Мотивированное решение

Решение

именем Российской Федерации

09 октября 2018 года Гагаринский районный суд города Москвы в составе председательствующего Черныш Е.М., при секретаре Мурсаловой А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3890/2018 по иску Беляевой Н.Т. к ФГАУ «НМИЦ здоровья детей Минздрава России» о признании решения незаконным, взыскании компенсации морального вреда, возврате денежных средств,

Установил:

Истец Беляева Н.Т. обратился в суд с иском к ответчику ФГАУ «НМИЦ здоровья детей Минздрава России» о признании решения незаконным, взыскании компенсации морального вреда, возврате денежных средств а, просил признать незаконным решение ФГАУ «НМИЦ здоровья детей Минздрава России» от 21 июня 2018 года №88-5/18-30-0; взыскать с ФГАУ «НМИЦ здоровья детей Минздрава России» ущерб в размере 5 000,00 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000,00 руб. за отказ оформить договор, компенсацию морального вреда в размере 100 000,00 руб. за отказ предоставить информацию по запросу от 04 мая 2018 года.

В обоснование заявленных требований Беляева Н.Т. указала, что в 2009 году она была направлена по ОМС на лечение в НИКИО отоларингологии им. Л.И. Свержеского, где получила направление на проведение МРТ. 20 июля 2009 года ответчик провёл МРТ на платной основе, стоимость услуг составила 5 000,00 рублей.

Операция в НИКИО отоларингологии им. Л.И. Свержеского из-за неадекватного лечения в послеоперационный период осложнилась двусторонним мастоидитом и операционная полость до настоящего времени полностью не эпидермизировалась, в связи с чем Беляева Н.Т. предъявила перетензии к НИКИО отоларингологии им. Л.И. Свержеского и пыталась возместить ущерб, причинённый хирургом и ответчиком.

04 мая 2018 года Беляева Н.Т. направила ФГАУ «НМИЦ здоровья детей Минздрава России» письмо вх.№77-5/18-30 с просьбой уведомить, имеется ли у ответчика договор на оказание услуг пациентам НИКИО отоларингологии им. Л.И. Свержеского на проведение МРТ (КТ), договор с НИКИО отоларингологии им. Л.И. Свержеского на посреднические услуги по привлечению пациентов на получение платных медицинских услуг на проведение МРТ (КТ) или других услуг, а также с просьбой уведомить истца, на каком основании 20.07.2009 ответчик не заключил с истцом договор на получение платных услуг на проведение МРТ. Ответа на поставленные вопросы истец не получил, при этом письмом от 15.05.2018 №88-5/18-30-0 (а также повторно письмом от 21.06.2018 №88-5/18-350) ответчик сообщил, что срок хранения истребуемой документации истёк. Между тем, истец не запрашивал документацию, а просил предоставить информацию о заключении договоров.

Полагая, что действиями ответчика нарушены права истца на получение информации, Беляева Н.Т. обратилась в суд с указанными исковыми требованиями.

В судебное заседание Беляева Н.Т. явилась, заявленные исковые требования поддержала, просила удовлетворить в полном объёме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика, действующий на основании доверенности, в судебное заседание явился, против удовлетворения заявленных Беляевой Н.Т. требований возражал, просил применить последствий пропуска истцом срока исковой давности.

Суд, выслушав истца, представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, оценив собранные по делу доказательства, находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ч.1 ст.13 Федерального закона от 21.11.2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну.

В соответствии с п.4 Перечня сведений конфиденциального характера, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 06.03.1997 №188, врачебная тайна относится к сведениям, связанным с профессиональной деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.

В ч.4 ст.13 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» содержится исчерпывающий перечень оснований, по которым допускается предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина или его законного представителя.

Рассматривая спорные правоотношения, суд не усматривает, предусмотренных законом оснований для предоставления истцу сведений об оказании услуг пациентам НИКИО отоларингологии им. Л.И. Свержеского на проведение МРТ (КТ), заключённых договорах с НИКИО отоларингологии им. Л.И. Свержеского на посреднические услуги по привлечению пациентов на получение платных медицинских услуг на проведение МРТ (КТ) или других услуг.

Договор об оказании платных медицинских услуг является первичным учетным документом для целей налогового и бухгалтерского учета.

Налоговым кодексом РФ определено, что налогоплательщик обязан в течение четырех лет обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, в том числе документов, подтверждающих получение доходов, осуществление расходов, а также уплату налогов (п.8 ст.23 НК РФ).

В соответствии с п.1 ст.29 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Правила организации архивного дела, утверждены Приказом Минкультуры РФ от 25.08.2010 №558 «Об утверждении «Перечня типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков хранения». Пунктом 436, указанного Перечня, для договоров и соглашений установлен срок хранения пять лет после истечения срока действия договора, соглашения.

