Решение

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 декабря 2018 года

Бутырский районный суд г. Москвы в составе:

Председательствующего судьи Королевой Е.Е.,

при секретаре Уалион Т.Л., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1904/2018 по иску Ковайкиной ВИ к Поповой НН о признании отказа от наследства ничтожным,

УСТАНОВИЛ:

Ковайкина В.Н. обратилась в суд с настоящим иском к ответчику, указав, что её мать –Т.И. была признана недееспособной на основании решения Зюзинского районного суда г. Москвы от 17 октября 2014 года, истец была назначена опекуном. 13 июня 2013 года открылось наследство к имуществу умершего сына Т.И. –Н.Н. в виде однокомнатной квартиры № *** в доме *** по проезду *** в г. Москве. Т.И. проживала по указанному адресу. Другим наследником Н.Н. являлась его дочь – Попова Н.Н. Наследники в установленный законом срок обратились к нотариусу с соответствующими заявлениями. Однако, как стало известно истцу, Т.И. был подписан отказ от наследства. Т.И. умерла 24 августа 2017 года, при жизни она страдала психическим расстройством, не понимала значения своих действий и не могла руководить ими. У Т.И. имелась деменция, затруднительное общение, проблемы со слухом.

Представитель истца в судебное заседание явилась, требования поддержала. Просила удовлетворить.

Ответчик в суд не явилась, извещена, представителя в суд не направила.

Третьи лица в суд не явились, уведомлены о времени и месте судебного разбирательства в установленном законом порядке.

Дело, на основании ст. 167 ГПК РФ рассмотрено при данной явке, по имеющимся доказательствам.

Заслушав стороны, допросив свидетелей, изучив заключение эксперта, проверив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим .

В соответствии с ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Как установлено положениями ГК РФ наследник вправе отказаться от наследства в пользу других лиц (ст. 1158) или без указания лиц, в пользу которых он отказывается от наследственного имущества.

Отказ от наследства совершается подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника об отказе от наследства ( ГК РФ).

В соответствии с п. 21 Постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 гл. 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

Судом установлено, что Н.Н. умер 11 июня 2013 года (лд.12). Квартира № *** в доме *** по *** проезду в г. Москве принадлежала на день смерти Н.Н. на праве собственности, Н.Н. проживал в указанном жилом помещении по день смерти совместно со своей матерью –Т.И.

Наследниками Н.Н. по закону являлись: мать –Т.И., дочь – Попова Н.Н.

Т.И., 1932 года рождения, уроженка д. *** Брянской области, являлась ветераном ВОВ, получала пенсию по старости, проживала и была зарегистрирована совместно с сыном –Н.Н. до его смерти. 29 октября 2013 года Т.И. совместно с внучкой Поповой Н.Н. пришла в нотариальную контору нотариуса Королевой И.Г. и подала в наследственное дело к имуществу умершего 11 июня 2013 года Н.Н. заявление об отказе от наследства по всем основаниям (что зарегистрировано в книге учета наследственных дел 29 октября 2013 года за № 477 л.д.29) после умершего 11 июня 2013 года сына * Н.Н. в пользу дочери наследодателя –Поповой Н.Н., *** года рождения. В ходе беседы у нотариуса Т.И. выразила желание отказаться от наследства в пользу внучки Поповой Н.Н., правовые последствия отказа от наследства Т.И. нотариусом разъяснены, в том числе разъяснено, что отказ от наследства не может быть в последствии изменен или взят обратно. Решение Т.И. об отказе от наследства было принято самостоятельно, давление на нее Попова Н.Н. не оказывала (л.д.23-68, 69-107).

Решением Зюзинского районного суда г. Москвы от 17 октября 2014 года Т.И. признана недееспособной (л.д.8). Распоряжением УСЗН района «Южное Бутово» г. Москвы от 12 февраля 2015 года установлена опека над недееспособной Т.И., опекуном назначена Ковайкина В.Н. (л.д.9).

23 августа 2017 года Т.И. умерла (л.д.117).

Указывая, что на момент отказа от наследства Т.И. не понимала значения своих действий и не могла руководить ими вследствие психического заболевания, Ковайкина В.Н. просила требования удовлетворить.

Для проверки доводов истца, судом допрошены в качестве свидетелей С.К., Н.Ю., М.Ю.

Свидетель С.К. показал, что проживал по соседству с Т.И. и Н.Н. и ему известно, что Т.И. проживала совместно с сыном Н.Н., который являлся инвалидом первой группы. Н.Н. заботился о Т.И. до своей смерти, Т.И. часто демонстрировала неадекватное поведение. После смерти Н.Н. состояние психического здоровья Т.И. ухудшилось. Она стала выходить на улицу в домашнем халате и тапочках, забывала, как вернуться домой, терялась и звала на помощь. При этом обладала специфическим говором, благодаря которому её с большим трудом удавалось понять.

Свидетель Н.Ю. дала аналогичные показания, утверждая, что Т.И. часто терялась, громко звала на помощь свою дочь, в её поведении отмечались странности, указывающие на психические отклонения. Кроме того, Т.И. плохо слышала, обладала сложным говором, из-за чего общаться с ней было проблематично.

