Приговор

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Москва 06 декабря 2017 года

Бутырский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Воронина А.В., при секретарях Лычагиной М.Ю. и Гаджиеве Н.А., с участием:

государственного обвинителя помощника Бутырского межрайонного прокурора города Москвы Тимофеевой К.В.,

потерпевшего Лиокумовича Д.А.,

подсудимого Крякова Н.И.,

защитника - адвоката Чистякова Э.В. предоставившего удостоверение №8498 и ордер №1647 от 29.08.2017 года;

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства материалы уголовного дела № 1- 561/17 в отношении:

Крякова Николая Ивановича, *** года рождения, уроженца ***, гражданина ***, с высшим образованием, разведённого, имеющего малолетнего ребёнка *** г.р., работающего в должности эксперта по ДТП в страховой компании «Согласие», зарегистрированного и проживающего по адресу: ***, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ,

у с т а н о в и л:

Кряков Н.И. виновен в том, что совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Так он, 31 января 2016 года, примерно в 01 час 00 минут, находясь на крыльце запасного входа в подъезд № 2 д. 78 по Алтуфьевскому шоссе в г. Москве, имея умысел на причинение тяжкого вреда здоровью, в результате конфликта, возникшего между ним и Лиокумовичем Д.А., нанёс последнему не менее 4 ударов кулаком по голове, от чего Лиокумович Д.А. потерял равновесие и присел, а он (Кряков Н.И.), в продолжение своего преступного умысла, нанёс не менее пяти ударов ногами в туловище потерпевшего, тем самым деморализовав последнего, и подавив волю к оказанию какого-либо сопротивления, а затем, перекинул Лиокумовича Д.А. через парапет (перила), данного крыльца, тем самым причинил последнему, согласно заключения комиссионной судебной медицинской экспертизы № 472-16 от 22 марта 2017 г., телесные повреждения: «А) закрытая черепно - мозговая травма: ушиб головного мозга тяжёлой степени (сопровождавшийся диффузным отёком головного мозга), двусторонние субдуральные гидромы (скопление спинномозговой жидкости под твёрдой мозговой оболочкой), кровоподтёк правой глазничной области, субконъюнктивальное (под соединительную оболочку) кровоизлияние правого глаза, гематомы теменно-затылочной области справа, правой околоушной (в проекции сосцевидного отростка), правой височной, затылочной областей, ушибленная рана верхней губы справа, ссадины и кровоподтёки головы (без описания количества, точной локализации, формы, размеров), данная закрытая черепно-мозговая травма квалифицируется как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека; Б) закрытая травма груди: множественные двусторонние переломы рёбер со смещением отломков, сопровождавшиеся дыхательной недостаточностью 3 ст. (справа: 8-9-го рёбер по средней подмышечной линии, 10-го ребра по задней подмышечной линии; слева: 2-3-го рёбер по среднеключичной линии, 7-9-го рёбер по передней подмышечной линии), ссадины груди, гематомы правой боковой поверхности груди, поясничных областей, данная закрытая травма груди квалифицируется как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека; В) ссадины и кровоподтёки туловища и конечностей (без описания количества, точной локализации, формы, цвета), гематома правой боковой поверхности шеи (без описания формы и цвета), относятся к повреждениям не влекущим за собой кратковременного расстройства здоровья или не значительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения не причинившие вред здоровью человека», тем самым причинил потерпевшему Лиокумовичу Д.А. физический вред.

Допрошенный в судебном заседании и в последнем слове подсудимый Кряков Н.И. свою вину в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ не признал и показал, 30 января 2016 года ему поступило приглашение на празднование дня рождения. Примерно в 22 часа 20 минут он пришёл в гости к Виденеевым. Входную дверь в квартиру ему открыл Игорь Видинеев. Ранее его попросили по пути приобрести две бутылки пива. Там же он впервые увидел Лиокумовича Дмитрия. Лиокумович Д.А. сразу забрал у него одну бутылку пива сказав, что это для него. Он (Кряков Н.И.) прошёл в квартиру, поздравил Эдуарда с днём рождения, после чего сел за стол. К моменту его прихода Лиокумович Д.А. находился в состоянии сильного опьянения, это было заметно по его поведению и манере общения. Далее они все вместе сидели за столом и разговаривали на различные темы. За столом находились, сам Эдуард, Виденеева Анна с супругом Видинеевым Максимом, и его братом Виденеевым Игорем, а также его (Крякова Н.И.) сестра Татьяна Крякова, и Лиокумович Дмитрий со своей супругой Екатериной. В процессе разговоров все вместе общались на различные темы, при этом Лиокумович Д.А. неоднократно перебивал говорящих, встревал в разговор поясняя, что он работает в метрополитене, и руководит каким-то отделом. На поведение Лиокумовича Д.А. все старались никак не реагировать, так как понимали, что он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. За весь вечер он (Кряков Н.И.) выпил одну рюмку водки и находился в нормальном адекватном состоянии. Около 00 часов 40 минут уже 31 января 2016 года они все вместе собрались, вышли на лестничную клетку, так как Эдурад вышел всех провожать, и они все продолжили разговор в подъезде. В квартире остался лишь Лиокумович Дмитрий. Примерно минут через 15 он вышел из квартиры, и целенаправленно подошёл к нему, после чего схватил его за ворот, в грубой форме сказал: «надо поговорить!». Это было на глазах всех гостей. Он (Кряков Н.И.) согласился, после чего они стали выходить. Он (Кряков Н.И.), видя, что Лиокумович Д.А. идёт в футболке и шортах, а также в тапках, предложил ему, вернуться домой и одеться, так как на улице было холодно. В это время из подъезда вышла супруга Лиокумовича Д.А., поинтересоваться зачем они вышли на улицу, Лиокумович Д.А. в грубой форме отправил её обратно домой. Он (Кряков Н.И.) спросил у Лиокумовича Д.А. цель их разговора, на что Лиокумович Д.А. предложил отойти от видеокамеры, установленной на подъезде, на крыльцо к пожарной лестнице. Он (Кряков Н.И.) сказал, что камера звук не пишет, но спорить не стал и первый прошёл на указанное крыльцо. Когда они поднимались на крыльцо, Лиокумович Д.А. чуть не упал на ступеньках, в связи с тем, что он был в тапочках на босую ногу. Поднявшись, он (Кряков Н.И.) встал спиной к двери, а Лиокумович Д.А. встал к нему лицом. Как только он развернулся Лиокумович Д.А. схватил его (Крякова Н.И.) за отвороты куртки обеими руками, и ударил его головой и спиной об косяк входной двери, при этом предъявляя какие –то невнятные претензии. Он (Кряков Н.И.) опешил, как так не ожидал такого поведения и стал спрашивать, что случилось, почему Лиокумович Д.А. так себя ведёт. Дмитрий никак не отреагировал, лишь вновь ударил его спиной об входную дверь в подъезд, а затем ударил его по лицу, а затем стал прижимать к входной двери в подъезд. Он (Кряков Д.А.) попытался вырваться, что у него получилось. Лиокумович Д.А. отошёл назад к парапету, после чего он вновь собирался направиться в его сторону, однако в этот момент, Лиокумович Д.А. поскользнулся и упал через парапет на асфальт вниз, спиной вперёд. После того, как Лиокумович Д.А. упал, он (Кряков Н.И.) спустился по лестнице вниз, а затем подошёл к Лиокумовичу Д.А., который лежал лицом вниз, при этом ноги находились на возвышенности. Он (Кряков Н.И.) перевернул Дмитрия на спину, после чего попробовал поднять его, но тот был слишком тяжёлый, и он (Кряков Н.И.) пошёл к подъезду за помощью к гостям, который все это время были в подъезде. На входе в подъезд он встретил сестру Татьяну и Екатерину, жену Лиокумовича Д.А., которые вышли из подъезда за ними. Он сообщил им о произошедшем. Ни каких ударов Лиокумовичу Д.А. он (Кряков Н.И.) не наносил, и через парапет не перекидывал. Лиокумович Д.А. находился в сознании и по приезду скорой помощи врачи не могли его уложить, так как тот постоянно пытался встать, и кто-то из гостей принёс ремни, чтобы привязать его к носилкам. На тот момент он (Кряков Н.И.) был действующим сотрудником полиции и о происшедшем сообщил руководству. В этот же день его (Крякова Н.И.) освидетельствовали, установив факт употребления спиртного и отсутствие алкогольного опьянения и осмотрел врач который выявил: «ссадины лица и правой кисти». Неприязненных отношений между ним (Кряковым Н.И.) и Лиокумовичем Д.А. не было, несмотря на то, что Лиокумович Д.А. весь вечер высказывал оскорбления в его (Крякова Н.И.) адрес. Он (Кряков Н.И.) понимал, что Лиокумович Д.А. находился в состоянии опьянения и старался всячески избежать конфликта. Он (Кряков Н.И.) ущерб не возмещал, так как не считает себя виновным в происшедшем. Пока Лиокумович Д.А. находился в больнице, его супруга постоянно говорила, что находится в бедственном положении и его (Крякова Н.И.) сестра перевела ей около 30000 рублей на карту.

