел данные о личности фио, общественную опасность, обстоятельства и тяжесть совершенного преступления, и наказание, назначенное фио, является соразмерным и справедливым.

Судебная коллегия, изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, дополнений к ним, возражений прокурора, заслушав позиции сторон, приходит к следующим выводам.

Так, выводы суда о виновности фио в совершении преступления, за которое она осуждена, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, в том числе:

- показаниями и заявлением потерпевшего фио об обстоятельствах вымогательства у него денежных средств в сумме сумма осужденной фио под угрозой распространения порочащей его информации об их интимной связи и последующем аборте, сделанном якобы под давлением фио, а также, под угрозой причинения вреда здоровью его несовершеннолетнего сына. В частности, из показаний потерпевшего следует, что в дата у него состоялась интимная связь с ранее знакомой ему фио, после чего она сообщила ему о своей беременности и необходимости проведения операции стоимостью сумма, которые потерпевший по ее (фио) указанию перечислил на карту ее матери. Впоследствии, фио обвинила фио в том, что у нее начались проблемы со здоровьем, со слов врачей она никогда не сможет родить, в связи с чем, неоднократно, как по телефону, так и в сетях «Ват цап» и «ВКонтакте», угрожала ему тем, что причинит вред здоровью ему и его семьи, угрожала сообщить на телеканал «Пятница», где фио работает, о том, что он сделал ее бездетной. Воспринимая угрозы реально, потерпевший несколько раз перечислил фио на карту ее матери денежные средства, в сумме сумма. Однако угрозы от фио в его адрес продолжали поступать. Кроме того, об интимной связи потерпевшего с осужденной и ее последствиях фио сообщила продюсеру потерпевшего Шмониной. После того, как фио продолжила выдвигать ему требования о передаче денежных средств, в том числе, в сумме сумма, фио обратился в правоохранительные органы, и добровольно принял участие в ОРМ «оперативный эксперимент», в ходе которого он под контролем сотрудников полиции договорился с фио о встрече с целью передачи ей денежных средств в сумме сумма Лично фио для получения денежных средств не пришла, однако на встречу пришла ее мать, которой и были переданы деньги;

- показаниями свидетеля Шмониной об обстоятельствах телефонных переговоров с фио по инициативе последней, о том, что она забеременела от фио, сделала аборт, и нуждается в дальнейшем лечении, которое фио отказывается оплачивать. В этой связи, фио просила свидетеля повлиять на фио, чтобы он передал ей (фио) денежные средства, при этом, грозилась создать ему проблемы на работе, говоря о том, что испортит ему репутацию, будет требовать деньги у его руководства. Впоследствии Шмонина пыталась созвониться с фио, однако на телефонный звонок ответила женщина, представившись ее матерью, которая сообщила, что фио находится в больнице и встретиться с фио не может, предложила, чтобы тот перечислил денежные средства на карту, также, сообщила, что сама встретится с фио с целью получить деньги;

- показаниями свидетеля Смыкаловой – врача-эндокринолога, сообщившей, что пациент клиники профессора Калиниченко фио обращалась в клинику в дата в связи с плохим самочувствием по причине отсутствия в организме необходимых витаминов в весенний период времени, состояние фио было удовлетворительным, в госпитализации она не нуждалась. Изложенные обстоятельства подтверждаются справкой из указанной клиники об однократном обращении фио дата, по результатам которого был поставлен предварительный диагноз: недостаточность витамина Д, неврастения;

- материалами оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», содержащих, в частности, постановление о проведении ОРМ; акт осмотра и выдачи денежных средств, их муляжей, и технического средства; протокол личного досмотра фио (матери осужденной фио), согласно которому, у последней обнаружены и изъяты выданные ранее фио для участия в ОРМ, денежные средства и муляжи денежных средств. Результаты оперативно-розыскного мероприятия подтверждены показаниями свидетелей Виноградова и Гуртовой, принявших участие в качестве понятых;

- заключением судебно-медицинской экспертизы от 23.01.2019года, согласно выводам которой, анализ сведений из медицинских учреждений адрес и адрес показал, что у фио в период времени с дата по настоящее время, на момент проведения экспертизы, каких-либо повреждений в виде ран, ссадин, кровоподтеков, костно-травматических изменений, повреждений внутренних органов, повреждений в области брюшной стенки, поясничной области, в области половых органов и в окружающих их мягких тканях, а также каких-либо объективных клинических признаков наличия имеющейся беременности, либо клинических признаков прервавшейся беременности (аборта, в том числе, самопроизвольного, срочных, либо преждевременных родов) отмечено не было;