При таких обстоятельствах суд не усматривает нарушений в действиях ФГАУ «НМИЦ здоровья детей Минздрава России» по непредоставлению затребованного истцом договора на оказание её платных медицинских услуг, поскольку требования заявлено по истечении сроков хранения документов.

При этом суд принимает во внимание, что, как следует из материалов дела, Беляевой Н.Т. была предоставлена справка об оплате оказанных ответчиком 20.07.2009 года медицинских услуг.

Согласно п. 24 постановления Правительства Российской Федерации от 04.10.2012 №1006 «Об утверждении Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг» потребителю (заказчику) в соответствии с законодательством Российской Федерации выдается документ, подтверждающий произведенную оплату предоставленных медицинских услуг (контрольно-кассовый чек, квитанция или иной бланк строгой отчетности (документ установленного образца)).

Суд также считает необходимым отметить, что порядок оказания платных медицинских услуг регулируется Федеральным законом от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», а также Правилами предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 04.10.2012 №1006. На договоры оказания платных медицинских услуг также распространяются правила, установленные гл. 39 ГК РФ.

В соответствии с п. 16 действующих Правил, договор на оказание платных медицинских услуг заключается в письменной форме, при этом письменная форма будет соблюдена, если потребитель медицинских услуг совершает акцепт публичной оферты исполнителя медицинских услуг. Под акцептом, в частности, понимается, оплата стоимости соответствующих медицинских услуг.

В соответствии с положениями п.1 ст. ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Фактическим основанием ответственности медицинского учреждения является вред, причиненный жизни и здоровью пациента. Помимо этого, законодатель определяет и условия наступления деликтной ответственности причинителя вреда. Обязательство по компенсации морального вреда возникает при наличии одновременно следующих условий: 1) наступление неблагоприятных последствий для пациента, 2) противоправность поведения причинителя вреда, выражающаяся в форме неисполнения или ненадлежащего исполнения медицинским работником своих обязанностей, 3) причинная связь между противоправным поведением медицинского работника и моральным вредом, 4) вина причинителя вреда.

При этом противоправное поведение медицинских работников может выражаться как в действиях, так и в их бездействии. Действия являются противоправными в случае, если медицинские услуги осуществляются с отступлением от законных и договорных условий.

В силу ст. ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами.

Как следует из положений абз. 1 ст. ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», при решении вопроса о компенсации морального вреда суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя (п.3 указанного Постановления).

Таким образом, требование о возмещении вреда, в том числе морального, должно предъявляться и разрешаться с учетом положений ст.ст. , . Применительно к рассматриваемым правоотношениям возможность возмещения морального вреда в соответствии с приведенными нормами права связывается с необходимостью доказывания противоправности поведения причинителя вреда, наступлением вреда, наличием причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

В соответствии со ст., содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст. Конституции РФ и ст., закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч.3 ст.67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Отказывая в удовлетворении заявленных Беляевой Н.Т. требований о взыскании ущерба, суд учитывает, что истцом не оспаривается факт оказания услуг, доказательств предоставления услуг ненадлежащего качества также не предоставлено. Каких-либо бесспорных и достаточных доказательств, которые бы подтвердили наличие вины ответчика, выразившейся в ненадлежащем оказании медицинской услуги, а также причинно-следственной связи между наступившим вредом, равно как и причинения вреда действиями ответчика, суду не представлено и в ходе разбирательства судом не установлено. Доводы истца, изложенные в исковом заявлении не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. При таких обстоятельствах суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований Беляевой Н.Т. к ФГАУ «НМИЦ здоровья детей Минздрава России».

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд.

В соответствии с положениями ст.196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со настоящего Кодекса. На основании п.1 ст., если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Истец подал исковое заявление за пределами срока исковой давности.

Доказательств наличия каких-либо исключительных обстоятельств, которые бы не позволили истцу в течение предусмотренного законом срока, обратиться в суд за защитой права не представлено; ходатайств о восстановлении пропущенного срока не заявлено. С учётом изложенного, поскольку оказание услуг ответчиком имело место в 2009 году, суд приходит к выводу о том, что истцом пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

В удовлетворении исковых требований Беляевой Н. Т. к ФГАУ «НМИЦ здоровья детей Минздрава России» о признании решения незаконным, взыскании компенсации морального вреда, возврате денежных средств – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца с даты изготовления судом Решения в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы через канцелярию по гражданским делам Гагаринского районного суда города Москвы.

Решение в окончательной форме изготовлено 16 октября 2018 года

Судья Е.М. Черныш