Решение

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Москва 06 декабря 2017 года

Гагаринский районный суд г.Москвы в составе председательствующего судьи Кочневой А.Н., при секретаре Лукине Д.П., рассмотрев в предварительном судебном заседании гражданское дело № 2-5509/2017 по иску Сарафанова А.А. к Сарафанову А.Г., ДГИг Москвы о признании договора недействительным, признании права собственности,

УСТАНОВИЛ:

Сарафанов А.А. обратился в суд с иском к Сарафанову А.Г., ДГИ г. Москвы, просит признать договор передачи жилого помещения (квартиры) по адресу: АДРЕС, в собственность Сарафанову А.Г. недействительным в части невключения в число собственников Сарафанова А.А., признать право собственности в размере ½ доли на квартиру по адресу: АДРЕС, за Сарафановым А.А.

В обоснование требований указывает, что на основании договора приватизации жилой площади Сарафанов А.Г. является собственником вышеуказанной квартиры. В качестве членов семьи ответчика на момент приватизации в квартире зарегистрирован и проживал Сарафанов А.А., который не был включен в приватизацию. До апреля 2017 года Сарафанов А.А. не знал о факте приватизации квартиры. Истец проживал с ответчиком в квартире с 06 июля 1988 года. На момент заключения договора передачи жилого помещения, предоставленного по договору социального найма, истец проживал в квартире ответчика и являлся несовершеннолетним членом его семьи, а, следовательно, имел право стать участником общей собственности на данное жилое помещение. Без предварительного разрешения органов опеки и попечительства опекун не вправе совершать сделки, выходящие за пределы бытовых, в частности, отказа от принадлежащих подопечному прав, отказ от участия в приватизации может быть осуществлен родителями и усыновителями несовершеннолетних только при наличии разрешения вышеуказанных органов. Сделка, не соответствующая требованиям закона – ст. 133 КоБС РСФСР, ничтожна, является недействительной с момента ее совершения, ввиду чего за истцом подлежит признанию право собственности ½ долю в праве собственности.

Истец и представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика Сарафанова А.Г. в судебном заседании представил заявление о пропуске срока исковой давности, в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований в связи с пропуском срока исковой давности.

Представитель ответчика ДГИ города Москвы в судебном заседании оставил решение вопроса на усмотрение суда.

Суд, выслушав объяснения явившихся участников процесса, исследовав вопрос пропуска срока исковой давности, оценив имеющиеся доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 и 6 ст. 152 ГПК РФ, предварительное судебное заседание имеет своей целью процессуальное закрепление распорядительных действий сторон, совершенных при подготовке дела к судебному разбирательству, определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, определение достаточности доказательств по делу, исследование фактов пропуска сроков обращения в суд и сроков исковой давности.

В предварительном судебном заседании может рассматриваться возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности для защиты права и установленного федеральным законом срока обращения в суд.

При установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу. Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке.

Согласно ч. 1 ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 200 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

В соответствии со КоБС РСФСР, действовавшей на момент заключения договора, защита прав и интересов несовершеннолетних детей лежит на родителях, родители являются законными представителями своих несовершеннолетних детей и выступают в защиту их прав и интересов во всех учреждениях.

Из Закона "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", введенной в действие Федеральным от 11 августа 1994 года N 26-ФЗ, следует, что в договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением.

Указанные изменения в "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" внесены после заключения оспариваемого договора приватизации квартиры.

Таким образом, действующее на тот момент законодательство не требовало обязательного включения несовершеннолетних в договор передачи жилого помещения в собственность в порядке приватизации, а также не требовало согласия органов опеки и попечительства на отказ от прав несовершеннолетних детей на приватизацию жилого помещения.

Как усматривается из материалов дела, 28 мая 1992 года между Сарафановым А.Г. и Комитетом муниципального жилья г. Москвы заключен договор передачи № 2-151688 квартиры, расположенной по адресу: АДРЕС в собственность Сарафанова А.Г. (л.д. 33).

Требования истца основаны на ничтожности сделки ввиду несоответствия требованиям закона – ст. 133 КоБС РСФСР.

Представителем ответчика представлено заявление о пропуске истцом срока исковой давности.

Ответчиком Сарафановым А.Г. сделано заявление о пропуске истцом срока исковой давности.

Совершеннолетие истца Сарафанова А.А., 14.12.1979 года рождения, наступило в 1997 году, что не лишало его возможности обратиться в суд с иском, а в случае неосведомленности о правах на квартиру, выяснить эти обстоятельства.

Кроме того, согласно ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из общего правила исчисления срока исковой давности устанавливаются настоящим и иными законами.

В соответствии с ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Действующая до 26 июля 2005 года редакция ГК РФ предусматривала, что иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение десяти лет со дня, когда началось исполнение сделки.