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей, согласно которому осмотрены предметы, изъятые дата в ходе личного досмотра фио: банковская карта, на которую осуществлялись денежные переводы фио; денежные средства и муляжи денежных средств, выданные фио для участия в ОРМ; мобильный телефон;

- справкой наименование организации, согласно которому, в медицинском архиве каких-либо сведений об обращении за медицинской помощью фио не имеется;

- справкой ГБУЗ «НИИ СП им. фио ДЗМ» с приложением выписного эпикриза, из которых следует, что фио находилась в данном медицинском учреждении на стационарном лечении в период дата дата с клиническим диагнозом: функциональное расстройство кишечника;

- справками МБУЗ адрес «Городская поликлиника № 1» и «Станция скорой медицинской помощи», а также, МБУЗ «Городская клиническая больница № 1» адрес, согласно которым, бригадами скорой медицинской помощи фио не обслуживалась, в поликлинику и больницу за амбулаторной медицинской помощью не обращалась;

- согласно выписки из истории болезни ГБУЗ ГКБ им братьев Бахрушиных ДЗМ, фио находилась в стационаре дата дата с диагнозом: функциональное нарушение кишечника;

- согласно протоколу выемки от дата, потерпевший фио добровольно выдал свой мобильный телефон, который впоследствии был осмотрен, и в нем обнаружена переписка между фио и фио, в которой имеются сообщения последней с угрозами в адрес фио и его семьи;

- другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Представленные доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, правильно оценены в соответствии с положениями , УПК РФ. При этом, суд обоснованно пришел к выводу о достоверности показаний потерпевшего и свидетелей обвинения, учитывая, что их показания являются логичными, последовательными, не имеют существенных противоречий, влияющих на правильность установления судом обстоятельств совершения осужденной преступления и доказанность ее вины, согласовываются между собой и подтверждаются всей совокупностью собранных по делу доказательств. В ходе судебного разбирательства не было установлено каких-либо оснований у потерпевшего, свидетелей обвинения для оговора осужденной, либо заинтересованности в исходе дела.

Вопреки доводам жалобы стороны защиты, показания потерпевшего фио и свидетеля Шмониной не содержат в себе противоречий, которые бы ставили под сомнение достоверность их показаний в целом, и которые бы касались обстоятельств, существенно влияющих на доказанность вины осужденной и квалификацию ее действий. Обстоятельств, порочащих их показания, по делу не установлено.

Протоколы выемок и осмотра предметов составлены надлежащими должностными лицами в соответствии с требованиями закона, с участием понятых, при этом каких-либо замечаний и уточнений относительно содержания протоколов от участвующих лиц не поступило, что прямо отражено в этих процессуальных документах.

Иные следственные действия, как установлено судом первой инстанции были проведены по делу в соответствии с требованиями , , и УПК РФ, а протоколы, составленные по их завершению, отвечают требованиям, указанным в и УПК РФ.

Оглашение и исследование в судебном заседании содержания протоколов следственных действий и иных документов, положенных судом в основу приговора, проведено строго в соответствии с положениями УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд первой инстанции обоснованно признал протоколы осмотра, в том числе, осмотра содержания переписки в мобильном телефоне потерпевшего фио допустимыми доказательствами, не установив оснований для исключения их из числа доказательств. Данный вывод суда является правильным. Протокол осмотра мобильного телефона, содержащий расшифровку сообщений фио в сетях «Ват цап» и «ВКонтакте» с угрозами в адрес потерпевшего, являются полными, соответствующими требованиям уголовно-процессуального закона. Они исследованы в судебном заседании.

То обстоятельство, что непосредственно в судебном заседании мобильный телефон потерпевшего, признанный вещественным доказательством, и выданный ему на ответственное хранение, не исследовался, нарушением уголовно-процессуального закона не является. Исследованные судом документы содержат подробное описание содержания переписки, включая ее изображение в виде скриншотов, согласно приложению к протоколу осмотра. При том, что осмотр производился с участием самого потерпевшего, который, в свою очередь, был допрошен в ходе судебного заседания, и сторона защиты не была лишена возможности задать соответствующие вопросы. При таких обстоятельствах, оснований для исследования данного мобильного телефона в судебном заседании не имелось.

Доводы защитника в жалобе о недопустимости протокола выемки мобильного телефона потерпевшего, протокола осмотра, а также, протокола обыска (выемки) флеш-накопителя со стенограммой его чата с контактом - фио, по тем основаниям, что при изъятии накопителя и телефона должен был участвовать специалист, судебная коллегия находит несостоятельными.

