Постановление о возвращении уголовного дела прокурору, в орган следствия

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва 05 июня 2018 года

Гагаринский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Арбузовой О.В., с участием государственного обвинителя – ст. помощника Гагаринского межрайонного прокурора Харитонова А.В., представителя потерпевшего ФИО, подсудимого Макеева А.В. и его защитника-адвоката Дегтяревой Н.С., подсудимого Симоняна Г.В. и его защитника-адвоката Ступкиной Н.Н., при секретаре Левановой А.П., при рассмотрении в открытом судебном заседании уголовного дела в отношении:

Макеева А.В., ***, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

Симоняна Г.В., ***, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

установил:

В ходе судебного заседания судом на обсуждение поставлен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ, по причине составления обвинительного заключения с нарушением требований закона.

Государственный обвинитель против возвращения уголовного дела прокурору возражал, полагая, что какие-либо основания для возвращения уголовного дела прокурору отсутствуют.

Представитель потерпевшего оставила вопрос о возвращении уголовного дел прокурору на усмотрение суда.

Подсудимые и их защитник полагали, что имеются все основания для возвращения уголовного дела прокурору, в том числе и по тем основаниям, что изложенные в обвинении обстоятельства не соответствуют фактическим обстоятельствам, вина подсудимых не подтверждена.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 2 ст. 171 УПК РФ, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого в обязательном порядке указывается описание события преступления с указанием времени, места его совершения, и иные обстоятельства подлежащие доказыванию в соответствии с уголовно-процессуальным законом, а также пункт, часть, статья Уголовного Российской Федерации, предусматривающие ответственность за данное преступление. При этом, в соответствии с положениями ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу доказыванию подлежит событие преступления, а именно время, место, способ и другие обстоятельства его совершения, виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы, характер и размер вреда, причиненного преступлением.

В соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователь в обязательном порядке должен указать существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, формулировку предъявленного обвинения, с указанием пункта, части, статьи Уголовного Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление, сведения о характере и размере вреда, причиненного преступлением.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Как следует из материалов дела, Макеев А.В. и Симонян Г.В., каждый, органами предварительного расследования обвиняются в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества, путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Как следует из текста предъявленного подсудимым обвинения, Макеев А.В., занимая должность *** ГБУ «***», не позднее ***, в целях хищения в особо крупном размере путем обмана денежных средств, вступил в преступный сговор с Симоняном Г.В., занимающим должность *** того же учреждения, после чего был разработан преступный план, который подразумевал фиктивное трудоустройство на работу на *** ГБУ «***» лиц, которые бы в дальнейшем фактически не привлекались к выполнению трудовых обязанностей, фиктивно состоя в штате *** вышеуказанного Учреждения, а указанным лицам бухгалтерией Учреждения, не осведомленной о преступном умысле участников преступной группы, на основе сфальсифицированных документов, составленных как участниками организованной преступной группы, так и под их контролем, неосведомленными сотрудниками Учреждения, ежемесячно начислялась заработная плата, которую фактически получали бы соучастники.

При этом, Макеев А.В. и Симонян Г.В., обладали полномочиями властного характера в отношении сотрудников *** ГБУ «***», находящихся в их подчинении.

С целью реализации преступного умысла по хищению денежных средств Учреждения Макеевым А.В. с ведома и согласия соучастника Симоняна Г.В., в период с *** года по *** года, с целью фиктивного трудоустройства на различные должности *** ГБУ «***» были приисканы неосведомленные о преступном умысле группы следующие лица: ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5, которые были фиктивно трудоустроены в Учреждение, в том числе, по сфальсифицированным документам, в качестве работников ГБУ «***». Указанные лица фактически не выполняли в дальнейшем свои трудовые функции и не получали заработную плату, вместе с тем, соучастники давали вышеуказанным фиктивно трудоустроенным гражданам указания на оформление и получение в ОАО «***» отделение «***», расположенном по адресу: ***, банковских карт на их имя, пин-коды к данным карточкам, после чего соучастники с целью дальнейшего беспрепятственного снятия с карт начисленной заработной платы получали от фиктивно трудоустроенных граждан банковские карты и пин-коды к ним, которые в последующем были распределены между участниками группы.

Также, Макеев А.В. и Симонян Г.В. в период деятельности преступной группы, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью хищения денежных средств Учреждения в особо крупном размере, лично вносили в документы, а так же ежемесячно давали указания сотрудникам ***, не осведомленным о ихпреступных намерениях, вносить в документы, являющиеся основанием для начисления и последующего перечисления заработной платы с расчетного счета Учреждения, открытого в ***, по адресу: ***, на зарплатные лицевые счета фиктивно трудоустроенных работников, открытые в ОАО «***» отделение «***», - расчетные ведомости общего фонда заработной платы работников текущего ремонта, наряды, заведомо ложные сведения о якобы отработанном указанными выше фиктивно устроенными лицами времени, объемах выполненных работ, общих суммах причитающихся выплат, в том числе, указывая отдельным сотрудникам максимально возможные суммы денежных средств.

