Мотивированное решение

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Москва 19 апреля 2018 года

Гагаринский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Кочневой А.Н., при секретаре Лукине Д.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1639/2018 по иску Васильевой С.Ж. к Наибову Ф.С. о. о признании сделки недействительной в силу её ничтожности, признании сделки недействительной, применении последствий недействительности,

УСТАНОВИЛ:

Истец Васильева С.Ж. обратилась в суд с иском к ответчику Наибову Ф.С.о. о признании сделки недействительной в силу её ничтожности, признании недействительности сделки, применении последствий недействительности, мотивировав заявленные требования тем, что 24 января между истцом и ответчиком заключён договор купли-продажи квартиры по адресу: г. Москва, ул. Новаторов, д.4 кв.***, в соответствии с которым права собственности на квартиру переданы ответчику. Оплата стоимости квартиры осуществлялась за счёт кредитных денежных средств, полученных ответчиком по договору, заключённому с Банком «РЕСО Кредит». Денежные средства в размере 10 000 000,23 руб. перечислены на расчётный счёт истца; Васильева С.Ж. сняла указанные денежные средства со счёта и передала их ответчику для расчётов с третьими лицами. В соответствии с условиями закладной, выданных Банку «РЕСО Кредит» ответчиком в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору, квартира передана в залог банку. Позднее, согласно договору купли-продажи закладных, права банка были переданы ЗАО «ИК РЕСО». Решением Басманного районного суда г. Москвы от 05.05.2015 с Наибова Ф.С.о. была взыскана задолженность по кредитному договору, на предмет залога – квартиру по адресу: г. Москва, ул. Новаторов, д.4 кв.*** – обращено взыскание. Принимая во внимание, что ответчик не имел намерений приобрести квартиру в собственность, а договор купли-продажи был заключён с целью получения кредитных денежных средств, истец обратился в суд с указанными исковыми требованиями, просит суд признать договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: г. Москва, ул. Новаторов, д.4 кв.***, от 24.01.2014 ничтожной сделкой; применить последствия недействительности ничтожной сделки, возвратив указанную квартиру в собственность истца.

В судебном заседании представитель истца Кузнецов С.В., действующий на основании доверенности, заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить в полном объёме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик Наибов Ф.С.о. в судебном заседании исковые требования признал, пояснил, что не имел намерений приобретать квартиру.

Представитель третьего лица Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, представитель третьего лица Банк «РЕСО Кредит» в судебное заседание не явились, извещались судом о времени и месте судебного разбирательства, возражений на иск и ходатайств не представили.

Представитель третьего лица АО «ИК РЕСО» в судебное заседание не явился, третье лицо о дате, месте и времени судебного заседания извещено надлежащим образом, ходатайствовало о рассмотрении дело в отсутствие представителя, против удовлетворения заявленных требований возражало.

Неявка лица в судебное заседание является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу.

Суд рассмотрел дело в отсутствие надлежащим образом извещённых лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Суд, выслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы дела, находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям:

В силу п. 1 , сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии со ст. 170 ГК РФ: 1. , то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

2. , то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии со ст. 179 ГК РФ: Сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

2. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

3. Сделка на крайне невыгодных , которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

4. Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в - настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

В п.50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Как установлено в судебном заседании и следует из пояснений сторон и материалов дела, в соответствии с заключённым между Васильевой С.Ж. и Наибовым Ф.С.о. договором купли-продажи квартиры от 24 января 2014 года, Васильева С.Ж. передала в собственность Наибова Ф.С.о. принадлежащую ей на праве собственности квартиру по адресу: г. Москва, ул. Новаторов, д.4 кв.***. Согласно пунктам 3, 4 указанного договора, оплата стоимости квартиры в размере 10 000 000,23 руб., что эквивалентно 293 829,01 долларов США, осуществляется за счёт кредитных денежных средств, предоставленных Наибову Ф.С.о. Банком «РЕСО Кредит» (ОАО) на основании кредитного договора №**** от 24.01.2014.