Согласно ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий недействительности сделки составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка , либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При этом, учитывая природу взаимоотношений между участниками спора и невозможность удовлетворения требований за счет другого соответчика, суд применяет к спору нормы о сроке исковой давности на основании заявления одного из ответчиков, несмотря на отсутствие заявлений о пропуске срока исковой давности от остальных ответчиков.

Оспариваемый договор был заключен в 1992 году, совершеннолетие Саррафанова А.А. наступило в 1997 году, в суд с настоящим иском Сарафанов А.А. обратился 15 сентября 2017 года, то есть более, чем через девятнадцать лет после достижения им совершеннолетия.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с настоящим иском и отказе в удовлетворении исковых требований.

Доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности материалы дела не содержат и истцом таких доказательств в суду не представлено.

Доводы истца о том, что не было необходимости ранее решать вопрос кардинально, обращение в суд последовало сейчас ввиду разногласий с родственными, суд отклоняет, так как указанные обстоятельства не являются уважительными причинами для восстановления срока для предъявления настоящего иска.

В соответствии со ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев в течение срока давности.

Истец о восстановлении срока исковой давности не просила. Тем не менее оснований для восстановления срока исковой давности не имеется, поскольку доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска срока исковой давности истцом не представлено.

Родители истца, в том числе ответчик Сарафанов А.Г., которые в силу СК РФ (а ранее КоБС) выступали в защиту прав и интересов своих несовершеннолетних детей, о том, что их сын Сарафанов А.А. не включен в договор приватизации знали уже на момент заключения данного договора, поскольку квартира на основании договора передачи была передана в собственность Сарафанова А.Г., родители истца не были лишены права, являясь законными представителями несовершеннолетнего сына, обратиться в суд с иском в его интересах о признании частично недействительным договора передачи жилого помещения в собственность, включении несовершеннолетнего в число собственников.

Сарафанов А.А, … года рождения, достиг восемнадцатилетнего возраста в 1997 г., и, в силу ГК РФ, стал обладать полной дееспособностью, и был способен самостоятельно своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их, в том числе, могла реализовать свое право на получение информации о собственниках спорной квартиры, а затем оспорить договор передачи в установленные законом сроки. Поскольку оснований для удовлетворения исковых требований о признании договора передачи в связи с пропуском срока исковой давности суд не находит, оснований для обязании ответчика заключить с истцом договор социального найма спорного жилого помещения суд также не находит в связи с отсутствием предусмотренных законом оснований.

Доводы представителя истца о том, что истцу стало известно о заключенной сделке в апреле 2017 года достаточными и достоверными доказательствами не подтверждаются, поскольку истец достиг совершеннолетия 15 декабря 1997 года, истец с 1988 года до 1998 года бы зарегистрирован в спорном жилом помещении, в настоящее время имеет квартиры, полученную в порядке приватизации, обратился в суд спустя более 9 лет с момента совершеннолетия, доводы представителя ответчика о том, что истцу ежегодно выдавалась доверенность на управление спорным жилым помещением, договоры о предоставлении услуг горячего водоснабжения заключены от имени Сарафанова А.Г. заключены Сарафановым А.А.

Указание на то, что истцу не было известно, что квартира была приватизирована, а не приобретена истцом иным путем, суд находит надуманными, учитывая, что истец не отрицает наличие доверенности и доступ к документам ответчика. При этом, истцу было известно о получении квартиры по ордеру, о вселении семьи в квартиру до принятия законодательных актов, регулирующих приобретение жилых помещений в частную собственность.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истцом не представлено доказательств, подтверждающих уважительность причин пропуска срока исковой давности.

Доводы истца о том, что доказательства пропуска срока исковой давности должны быть представлены ответчиком основаны на неверном толковании норм права. Поскольку срок исковой давности по общим правилам исчисляется с момента заключения сделки, доводы истца о том, что ему стало известно о заключении сделки не позднее апреля 2017 года какими-либо доказательствами не подтверждаются.

Поскольку истцом доказательств, подтверждающих уважительность причин пропуска срока исковой давности, не представлено, оснований для восстановления срока для обращения в суд не имеется, суд приходит к выводу о том, что исковые требования в связи с пропуском срока исковой давности не подлежат удовлетворению.

Таким образом, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, учитывая изложенные обстоятельства во взаимосвязи с приведенными нормами законодательства, суд отказывает в удовлетворении исковых требований Сарафанова А.А. в полном объеме.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Сарафанова А.А. к Сарафанову А.Г., Департаменту городского имущества города Москвы о признании договора недействительным, признании права собственности - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Гагаринский районный суд г. Москвы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 29 декабря 2017 года.

Судья А.Н. Кочневаы