В данном случае, участие специалиста излишне, поскольку, такие объекты, по мнению судебной коллегии, без какого-либо ущерба проведению следствия и интересам их владельца могут быть самостоятельно изъяты и упакованы следователем и впоследствии просмотрены. Специальные знания для изъятия электронной переписки, а также скриншотов электронных сообщений не требуются. Протоколы выемки и осмотра соответствуют требованиям ст.164.1 УПК РФ, являются допустимыми доказательствами.

Таким образом, требования УПК РФ при проведении обыска были соблюдены, осмотры флэш-накопителя и переписки, содержащейся в памяти телефона, также проведены без нарушений норм действующего законодательства. При таких обстоятельствах оснований для признания протокола обыска и протоколов осмотра предметов (документов) недопустимыми доказательствами, подлежащими исключению, судебная коллегия не находит.

Доводы стороны защиты о недопустимости ряда доказательств были тщательным образом проверены судебными инстанциями, в том числе путем исследования материалов дела и допроса лиц, участвовавших в следственных действиях, а также путем сопоставления полученных данных между собой.

Судебно-медицинская экспертиза, положенная в основу приговора, проведена компетентным лицом, соответствует требованиям закона, заключение эксперта оформлено надлежащим образом, соответствует требованиям УПК РФ, выводы экспертизы являются научно обоснованными и соответствуют материалам дела. Оснований ставить их под сомнение не имеется.

При ознакомлении фио и ее защитника с постановлением о назначении экспертизы и с самим заключением эксперта, каких-либо ходатайств или замечаний, в том числе относительно постановки эксперту дополнительных вопросов, от них не поступало. Более того, постановление о назначении экспертизы само по себе доказательством по делу не является, а поэтому правила признания доказательств недопустимыми, предусмотренные и УПК РФ, в отношении такого постановления не применимы. Доводы защиты о несвоевременном ознакомлении с постановлением о назначении экспертизы не могут повлечь отмену приговора, поскольку при ознакомлении с постановлением о назначении экспертизы и самим заключением ограничения прав осужденной и ее защиты допущено не было. Несвоевременное ознакомление осужденной и ее защитника с постановлением о назначении экспертизы не влияет на ее допустимость как доказательства и не влечет нарушения прав осужденной на защиту, поскольку как в ходе предварительного расследования, так и судебного разбирательства сторона защиты имела фактическую возможность на заявление ходатайств о назначении экспертизы, постановке своих вопросов экспертам, о выборе экспертного учреждения, а также о реализации других прав, предусмотренных УПК РФ.

Таким образом, у суда первой инстанции отсутствовали основания для исключения указанного заключения эксперта из перечня доказательств по уголовному делу. Не усматривает таковых оснований и судебная коллегия.

Судебная коллегия не усматривает нарушений закона при проведении оперативно-розыскных мероприятий, оформлении и представлении следователю результатов оперативно-розыскной деятельности, влекущих за собой признание недопустимыми доказательств, полученных в результате указанного оперативно-розыскного мероприятия.

Материалы оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» собраны в строгом соответствии с требованиями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности». Действия оперативных сотрудников были направлены на проверку имеющихся сведений о вымогательстве денежных средств у потерпевшего фио, выявление причастных к этому лиц, пресечение и раскрытие данного преступления. Между тем, судом не установлено фактов применения противоправных действий в отношении осужденной, направленных на ее склонение к вымогательству у потерпевшего денежных средств. При том, что в ходе оперативно-розыскного мероприятия подтвердилась указанная информация, поскольку в результате была задержана мать фио, непосредственно, после получения от фио денежных средств, сумма которых заблаговременно была определена самой осужденной в ходе переговоров с фио, в том числе, в ходе электронной переписки. Кроме того, осужденная фио пояснила, что по ее поручению ее мать явилась на встречу с потерпевшим за денежными средствами.

Так, вышеприведенные доказательства в своей совокупности указывают на наличие у фио умысла на вымогательство у потерпевшего денежных средств, сформировавшегося у нее независимо от действий сотрудников полиции, равно, приведенные доказательства свидетельствуют о проведении осужденной всех подготовительных действий, необходимых для совершения противоправного деяния. Изложенные обстоятельства исключают какой-либо провокационный характер действий со стороны фио и сотрудников полиции, учитывая при этом, что в деле отсутствуют объективные данные, которые давали бы основание полагать, что по настоящему уголовному делу имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения.