Свидетель М.Ю. показала, что является внучкой Т.И. и ей известно, что в последние годы жизни Т.И. была неадекватна, временами чрезмерно доверчива и добродушна. Обладала специфическим говором, из-за чего многие люди её не понимали. Еще при жизни Н.Н. Т.И. демонстрировала неадекватное поведение, могла раздеться на людях, в ненадлежащем месте справить нужду, терялась, выходя из дома, пыталась вернуться в деревню Брянской области откуда её привезли родные чтобы за ней ухаживать.

Оценивая показания допрошенных свидетелей, суд не ставит их под сомнение в части не противоречащей письменным материалам дела, вместе с тем, суд отмечает, что свидетели очевидцами оспариваемой сделки не являлись, ни один из допрошенных свидетелей лично при совершении Т.И. отказа от наследства не присутствовал, об обстоятельствах, предшествующих совершению ею отказа от наследства не осведомлен, о состоянии здоровья, поведении Т.И. в период времени приближенный к юридически значимому, свидетели показаний дать не смогли.

Свою подпись Т.И. в документе не оспаривала. Также, в связи с доводом истца об оспаривании отказа самой Т.И., суд отмечает, что лично Т.И. в ходе судебного разбирательства не участвовала, заявление от её имени подписывала представитель по доверенности, в связи с чем, дело судом оставлено без рассмотрения.

Возражая против иска, ответчик Попова Н.Н. утверждала, что бабушка действительно являлась уроженкой Брянской области и с ней было нелегко общаться, но в целом никаких сложностей в общении не было. Т.И. не была абсолютно здоровым человеком, но на момент отказа от наследства значение своих действий понимала и желала наступления последствий в виде вступления в наследство своей внучки на имущество, которое принадлежало умершему сыну и отцу её внучки. Просила в иске отказать.

По ходатайству представителя истца судом назначена, а ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского» МЗ РФ проведена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно выводам комиссии экспертов, в юридически значимый период у Т.И. имелось неуточненное психическое расстройство в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (по МКБ-10 F 06.991). Об этом свидетельствуют данные медицинской документации о наблюдавшихся у Т.И. в течение многих лет цереброваскулярной болезни, ишемической болезни сердца, хронической ишемии головного мозга, что сопровождалось церебрастеническими проявлениями (головные боли, общая слабость), неврозоподобными (эмоциональная лабильность, плаксивость), когнитивными (некоторое снижение памяти) расстройствами. В дальнейшем по мере прогрессирования к 2014 году психическое расстройство Т.И. соответствовало клинической картине сосудистой деменции с лишением дееспособности. В связи с отсутствием объективных данных в материалах гражданского дела и медицинской документации (в том числе дело МСЭ, заключение комиссии экспертов ГКУЗ г. Москвы ПКБ 3 1 им. Н.А. Алексеева № 1101-4 от 23.09.2014) о психическом состоянии Т.И. в период отказа от наследства (29 октября 2013 года по материалам дела, 23 октября 2013 года по определению суда) и в ближайшие по времени к нему периоды, при недостаточности свидетельских показаний, не представляется возможным дифференцированно квалифицировать и оценить степень выраженности имевшихся у Т.И. в тот период психических нарушений и решить вопрос о её способности понимать значение своих действий и руководить ими при отказе от наследства от 29 октября 2013 года (л.д.173-176).

Оценивая представленное заключение, суд не ставит его под сомнение. Заключение является полным, ясным, мотивированным. Заключение соответствует требованиям действующего законодательства, составлено комиссией экспертов имеющих необходимую квалификацию и опыт работы по специальности.

Оценивая заключение в совокупности с иными письменными доказательствами и свидетельскими показаниями, суд приходит к выводу, что у суда отсутствуют основания для признания отказа Т.И. от наследства недействительным. Основываясь на совокупности представленных доказательств суд приходит к выводу о недостаточности доказательств, объективно свидетельствующих о наличии у Т.И. в юридически значимый период времени психического расстройства, которое лишало бы её возможности понимать значение своих действий и руководить ими при отказе от наследства 29 октября 2013 года.

Суд отмечает, что, учитывая то обстоятельство, что Т.И. сама лично обратилась к нотариусу 29 октября 2013 года и получила разъяснения нотариуса по вопросу вступления в наследство и последствиях отказа от наследства, затем произвела отказ от наследства в пользу своей внучки Поповой Н.Н., у суда отсутствуют оснований для вывода о том, что отказ от наследства в пользу Поповой Н.Н. сделан лицом, которое не могло понимать значение своих действий и руководить ими.

Таким образом, при указанных обстоятельствах, оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

Одновременно, на основании ст. 144 ГПК РФ, суд отменяет меры по обеспечению иска, принятые по настоящему делу, со дня вступления настоящего решения в законную силу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Ковайкиной ВИ к Поповой НН о признании отказа от наследства ничтожным, оставить без удовлетворения.

Отменить меры по обеспечению иска, принятые Определением Бутырского районного суда г. Москвы от 08 сентября 2017 года со дня вступления настоящего решения в законную силу.

Снять запрет Нотариусу города Москвы Королевой ИГ выдавать свидетельство о праве на наследство по закону на имя Поповой НН.

Снять запрет Поповой НН и иным лицам совершать любые действия, связанные с отчуждением следующих объектов недвижимости: квартиры №*** , расположенной по адресу: г. Москва, ***.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Бутырский районный суд в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья Е.Е. Королева