В соответствии с заключённым между Наибовым Ф.С.о. и Банком «РЕСО-Кредит» (ОАО) кредитным договором №****** от 24.01.2014, Наибову Ф.С.о. предоставлен кредит в размере 293 829,01 долларов США сроком на 278 месяцев, считая с даты предоставления кредита, для целевого использования – приобретения квартиры по адресу: г. Москва, ул. Новаторов, д.4 кв.*** – под 13,15 % годовых.

Как следует из искового заявления, и не оспаривается сторонами, кредитные денежные средства предоставлены банком в полном объёме путём перечисления на счёт Васильевой С.Ж.

При этом заявление истца Васильевой С.Ж. о том, что денежные средства сняты ею со счёта и переданы Наибову Ф.С.о. какими-либо объективными доказательствами не подтверждаются.

Судом также установлено, что в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору №**** от 24.01.2014, 24.01.2014 Наибовым Ф.С.о., как должником и залогодателем, составлена закладная, предметом ипотеки по которой является квартира, расположенная по адресу: г. Москва, ул. Новаторов, д.4 кв.***. 31 января 2014 года право собственности Наибова Ф.С.О. на спорную квартиру зарегистрировано. Права по закладной в последующем были переданы по договору купли-продажи закладных №***** от 01.12.2014 ЗАО «ИК РЕСО» (в последствии – АО «ИК РЕСО»).

В связи с неисполнением Наибовым Ф.С.о. кредитных обязательств, ЗАО «ИК РЕСО» обратилось в суд с требованиями о расторжении договора, взыскании задолженности, обращении взыскания на заложенное имущество.

Решением Бассманного районного суда г. Москвы от 05.05.2015 по гражданскому делу №2-1847/15 заявленные ЗАО «ИК РЕСО» исковые требования удовлетворены: кредитный договор №***** от 24.01.2014, заключённый между Банком «РЕСО Кредит» (ОАО) и Наибовым Ф.С.о. расторгнут; в пользу ЗАО «ИК РЕСО» с Наибова Ф.С.о. взыскана задолженность по кредитному договору, а также обращено взыскание на заложенное имущество – квартиру по адресу: г. Москва, ул. Новаторов, д. 4 кв. *** путём продажи с торгов, проводимых в форме открытого аукциона или конкурса.

В силу положений п. 2 ст. 39 суд не принимает признание иска ответчиком, так как признание Наибова Ф.С.о. нарушает права третьего лица АО «ИК РЕСО», в собственности которого находится спорная квартира.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 3 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (п.1 ГК РФ). В соответствии со договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Оспаривая договор купли-продажи квартиры от 24.01.2014, истец и его представитель ссылались на его недействительность ввиду притворности, мнимости данного договора, а также ссылались на обман, заблуждение и насилие со стороны ответчика, кабальность сделки.

Истец указывает, что ответчик предложил ей переоформить квартиру на него для получения в банке денежных средств, которыми он собирался расплатиться по долгам перед третьими лицами после получения денежных средств от нее. В квартире проживает она, ответчик по иску и их совместный ребенок – Наибов Ж.Ф.о., *** года рождения. Денежные средства были ей перечислены, в тот же день были сняты ею со счета и переданы ответчику, действия ответчика были направлены на получение денежных средств из банка, а не на приобретение квартиры.

В соответствии с разъяснениями, данными в п.87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что в случае заключения притворной сделки действительная воля стороны не соответствует её волеизъявлению. В связи с этим для установления истиной воли сторон имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны.

Пунктом 86 указанного Постановления разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Согласно пунктам 98, 99 Постановления, сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п.1 ст.179 ГК РФ); сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п.2 ст.179 ГК РФ), при этом обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Проанализировав вышеприведенные доказательства, суд приходит к выводу о том, что доказательств того, что при заключении договора купли-продажи квартиры ответчик имел намерение совершить притворную либо мнимую сделку не представлено, поскольку воля сторон была направлена именно на заключение договора купли-продажи, при подписании договора воля сторон соответствовала её волеизъявлению. Материалами дела не подтверждается мнимость либо притворность договора купли-продажи квартиры, поскольку денежные средства за квартиру были получены истцом, переход права собственности на квартиру ответчику зарегистрирован в установленном законом порядке.