С целью вуалирования своей преступной деятельности, Макеев А.В., совместно с Симоняном Г.В., используя свое служебное положение и сложившиеся доверительные отношения с сотрудниками ***, злоупотребляя оказанным им доверием, путем обмана вводили их в заблуждение о том, что числящиеся на данных участках работники якобы работают на других объектах, участках Учреждения, фактически выполняя свои трудовые обязанности, поэтому внесение требуемых сведений в расчетные ведомости, наряды будет соответствовать действительности.

Макеев А.В. и Симонян Г.В., действуя в интересах преступной группы, в период осуществления трудовой деятельности в Учреждении, придерживаясь отведенной каждому преступной роли, умышленно, руководствуясь корыстными побуждениями, предоставляли, а также самостоятельно вносили сведения о сотрудниках, в том числе, якобы работавших на *** – фиктивно трудоустроенных работниках, для дальнейшего включения данных лиц в составляемые документы для дальнейшего начисления заработной платы.

Выполняя указания Макеева А.В., фактически введенные им в заблуждение, сотрудники ***, ежемесячно, а также согласно отведенной преступной роли Симонян Г.В., в период с *** года по *** года, составляли расчетные ведомости, наряды, внося в данные документы не соответствующие действительности сведения о якобы исполнении фиктивно устроенными в Учреждение лицами своих обязанностей, которые подписывались соучастниками в зависимости от занимаемой в Учреждении должности.

Составленные расчетные ведомости общего фонда заработной платы работников текущего ремонта, наряды, содержащие заведомо ложные сведения о якобы выполнении фиктивно трудоустроенными в Учреждение сотрудниками своих трудовых функций, передавались в бухгалтерию Учреждения, в дальнейшем служили основанием для начисления указанной категории лиц заработной платы работниками бухгалтерии, не осведомленными о преступных намерениях участников преступной группы, введенными в заблуждение их действиями о фактическом исполнении всеми лицами, указанными в поступивших к ним документах, своих трудовых функций. Заработная плата фиктивно трудоустроенным лицам, ежемесячно, в период с *** года по *** года, перечислялась на расчетный счет ГБУ «***», с которого денежные средства перечислялись на подконтрольные участникам организованной преступной группы зарплатные лицевые счета фиктивно трудоустроенных работников, открытые в ОАО «***» отделение «***», расположенном по адресу: ***.

После поступления перечисленных денежных средств на подконтрольных соучастникам зарплатные карты фиктивно трудоустроенных вышеуказанных работников, Макеев А.В. и Симонян Г.В. снимали указанные денежные средства в банкоматах г. Москвы, распределяя их между собой в неустановленных следствием долях. В целях сокрытия преступления достоверно неустановленная следствием часть денежных средств, полученных при вышеуказанных обстоятельствах с зарплатных карт вышеперечисленных лиц, фиктивно трудоустроенных в Учреждение, в период с *** года по ** года, ежемесячно выплачивалась лицам, работавшим, но не трудоустроенным в Учреждение, фактически выполнявшим трудовые функции за фиктивно трудоустроенных участниками организованной преступной группы сотрудников.

Всего за период действия преступной группы с *** года по *** года были похищены денежные средства на общую сумму 2 369 852,55 рублей, таким образом ГБУ «***» умышленными действиями Макеева А.В. и Симоняна Г.В. причинен имущественный ущерб в особо крупном размере на общую сумму 2 369 852,55 рублей.

Из анализа содержание описания события преступления, в котором обвиняются Макеев А.В. и Симонян Г.В., следует явное несоответствие описание события преступления формулировке предъявленного обвинения, а именно диспозиции ч. 4 ст. 159 УК РФ, в той части, в которой предъявлено обвинение, поскольку описание события преступления содержит неоднократные указания на совершение преступления Макеевым А.В. и Симоняном Г.В. организованной группой, с использованием служебного положения, а также совершение мошенничества путем злоупотребления доверием, однако указанные квалифицирующие признаки мошенничества не инкриминированы Макееву А.В. и Симоняну Г.В.

Кроме того, исходя из должностной инструкции Макеева А.В., как *** ГБУ г. Москвы «***», копия которой имеется в представленных вместе с уголовным делам вещественных доказательствах, действительно следует, что он, как должностное лицо, обладал организационно распорядительными функциями в ГБУ г. Москвы «***», что следует из п. 2.18 Инструкции.

Вместе с тем, указанная инструкция, как и должностная инструкция Симоняна Г.В., представлены в копии, не содержат сведений о их утверждении а также ознакомлении с ними Макеева А.В. и Симоняна Г.О.

