Мотивированное решение

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Москва 27 июня 2017 года

Гагаринский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Романовой С.В., при секретаре Шкильняк Р.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3472/2017 по иску фио к ПАО «Сбербанк России», Обществу с ограниченной ответственностью «Дельта» о признании договора уступки прав (требований) от 06 октября 2016 года № 24/001200208/Ц недействительным (ничтожным), применении последствий недействительности сделки,

установил:

Герюгов В.А. обратился в суд с иском к ПАО «Сбербанк России», Обществу с ограниченной ответственностью «Дельта», с учетом уточненного заявления просил признать недействительным (ничтожным) договор уступки прав (требований) от 06 октября 2016 года № 24/001200208/Ц, заключенный между ПАО Сбербанк и ООО «Делть», применить последствия недействительности сделки.

В обоснование своих требований указал, что в рамках дела о банкротстве ЗАО «Висма», ЗАО «Висма-Архыз», ООО «Упавляющая компания «Висма» в Арбитражном суде Карачаево-Черкесской Республики вынесены определения по результатам рассмотрения требований ПАО Сбербанк о включении в реестр кредиторов указанных компаний, о частичной процессуальной замене ПАО Сбербанк на ООО «Дельта», основанием для замены послужил договор уступки прав (требований) № 24/001200208/Ц от 06 октября 2016 года, заключенный между ПАО Сбербанк и ООО «Дельта», общий объем передаваемых требований составляет сумма, стоимость уступаемых прав составила сумма. Герюгов В.А. является поручителем по обязательства, вытекающих из кредитных договоров, заключенных с вышеуказанными компаниями. Истец полагает, что объем денежных требований, заявленных ПАО Сбербанк к компаниям-заемщикам, залогодателям, поручителям и к нему лично, завышен вследствие нарушения банком условий кредитных договоров путем незаконного повышения процентных ставок по кредитам в период использования кредитов. Переуступка права требования по претензиям банка, не основанных на вступивших в силу судебных решениях, нарушает права и охраняемые законодательством о защите прав потребителей права истца. В результате уступки прав требования банк нарушил императивные требования законодательства об охране персональных данных, передав без согласия на обработку персональные данные истца неизвестной компании-цессионарию, ООО «Дельта». Истец считает, что при наличии признаков ничтожности договора уступки, оснований для процессуальной замены кредитора в правоотношениях не имеется. Частичная передача прав по залогам с частичной передачей прав по кредитным договорам подлежит квалификации как невыполнением императивной нормы ст. 354 ГК РФ, в связи с чем замена судом кредитора должна сопровождаться признанием факта прекращения права залога. Заключению договора уступки предшествовал сговор цедента и цессионария, направленного на получение необоснованной выгоды цессионарием за счет дисконтирования стоимости уступленного права, и преимущества цедента за счет получения банком-цедентом части задолженности ранее других кредиторов в процедуре банкротства. Кредитор не предложил должнику погасить задолженность со скидкой 50%, но при этом принял такое удовлетворение от цессионария, что свидетельствует о недобросовестности цедента. Права требования переданы лицу, не имеющему лицензию на право осуществления банковской деятельности.

Истец в судебное заседание не явился, обеспечил явку представителя фио

Представитель истца по доверенности фио в судебном заседании исковые требования поддержал.

Представитель ПАО «Сбербанк» по доверенности фио в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по доводам письменного отзыва.

Представитель ООО «Дельта» по доверенности фио в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований по доводам письменного отзыва.

Суд, выслушав представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, 06 октября 2016 года между ПАО «Сбербанк России» (Цедент) и ООО «Дельта» (Цессионарий» заключен договор уступки прав (требований) № 24/001200208/Ц, по условиям которого ПАО «Сбербанк России» уступил, а цессионарий принял часть прав (требваний) по кредитным договорам: №00200208 от 20.12.2012, №001200015 от 20.03.2012, №001300286 от 29.11.2013, №001300287 от 02.12.2013, №001300156 от 22.07.2013, заключенным между ПАО Сбербанк и ЗАО «Висма»; №001400049 от 31.03.2014 заключенному между ПАО Сбербанк и ООО «Висма Люкс»; №001400050 от 31.03.2014 заключенному между ПАО Сбербанк и ООО «Торговый дом «Висма Центр».

Общая сумма уступаемых прав (требований) к должникам (юридическим лицам) в соответствии с п. 1.3 договора по состоянию на 12.09.2016 года составляет сумма. Общая стоимость уступаемых цессионарию прав (требований), вытекающих из кредитных договоров составляет сумма (п. 1.4 договора).