В силу ч. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

При этом, из материалов дела следует, что воля истца была направлена на передачу квартиры ответчику, на получение денежных средств. При этом, указание истца на намерение ответчика получить денежные средства подтверждается материалами дела, так как ответчиком получены денежные средства в кредит для приобретения спорной квартиры.

При этом суд исходит из того, что заключая договор купли-продажи, стороны достигли правового результата, соответствующего договору. Факт передачи и принятия квартиры, получения за нее денежных средств подтверждается материалами дела, цель договора достигнута.

Последующее распоряжение истца полученными от продажи квартиры денежными средствами правового значения не имеет. При этом, поведение истца указывало на действительность сделки, в связи с чем остальные участники гражданского оборота могли полагаться на действительность сделки, так как денежные средства от продажи квартиры были ею получены, произведена регистрация перехода права собственности на квартиру.

Действия истца в данном случае нельзя признать добросовестными.

После заключения договора купли-продажи Васильева С.Ж. продолжала проживать в спорной квартире, что не свидетельствует о недействительности или ничтожности сделки, учитывая наличие личных отношений между сторонами.

Доказательств заключения договора купли-продажи под влиянием обмана, на крайне невыгодных для истца условиях, вынужденного совершения сделки Васильевой С.Ж. вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем воспользовался ответчик, совершения сделки под влиянием заблуждения, истцом также представлено не было.

Доводы истца о том, что заключение договора купли-продажи квартиры совершалось под угрозой насилия, также не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела: из представленных в материалы дела постановлений СО ОМВД России по Обручевскому району г. Москвы об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.03.2015 и 06.06.2015 не следует, что ответчик угрожал истцу физической расправой в случае отказа от заключения договора купли-продажи спорной квартиры.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 10 марта 2015 года следует, что Васильева С.Ж. обратилась в связи с высказываем Наибовым Ф.С.о. угроз физической расправы 01 марта 2015 года, угроз забрать несовершеннолетнего ребенка, причинении ей телесных повреждений 01 марта 2015 года.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 06 июня 2015 года следует, что 28 мая 2015 года Наибовым Ф.С. получен порез ножом, из его объяснений следует, что ранение руки получил вследствие падения на нож.

Суду не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что Наибовым Ф.С.о. в отношении Васильевой С.Ж. в момент заключения сделки, непосредственно перед сделкой применялось насилие, высказывались угрозы его применения.

Также суду не представлено доказательств, что Васильева С.Ж. когда-либо обращалась в правоохранительные органы в связи с причинением ей телесных повреждений, о высказывании Наиббовым Ф.С.о. угроз применения насилия к ней или ребенку в январе 2014 года. Представленные ответы правоохранительных органов о проведении проверок по заявлениям Васильевой С.Ж. не содержат указания на то, о совершении каких именно противоправных действий Наибовым С.Ф.о. заявляла истец.

Указание истца и ответчика на совершение сделки под влиянием обмана – под влиянием обещания ответчика возвратить истцу квартиру в собственность, суд находит необоснованными, так как из объяснений ответчик не следует, что он намеревался обмануть истца, а намеревался возвратить квартиру через 2-3 года после погашения задолженности перед кредиторами, исполнить обещанное не представились возможным ввиду личных обстоятельств ответчика.

При этом, из объяснений сторон не следует, что Наибов С.Ф.о. сообщал Васильевой С.Ж. информацию, не соответствующую действительности, либо намеренно умолчал о каких-то обстоятельствах, вводил ее в заблуждение. Из искового заявления Васильевой С.Ж. следует, что ей было известно о наличии у Наибова С.Ф.о. обязательств перед третьими лицами, о получении кредитных средств под залог квартиры.