Как следует из полученного ответа ГБУ «***», в Учреждении отсутствуют оригиналы данных документов, при этом представитель потерпевшего ФИО в ходе судебного заседания показала, что оригиналы данных документов должны были находиться в Учреждении, вместе с тем, все оригиналы кадровых документов были изъяты в ходе обысков и выемок, проводившихся в рамках уголовного дела.

Обстоятельства утверждения должностных инструкций, в частности должностной инструкции Макеева А.В., ознакомления последнего с положениями данной должностной инструкции, в ходе предварительного расследования не выяснялись и не устанавливались.

Кроме того, согласно УПК РФ обвинительное заключение должно содержать перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания.

По смыслу закона, должны быть перечислены не только источники с указанием тома и листа дела, но и содержание изложенных в них доказательств, при этом, под перечнем доказательств понимается не только ссылка в обвинительном заключении на источники доказательств, но и приведение их краткого содержания.

Однако и данные требования уголовно-процессуального закона, были нарушены органами предварительного следствия.

Так, *** г. следователем было удовлетворено ходатайство обвиняемого Макеева В.В. о приобщении к материалам дела документов (***), которые постановлено хранить при материалах дела (л.д. *** т.***). Указанные документы были приложены следователем к представленным вместе с материалами уголовного дела вещественным доказательствам, несмотря на то, что таковыми не признавались, однако не нашли своего отражения в тексте обвинительного заключения, как доказательства стороны защиты, не подшиты к материалам дела и не пронумерованы, что затрудняет их исследование в ходе судебного заседания.

Суд приходит к выводу, что допущенные органом предварительного следствия нарушения уголовно-процессуального закона, в том числе существенные противоречия предъявленного обвинения, исключают возможность рассмотрения уголовного дела на основании данного обвинительного заключения в судебном заседании.

Таким образом, обвинительное заключение по уголовному делу в отношении Макеева А.В. и Симоняна А.В. составлено с существенными нарушениями требований ст. 220 УПК РФ, исключающими возможность принятия итогового решения судом.

Возможность самостоятельного устранения судом вышеуказанных нарушений отсутствует, исходя из положений ч. 1 ст. 252 УПК РФ, определяющих пределы судебного разбирательства, согласно которым суд не вправе выйти за рамки сформулированного в обвинительном заключении обвинения, кроме того, судебная функция разрешения уголовного дела и функция обвинения должны быть строго разграничены, суд, осуществляющий судебную власть на основе состязательности и равноправия сторон, в ходе производства по уголовному делу не может становиться ни на сторону обвинения, ни на строну защиты, подменять стороны, принимая на себя их процессуальные полномочия. Выявленные нарушения исключают возможность принятия судом какого-либо решения по существу на основе представленного обвинительного заключения, а также лишают Макеева А.В. и Симоняна Г.В. возможности в полной мере реализовать свое право на защиту по существу предъявленного обвинения.

Иные доводы стороны защиты, изложенные в обоснование необходимости возвращения уголовного дела прокурору, подлежат оцегнке в ходе дальнейшего рассмотрения уголовного дела.

В соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ, при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого. При необходимости судья продлевает срок содержания обвиняемого ***, для производства следственных и иных процессуальных действий с учетом сроков, предусмотренных ст. 109 настоящего Кодекса.

Подсудимые и защитники просили по возможности изменить меру пресечения на более мягкую, в виде ***.

Государственный обвинитель полагал необходимым сохранить подсудимым ранее избранную меру пресечения в виде ***, представитель потерпевшего оставила данный вопрос на усмотрение суда.

Разрешая вопрос о сохранении, отмене или изменении ранее избранной в отношении подсудимых меры пресечения в виде домашнего ареста, суд учитывает, что Макеев А.В. и Симонян Г.В. обвиняются в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание свыше трех лет лишения свободы, и с учетом также обстоятельств совершения преступления, в котором они обвиняются, оснований для изменения им меры пресечения на более мягкую, нежели ***, суд не усматривает, поскольку имеются основания полагать, что в случае изменения меры пресечения на более мягкую, подсудимые могут скрыться от органов предварительного расследования и суда, иным образом препятствовать производству по уголовному делу, и иные меры пресечения не будут соответствовать интересам правосудия и общественным инетерсам.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 109, п. 1 ч.1, ч. 3 ст. 237 УПК РФ, суд -

постановил:

Возвратить уголовное дело в отношении Макеева А.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, Симоняна Г.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, Прокурору *** г. Москвы, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения Макееву А.В. и Симоняну Г.В., каждому, оставить без изменения, в виде домашнего ареста, продлив срок содержания под домашним арестом на ***, то есть до ***. Ранее наложенные судом ограничения в виде запретов оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение 10 суток со дня его вынесения через канцелярию Гагаринского районного суда г. Москвы.

Судья О.В. Арбузова