Герюгов В.А., при заключении вышеуказанных кредитных договоров выступил в качестве поручителя и залогодателя, заключив с ПАО Сбербанк договоры поручительства

N телефон от 20.12.2012, № 001200015 от 20.12.2012, № 001300286 от 29.11.2013,

№ 001300287 от 02.12.2013, № 001400049 от 31.03.2014, № 001400050 от 31.03.2014,

а также договоры залога № 00200208-аЗ и № 00200208-а5 от 20.12.2012.

07 октября 2016 г. цессионарий перечислил цеденту первый платеж по договору цессии в размере сумма

В соответствии с определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 10 ноября 2016 года в рамках дела № А-25-831/2015 произведена замена ПАО «Сбербанк России» на правопреемника ООО «Дельта» в части требований о включении в реестр требований кредиторов ЗАО «Висма» в размере сумма основного долга, требования ООО «Дельта» включены в третьею очередь реестра требований кредиторов ЗАО «Висма» в размере основного долга сумма, признаны обоснованными и включены требования ПАО «Сбербанк» в реестр требований кредиторов ЗАО «Висма» в размере сумма, в том числе: сумма основного долга, сумма процентов, сумма

Отказывая в удовлетворении исковых требований фио к ПАО «Сбербанк России», Обществу с ограниченной ответственностью «Дельта» о признании договора уступки прав (требований) от 06 октября 2016 года № 24/001200208/Ц недействительным (ничтожным), применении последствий недействительности сделки, суд находит доводы истца о том, что уступка прав (требований) на основании договора от 06.10.2016 противоречит требованиям закона и нарушает его права и законные интересы, несостоятельны.

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно с п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 2 ст. 382 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В силу п. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступать требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Принимая во внимание положение ст.ст. 384,388 ГК РФ передача принадлежащих прав (требований) цедента новому кредитору к должнику на основании договора уступки, учитывая, что предмет обязательства делим, как полностью, так и в части не противоречит закону и не нарушает прав должника, не ухудшает его положение, поскольку объем обязательств не изменился.

Безосновательны доводы истца о том, что заключению договора уступки предшествовал сговор цедента и цессионария, направленного на получение необоснованной выгоды цессионарием за счет дисконтирования стоимости уступленного права, и преимущества цедента за счет получения банком-цедентом части задолженности ранее других кредиторов в процедуре банкротства, поскольку доказательств недобросовестного поведения сторон при заключении договора уступки и, как следствие нарушение прав и интересов истца, в материалы дела не представлено.

Не соглашаясь с доводами истца о том, что кредитор обязан был до заключения договора уступки предложить должнику погасить задолженность со скидкой 50%, но при этом принял такое удовлетворение от цессионария, что свидетельствует, по мнению истца, о недобросовестности цедента, суд отмечает, что действующим законодательством такая обязанность у кредитора отсутствует. Заключая договор уступки прав, его стороны в силу ст. 421 ГК РФ вправе самостоятельно определить размер встречного предоставления, с учетом всех имеющихся обстоятельств, в том числе возможности реального взыскания задолженности в полном объеме. Таким образом, приведенные истцом доводы в обоснование требований от ничтожности сделки по мотиву несоразмерности встречного предоставления объему переданного права (требования), не основаны на законе.

Доводы истца о том, что права требования переданы лицу, не имеющему лицензию на право осуществления банковской деятельности, не могут быть положены судом в основу решения об удовлетворении исковых требований, поскольку основаны на ошибочно толковании закона. Уступка требований по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в статье 5 Федерального закона от 2 декабря 1990 года N 395-1 "О банках и банковской деятельности", из которой следует обязательность наличия лицензии только для осуществления деятельности по предоставлению кредитов за счет привлеченных средств. При замене кредитора права истца не нарушаются, поскольку уступка права требования не влияет на объем прав и обязанностей должника.

Доводы истца о том, что при заключении договора уступки банк допустил нарушение требований ФЗ «О персональных данных», безосновательны, поскольку в силу п. 1 ч. 1 ст. 6 ФЗ «О персональных данных» обработка персональных данных допускается с согласия субъекта персональных данных на обработку персональных данных. При этом согласие субъекта персональных данных на обработку указанных данных не требуется в случае, если обработка персональных данных необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных. Принимая во внимание, что сведения о должнике переданы ООО «Дельта» в рамках заключенного договора уступки прав (требований) по неисполненным обязательствам, соответственно, передача данных была необходимым условием, обеспечивающим возможность исполнения должниками своих обязательств перед цессионарием.

При указанных обстоятельствах, исковые требования истца удовлетворению не подлежат в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ суд

Решил:

В удовлетворении исковых требований фио к ПАО «Сбербанк России», Обществу с ограниченной ответственностью «Дельта» о признании договора уступки прав (требований) от 06 октября 2016 года № 24/001200208/Ц недействительным (ничтожным), применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Московский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в канцелярию Гагаринского районного суда г. Москвы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. Решение принято в окончательной форме 10.07.2017.

Судья фио