Вопреки доводам защиты, датирование акта осмотра, составленного в рамках ОРМ, дата, не свидетельствует о том, что оперативно-розыскное мероприятие проведено незаконно. Более того, ОРМ проведено с участием представителей общественности – свидетелей Виноградова и Гуртового, подробно описавших ход и обстоятельства оперативно-розыскного мероприятия, с указанием конкретной даты его проведения.

Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что исследованные судом документы, отражающие результаты проведенного оперативно-розыскного мероприятия содержат достаточные данные, указывающие на признаки преступления, инкриминируемого осужденной, позволяют формировать доказательства, удовлетворяющие требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к доказательствам, содержат сведения, имеющие значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, данные позволяющие проверить в условиях уголовного судопроизводства доказательства, сформированные на их основе. Достоверность сведений, содержащихся в документах, отражающих ход и результаты проведенных оперативно-розыскных мероприятий, была проверена в ходе судебного разбирательства, подтверждена другими исследованными доказательствами.

Таким образом, при составлении документов, касающихся оперативно-розыскного мероприятия, а также непосредственно при проведении такового, не допущено нарушений РФ, которые могли бы повлиять на выводы суда о допустимости указанных доказательств.

Кроме того, принимая во внимание наличие необходимой и достаточной совокупности установленных судебным разбирательством доказательств, непосредственно указывающих на виновность осужденной в содеянном, у суда первой инстанции не было необходимости в проведении фоноскопической экспертизы аудиозаписи телефонных переговоров, записанных в ходе ОРМ, для установления принадлежности голоса осужденной, и сам факт общения с потерпевшим осужденной фио не оспаривался, как в ходе предварительного следствия, так и в суде.

Таким образом, принадлежность голосов участников телефонного разговора потерпевшего с осужденной установлена на основании данных об используемых абонентских номерах, показаний потерпевшего фио, осужденной фио и свидетелей о характере взаимоотношений между осужденной и потерпевшего, и круге обсуждавшихся ими вопросов, а также на основании анализа содержания самих телефонных переговоров, электронной переписки, в которых собеседники употребляют обращения друг к другу. При этом потерпевший в ходе оперативно-розыскного мероприятия, и в ходе судебного разбирательства подтвердил, что в акте осмотра флеш-накопителя, а также, протоколе осмотра переписки его телефона, содержатся расшифровки аудиозаписи его разговора с осужденной фио, скриншоты ее переписи с ним, не отрицала данные обстоятельства и осужденная.

Оснований для признания доказательств, полученных в ходе производства по настоящему делу в отношении фио, недопустимыми, вопреки доводам жалоб, не усматривается.

Суд в приговоре обосновал свое критическое отношение к версии осужденной, аналогичной ее позиции, изложенной в апелляционной жалобе, и обоснованно отверг ее доводы о добровольном характере передачи потерпевшим ей денежных средств. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, равно как и оснований для иной оценки приведенных в жалобе осужденной доводов.

Судом дана надлежащая оценка характеру действий осужденной и направленности ее умысла. Выводы суда носят непротиворечивый и достоверный характер, основаны на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, исследованных в судебном заседании, и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Суд не допускал каких-либо предположительных суждений. Оснований для иной оценки доказательств, как об этом ставится вопрос в апелляционных жалобах, не имеется.

Квалифицируя действия фио именно как вымогательство, суд обоснованно пришел к выводу о корыстной направленности ее действий, поскольку осужденная требовала денежные средства в особо крупном размере для себя лично, вводя потерпевшего фио в заблуждение относительно наступления у нее беременности в результате их совместного полового акта и проведения последующего аборта, при этом высказывая в адрес фио угрозы распространения информации о их интимной связи и ее последствиях супруге потерпевшего – фио, его работодателям и конкурентам, а также, озвучивая угрозы заражения ВИЧ-инфекцией несовершеннолетнего сына фио и его похищении, в случае не передачи ей (фио) требуемой денежной суммы в размере сумма.

Угрозы, которыми сопровождались действия фио, воспринимались потерпевшим реально, и именно по этой причине фио, опасаясь их осуществления, вынужден был обратиться за помощью в правоохранительные органы.

Судебная коллегия находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств убедительными. Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденной, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности ее вины или на квалификацию действий, по делу отсутствуют. Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, не может являться основанием для отмены или изменения приговора.

Оценив собранные доказательства в их совокупности, суд обоснованно квалифицировал действия фио п. «б» ч.3 ст.163 УК РФ. Все диспозитивные и квалифицирующие признаки совершенного осужденной преступления надлежаще мотивированы судом в приговоре. Обоснованность осуждения фио, квалификация ее действий сомнений у судебной коллегии не вызывает, так как в приговоре суда надлежащим образом данные вопросы аргументированы и подтверждены доказательствами.