Из материалов дела не следует, что Васильева С.Ж. действовала при заключении сделки под влиянием заблуждения, которое было настолько существенным, что она, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Невыполнение обещания ответчика о возвращении квартиры истцу, не может являться основанием для признания сделки недействительной, поскольку доказательств умышленного введения истца в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения договора купли-продажи, с целью склонить ее к совершению сделки, которые можно также квалифицировать как обман, истцом не представлено. При заключении договора истец должна была предвидеть последствия, которые могут наступить после совершения сделки купли-продажи, ввиду перехода к Наибову С.Ф.о. права распоряжения квартирой.

Истец в исковом заявлении подробно изложила фактические обстоятельства, которые предшествовали заключению сделки и при которых эта сделка была заключена, указывала мотивы, по которым было принято решение о заключении договора купли-продажи, последующие взаимоотношения с ответчиком, что в общей совокупности опровергает ее доводы о наличии обмана, введения ее в заблуждение со стороны ответчика Наибова С.Ф.о. при заключении оспариваемого договора.

Ссылки истца на то, что отказ истца от имущества был очевидно невыгодным, объясняется исключительно действиями ответчика, суд отклоняет как несостоятельные. Разумность действий участника сделки предполагается, обратное подлежит доказыванию. Васильева С.Ж. не доказала ни неправильность своих действий при заключении договора купли-продажи, ни порока воли с ее стороны.

Истцом не представлено каких-либо доказательств наличия или отсутствия в ее собственности иного имущества, ее материального положения на момент заключения сделки, учитывая, что истец не оспаривала факт получения денежных средств по договору купли-продажи.

Кроме того, представителем третьего лица АО «ИК РЕСО» заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд за защитой нарушенного права, которое имеет значение, поскольку при удовлетворении требований истца становится возможным предъявление истцом требований к третьему лицу АО «ИК РЕСО» об истребовании спорной квартиры.

Истец, оспаривая договор купли-продажи квартиры, заключённый 24 января 2014 года, обратилась в суд с иском 02 февраля 2018 года.

Для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая – к принятию такого исполнения (п.1 ст.181 ГК РФ).

Денежные средства получены истцом по договору купли-продажи в январе 2014 года, право собственности Наибова Ф.С.о. зарегистрировано 31 января 2014 года. С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что трехлетний срок для применения ничтожности сделки истек 31 января 2017 года.

В силу п.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (п.1 ст.179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Впервые в правоохранительные органы истца обратилась в 01 марта 2015 года, что свидетельствует о возможности обратиться и о наличии у Васильевой С.Ж. обратиться в правоохранительные органы и о совершении над ней насилия, обмана, угрозы в январе 2014 года, в связи с чем годичный срок для обращения в суд с иском истек не позднее 01 марта 2016 года.

Также, не позднее 31 января 2015 года истек срок исковой давности по иску о признании договора купли-продажи недействительным, ввиду совершения его под влиянием обмана, заблуждения, совершения притворной сделки, сделки на крайне невыгодных для себя условиях, вследствие стечения тяжелых обстоятельств. При этом, истцом не указано иной даты, когда она узнала о совершении обмана/введении ее в заблуждение ответчиком.

В силу положений п. 2 пропуск срока обращения за защитой нарушенного права в суд является основанием для отказа в удовлетворении иска.

Доказательств наличия каких-либо исключительных обстоятельств, которые бы не позволили истцу в течение предусмотренного законом срока, обратиться в суд за защитой права не представлено; ходатайств о восстановлении пропущенного срока не заявлено.

Таким образом, истцом пропущен срок исковой давности, установленный по требованию о признании сделки недействительной ввиду совершения сделки под валянием заблуждения, обмана, притворности сделки, кабальности сделки, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Васильевой С.Ж. к Наибову Ф.С. о. о признании договора купли-продажи от 24 января 2014 года недействительным в силу его ничтожности, признании сделки недействительной, применении последствий недействительности – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца с даты изготовления судом решения в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы через Гагаринский районный суд города Москвы.

Решение в окончательной форме изготовлено 10 мая 2018 года

Судья А.Н. Кочнева