Несмотря на полное отрицание Кряковым Н.И. своей вины, его вина в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, подтверждается показаниями потерпевшего Лиокумовича Д.А., и свидетелей Кряковой Т.И., Виденеева М.А., Виденеева И.А., Виденеевой А.И., Габдрахманова Э.Р., Лиокумович Е.А., Сельяновой В.В., Илюшина Т.Л., допрошенных в судебном заседании.

Допрошенный в судебном заседании потерпевший Лиокумович Д.А. показал, что что 30 января 2016 года примерно в 16 часов 00 минут его пригласил сосед по имени Эдуард из квартиры *** на его день рождения. С Эдуардом он знаком на протяжении трёх лет, состоят в приятельских отношениях. Пока они находились в квартире у Эдуарда все происходило спокойно, без каких-либо конфликтов, они общались друг с другом. Около 22 часов 00 минут в квартиру к Эдуарду пришёл Кряков Н.И., родной брат Кряковой Татьяны, которая находилась на дне рождении. Он (Лиокумович Д.А.) помнит только как они с Кряковым Н.И. вышли на улицу, и его (Лиокумовича Д.А.) жена Екатерина вышла за ними следом. После того, как супруга ушла за одеждой для него, у него (Лиокумовича Д.А.) с Кряковым Н.И. возник конфликт, из-за чего именно он не помнит, так как находился в состоянии опьянения. Они отошли от входа в подъезд, и поднялись выше на парапет, через который осуществляется вход на пожарную лестницу в данном подъезде. Там у них продолжился конфликт, при этом в ходе разговора он (Лиокумович Д.А.) стоял спиной к перилам, а Кряков Н.И. находился напротив спиной к двери. В какой-то момент он (Лиокумович Д.А.) решил уйти домой, при этом он рукой оттолкнул Крякова Н.И. в бок, так как тот не давал пройти в подъезд. Кряков Н.И. схватил его (Лиокумовича Д.А.) за руку и толкнул вновь в сторону данного парапета, после чего Кряков Н.И. стал наносить ему удары кулаком в лицо, а именно четыре удара. От полученных ударов он (Лиокумович Д.А.) отошёл назад, при этом спиной облокотился на перила, держась за них руками. В этот момент Кряков Н.И. нанёс ему (Лиокумовичу Д.А.) не менее четырёх ударов по бокам, в области рёбер. Он (Лиокумович Д.А.) решил подняться, а Кряков Н.И. схватил его за нижнюю часть туловища, поднял его за нижнюю часть туловища, и перекинул через перила. В результате действий Крякова Н.И., он (Лиокумович Д.А.) упал на землю почувствовал резкую боль и скорее всего он потерял сознание от боли.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Крякова Т.И. показала, что подсудимый Кряков Н.И. приходится ей братом. 30 января 2016 года она (Крякова Т.И.) пришла в гости к другу Эдуарду, к пяти часам вечера. В квартире, расположенной по адресу: *** уже находились хозяева квартиры и Лиокумович Дмитрий. Дмитрий был изрядно выпившим. Все отмечали день рождения Габдрахманова Эдуарда. Примерно в 22 часа 30 минут по согласованию с хозяевами квартиры, она (Крякова Т.И.) пригласили своего брата Крякова Николая к ним присоединиться. Николай пришёл примерно в 22 часа 40 минут, его встретил Игорь Виденеев. Кряков Николай и Лиокумович Дмитрий впервые в этот день познакомились. Когда все сидели за столом, Дмитрий Лиокумович, узнав, что Николай сотрудник полиции, стал высказывать своё недовольство, называя его «ментом», показывая предвзятое отношение к Николаю, при этом Дмитрий находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Около часа ночи все стали расходиться домой и вышли на лестничную клетку из квартиры, а именно: вышла она (Крякова Т.И.), Екатерина Лиокумович, Кряков Николай и Виденеев Игорь. Через некоторое время из квартиры вышел Дмитрий Лиокумович, направился к Николаю и позвал его в некорректной, грубой форме на улицу, переговорить. Она (Крякова Т.И.) на это акцентировала внимание потому что Николай и Дмитрий в этот вечер только познакомились и не должно было быть такого отношения друг другу. Дмитрий и Николай вышли на улицу, Екатерина Лиокумович, супруга Дмитрия, вышла в след за ними, потом вернулась и сказала, что Дмитрий её прогнал. Екатерина вышла к ним на улицу под предлогом того, чтобы сказать, чтобы Дмитрий оделся, так как он был зимой на улице в шортах и домашних тапках. Екатерина попросила её (Крякову Т.И.) выйти вместе с ней ещё раз на улицу. Когда она (Крякова Т.И.) и Екатерина Лиокумович вышли на улицу из подъезда, навстречу им бежал Кряков Николай и сказал, что Дмитрий упал и ему нужна помощь. При этом, у Николая на лице была ссадина на правой стороне щеки, травмирована правая рука и его куртка была разорвана. Николай забежал в подъезд, чтобы вызвать скорую помощь. Она (Крякова Т.И.) и Екатерина побежали смотреть где Дмитрий и увидели, что он лежит. Екатерина, увидев лежащего Дмитрия, закричала и побежала обратно домой. Она (Крякова Т.И.) осталась стоять у лежащего Дмитрия. Все гости вышли из подъезда на улицу. Пока все ждали скорую помощь, поскольку Дмитрий лежал на снегу раздетый, ребята решили перенести Дмитрия в подъезд. Когда Дмитрия перенесли в подъезд, он пытался привстать. Далее, приехала скорая помощь, врачи осмотрели Дмитрия, и попросили его пошевелить руками и ногами, он был в сознании, шевелил руками и ногами и отвечал на вопросы врачей. Врачи на носилках погрузили Дмитрия в карету скорой помощи, но скорая помощь не могла уехать, так как Дмитрий оказывал сопротивление. Врачи попросили у присутствующих, чтобы они вынесли какие-то ремни, чтобы зафиксировать Дмитрия. Эдуард вынес из квартиры пояса и ремни. Дмитрия привязали в карете скорой помощи, чтобы он не сопротивлялся. Когда скорая помощь уехала, она (Крякова Т.И.), Кряков Николай и Лиокумович Екатерина поехали в отдел полиции для дачи объяснений о случившемся, это было в ночь с 30 на 31 января 2016 года. 31 января, утром, она (Крякова Т.И.) общалась с Екатериной по телефону, Екатерина сообщила, что поехала к супругу в больницу, она (Крякова Т.И.) спрашивала про состояние Дмитрия. Екатерина писала ей (Кряковой Т.И.) смс-сообщения, о том, что Дмитрия пытаются обследовать врачи, но он буянит, не даёт делать процедуры, её в палату не пускают и она дежурит у палаты. В ходе разговора 01 февраля Екатерина Лиокумович сказала ей (Кряковой Т.И.), что Дмитрий агрессивно себя ведёт, кричит, сломал три кровати в палате. 02 февраля в 11 утра Екатерина написала смс-сообщение ей (Кряковой Т.И.), что с Дмитрием всё хорошо, что его перевели из отделения реанимации в общую палату и попросила сообщить всем, что всё с Димой всё в порядке. Далее, Екатерина решила перевезти Дмитрия в другую больницу № 81, где работает мама Екатерины – Сельянова В.В. Как сказала Екатерина ей (Кряковой Т.И.), что Сельянова занимает в этой больнице хорошую должности и сможет обеспечить хорошее лечение Дмитрию. 02 февраля Дмитрия перевезли в больницу № 81. Когда Дмитрий ещё лежал в больнице им. Пирогова два дня, и она (Крякова Т.И.) общались с Екатериной, Екатерина не говорила ни о каких травмах Дмитрия. 03 февраля, когда она (Крякова Т.И.) и Николай встретились с Екатериной и Сельяновой, они сказали им, что Дмитрию провели обследование и обнаружили шесть сломанных рёбер. Через три дня, 06 февраля, она (Крякова Т.И.) встретилась с Екатериной и интересовалась состоянием Дмитрия, Екатерина сказала, что сломано девять рёбер. Она (Крякова Т.И.) спросила у Екатерины: «как такое может быть?», Екатерина сказала, что сейчас оборудование показало, а в Пироговской больнице было старое оборудование, поэтому врачи не увидели этого. Далее, через 3 дня, Екатерина сказала, что у Дмитрия сломано уже двенадцать рёбер. Потом Екатерина сказала, что у Дмитрия отёк мозга, и что у него тяжёлое состояние. 05-06 февраля, со слов Екатерины Лиокумович, ей (Кряковой Т.И.) стало известно, что у Дмитрия состояние «50 на 50», то есть «выживет - не выживет». Все её (Кряковой Т.И.) разговоры с Екатериной сводились к тому, что Дмитрий лежит в больнице, она осталась с двумя детьми, что денег у неё нет на содержание детей и у неё тяжёлое финансовое положение. Она (Крякова Т.И.) со своим братом Николаем и с другими их общими друзьями прониклись ситуацией, понимали, что тяжёлая обстановка и она (Крякова Т.И.) перевела Екатерине на карту денежные средства в качестве финансовой поддержки. Через два дня Екатрина снова начала плакать и говорить ей (Кряковой Т.И.), что опять нет денег. 06 февраля она (Крякова Т.И.) снова перевела денежные средства Екатерине на карту. На её (Кряковой Т.И.) вопрос Екатерине: «дошли ли тебе мои деньги?», Екатерина сказала, что это сущие копейки по сравнению с её затратами. Вместо слов благодарности она (Крякова Т.И.) услышала от Екатерины нецензурную брань. В общем она (Крякова Т.И.) перевела Екатерине Лиокумович денежные средства в размере 30 000 рублей. Помимо её (Кряковой Т.И.) материальную поддержку Екатерине оказывали Эдуард Габдрахманов и Анна Виденеева. Екатерина Лиокумович неправильно расценивала её (Кряковаой Т.И.) помощь, поэтому материальный вопрос был закрыт. Она (Крякова Т.И.) все равно продолжала интересоваться состоянием Дмитрия. О состоянии его здоровья она (Крякова Т.И.) узнавала только от Екатерины. 21 февраля 2016 года она (Крякова Т.И.) поехала в ГКБ № 81, чтобы переговорить с лечащим врачом Дмитрия. В отделении реанимации она (Крякова Т.И.) встретилась с Сельяновой В.В., которая представилась ей лечащим врачом Дмитрия. В коридоре больницы Сельянова рассказала ей (Кряковой Т.И.) о состоянии здоровья Дмитрия, о его динамике. На момент 21 февраля 2016 года состояние Дмитрия было тяжёлым, он был привязан к кровати бинтами, потому что его состояние было неадекватным, и он не мог контролировать свои движения и его поэтому фиксировали на кровати. Она (Крякова Т.И.) беседовала с Сельяновой более часа. Далее, вышла из отделения Екатерина и тоже поучаствовала в их беседе. Она (Крякова Т.И.) общалась с Екатериной, и в момент разговора, у Екатерины зазвонил телефон, и она сказала: «Дима звонит». Екатерина ответила на звонок, и Дмитрий спросил у неё: «где вы?». Екатерину сразу же прогнала её мать - Сельянова и сказала: «иди посмотри, что с ним». Вернувшись, Екатерина сказала, что она оговорилась и это звонил не Дима. Сельянова сказала, что в палате у Дмитрия находятся родственники. Сельянова в разговоре упоминала, что они затрачивают большие суммы на лечение Дмитрия. Примерно, 1-2 марта 2016 года, она (Крякова Т.И.) узнала, что Дмитрия выписали и он находится дома. Она (Крякова Т.И.) видела Дмитрия из окна своей квартиры, расположенной на 19 этаже жилого дома, на улице, он шёл курил, несмотря на то, что говорили, что у него повреждение лёгких.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Виденеев М.А. показал, что с подсудимым Кряковым Н.И. и потерпевшим Лиокумович Д.А. знаком на протяжении длительного времени. Подсудимого Крякова Н.И. может охарактеризовать как доброго, компанейского человека, который всегда придёт на помощь. Потерпевшего Лиокумович Д.А. может охарактеризовать как хорошего человека, но при этом они мало общались, несмотря на то, что проживают по соседству. 30 января 2016 года у Эдуарда Габдрахманова был день рождения. К пяти часам вечера были приглашены все гости в квартиру, расположенную по адресу: ***. С трёх часов дня он (Виденеев М.А.), Дмитрий Лиокумович и Эдуард Габрахманов начали выпивать, выпили сначала по 50 грамм водки. В пять часов вечера собрались все гости, стали праздновать день рождения. Крякова Татьяна спросила можно ли придёт её брат Кряков Николай, все были согласны. Далее, пришёл Николай, примерно к 22-23, выпил 50 грамм водки и сказал, что больше не пьёт, поскольку ему завтра на работу. Часам к 9-10 вечера все уже были выпившими. При этом, за столом Дмитрий ни разу не назвал по имени Николая, обращаясь к нему: «мент», «давай выпьем», однако Николай на это никак не реагировал, поскольку Дмитрия изрядно выпил. К первому часу ночи гости стали расходиться. Ребята вышли в коридор покурить, когда он (Виденеев М.А.) вышел в коридор, то, навстречу ему шёл Николай Кряков, у него была рука в крови и на щеке ссадина, Николай сказал, что нужна помощь. Он (Виденеев М.А.) побежал на улицу и увидел Дмитрия Лиокумовича, лежащего на спине, возле парапета, у Дмитрия была разбита верхняя губа. Возле Дмитрия на улице он (Виденеев М.А.) никого не видел. Когда все вышли на улицу, он (Виденеев М.А.) сказал никому не трогать Дмитрия. Он (Виденеев М.А.) повернул голову Дмитрия на бок, при этом Дмитрий хрипел, что-то говорил. Он (Виденеев М.А.) попросил пошевелить Дмитрия руками или ногами, и Дмитрий сделал это. В след за ним (Виденеевым М.А) на улицу выбежал Николай, сказал, что Дмитрий поскользнулся на своих тапках и упал. В это время его (Виденеева М.А.) супруга вызвал скорую помощь. Пока ехала скорая помощь все приняли решение занести Дмитрия в подъезд. Когда приехала скорая помощь, врачи переложили Дмитрия на носилки, при этом Дмитрий постоянно пытался встать, вырваться, в связи с чем врачи попросили дать ремни, чтобы привязать Дмитрия, что они и сделали. В последствии моя супруга передала Екатерине Лиокумович денежные средства в размере 1 000 рублей в качестве финансовой поддержки. Екатерина говорила, что сначала с Дмитрием все хорошо, но потом она сказала, что у Дмитрия сломаны два ребра и с каждым днём количество сломанных рёбер увеличивалось. После выписки Дмитрия из больницы, я увидел его, примерно 1-2 марта 2016 года, он вместе со своей супругой Екатериной и дочерями приходил к нам в гости, при этом Дмитрия выглядел обычно, не жаловался на какие-либо боли и даже поднял на руки свою дочь, для него (Виденеева М.А) это показалось странным, поскольку у Дмитрия, со слов Екатерины, были сломаны ребра.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Виденеев И.А. показал, что с потерпевшим Лиокумович Д.А. он знаком длительное время, а подсудимого Крякова Н.И. знает с момент произошедших событий. 30 января 2016 года у Эдуарда Габдрахманова был день рождения и он (Виденеев И.А.) был приглашён в качестве гостя. С утра 30 января 2016 года все было нормально, шла подготовка к празднованию дня рождения. В квартиру Эдуарда, расположенную по адресу: Алтуфьевское шоссе, д. 78, кв. 90, пришла Екатерина и Дмитрий Лиокумовичи, они пришли по-соседски самые первые, это было днём. Дмитрий сразу начал говорить, что надо выпивать, чего ждать. Он (Виденеев И.А.) не пил. Дмитрий выпил немного с Эдуардом. На самом праздновании дня рождения, вечером, пришёл Николай Кряков, он (Виденеев И.А.) ему открывал дверь, и они с ним познакомились, Николай сказал, что он брат Кряковой Татьяны. Николаю за столом предложили выпить, но он сказал: «я не пью», но примерно 100 грамм Николай все-таки выпил, при этом Кряков Николай выглядел трезвым. За столом Дмитрий называл Николая «мент», «мусор». Он (Виденеев И.А.) спросил у Дмитрия: «зачем ты так?», на что Дмитрий сказал, что он «ментов не любит». Далее, Николай, Екатерина, он (Виденеев И.А.) стояли в коридоре и разговаривали, вышел Дмитрий, а за ним и вышел Эдуард. Дмитрий Николая слегка ударил в живот и сказал: «пойдём поговорим», но это было сказано спокойно, и поэтому никто ничего не могу подумать. Дмитрия и Николая не было продолжительное время, когда все зашли уже в квартиру, прибежал Николай и сказал: «малолетка, он будет на нас кидаться», при этом у Николая была ссадина на лице и была порвана куртка. Все выбежали на улицу, увидели, что Дмитрий лежит, в связи с чем все приняли решение занести Дмитрия в подъезд. Дмитрий лежал в сугробе, половина тела на сугробе и половина тела на асфальте. Он (Виденеев И.А.) был удивлён, когда узнал какие травмы диагностировали у Дмитрия, поскольку Дмитрий пытался все время встать, кричал и был сильно пьяным, поскольку выпил где-то литр водки. У Дмитрия на лице были кровоподтёки, как показалось ему (Виденееву И.А.), у Дмитрия была разбита либо бровь, либо лоб, и из раны шла кровь. Со слов Николая Крякова, ему (Виденееву И.А.) известно, что на улице Дмитрий стал цепляться к Николаю, что якобы Николай пристаёт к его супруге Екатерине. Дмитрий схватил Николая и «обтёр им все стены», Николай потом оттолкнул его и ушёл оттуда. Далее, когда приехала за Дмитрием скорая помощь, он буянил и врачи попросили принести ремни, чтобы привязать Дмитрия. Со слов Екатерины Лиокумович, ему (Виденееву И.А.) известно, что у Дмитрия были забиты жидкостью лёгкие и ребра были поломаны, состояние его было тяжёлым. Впервые после выписки из больницы он (Виденеев И.А.) увидел Дмитрия, это было примерно через месяц после произошедших событий, Дмитрий выглядел бодро и на состояние своего здоровья не жаловался.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Виденеева А.И. чьи показания также были оглашены в судебном заседании в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ (т. 1, л.д. 221-229), показала, что подсудимого знает с детства, а потерпевшего около трёх лет. 31 января 2016 года они праздновали день рождения Эдуарда Габдрахманова. Дмитрий Лиокумович начал пить примерно с 21 часа и находился в состоянии опьянения. Примерно в 00 часов 30 минут 31.01.2016 года гости стали собираться расходиться по домам, а она осталась дома наводить порядок, ей помогал муж Максим. Дмитрий сначала находился в квартире, компанию в коридоре не составлял, и в какой момент он вышел из квартиры она не заметила. В какой-то момент в квартиру забежали Татьяна и Екатерина, и Татьяна спешно стала одеваться. Она спросила у них, что случилось, на что Татьяна сказала, что Дмитрий зачем – то вывел Николая на улицу, и что они пойдут посмотреть, что случилось. Примерно через пару минут в квартиру забежал Николай, при этом его куртка с левой стороны была порвана и испачкана побелкой, на руке у Николая была кровь и ссадина на скуле. Николай крикнул, что Дмитрию плохо, и следом за ним прибежала Екатерина и сказала, чтобы она вызывала скорую помощь. Она сначала не поняла, что случилось, и решила выйти на улицу посмотреть, выйдя из подъезда, она увидела, что Дмитрий лежит на земле около крыльца пожарной лестницы около подъезда. Он был без сознания. На лице Дмитрия виднелась большая гематома по всей правой стороне на лице, и области рта текла кровь, при этом губа нижняя у Дмитрия была рассечена. После происшедшего от Екатерины Лиокумович ей стало известно о том, что после госпитализации к Лиокумовичу Д.А. Екатерину не пускали, что Дмитрий был буйным и его привязывали к кровати. Позже Екатерина рассказывала, что Дмитрию становится хуже. Ей очень тяжело приходится, нечем кормить детей.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Габрахманов Э.Р. чьи показания также были оглашены в судебном заседании в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ (т. 1 л.д. 230-237), показал, что подсудимого знает около 20 лет, а потерпевшего около трёх. 30 января 2016 года они праздновали его день рождения. 31 января 2016 года примерно в 00 часов 30 минут гости стали собираться расходиться по домам, а он остался в квартире, в комнате где стоял стол, вместе с Дмитрием. Также дома находилась Анна и Максим, а остальные вышли в подъезд курить. Он стал помогать Анне убирать со стола, что делал и Максим, а Анна пошла на кухню, а Дмитрий сидел на диване один, он подумал, что может он поспит, однако зайдя в очередной раз в комнату увидел, что Дмитрия нет, на что он подумал, что Дмитрий ушёл курить. Он продолжил помогать заниматься уборкой, и примерно через несколько минут услышал крики из подъезда, кричала Екатерина, что кого-то убили. Он сразу же вышел из квартиры и обнаружил, что нет Николая и Дмитрия, и он понял, что возможно это они что-то не поделили, так как было уже поздно и посторонних на улице могло и не быть. Он вышел из подъезда, и увидел, что около крыльца на земле лежит Лиокумович Дмитрий, при этом он был без сознания. У Дмитрия была рассечена губа.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Лиокумович Е.А. показала, что потерпевший Лиокумович Д.А. приходится ей мужем. Подсудимого Крякова Н.И. она увидела на дне рождении Эдуарда Габдрахманова первый раз. 30 января 2016 года она (Лиокумович Е.А.) и её супруг Лиокумович Д.А. были приглашены на празднование дня рождения Эдуарда Габдрахманова. Они пришли в квартиру Эдуарда, расположенную по адресу: Алтуфьевское шоссе, д. 78, кв. 90 около 3-4 часов дня. Около 22 часов пришёл Николай Кряков. Никаких конфликтных ситуаций у Дмитрия и Николая не возникало. В час ночи все гости курили в общем коридоре, а именно она (Лиокумович Е.А.), Анна Виденеева, Татьяна Крякова, Николай Кряков, Игорь Виденеев, потом к ним вышел Дмитрий и сказал Николаю: «тут накурено пойдём покурим на улицу». Дмитрий и Николай вышли на улицу курить, Дмитрий вышел на улицу без куртки, она (Лиокумович Е.А.) пошла за ним, чтобы сказать Дмитрию, чтобы он оделся, но Дмитрий сказал ей, что ему и так нормально. Потом она (Лиокумович Е.В.) вышли на улицу с Кряковой Татьяной и увидели, что Кряков Николай кричал. Она (Лиокумович Е.А.) увидела, что её супруг Дмитрий лежал около парапета и что-то хрипел. Далее, она (Лиокумович Е.А.) побежала домой и сказала, чтобы кто-нибудь вызвал скорую помощь. В тот момент, когда она (Лиокумович Е.А.) вышла и увидела на улице лежащего Дмитрия, он лежал головой к парапету, вместо лица у него был пузырь с правой стороны, он лежал на спине и хрипел, как будто захлёбывался кровью, во рту у него была кровь. Лицо Дмитрия было синим, лица как такового не было видно. На улице Николай Кряков кричал: «мало ему», левая рука у Николая была разбита. Когда приехали скорая помощь и полиция, она (Лиокумович Е.А.) увидела молодого человека, который стоял рядом и говорил сотрудникам полиции, что он всё видел. Когда Дмитрия забрали на скорой помощи, она (Лиокумович Е.А.), Татьяна и Николая Кряковы поехали в отделение полиции. К моменту приезда скорой помощи Дмитрий был без сознания, никакой агрессии, когда его врачи помещали в карету скорой помощи Дмитрий, не оказывал, врачи его не связывали. В 6 утра она (Лиокумович Е.А.) поехала в больницу к мужу. К ней туда приехала её мама – Сельянова В.В. Её (Лиокумович Е.А.) не пускали к мужу, поскольку он находился в отделении реанимации. 02 февраля 2016 года Дмитрий был переведён в 81-ую ГКБ, после чего до конца февраля – начала марта он находился в больнице, далее был выписан из неё 03 марта 2016 года. В ГКБ № 81 приезжала Крякова Татьяна, она (Лиокумович Е.А.) общалась с Татьяной, но при этом, Дмитрий не звонил ей (Лиокумович Е.А.) на телефон, поскольку он находился в отделении реанимации. 03 февраля 2016 года она (Лиокумович Е.А.) и её родители, а также Николай и Татьяна Крякова встретились для разговора. Николай Кряков в ходе общения говорил: «ну что случилось, то и случилось». Она (Лиокумович Е.А.) плакала и ничего не понимала, кем теперь будет её супруг Дмитрий и как будет жить дальше. Дмитрий находился на государственном лечении, но ей (Лиокумович Е.А.) нужны были деньги на лекарства, и лечение. Татьяна Крякова перевела ей (Лиокумович Е.А.) 30 000 рублей на карту. Николай Кряков тоже пытался помочь, забирал питание для Дмитрия. Также ей (Лиокумович Е.А.) материальную помощь оказывали Анна Виденеева в размере 1 000 рублей и Эдуард Габдрахманов в размере 5 000 рублей. Когда Дмитрия выписали из больницы, 15 марта они вышли на улицу, Дмитрий пошёл посмотреть на балкон, откуда его скинули. В этот момент вышел Николай из подъезда и сказал Дмитрию, что тот плохо выглядит.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Сельянова В.В. показала, что потерпевший приходится ей зятем, а подсудимого узнала только после событий 31 января 2016 года. Утром 31 января 2016 года в 8 утра Екатерина позвонила ей из больницы, рассказала, что они с Дмитрием Лиокумовичем были в гостях, праздновали день рождения знакомого, в районе часа ночи Дима вышел покурить с братом Татьяны, у них произошёл инцидент, но она не видела этого. Когда она выходила к ним первый раз она сказала Дмитрию чтобы он оделся. Екатерина видела, что они стоят на балконе у парапета. А когда вышла второй раз Дмитрий лежал на земле. Она (Сельянова В.В.) с мужем поехала в «ГКБ № 1» ДЗ г. Москвы к Дмитрию. 02 февраля 2016 года врачи ГБУЗ «ГКБ № 1» пояснили, что собираются переводить Дмитрия из данного отделения реанимации, в другое реанимационное отделение, в какое именно она не помнит. Тогда они, по официальному согласованию с руководством ГБУЗ ГКБ № 81, на официальной специализированный автомашине скорой медицинской помощи, транспортировали Дмитрия в реанимационное отделение ГБУЗ ГКБ № 81, для прохождения дальнейшего лечения. После того, как Дмитрию стало немного легче, он был переведён из реанимации в другое отделение, и в дальнейшем был переведён на амбулаторное лечение, а затем, по прошествии некоторого времени, Дмитрий был выписан. Очевидцем конфликта она не является ей стало известно всё со слов её дочери. Она лично видела у Лиокумовича Д.А. телесные повреждения в виде: «гематомы правого глаза и разбита губа, множественные синяки, гематома поясничной области, гематомы на руках и грудной клетки». В период её работы в ГБУЗ ГКБ № 81 в её (Сельяновой В.В.) обязанности входило контроль за соблюдением оказания качества медицинской помощи, врачебной деятельностью она не занималась.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Илюшин Т.Л. показал, что 31 января 2016 года примерно в 01 часа 40 минут он проезжал на автомобиле у дома № 78 по Алтуфьевскому шоссе в г. Москве, он обратил внимание на двоих ранее неизвестных мужчин, как ему стало известно позже потерпевший - Лиокумович Д.А. и подсудимый -Кряков Н.И. которые находились на парапете возле пожарной лестницы у подъезда № 2 вышеуказанного дома. Он увидел следующее, что подсудимый, нанёс не менее трёх ударов в область лица потерпевшего, который, в момент нанесения ударов потерпевший находился спиной к перилам парапета и стоял, облокотившись на перила. После чего он (Илюшин Т.Л.) увидел, как подсудимый, взял потерпевшего за корпус, а именно в области бёдер и ноги, и перекинул через перила отчего тот упал на землю. Он (Илюшин Т.Л.) припарковал автомобиль, вышел и направился в сторону потерпевшего. Подойдя, он увидел, что потерпевший лежал спине лицом вверх, при этом лицо было опухшее, на лице была кровь, разбиты губы и кровь около глаза. Лиокумович Д.А. был без сознания. В этот момент из подъезда вышли двое мужчин и две женщины. Девушки пытались успокоить подсудимого, так как тот ходил и говорил: «мало тебе», «не надо было так разговаривать». Он (Илюшин Т.Л.) вызвал скорую помощь и полицию по номеру 112. Через некоторое время приехали сотрудники полиции и бригада скорой помощи. Факт нанесения ударов он видел отчётливо с расстояния около 30 метров. Когда Лиокумовича Д.А. забирала скорая помощь, он был без сознания. Далее он (Илюшин Т.Л.) проследовал в ОМВД где рассказал о случившимся.

Кроме этого вина Крякова Н.И. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, подтверждается исследованными в судебном заседании письменными материалами дела, а именно:

- протоколом очной ставки между подозреваемым Кряковым Н.И. и потерпевшим Лиокумовичем Д.А., в ходе которой потерпевший Лиокумович Д.А. подтвердил показания данные им ранее изобличив Крякова Н.И. в совершении преступления;

(т. 1 л.д. 185-189)

- протоколом осмотра места происшествия от 31.01.2016 года с приложением фототаблицей, из которого следует, что место происшествия было осмотрено, и зафиксированы следы бурого вещества;

(т.1 л.д. 24-29)

- заключением комиссии экспертов № 472-16 от 22 марта 2017 года, из которого следует что: у Лиокумовича Д.А. были выявлены следующие повреждения: закрытая черепно – мозговая травма; ушиб головного мозга тяжёлой степени(сопровождавшийся диффузным отёком головного мозга), двусторонние субдуральные гидромы (скопление спинномозговой жидкости под твёрдой мозговой оболочкой), кровоподтёк правой глазничной области, субконъюнктивальное (под соединительную оболочку) кровоизлияние правого глаза, гематомы теменно-затылочной области справа, правой околоушной (в проекции сосцевидного отростка), правой височной, затылочной областей, ушибленная рана верхней губы справа, ссадины и кровоподтёки головы (без описания количества, точной локализации, формы, размеров). Закрытая черепно -мозговая травма возникла в результате многократных ударов и скользящих воздействий твёрдых тупых предметов с приложением травмирующей силы в область головы. Предметы с ограниченной контактирующей поверхностью воздействовали в правую глазничную область, в область верхней губы справа, в правую околоушную область, о чём свидетельствуют отсутствие повреждений на смежных областях. Закрытая черепно - мозговая травма у Лиокумовича Д.А. квалифицируется как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека. Закрытая травма груди: множественные двусторонние переломы рёбер со смещением отломков, сопровождавшиеся дыхательной недостаточностью 3 ст. (справа: 8-9-го рёбер по средней подмышечной линии, 10-го ребра по задней подмышечной линии; слева: 2-3-го рёбер по среднеключичной линии, 7-9-го рёбер по передней подмышечной линии), ссадины груди, гематомы правой боковой поверхности груди, поясничных областей. В образовании закрытой травмы груди имело место ударное воздействие твёрдого тупого предмета в сочетании с общей деформацией груди в переднезаднем направлении. Реализация указанного механизма образования закрытой травмы груди возможна при однократном «падении на землю», при этом закрытая травма груди у Лиокумовича Д.А. квалифицируется как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, ссадины и кровоподтёки туловища и конечностей (без описания количества, точной локализации, формы, цвета), гематома правой боковой поверхности шеи (без описания формы и цвета), которые расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человеку.

(т. 1 л.д. 145-158)

Иными документами:

-карточкой происшествия от 31.01.2016 года из которой следует, что Илюшин сообщил о факте нанесения телесных повреждений;

(т.1 л.д. 22 оборотная сторона)

- заявлением Лиокумович Е.А. от 31.01.2016 года о факте нанесения телесных повреждений её мужу Лиокумовичу Д.А.

(т.1 л.д. 23)

Вышеперечисленные письменные материалы дела собраны надлежащим должностным лицом в соответствии с действующими нормами уголовно-процессуального законодательства, каких-либо существенных нарушений закона при их составлении, которые могли бы повлечь признание их недопустимыми доказательствами по делу, суд не усматривает, в связи с чем, суд признаёт их относимыми и допустимыми доказательствами по делу.

Оценивая приведённое выше заключение комиссии экспертов № 472-16 от 22 марта 2017 года, суд ему доверяет в полном объёме, поскольку оно понятно и научно обосновано, экспертиза назначена правомочным на то лицом с соблюдением требований УПК РФ, и проведена в государственном учреждении специалистами должной квалификации, имеющими надлежащий опыт и стаж работы по специальности, при этом эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем суд признаёт его относимыми и допустимыми доказательством по делу.

Оценивая показания потерпевшего Лиокумовича Д.А. и свидетеля Илюшина Т.Л. допрошенных в судебном заседании, суд доверяет им в полном объёме, поскольку они последовательны, не противоречивы, дополняют друг друга, представляя общую картину происшедшего, согласуются между собой, а также с исследованными в судебном заседании письменными материалами дела, в связи с чем, суд признаёт их относимыми и допустимыми доказательствами по уголовному делу.

При этом суд учитывает, что свидетель Илюшин Т.Л. является очевидцем совершения преступления, не знаком ни с подсудимым ни с потерпевшим и ни каким образом не заинтересован в исходе данного дела.

Оценивая показания свидетелей Кряковой Т.И., Виденеева М.А., Виденеева И.А., Виденеевой А.И., Габдрахманова Э.Р., Лиокумович Е.А., Сельяновой В.В., суд доверяет им в части, в которой они не противоречат установленным обстоятельствам по делу, при этом суд учитывает, что очевидцами происшедшего они не являлись, а свидетели Крякова Т.И., Виденеев М.А., Виденеев И.А., Виденеева А.И. и Габдрахманов Э.Р., поддерживают дружеские отношения с подсудимым Кряковым Н.И.

Допрошенный в судебном заседании свидетель защиты Калабутин А.А. показал, что знает подсудимого Крякова Н.И. с февраля 2016 года, он (Калабутин А.А.) прочитал в местной газете «Звёздный бульвар» о том, что произошёл инцидент, позвонил Крякову Николаю и сказал, что видел происходящие события с 30 на 31 января 2016 года. Примерно около часа ночи 31 января 2016 года он (Калабутин А.А.) шёл по Шенкурскому проезду со своей девушкой, далее свернул и шёл мимо дома 78 по Алтуфьевскому шоссе, он (Калабутин А.А.) увидел подъезд дома, хотя и было темно, он (Калабутин А.А.) увидел двоих мужчин, они поднялись на пожарную лестницу, при этом мужчины ругались нецензурной бранью, между ними произошла борьба. Он (Калабутин А.А.) видел все происходящее с метро 40-50. В процессе борьбы потерпевший Лиокумович Д.А., закрыл ему (Калабутину А.А.) обзор, подсудимый Кряков отбежал от потерпевшего Лиокумовича Д.А., и далее потерпевший упал через перила балкона в сугроб. Он (Калабутин А.А.) никаких ударов не видел, до момента падения, потерпевший и подсудимый стояли на ногах. После того как потерпевший упал, подсудимый подошёл к нему и нагнулся, простояв около потерпевшего секунд 10-15, при этом он (Калабутин А.А.) не слышал, чтобы подсудимый что-либо кричал. Далее, он (Калабутин А.А.) увидел, что из подъезда вышли двое девушек и подошли к лежащему потерпевшему. Он (Калабутин А.А.) так хорошо запомнил события, поскольку потерпевший был одет в шорты, несмотря на то, что на улице была зима.

Допрошенный в судебном заседании свидетель защиты Остапенко А.В. показал, что знаком и с подсудимым Кряковым Н.И., через общую знакомую по имени Олеся, которая живёт в 78 доме по Алтуфьевскому шоссе, она ему (Остапенко А.В.) и рассказала, что подсудимый ищет свидетелей произошедшего и он (Остапенко А.В.) оставил ей номер телефона и Николай с ним связался. В день произошедших событий он (Остапенко А.В.) гулял со своей собакой породы лабрадор. Это был конец января 2016 года, точную дату он (Остапенко А.В.) не помнит. Ночью он (Остапенко А.В.) прогуливался с собакой, путь его шёл со стороны Шенкурского проезда к дому 78 по Алтуфьевскому шоссе. По пути следования он (Остапенко А.В.) услышал шум, когда стал приближаться, увидел двоих мужчин на лестнице у подъезда, один мужчина был высокого роста – потерпевший Лиокумович Д.А., второй пониже ростом – подсудимый Кряков Н.И.. Лестница находилась от него (Остапенко А.В.) на расстоянии 50-70 метров. Он (Остапенко А.В.) понял, что назревал конфликт между потерпевшим и подсудимым, это было видно по их жестам. Потерпевший был инициатором конфликта, он агрессивно вёл себя, жестикулировал, разговаривал на повышенных тонах, в его речи присутствовала нецензурная брань. Потерпевший был одет в шорты и футболку, несмотря на зимнюю погоду. Также он (Остапенко А.В.) слышал, как потерпевший кричал на подсудимого, а подсудимый наоборот пытался успокоить потерпевшего, пытался уйти от конфликта. Со стороны подсудимого он (Остапенко А.В.) никакой агрессии не видел. Далее, потерпевший перевалился через парапет и упал вниз, никаких ударов он (Остапенко А.В.) не видел, так как потерпевший загораживал ему обзор, поскольку потерпевший стоял по отношению к нему (Остапенко А.В.) спиной и загораживал весь обзор. Перед тем как потерпевший упал за парапет, он все время находился на ногах, и подсудимый ему не наносил ударов. Он (Остапенко А.В.) считает, что потерпевший сам поскользнулся, поскольку на улице было скользко в ту ночь. Никаких людей он (Остапенко А.В.) в близлежащей округе в тот момент больше не видел.

Оценивая показания свидетелей защиты Калабутина А.А. и Остапенко А.В., суд относится к ним критически, поскольку данные показания опровергаются показаниями потерпевшего Лиокумовича Д.А. и свидетеля Илюшина Т.Л., кроме этого и подтверждения того что они являются очевидцами происшедшего суду не представлено.

Стороной защиты было представлено заключение специалистов Пиголкина Ю.И. и Бычкова А.А. от 18.10.2017 года которое по мнению защиты ставит под сомнение проведённую по уголовному делу судебно-медицинскую экспертизу.

Допрошенный, по ходатайству стороны защиты, в судебном заседании в качестве специалиста Пиголкин Ю.И. полностью подтвердил выводы своего заключения, указав, что на исследование защитником обвиняемого были представлены светокопия постановления о привлечении в качестве обвиняемого на имя Крякова И.Н.; светокопия медицинской карты №3758/016 стационарного больного на имя Лиокумовича Д.А.; медицинские документы ГКБ №81 им. В.В. Вересаева; светокопия заключения эксперта №472-16.

Оценивая приведённое заключение специалистов от 18.10.2017 года и показания специалиста Пиголкина Ю.И. суд, не принимает их в качестве доказательств по делу, поскольку они опровергаются выводами заключения комиссии экспертов № 472-16 от 22 марта 2017 года, которому суд уже дал оценку. При этом суд учитывает, что исследование специалистами проводилось по запросу защитника, при этом в распоряжение специалистов были представлены только светокопии документов, и специалисты не предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Оценивая показания подсудимого Крякова Н.И. и версию защиты о том, что он не наносил ударов Лиокумовичу Д.А., а последний сам спровоцировав конфликт поскользнулся и упал, суд относится критически к данным показаниям, поскольку в данной части показания Крякова Н.И. опровергаются, показаниями потерпевшего Лиокумовича Д.А. свидетеля Илюшина Т.Л., письменными материалами дела, а также совокупностью приведённых доказательств. В связи с этим данную версию защиты, суд признаёт несостоятельной.

Доводы защиты о том, что подсудимый не мог нанести удары Лиокумовичу Д.А. левой рукой поскольку он правша, а также, полностью опровергается показаниями потерпевшего Лиокумовича Д.А. и свидетеля Илюшина Т.Л., которым суд дал оценку выше.

Доводы защиты о том, что при приостановлении и возобновлении предварительного следствия были допущены существенные нарушения норм УПК РФ, а именно не устанавливался срок предварительного следствия, а также о том, в период, когда следствие было приостановлено, по данному уголовному делу проводились следственные действия, суд признаёт несостоятельными поскольку данные доводы опровергаются письменными материалами дела, при этом суд не усматривает существенных нарушений требований УПК РФ при производстве предварительного расследования и сборе доказательств, которые могли бы повлечь за собой признание доказательств недопустимыми.

Довод защиты о том, что экспертиза была проведена с нарушением норм УПК РФ, а именно в то время как предварительное расследование по уголовному делу было приостановлено суд считает несостоятельным.

Оценивая доводы защиты о том, что следователь с нарушением норм УПК РФ получил медицинские документы Лиокумовича Д.А. и направил их эксперту, суд также признаёт не состоятельным, поскольку следователем были вынесены соответствующие постановления о производстве выемки, указанные документы были исследованы экспертами, при проведении экспертизы, сомнений в их достоверности у суда нет, а отсутствие в материалах уголовного дела протоколов выемки суд считает не существенным недостатком.

Каких-либо действий нарушающих права подсудимого и потерпевшего, а также затрудняющих доступ к правосудию при производстве предварительного расследования допущено не было.

Доводы защиты о наличии противоречий в диагнозах, содержащихся в медицинских документах Лиокумовича Д.А. суд отклоняет, поскольку медицинские документы были исследованы квалифицированными экспертами, которые дали заключение оснований не доверять которому у суда не имеется.

Справка о наличии у Крякова Н.И. телесных повреждений в виде: «ссадин лица и правой кисти», приобщённая в судебном заседании так же подтверждает факт конфликта, в результате которого Кряков Н.И. нанёс Лиокумовичу Д.А. телесные повреждения

Совокупность исследованных судом доказательств, а также обстоятельств содеянного Кряковым Н.И. способ совершения преступления, характер совершаемых им действий, подробно описанный выше, дают суду основания сделать вывод о наличии у Крякова Н.И. прямого умысла на причинение Лиокумовичу Д.А. тяжкого вреда здоровью.

Таким образом, суд приходит к выводу, что вина подсудимого Крякова Н.И. установлена, доказана, и квалифицирует его действия по ч.1 ст.111 УК РФ, поскольку Кряков Н.И. совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

При назначении подсудимому Крякову Н.И. наказания, суд руководствуется требованиями ст.60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершённого им преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности подсудимого, влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание Крякова Н.И., в соответствии с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, суд признаёт добровольное возмещение ущерба и морального вреда, причинённых в результате преступления, а в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ, суд учитывает наличие малолетнего ребёнка. Также в качестве обстоятельств, смягчающих наказание Крякова Н.И., суд учитывает данные о его личности, который ранее не судим впервые привлекается к уголовной ответственности, по мету жительства и работы характеризуется положительно, оказывает помощь пожилой матери страдающей заболеванием гипертония. Суд также учитывает аморальное поведение потерпевшего предшествующие совершению преступления.

Обстоятельств, отягчающих наказание Крякова Н.И. не имеется и судом не установлено.

Учитывая, характер и степень общественной опасности совершённого преступления, фактические обстоятельства содеянного, исходя из целей назначения наказания по перевоспитанию подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений, суд считает, что исправление подсудимого возможно только в условиях изоляции от общества, а потому считает необходимым назначить подсудимому наказание в виде лишения свободы с учётом положений ч.1 ст.62 УК РФ, не находя оснований для применения положений ст.ст. 64 и 73 УК РФ.

Учитывая обстоятельства совершения преступлений, степень общественной опасности уголовно-правовую характеристику личности подсудимого Крякова Н.И., на основании п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, суд считает необходимым назначить ему отбывание наказания в исправительной колонии общего режима, при этом учитывая совокупность приведённых данных, оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкую, в соответствии с положениями ч.6 ст.15 УК РФ, суд не усматривает.

В целях обеспечения исполнения приговора избранную меру пресечения следует изменить на заключение под стражу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 297-299, 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

Признать Крякова Николая Ивановича виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 4 (четыре) месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения осуждённому Крякову Н.И. в виде подписке о невыезде и надлежащим поведении изменить на заключение под стражу.

Взять Крякова Николая Ивановича под стражу в зале суда.

Срок отбывания Кряковым Н.И. наказания исчислять с 06 декабря 2017года.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение десяти суток со дня провозглашения, а осуждённым в тот же срок, со дня вручения ему копии приговора.

Одновременно осуждённому разъясняется право участвовать в рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, указав об этом в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесённые другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий: А.В. Воронин