Следует отметить, что описание преступного деяния, признанного судом доказанными, с указанием обстоятельств совершения преступления, формы вины, мотива, цели и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденной, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства; указание на обстоятельства, смягчающие наказание; мотивы решения вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания; обоснование принятых судом решений по вопросам, указанным в УПК РФ, в приговоре изложены в соответствии с требованиями УПК РФ. В этой связи, несостоятельны доводы жалобы осужденной о необходимости возвращения уголовного дела прокурору.

Дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, нарушений права осужденной на защиту в ходе судебного заседания не допущено. Как следует из протокола судебного заседания, суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все ходатайства сторон разрешены в установленном законом порядке, все версии проверены, доказательства исследованы и получили оценку.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, все имеющие существенное значение для дела обстоятельства были исследованы и оценены судом первой инстанции с точки зрения уголовно-процессуального закона, сведений о том, что судебное разбирательство по делу велось необъективно и в нарушение требований уголовно-процессуального закона, в том числе принципа состязательности сторон, материалы уголовного дела не содержат.

Довод в жалобе защитника о том, что она не была ознакомлена с аудиозаписью протокола двух судебных заседаний от дата, запись которых по техническим причинам не сохранилась, не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона, влекущего безусловную отмену приговора суда. Согласно материалам дела право осужденной и защитника на ознакомление с протоколом судебных заседаний было реализовано после окончания судебного разбирательства. Поданные стороной защиты замечания на протокол судебных заседаний рассмотрены судьей в порядке, предусмотренном УПК РФ, с вынесением постановления, отвечающего требованиям УПК РФ. Более того, исходя из содержания замечаний стороны защиты и апелляционных жалоб, адвокатом не оспариваются процессуальные действия, проведенные дата, в том числе, не оспариваются и показания свидетелей Гуртового и Смыкаловой, допрошенных в указанные дни судебного разбирательства по делу. Ходатайств о их повторном допросе в апелляционной инстанции стороной защиты не заявлено.

Нарушений каких-либо норм уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на постановление законного и обоснованного приговора, либо влекущих безусловную отмену приговора, органом предварительного следствия и судом при рассмотрении дела в судебном заседании допущено не было.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями , и УПК РФ.

С учетом полученных данных о психическом состоянии фио, суд обоснованно признал ее вменяемой в отношении инкриминируемого деяния.

При определении вида наказания фио, суд руководствовался требованиями , 61 УК РФ, учел все установленные по делу обстоятельства, в том числе характер и степень общественной опасности содеянного, данные, характеризующие личность виновной, в том числе влияние назначаемого наказания на ее исправление и условия жизни семьи, смягчающие наказание обстоятельства, которыми суд признал положительные характеристики, состояние здоровья осужденной, имеющей ряд заболеваний, о чем указано в приговоре, и в полной мере соответствует данным о личности осужденной и характеру совершенных ею действий. Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Оснований для признания смягчающими каких-либо иных обстоятельств, которые не были учтены в качестве таковых судом первой инстанции, либо которые в силу требований закона могли бы являться безусловным и самостоятельным основанием для смягчения назначенного осужденной наказания, не имеется.

Выводы суда о возможности достижения целей наказания только в условиях изоляции осужденной от общества и о виде исправительного учреждения, в котором ей надлежит отбывать наказание, мотивированы в приговоре, равно как и отсутствие оснований для применения положений ч.6 ст.15 и ст. 73 УК РФ, а также назначения дополнительных видов наказаний. С приведенными выводами суда судебная коллегия полностью соглашается.

Сведений о том, что по состоянию здоровья фио не может отбывать наказание в виде лишения свободы, в материалах дела не имеется, и суду апелляционной инстанции не представлено.

Вместе с тем, указывая на отсутствие оснований для применения положений УК РФ суд не привел каких-либо убедительных мотивов, оставив фактически без соответствующего внимания совокупность установленных выше смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

При этом, судебная коллегия приходит к выводу, что ту совокупность смягчающих наказание обстоятельств, которая учитывалась судом первой инстанции при назначении фио наказания, а также ее возраст, привлечение к уголовной ответственности впервые, возможно признать исключительной и применить положения УК РФ, смягчив назначенное осужденной наказание.

Иных оснований для изменения приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Гагаринского районного суда адрес от дата в отношении фио изменить.

Смягчить назначенное фио по п. «б» ч.3 ст.163 УК РФ наказание с применением ст.64 УК РФ, до 5 (пяти) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В остальной части приговор суда в отношении фио оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: