Приговор

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Москва **** 2016 года

БУТЫРСКИЙ районный суд г.Москвы в лице председательствующего федерального судьи ШЕЛЕПОВОЙ Ю.В., с участием государственного обвинителя помощника Прокурора ЦАО г.Москвы С.Н.Г., подсудимого К.М.А. и его защитника адвоката Г.А.Б., представившего удостоверение №*** ГУ МЮ РФ по г.Москве, выданное 29.09.2005, и ордер КА МО «****» №*** от **** 2016 года, подсудимого Г.А.З. и его защитников адвоката Е.А.В., представившего удостоверение №*** ГУ МЮ РФ по *** **** выданное **.*.*, и ордер МКА «****» №26-ЕР\1 от **** 2016 года, и адвоката М.С.А., представившего удостоверение №**** ГУ МЮ РФ по *** ****, выданное 03.02.2003, и ордер *** районного филиала г.*** БРКА №**** от **** 2016 года, подсудимого М.В.В. и его защитника адвоката П.В.В., представившего удостоверение №**** ГУ МЮ РФ по **** области, выданное ***.****, и ордер КА «*****» №**** от ***** 2016 года, при секретаре судебного заседания В.И.В., а так же с участием потерпевшей С.В.В. и ее представителя адвоката П.Д.А., представившего удостоверение №**** ГУ МЮ РФ по Московской области, выданное ***.***4.***, и ордер КА г.Москвы «*****» №*** от **** 2016 года, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела №1-****\2016 в отношении

К.М.А., «данные изъяты»,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ,

Г.А.З., «данные изъяты»,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ, и

М.В.В., «данные изъяты»,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, ч.3 ст.159, ч.4 ст.159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

М.В.В. совершил хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а именно:

М.В.В. в неустановленное время, но не позднее **** 2015 года, в неустановленном месте и при неустановленных обстоятельствах, вступил в предварительный преступный сговор, направленный на незаконное личное обогащение - на хищение путем обмана принадлежащих С.В.В. денежных средств в особо крупном размере, с лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, и неустановленным лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, предвидя наступление общественно опасных последствий, выражающихся в причинении С.В.В. имущественного ущерба. Осознавая, что С.В.В. воспринимает его как близкого друга семьи, М.В.В. путем обмана, выразившегося в сообщении заведомо ложных и не соответствующих действительности сведений об оказании содействия в изменении избранной в отношении С.П.П., являющегося мужем С.В.В., меры пресечения в виде заключения под стражу на иную и в последующем прекращении уголовного дела №****, возбужденного в отношении С.П.П. по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, и находящегося в производстве Следственного отдела ОМВД России по **** району г.Москвы, путем передачи денежных средств должностным лицам, уполномоченным принять данное решение и оставить его в законной силе, зная, что он (М.В.В.) и остальные его соучастники никак не могут повлиять на решение по вышеуказанному уголовному делу. Во исполнение единого преступного умысла М.В.В. сообщил своим соучастникам известные ему сведения о личной жизни С.В.В. и о наличии возбужденного в отношении С.П.П. уголовного дела, после чего М.В.В., лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, которого М.В.В. представил С.В.В. как действующего адвоката, оказывающего квалифицированную юридическую помощь на профессиональной основе, способствовав, таким образом, созданию между ними доверительных отношений, и неустановленное лицо совместно разработали план хищения денежных средств, распределив при этом роли в преступной группе. После этого М.В.В., действуя из корыстных интересов и в интересах своих соучастников, с целью склонения С.В.В. к передаче денежных средств в особо крупном размере, не позднее **** 2015 года в телефонном разговоре настоял на личной встрече, в ходе которой намеревался, согласно предварительной договоренности с соучастниками, используя указанный выше надуманный предлог, сообщить о готовности за денежное вознаграждение повлиять на решение должностных лиц органов следствия об изменении меры пресечения в отношении С.П.П. и прекращении возбужденного в отношении него уголовного дела путем передачи им денежных средств. Не позднее **** 2015 года, во второй половине дня, М.В.В., продолжая действовать в соответствии с единым преступным умыслом и в интересах своих соучастников, прибыл в здание Казанского вокзала г.Москвы, расположенного по адресу: г.Москва, Комсомольская площадь, д.2, где встретился со С.В.В., указал ей на свою осведомленность о ходе расследования уголовного дела и, действуя из корыстных побуждений, путем обмана С.В.В. сформировал у последней ложное представление о том, что он (М.В.В.) и его соучастники могут за денежное вознаграждение повлиять на решение указанных должностных лиц о прекращении уголовного дела путем передачи им денег, а также убедил С.В.В. в том, что в случае отказа в передаче денежных средств уголовное дело в отношении С.П.П. будет направлено в суд, и С.П.П. будет осужден за совершение преступления. После этого М.В.В., в продолжение единого с соучастниками преступного умысла, умышлено и согласовано, в период времени с ***** 2015 года в ходе неоднократных телефонных разговоров подтвердил С.В.В. намерение о выполнении обязательств, не намереваясь их выполнять, договорившись о повторной встрече со С.В.В. для обсуждения вопроса о передаче денежных средств. Примерно **** 2015 года, в дневное время, С.В.В. прибыла к зданию ТЦ «****» по адресу: г.Москва, ул.***, д.***, где М.В.В., используя указанный выше надуманный предлог, вновь сообщил С.В.В. о необходимости передачи денежных средств и, продолжая действовать из корыстных побуждений, путем обмана С.В.В. сформировал у нее ложное представление о том, что он (М.В.В.) совместно с соучастниками в действительности выполнит взятые на себя обязательства. При этом М.В.В. и его соучастники доподлинно осознавали, что они не могут повлиять на решения, принимаемые в установленном законом порядке органами следствия и суда. В продолжение единого преступного умысла в ходе неоднократных телефонных разговоров в период времени **** 2015 года М.В.В. сообщил С.В.В. контактные данные лица, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, которого представил как действующего адвоката, и который в действительности таковым не являлся, о чем М.В.В. и иным соучастникам было доподлинно известно, и повторно подтвердил намерение о выполнении взятых на себя обязательств после получения от С.В.В. материальных благ. **** 2015 года, примерно в ****инут, С.В.В. связалась посредством телефонной связи с лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, контактные данные которого были сообщены ей ранее, и которого С.В.В. воспринимала как действующего адвоката, оказывающего квалифицированную юридическую помощь на профессиональной основе. Лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, согласно отведенной ему преступной роли, проявило осведомленность о разговоре с М.В.В. и об обстоятельствах расследования уголовного дела в отношении С.П.П., пояснив, что является близким знакомым М.В.В., и, действуя в интересах соучастников, высказало требование передачи денежных средств, используя ранее оговоренный указанный выше надуманный предлог. **** 2015 года, примерно в **** минут, более точное время не установлено, С.В.В. согласно предварительной договоренности прибыла к лицу, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, в арендуемое им помещение, расположенное по адресу: Московская область, г.******, ул.***, д.*, в ходе личной встречи лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, согласно предварительной договоренности с соучастниками подтвердило намерение об оказании содействия в изменении меры пресечения в отношении С.П.П. и в прекращении уголовного дела после незаконного получения денежных средств, и таким образом, выполняя отведенную ему роль, так же сформировало у С.В.В. ложное представление о том, что совместно с соучастниками в действительности выполнит взятые на себя обязательства, не намереваясь этого делать. ***** 2015 года, примерно в **** минут, более точное время не установлено, лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, действуя в интересах соучастников, находясь в указанном выше помещении по адресу: Московская область, г.***, ул.**, д.***, продолжая реализовывать совместный преступный умысел, направленный на незаконное обогащение в особо крупном размере путем обмана, осознавая, что никак не может повлиять на решение по вышеуказанному уголовному делу о его прекращении и изменении в отношении С.П.П. меры пресечения путем передачи денежных средств должностным лицам, получило от С.В.В. денежные средства в сумме 1.200.000 рублей, в особо крупном размере, после чего М.В.В., лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, и их соучастник распорядились похищенным по своему усмотрению. После этого, продолжая реализацию единого преступного умысла, М.В.В. **** 2015 года, примерно в **** минут, более точное время не установлено, в ходе телефонного разговора со С.В.В. сообщил ей о необходимости передачи дополнительных денежных средств в сумме 4.000.000 рублей ему, лицу, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, и для последующей передачи неустановленному соучастнику, убедив С.В.В. путем обмана в том, что мера пресечения в отношении С.П.П. в действительности будет изменена и уголовное дело в отношении него будет прекращено, и дополнительно подтвердил это в ходе неоднократных телефонных звонков и при личной встрече, состоявшейся в конце января 2015 года. **** 2015 года, примерно в ***** минут, более точное время не установлено, лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, действуя в интересах соучастников, находясь в указанном выше помещении по адресу: Московская область, г.****, ул.***, д.*, продолжая реализовывать совместный преступный умысел, направленный на незаконное обогащение в особо крупном размере путем обмана, осознавая, что никак не может повлиять на решение по уголовному делу в отношении С.В.В. о его прекращении и изменении в отношении С.П.П. меры пресечения путем передачи денежных средств должностным лицам, получило от С.В.В. денежные средства в сумме  2.000.000 рублей, в особо крупном размере, после чего М.В.В., лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, и их соучастник распорядились похищенным по своему усмотрению. После этого, в продолжение единого преступного умысла, М.В.В. в ходе неоднократных телефонных разговоров примерно **** 2015 года, более точная дата не установлена, действуя совместно, умышлено и согласовано с соучастниками, вновь подтвердил намерение о выполнении указанных выше обязательств после получения от С.В.В. дополнительных денежных средств и, продолжая действовать из корыстных побуждений, путем обмана С.В.В. сформировал у нее ложное представление о его и его соучастников действительных намерениях, настояв на личной встрече. Примерно **** 2015 года, более точная дата не установлена, М.В.В., действуя в интересах соучастников, находясь по адресу: г.***, ул.***, д.**, кор.***, продолжая реализовывать совместный преступный умысел, направленный на незаконное обогащение в особо крупном размере путем обмана, осознавая, что никак не может повлиять на решение по уголовному делу в отношении С.П.П. о его прекращении и изменении в отношении С.П.П. меры пресечения путем передачи денежных средств должностным лицам, получил от потерпевшей С.В.В. денежные средства в сумме  2.000.000 рублей, в особо крупном размере, после чего, находясь по указанному выше адресу, передал их своему неустановленному соучастнику, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, распорядившись похищенным по своему усмотрению. В продолжение единого преступного умысла в ходе неоднократных телефонных разговоров и в ходе личных встреч в период времени с **** 2015 года по *** 2015 года М.В.В. и лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, действуя совместно, умышлено и согласовано, указывали С. В.В. на возможность повлиять на вопрос об изменении меры пресечения в отношении С.П.П. и о прекращении в отношении него уголовного дела. Таким образом М.В.В., лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, и их неустановленный соучастник совместно и согласовано путем обмана похитили у С.В.В. денежные средства на общую сумму 5.200.000 рублей, в особо крупном размере, под предлогом изменения в отношении С.П.П. меры пресечения на не связанную с заключением под стражу и последующего прекращения в отношении него уголовного дела и уголовного преследования, чем причинили С.В.В. материальный ущерб на указанную выше сумму.

Он же (М.В.В.), а так же К.М.А. и Г.А.З. совершили покушение на мошенничество, то есть умышленные действия, непосредственно направленные на хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, и при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам, а именно:

М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. в неустановленное время, но не позднее **** 2015 года, в неустановленном месте и при неустановленных обстоятельствах вступили между собой в предварительный преступный сговор, направленный на незаконное личное обогащение - хищение принадлежащих С.В.В. денежных средств в крупном размере путем обмана, предвидя наступление общественно опасных последствий, выражающихся в причинении С.В.В. имущественного ущерба. При этом М.В.В. сообщил известные ему сведения о личной жизни С.В.В. и о наличии возбужденного в отношении С.П.П. уголовного дела. Реализуя единый преступный умысел, М.В.В. **** 2015 года, примерно в *** минут, сообщил С.В.В. контактные данные К.М.А., представив его, согласно предварительной договоренности, как лицо, обладающее обширными знакомствами в различных судебных инстанциях, способствовав, таким образом, созданию доверительных отношений при хищении принадлежащих С.В.В. денежных средств в крупном размере. *** 2015 года, примерно в *** минут, С.В.В. согласно предварительной договоренности с К.М.А. прибыла в кафе, расположенное в здании кинотеатра «****» по адресу: г.Москва, ул.****, д.***, где находились К.М.А. и Г.А.З., действующие совместно с М.В.В. К.М.А., который ранее сообщил Г.А.З. известные ему сведения о личной жизни С.В.В. и о наличии возбужденного в отношении С.П.П. уголовного дела, согласно предварительной договоренности, представил С.В.В. Г.А.З. как действующего сотрудника Следственного комитета РФ, обладающего юридическими познаниями, способствовав таким образом созданию между ними доверительных отношений, указал С.В.В. на длительное время знакомства с М.В.В., а так же сообщил С.В.В. на необходимость передачи им денежных средств в сумме 500.000 рублей, указав на возможность повлиять на изменение меры пресечения в отношении С.П.П. и прекращение в отношении него уголовного дела после получения от потерпевшей С.В.В. материальных благ, введя С.В.В. таким образом в заблуждение относительно своих истинных намерений. **** 2015 года, примерно в **** минут, в ходе встречи в помещении кинотеатра «****» по адресу: г.Москва, ул.***, д.***, К.М.А., используя надуманный предлог, получил от С.В.В. электронные копии материалов уголовного дела в отношении С.П.П. и, действуя в интересах соучастников, повторил требование о необходимости передачи денег в сумме 500.000 рублей. **** 2015 года, примерно в **** минут, К.М.А. согласно предварительной с соучастниками договоренности, находясь в помещении кафе «****», расположенном в здании Торгового центра «****» по адресу: г.Москва, ул.***, д.***»*», продолжая реализовывать единый преступный умысел, направленный на совместное незаконное обогащение путем обмана в крупном размере, осознавая, что никак не может повлиять на решение по вышеуказанному уголовному делу о его прекращении и изменении меры пресечения в отношении С.П.П. путем передачи денежных средств должностным лицам, получил от С.В.В., действовавшей в рамках оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», денежные средства в сумме 500.000 рублей, 250.000 рублей из которых являлись купюрами достоинством 5.000 рублей каждая, а остальное - муляжами денежных средств на сумму 250.000 рублей, имитирующими купюры достоинством по 1.000 рублей, после чего проследовал совместно со С.В.В. к зданию кинотеатра «****» по адресу: г.Москва, ул.****, д.***, где согласно предварительной договоренности находился М.В.В., после чего К.М.А. и М.В.В. были задержаны сотрудниками УФСБ по г.*** и ** **. После этого К.М.А. *** 2015 года, примерно в **** минут, действуя в рамках оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», находясь в помещении кафе «***» в здании Торгового центра «****» по адресу: г.*, * * *, д.*, передал Г.А.З. денежные средства в сумме 500.000 рублей, 10.000 рублей из которых являлись купюрами достоинством 5.000 рублей каждая, а остальное - муляжами денежных средств на сумму 490.000 рублей, имитирующими купюры достоинством по 5.000 рублей и 1.000 рублей, после чего Г.А.З. был задержан сотрудниками УФСБ по г.**** и ** **. Таким образом М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. совместно и согласовано попытались похитить у С.В.В. денежные средства в сумме 500.000 рублей, в крупном размере, путем обмана, под предлогом изменения меры пресечения в отношении С.П.П. на не связанную с заключением под стражу и последующего прекращения в отношении него уголовного дела и уголовного преследования, однако довести свой преступный умысел до конца и распорядиться похищенным не смогли по независящим от них обстоятельствам, поскольку их преступные действия были пресечены сотрудниками УФСБ по г.*** и *****.

Будучи допрошенным в судебном заседании подсудимый К.М.А. по предъявленному ему обвинению в совершении преступления виновным себя фактически не признал и показал, что по роду своей деятельности он занимается строительными работами. С М.В.В. он познакомился через общего знакомого, который сообщил, что М. может помочь получить субподряд на строительные работы. В десятых числах …. 2015 года он (К.) приехал в г.Москву для переговоров с М****, за полчаса до встречи с М. встретился и познакомился с Г.А.З., которого ему так же рекомендовали знакомые как партнера для совместного получения и выполнения строительного субподряда, а затем они пошли в кафе, находящееся в Торговом центре «*****», где встретились и познакомились с М., который пояснил, что представляет интересы одного крупного генподрядчика. Они обсудили рабочие вопросы, более ни о чем не разговаривали, а затем разошлись. Когда Г. подвозил его (К.) до дома на автомашине, то по дороге рассказал, что у него есть большие связи в правоохранительных органах, с помощью которых он может получить контракты, которые предложил М., другим способом. В середине **** 2015 года он (К.) встретился с М. в ресторане «****» на ***** г.***, и в ходе этой встречи М. рассказал, что муж его близкой знакомой С.В.В. – С.П.П. обвиняется в мошенничестве и находится под стражей, спросил – есть ли у него (К.) знакомые, которые могли бы помочь в этом вопросе и решить вопрос о прекращении уголовного дела в отношении С.П.П., а взамен обещал содействовать ему (К.) в получении строительных объемов работ без каких-либо договорных взносов. Так же М. рассказал, что где-то год назад он и некие Ш. и Е. уже получили от С.В.В. за решение данного вопроса деньги в сумме свыше 5.000.000 рублей, но у них ничего не получилось, что С. В.В. высказывает по этому поводу недовольство и обещает неприятности, что он (М.) не может найти Ш., который взял деньги и пропал, и что он (М.) собирается вернуть С.В.В. деньги за вычетом суммы, которая была потрачена на решение этого вопроса. Он (К.) сказал М., что они поступают как мошенники, на что тот ответил, что они брали деньги, чтобы решить вопрос, и не пытались С. В.В. обмануть. М. попросил его (К.) при возможности помочь С.В.В., на что он (К.) сказал, что он таких вопросов не решает, и у него нет таких полномочий и знакомых, что никаких денег от С.В.В. ему не надо, но он может поинтересоваться у своих знакомых - может кто-то помочь, но ничего не обещает. После этого он (К.) вспомнил слова Г., который говорил, что может решать любые вопросы, даже связанные с уголовным преследованием, вечером созвонился с Г., затем встретился с ним, и Г. сказал, что ему необходимы материалы уголовного дела для их изучения, которые он покажет людям в погонах, и те скажут - можно ли решить этот вопрос и что для этого необходимо. После этого он (К.) позвонил М., передал ему то, что услышал от Г., на что М. сказал, что даст С.В.В. номер его (К.) телефона, чтобы они созвонились, а так же попросил сказать С.В.В., что они давно дружат, так как С.В.В. напугана и никому не верит. *** 2015 года он (К.) встретился с Г. в ресторане, расположенном в здании кинотеатра «****», куда Г. попросил пригласить С.В.В., и попросил представить его как высокопоставленного сотрудника Следственного комитета России по имени М. и озвучить С.В.В. сумму – 500.000 рублей за решение вопроса по ее мужу, на что он (К.) согласился. При их последующем общении со С.В.В. Г. озвучил ей необходимость передачи денег в этой сумме и копий документов из материалов уголовного дела за дальнейшие действия по освобождению ее мужа, С.В.В. на это согласилась и сказала, что копии документов и деньги подвезет позже. О встрече со С.В.В. и необходимости передачи денег в размере 500.000 рублей и копий документов он (К.) сообщил М., который сказал, что поговорит со С.В.В. и получит эти деньги. Позже ему (К.) позвонил Г. и сказал, что 500.000 рублей и информацию с материалами уголовного дела необходимо взять у С.В.В. как можно скорее, так как это требуют некие люди в погонах. Позже он (К.) встретился со С.В.В., та передала ему карту памяти и сказала, что на ней - копии материалов уголовного дела, а деньги она передаст позже. Карту памяти он (К.) отвез Г., после чего тот стал настаивать на скорейшем получении денег в сумме 500.000 рублей, пояснив, что их надо срочно отдать людям в погонах. После этого он (К.) сказал ., чтобы тот забрал обратно деньги, полученные от С.В.В., у прежних людей и вернул их ей, так как эти люди не выполнили своих обязательств, и что из этих денег 500.000 рублей нужно будет отдать Г., чтобы тот помог решить вопрос с мужем С.В.В., на что М. согласился. ***** 2015 года ему (К.) позвонил М. и сказал, что С. собрала деньги и готова их сегодня отдать. Он (К.) позвонил Г., рассказал о разговоре с М., и Г. сказал, чтобы он (К.) забрал 500.000 рублей и привез их ему. При этом никаких договоренностей с Г., что часть этих денег предназначается ему (К.) или М., у него (К.) не было, и участвуя во всем этом он (К.) надеялся, что М. в этом случае обеспечит его организации субподряд на строительство без первоначальных взносов, и только поэтому, а так же потому, что М. постоянно его торопил, он (К.) в разговорах со С.В.В. пытался убедить ее привезти копии материалов уголовного дела и деньги как можно быстрее. *** 2015 года, в районе обеда, он (К.) встретился со С.В.В. в Торговом центре «****» около станции метро «****», получил от нее деньги в полиэтиленовом пакете, затем они пошли встречаться к кинотеатру «***» с М. и К., от которого он (К.) хотел получить деловое предложение на охрану объекта строительства, когда они все встретились, он (К.) отошел с М. в сторону, чтобы рассказать - что он услышал от Г., и как тот собирается помочь С.В.В., а затем они были задержаны сотрудниками ФСБ, которые обыскали их и нашли у него (К.) пакет с деньгами, который он получил от С.В.В., о чем был составлен протокол. Он (К.) рассказал сотрудникам ФСБ, что эти деньги предназначались Г., сотрудники ФСБ предложили ему (К.) поучаствовать в оперативном мероприятии по передаче Г. денег под контролем, он (К.) на это согласился, после чего договорился с Г. о встрече, затем ему прицепили под одежду микрофон, дали сверток с имитацией денег, после чего он К.) встретился с Г.м и передал ему этот сверток, Г. рассказал, как будет осуществляться решение вопроса по мужу С.В.В., а затем Г. задержали сотрудники ФСБ. Предварительного сговора с М. и Г. на хищение у С.В.В. денежных средств путем обмана у него (К. не было, из тех 500.000 рублей, которые он (К.) забрал у С.В.В., лично он (К.) ничего получить не должен был, должен был просто передать эти деньги Г., который обещал помочь в решении проблемы С.В.В., и был заинтересован только лишь в получении от М. строительного подряда, который тот обещал в случае, если ему помогут в решении проблем С.В.В. Так же показал, что никакой команды юристов у него нет, и что когда Г. говорил ему (К., что у него есть связи в правоохранительных органах, М. при этом не присутствовал, и этот вопрос он (К.) и Г. обсуждали вдвоем.

Признал вину в том, что он способствовал тому, что С.В.В. передала ему деньги, и высказался о том, что он не должен был принимать предложение М., пытаться решить проблемы С.В.В., связанные с привлечением ее мужа к уголовной ответственности, и уговаривать С.В.В. решать вопрос ее мужа через передачу денег Г., в чем раскаялся.

Будучи допрошенным в судебном заседании подсудимый Г.А.З. по предъявленному ему обвинению в совершении преступления виновным себя признал частично и показал, что до момента его задержания он являлся генеральным директором компании, которая занималась строительными работами. С К.М.А. он познакомился через общих знакомых с тем, чтобы К. помог получить ему новый подряд. Их встреча состоялась **** 2015 года в кафе в Торговом центре «****», и на эту встречу был приглашен так же М.В.В. Они разговаривали на рабочие темы, после чего разошлись. После этого он (Г.) еще несколько раз встречался с К. по рабочим вопросам, а **** 2015 года они встретились с К. около кинотеатра «****», пошли в кафе, расположенное в указанном кинотеатре, разговаривали там относительно строительного подряда, а затем К. позвонила девушка. Как он (Г.) понял – девушка хотела встретиться с К., он (Г.) после этого хотел уйти, но К. попросил его остаться. Зачем приедет девушка – К. не сказал, но попросил, чтобы он (Г.), когда К. будет разговаривать с девушкой, поддакивал ему и кивал головой. Зачем это было нужно – К. не сказал. Через некоторое время в кафе пришла девушка – С.В.В., К. стал с нею разговаривать, они разговаривали по поводу супруга С.В.В., который оказался под стражей, и обсуждали вопрос – как можно помочь супругу С.В.В. в изменении ему меры пресечения. В ходе разговора со С.В.В. К. называл его (Г.) М. и представлял его сотрудником Следственного комитета, а в какой-то момент К. спросил его (Г.) – не может ли он помочь С.В.В., на что он (Г.) сказал, что попробует, но ему для этого надо изучить материалы уголовного дела. К. сказал, что привезет ему эти документы на следующий день, а С.В.В. при этом рассказала, что в **** 2015 года она уже отдала каким-то людям 5.200.000 рублей за то, чтобы они поспособствовали в изменении ее супругу меры пресечения, но эти люди фактически ничего не сделали. Он (Г.) сказал, что эти люди должны вернуть ей эти деньги, а К. на это сказал, что в решении этого вопроса будет задействован Лебедев. Через некоторое время они разошлись. Ни на следующий день, ни через день К. не появился, и позвонил ему (Г.) только **** 2015 года и сказал, что он взял у С.В.В. документы и 500.000 рублей в качестве вознаграждения, и теперь им надо встретиться. Он (Г.) удивился, так как ранее никаких разговоров о деньгах не было, но затем соблазнился на эти деньги и согласился встретиться. Примерно в **** час они встретились в кафе «****» в Торговом центре «****», К. передал ему (Г.) документы и деньги в пакете, спросил – работал ли он (Г.) в правоохранительных органах, он (Г.) сказал, что не работал, а затем его задержали сотрудники ФСБ, досмотрели его и изъяли у него пакет с деньгами, который ему передал К.. Лично именем М. и сотрудником Следственного комитета он (Г.) С.В.В. не представлялся, и так его представлял К. по своей инициативе, и он (Г.) К. об этом не просил. Сумму денег – 500.000 рублей он (Г.) С. не озвучивал, и разговор об этой сумме денег между К. и С. В.В. происходил в его (Г.) отсутствие. Предварительного преступного сговора с К. и М. на хищение денежных средств С.В.В. путем обмана у него (Г.) не было, и с М. он (Г.) этот вопрос вообще не обсуждал.

Признал вину в том, что невольно стал соучастником К. и подыгрывал ему, когда тот общался со С..В.В., так как надеялся, что К. предоставит ему подряд на строительство в Крыму, и что он принял деньги от К., зная, что эти деньги передала С. В.В. за оказание ей помощи, и хотел оставить эти деньги себе, хотя никаких связей в правоохранительных органах у него не было, и помочь С. В.В. и решить ее проблему у него (Г.) возможности не было, в чем раскаялся.

Будучи допрошенным в судебном заседании подсудимый М.В.В. по предъявленному ему обвинению в совершении преступлений виновным себя фактически не признал и показал, что в январе 2015 года ему позвонила С.В.В., сообщила, что ее супруга С.П., с которым он (М.) поддерживал очень хорошие дружеские отношения, задержали за совершение преступления, и попросила помочь освободить его. После этого он (М.) стал искать юристов, которые могли бы помочь в сложившейся ситуации, встречался вместе со С.В.В. около Торгового центра «****» со своим знакомым по имени Е., которого он знал как бывшего сотрудника ФСБ, Е. выслушал С.В.В. и сказал, что не будет в этом участвовать, так как для решения ее проблем нужен серьезный юрист, и после этого его (М.) знакомый Р.К. порекомендовал ему Ш.Д.Л., сказав, что тот – хороший юрист, а его отец – военный судья. До этого он (М.) видел Ш. всего 1 раз – в офисе С.Д., где между С. и Ш. состоялся неприятный разговор про арбитраж, но общался с ним по телефону. Затем он (М.) встретился со Ш., тот представился бывшим военным и преуспевающим юристом-адвокатом, он (М.) рассказал Ш. о проблеме С.В.В., тот сказал, что поможет ей, после чего он (М.) посоветовал С.В.В. связаться со Ш., сказав, что он – его (М.) знакомый, хотя на самом деле Ш. таковым не являлся. После этого С.В.В. стала общаться по поводу своей проблемы со Ш.. При каких обстоятельствах С.В.В. передала Ш. деньги в сумме 1.200.000 рублей и 2.000.000 рублей – он (М.) не знает, и ему об этом известно только со слов Ш. и С.В.В. С.В.В., в частности, рассказала, что она передала Ш. 1.200.000 рублей, 1.000.000 рублей из которых предназначались для внесения залога за С.П., а 200.000 рублей – в качестве гонорара Ш.. В его (М.) присутствии С.В.В. передавала деньги только 1 раз - в начале февраля 2015 года, когда С.В.В. приехала к нему домой по адресу: Москва, ул.****, д.**, кор.***, кв.*** и в его присутствии передала помощнику Ш. по имени Е. гонорар, но в какой сумме – он (М.) не знает. Через некоторое время С.В.В. рассказала ему (М.), что Ш. ничего не делает, и попросила вернуть ей деньги, которые она передала Ш.. Он (М.) связался по этому поводу со Ш., и тот сказал, что возврат денег – это дело времени, а так же сказал, что он решает проблему С.В.В. Он (М.) передал это С.В.В. и так же сказал ей, что освобождение С.П. – это не просто, и на это нужно время. В *** 2015 года он (М.) познакомился с К.М.А. и Г.А.З., с которыми общался по поводу строительного подряда. Впоследствии он (М.) еще раз встретился с К., в разговоре рассказал ему о проблеме С.В.В., и поскольку считал К. грамотным и способным человеком, посчитал, что К. может помочь С.В.В., тем более – К. сказал, что у него есть адвокатский коллектив, К. согласился помочь, после чего он (М.) дал С.В.В. номер телефона К., рекомендовав его как человека, который обладает хорошими знакомствами в адвокатском мире и имеет возможность посоветовать высококвалифицированных специалистов. Так же они договорились, что адвокатский коллектив К. будет оказывать С.В.В. юридические услуги без предварительной оплаты, оплата должна была быть произведена после полученного результата, и эту оплату он (М.) возложил на себя. Впоследствии он (М.) узнал от С., что К. попросил предоплату в сумме 500.000 рублей, и предупредил С.В.В., что с таким человеком работать нельзя, так как он нарушил договоренность, но С.В.В. сама изъявила желание работать с К. и оплачивать ему гонорар. О том, что С.В.В. встречалась с К. и Г., - ему (М.) изначально ничего известно не было, и он узнал об этом уже после этой встречи от С.В.В. *** 2015 года, примерно в ** часов, он (М.) и его знакомый К. встретились с К. около кинотеатра «****», поскольку К. должен был передать К. пакет документов, неожиданно для него (М.) на эту встречу вместе с К. пришла С.В.В., и в результате этой встречи он (М.) и К. были задержаны. Предварительного сговора со Ш. и другими лицами на хищение у С.В.В. денежных средств путем обмана у него (М.) не было, предварительного сговора с К. и Г. на хищение у С.В.В. денежных средств путем обмана у него (М.) так же не было, и у него с этими людьми не было даже разговоров об этом. Лично денег от С.В.В. он (М.) не получал, из тех денег, которые С.В.В. передала Ш., он (М.) ничего не получал, и из тех 500.000 рублей, которые просил у С.В.В. К., он (М.) ничего получить был не должен.

Признал вину в том, что он своими необдуманными действиями создал условия, при которых С.В.В. был причинен материальный ущерб, в чем раскаялся, но одновременно заявил, что у него не было злого умысла, и что деньги С.В.В. он не похищал, а просто хотел помочь ей и С.П.П., но был обманут Ш. и К..

Выслушав в судебном заседании показания подсудимых К.М.А., Г.А.З. и М. В.В., потерпевшей С.В.В., свидетелей обвинения Г.Д.В., К.А.И., Ч.Н.А., Ф.В.Д., Ермолова С.В., С.Е.А., Б.А.Ю. и Л.К.В. и дополнительных свидетелей, огласив в судебном заседании в порядке ст.281ч.3 УПК РФ показания потерпевшей .В.В. и свидетелей Г.Д.В., К.А.И., Ф.В.Д., Е.С.В. и С.Е.А., данные ими в ходе предварительного расследования по уголовному делу, и в порядке ст.281ч.1 УПК РФ – показания свидетелей Д.Т.Н., П.Т.В., Л.К.В., Л.В.Г. и А.С.Ю., данные ими в ходе предварительного расследования по уголовному делу, а так же исследовав письменные материалы уголовного дела, суд приходит к выводу о доказанности совершения подсудимыми К.М.А., Г.А.З. и М.В.В. вышеописанных преступных действий.

Вина подсудимого М.В.В. в совершении хищения чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, и вина подсудимых К.М.А., Г.А.З. и М.В.В. в совершении покушения на мошенничество, то есть умышленных действий, непосредственно направленных на хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, и при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам, несмотря на показания подсудимых, подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами:

1) показаниями потерпевшей С.В.В., данными ею в судебном заседании, из которых видно, что **** 2014 года ее супруга С.П.П. задержали сотрудники ФСБ по заявлению М.. Как только она (С.) об этом узнала, то сразу позвонила другу своего супруга М. В., рассказала ему о произошедшем, и М. сказал, что все по этому поводу разузнает, чтобы она не волновалась, что он ей поможет, так как они – близкие люди, и что он является бывшим сотрудником ФСБ. Через некоторое время супруга отпустили, *** 2015 года его снова задержали и предъявили ему обвинение в совершении преступления. Она (С.) снова позвонила М., тот сказал, что собирается встретиться с М., решит с ним все вопросы, чтобы она (С.) не волновалась, и что все будет хорошо, но в итоге супруга арестовали. После этого М. сам стал предлагать ей (С.) помощь, и говорил, что поможет освободить ее супруга. Она (С.) поверила М., так как тот был другом ее супруга, а кроме того, говорил, что он ранее работал в ФСБ. **** 2015 года М. предложил ей (С.) встретиться, они встретились во второй половине дня в кафе на Казанском вокзале г.Москвы, вместе с нею (С.) была ее сестра Л. К., и М. стал уверять их, что ему все известно, что происходит с уголовным делом ее (С.) супруга, что он может им помочь через своих хороших знакомых, но для этого нужны деньги, а так же сказал, что если ее супругу не помочь сейчас, то его могут осудить. Примерно *** 2015 года, днем, М. предложил встретиться с одним человеком, они приехали в район «***» г.Москвы, к Торговому центру «****», встретились там на парковке с мужчиной – С.Е.А., которого М. представил сотрудником ФСБ Е., затем М. и С. поговорили минут 10 в автомашине, после чего вышли из автомашины и стали разговаривать с ней (С.). Она рассказала С., что ее супруга арестовали, С. спросил - какой суммой она располагает для решения вопроса об освобождении супруга, она (С.) на это ничего сказать не смогла, после чего С. сказал, что решение вопроса об освобождении супруга и прекращении в отношении него уголовного дела будет стоить 5.000.000 рублей, так как надо будет привлекать к этому влиятельных людей и адвоката, а М. ему поддакивал и говорил, что он поможет ей (С.), и что ему можно доверять. После этого С. уехал, а М. стал рассказывать ей (С.), что у него есть хорошие знакомые и связи в правоохранительных органах, и они помогут освободить супруга и прекратить его уголовное дело. **** 2015 года ей (С.) позвонил М. и сказал, что у него есть хороший знакомый, который знает судей и может решить вопрос с освобождением супруга, но это будет стоить денег – 1.200.000 рублей, которые надо будет передать его знакомому, который является адвокатом, и уже в курсе всех событий, и сообщил номера его телефонов. В тот же день она (С.) позвонила этому человеку, им оказался Ш.Д.Л., который подтвердил, что он знает М., и что произошло с ее (С.) супругом, и выразил готовность помочь в этом. В тот же день она (С.) вместе со своей сестрой поехала к Ш., приехала в его офис по адресу: ****, г.***, ул.**, д.**, встретилась со Ш., тот сказал, что за 1.200.000 рублей он может решить вопрос с изменением ее (С.) супругу меры пресечения в суде апелляционной инстанции. При этом Ш. сказал, что 1.000.000 рублей из этих денег будут положены на депозитный счет Московского городского суда в качестве залога, что он сделает ее (С.) супругу справку о том, что у него есть заболеваний, при которых его нельзя содержать под стражей, и что 200.000 рублей будут переданы судьям Мосгорсуда, а гарантом выполнения этих обязательств будет М.. Она (С.) поверила Ш., тем более тот ссылался на М. и говорил, что они уже давно знакомы и служили вместе, и согласилась на предложение Ш.. После этого она (С.) заняла деньги у своих знакомых, сообщила об этом Ш., и тот назначил встречу в своем офисе на следующий день в *** часов утра. **** 2015 года, примерно в ** часов утра, она (С.) и ее сестра приехали к офису Ш., она (С.) одна пошла в офис Ш. и передала ему 1.200.000 рублей. После этого Ш. сказал, что вопрос с освобождением ее супруга решится в ближайшее время, а так же сказал, что вопрос лучше решать в комплексе, сразу решить вопрос о прекращении уголовного дела, но для этого понадобятся еще деньги, которые надо будет передать нужным людям, и ей (С.) потом обо всем расскажет М.. **** 2015 года, примерно в ** часов, ей (С.) позвонил М., который был в курсе того, что она (С.) уже отдала Ш. 1.200.000 рублей, и сказал, что вопрос действительно надо решать в комплексе, и для этого надо передать Ш. еще 2.000.000 рублей, а еще 2.000.000 рублей – Е., и тогда вопрос с ее (С.) супругом будет окончательно решен, но сделать это надо быстрее, а иначе супруга могут «посадить». При этом М. постоянно говорил, чтобы она (С.) верила ему. После этого она (С.) и ее отец встречались с М. и Е. – С. - в районе станции метро «****», С. сказал, что дело ее (С.) супруга – очень сложное, и для его разрешения понадобятся деньги, а М. сказал, что Ш. будет решать вопросы по освобождению ее супруга с судом, а С.будет решать вопросы о прекращении уголовного дела с Прокуратурой и ФСБ. После этого она (С.) заняла еще денег, договорилась о встрече с Ш., *** 2015 года, примерно в **** минут, вместе со своими сестрой и отцом приехала к офису Ш., вместе с отцом зашла в его офис и отдала ему деньги – 2.000.000 рублей. При этом Ш. сказал, что впоследствии надо будет передать ему еще 300.000 рублей для суда, и чтобы она (С.) ни о чем не волновалась, что они встретятся в Мосгорсуде, и ее супруга отпустят из-под стражи при пересмотре решения об его аресте, так как он (Ш.) – очень сильный адвокат, и обязательно поможет. После этого М. неоднократно звонил ей (С.) и направлял ей СМС-сообщения, и сообщал, что она заплатила деньги, и теперь все будет хорошо, и постоянно твердил, чтобы она (С.) верила ему. Примерно **** 2015 года М. снова позвонил ей и сказал, что она должна срочно передать ему 2.000.000 рублей для передачи его знакомым, которые решают вопрос о прекращении уголовного дела. Она (С.) снова заняла деньги у знакомых, вечером того же дня, примерно в ** часов, вместе с сестрой поехала к дому Ма. по адресу: Москва, ул.***, д.*, кор.*, встретилась там с М., они вдвоем зашли в подъезд дома М., там она (С.) передала ему 2.000.000 рублей, М. поднялся в свою квартиру, затем вышел из квартиры с черным свертком, затем М. позвонили, после чего он вышел на улицу, сказав, что идет передавать деньги, а когда вернулся – свертка при нем не было, М. сказал, что деньги он передал, и работа по прекращению уголовного дела в отношении ее супруга начинается. После этого она (С.) и ее сестра уехали домой. После этого М. звонить ей (С.) перестал, и звонила ему только она (С.). Потом она начала нервничать, так как ничего не происходило, постоянно звонила то М., то Ш., а те говорили, что все хорошо, что работа ведется, и чтобы она не беспокоилась. **** 2015 года Ш. сам ей позвонил и сказал, что судебное заседание апелляционной инстанции назначено на *** 2015 года, что это пролоббировал он, и что они встретятся утром ***** 2015 года около здания Мосгорсуда. **** 2015 года она (С.) вместе со своими родственниками приехала к зданию Мосгорсуда, встретилась там, на улице, со Ш., тот сказал, что сегодня все решится, и ее (С.) супруга отпустят из-под стражи, но ему (Ш.) появляться на глаза в Мосгорсуде нельзя. В качестве адвоката Ш. ни у следователя, ни в суде не выступал. Затем состоялось судебное заседание апелляционной инстанции, в ходе которого меру пресечения ее (С.) супругу оставили прежней и из-под стражи не отпустили. Сразу же после заседания суда она (С.) позвонила Ш., сказала, что ее супруга не отпустили, и потребовала объяснений и вернуть ей деньги, на что Ш. сказал, что свое обещание он выполнит, и ее (С.) супруга отпустят на следующем судебном заседании, что М. является гарантом их соглашения, и они ее не обманут, а затем отключил телефон. После этого она (С.) позвонила М., потребовала вернуть деньги у него, а М. сказал, что ничего не понимает, и что они встретятся позже, они действительно встретились, но толку от их встречи не было. После этого она (С.) неоднократно звонила М., требовала вернуть ей деньги, но тот деньги возвращать не торопился и говорил, что все еще образуется, что вопрос по ее супругу решается, этим занимается Е., у которого хорошие отношения с В., и уголовное дело ее (С.) супруга уже разваливается, и что Ш. **** 2015 года ездил на слет судей, и теперь вопрос решится однозначно в пользу ее супруга. Так же М. говорил, что она (С.) должна ему верить, а иначе будет хуже, и ее супруга могут «посадить». Она (С.), так как уже перестала верить М., стала записывать разговоры с ним на диктофон. Когда она в очередной раз позвонила М. и потребовала вернуть деньги, тот продолжал говорить, чтобы она ему верила, и что ее супруга скоро отпустят, и одновременно предложил вернуть ей 2.000.000 рублей, но не наличными, а перечислив их на счет фирмы ее супруга, но она (С.) от этого отказалась. В *** 2015 года она (С.) и ее родители приехали по месту работу М., на ул.*** г.***, просили его вернуть деньги или написать расписку о том, что он получил от нее деньги, но М. возвращать деньги и писать расписку отказался, и продолжал говорить, что работа по делу ее супруга ведется, и его скоро освободят. После этого и Ш., и М. прекратили выходить на связь, и с **** 2015 года она (С.) ни с кем из них не общалась. Ее (С.) супруга из-под стражи так и не отпустили, и его уголовное дело в итоге направили в суд. В *** 2015 года она (С.) обратилась в ФСБ, рассказала о том, что с нею произошло, и сотрудники ФСБ предложили ей принять участие в проведении оперативно-розыскных мероприятий. После этого, **** 2015 года, она (С.) под контролем сотрудников ФСБ приехала к на работу М., на ул.*** г.***, стала расспрашивать его – что делается по уголовному делу ее супруга, М. сказал, что вопрос по ее супругу решается, и что ее супруг скоро выйдет на свободу, так как он привлек к этому делу нового человека - друга Председателя Верховного Суда РФ Л., который имеет большие связи. На следующий день М. сам позвонил ей (С.) и предложил позвонить его знакомому, про которого он ей говорил, - М., и поговорить с ним по вопросу об освобождении ее супруга от уголовной ответственности. Она (С.) позвонила этому М., и тот предложил встретиться на станции метро «***», на ул.*** г.***, в кафе, расположенном в кинотеатре «***». **** 2015 года, примерно в **** минут, она (С.) приехала в это кафе, в кафе находились ранее неизвестные ей К.М.А. и Г.А.З., которые стали с нею разговаривать. К. представил Г. именем М. и сказал, что он - заместитель руководителя Следственного комитета РФ Б. (Г. это не отрицал), а про себя сказал, что он работает в Правительстве г.**** и хорошо знаком с Председателем Верховного Суда РФ Л., она (С.) рассказала им про проблему с ее супругом, и К. сказал, что они могут решить вопрос по ее супругу, он (К.) – через суд, а Г. – через Следственный комитет, но сначала им надо ознакомиться с материалами уголовного дела, и только после этого решится – кто именно будет решать вопрос по ее супругу. Так же К. и Г. сказали, что они знают, что М. взял у нее 5.200.000 рублей за решение вопроса по ее супругу, но фактически обязательств не выполнил, а Г. говорил, что уголовное дело в отношении ее супруга сфабриковано. Так же К. сказал, что они с Г. давно знакомы с М., и им можно доверять, и что чтобы делом ее супруга снова стали заниматься, ей (С.) необходимо предоставить еще некоторую сумму денег, которые передадут нужным людям, а после того, как ее супруга освободят, они с Г. заберут у М. и Ш. 2.000.000 рублей. Г. все это время находился рядом и слышал, что К. говорит ей (С.) о необходимости предоставить еще деньги, и был с К. согласен. Она (С.) поверила К. и Г., согласилась на их предложение и сказала, что постарается найти деньги, а К. сказал: «Надо не постараться, а найти», а так же сказал, что материалы уголовного дела и деньги нужно передать им быстрее. Через некоторое время Г. ушел, она (С.) осталась вдвоем с К., и тот озвучил ей сумму денег, которую она должна принести, - 500.000 рублей, и тогда ее супруга освободят из-под стражи. Впоследствии она (С.) узнала, что у Б. нет заместителя с именем М., и верить К. и Г. перестала. **** 2015 года, примерно в ***часов ** минут, она (С.) под контролем сотрудников ФСБ встретилась с К. в том же кафе и отдала ему флэш-карту с материалами уголовного дела в отношении ее супруга. Деньги К. она не привезла и тот выражал недовольство этим и говорил, что он является высоким чиновником, и из-за нее (С.) не смог улететь из Москвы, в связи с чем она должна ему еще 50.000 рублей, после чего они договорились о встрече через несколько дней. После этого она (С.) созванивалась с М., тот был в курсе ее разговора с К. и Г., знал, что она должна принести им деньги, так как она (С.) лично говорила ему, что у нее просят еще 500.000 рублей, и говорила, что ей эти деньги нужно еще собрать, а кроме того, даже сам переносил одну из встреч с К. на другой день. **** 2015 года она (С.) пришла в Управление ФСБ, принесла с собою деньги – 250.000 рублей, выдала эти деньги сотрудникам ФСБ в присутствии понятых, сотрудники ФСБ обработали ее деньги специальным препаратом, а затем выдали ей эти деньги и еще муляжи денежных купюр на такую же сумму, которые она должна была передать К.. Затем она (С.) позвонила М. и сказала, что сегодня она встречается с К. для передачи ему денег, и М. сказал, что он так же приедет на эту встречу. Примерно в *** часов она (С.) под контролем сотрудников ФСБ приехала на место встречи с К. - на станцию метро «****», встретилась с К., затем они прошли в Торговый центр «****», расположенный по адресу: г.Москва, ул.***, д.***»***», зашли в кафе «****», и там она (С.) передала К. выданные ей деньги и муляжи денежных купюр, которые находились в розовом пакете. После передачи денег К. сказал, что с делом ее супруга все будет решено, а затем предложил пойти к М., который ждал их где-то неподалеку. Они дошли до кинотеатра «****», который находился совсем рядом, встретились там с М. и еще одним мужчиной, затем К. и М. отошли от них в сторону, после чего их задержали сотрудники ФСБ. Впоследствии сотрудники ФСБ попросили у нее (С.) еще деньги для проведения другого мероприятия, по задержанию Г., она выдала им для этого еще 10.000 рублей, и после этого мероприятия был задержан Г.. Уголовное дело в отношении ее (С.) супруга было рассмотрено судом, и ее супруга осудили по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, и назначили ему наказание в виде 4 лет лишения свободы. Деньги в сумме 5.200.000 рублей, которые у нее похитили М. и Ш., ей (С.) не возвращены до сих пор. Деньги, которые она давала сотрудникам ФСБ для проведения оперативных мероприятий, как она (С.) понимает, в настоящее время хранятся в ФСБ.

В судебном заседании в порядке ст.281ч.3 УПК РФ были оглашены показания потерпевшей С. В.В., данные ею в ходе предварительного расследования по уголовному делу, в части дат произошедших событий, обстоятельств передачи денежных средств и данных – за что денежные средства передавались (т.3, лд55-61, т.3, лд62-74). Из показаний потерпевшей С.В.В., данных ею в ходе предварительного расследования по уголовному делу **** 2015 года (т.3, лд55-61), в частности, видно, что М. сказал ей о том, что Ш. надо передать деньги в сумме 1.200.000 рублей, *** 2015 года, и деньги в указанной сумме она передала Ш. примерно в ***** 2015 года.

Показания, данные ею в ходе предварительного расследования по уголовному делу (т.3, лд55-61, т.3, лд62-74), потерпевшая С.В.В. в судебном заседании, в целом подтвердила, но одновременно уточнила, что М. сказал ей про Ш. **** 2015 года, а деньги Ш. – 1.200.000 рублей – она передала ***** 2015 года, и что когда ее допрашивал следователь, она перепутала даты произошедших событий, а в судебном заседании называет правильные даты.

2) показаниями свидетеля Л.К.В., данными ею в судебном заседании, из которых видно, что **** 2015 года сотрудники полиции задержали супруга ее родной сестры С. В. – С. П. по подозрению в совершении преступления и арестовали его. Сразу после этого появился М. В.В., который ранее был дружен с П. и называл себя другом его семьи, и который пообещал В. помочь в сложившейся ситуации. Вечером **** января 2015 года М. назначил В. встречу на Казанском вокзале г.Москвы, она (Л.) поехала на встречу вместе с В., они встретились с М. в кафе на Казанском вокзале г.Москвы, М. странно себя вел, нервничал, нашел в кафе самый дальний столик, где рядом не было людей, а затем начал предлагать В. свою помощь, говорил, что у него большие связи, и что он знает серьезных людей, которые могут помочь с освобождением П. из-под стражи. В числе этих людей он называл Д., своего товарища, у которого есть хорошие связи, и который знает людей из Мосгорсуда, а так же говорил, что за услуги по освобождению П. надо будет заплатить деньги. Они обсудили этот вопрос и разошлись, а пока они все это обсуждали, М. постоянно говорил, чтобы они ему верили, и что только он может им помочь, и В. действительно ему доверяла. Впоследствии М. сказал В., что для освобождения П. надо заплатить 1.200.000 рублей, а затем еще 2.000.000 рублей – какому-то Е., которого М. называл сотрудником ФСБ, и еще 2.000.000 рублей – для закрытия каких-то других вопросов. ***** 2015 года, когда она (Л.) и В. ехали на автомашине, В. позвонил М. и сообщил номер телефона адвоката – Ш.Д.Л., чтобы В. связалась с ним и обсудила с ним все детали. В. позвонила Ш., они поговорили, а затем решили встретиться, после чего она (Л.) и В. поехали в офис Ш. по адресу: ****, она (Л.) осталась ждать в автомашине, а В. пошла в офис Ш., а когда вышла оттуда, сказала, что Ш. сказал ей привезти ему завтра 1.200.000 рублей, так как эти деньги будет необходимо передать в Мосгорсуд за освобождение П.. Так же В. сказала, что Ш. уверял ее, что все будет хорошо, и говорил, что гарантом их отношений будет М., который является его хорошим другом, на которого можно положиться, и который будет все контролировать. В. заняла у знакомых 1.200.000 рублей, и на следующий день, ** января 2015 года, в *** часов утра, она (Л.) и В. приехали к офису Ш., В. одна пошла в его офис, а когда вернулась, сказала, что она отдала Ш. 1.200.000 рублей. **** января 2015 года она (Л.), В. и их отец снова поехали в офис Ш., и В. передала ему еще 2.000.000 рублей, а затем рассказала, что Ш. уверил ее, что все идет нормально и по плану. После этого В. неоднократно связывалась с М., и тот тоже уверял ее, что все будет хорошо, и говорил, чтобы В. ему верила. Впоследствии М. сказал В., чтобы она передала ему еще 2.000.000 рублей. В начале февраля 2015 года, в **** час, она (Л.) и В. поехали домой к М. на ул.****, подъехали к его дому, М. вышел из подъезда, подошел к их автомашине, попросил В. выйти, В. вышла, и они вдвоем ушли в подъезд дома М., через некоторое время из этого же подъезда вышел человек (кто это был – она (Л.) не рассмотрела), который подошел к подъехавшей автомашине, передал в эту автомашину какой-то сверток, а затем вернулся обратно в подъезд. Через некоторое время из этого подъезда вышла В., села в автомашину и сказала, что деньги М. она передала, и теперь П. скоро отпустят из-под стражи, и уголовное дело в отношении него прекратят. После этого М., который ранее звонил В. по несколько раз в день, стал отдаляться, и не всегда подходил к телефону, когда В. ему звонила.*** февраля 2015 года состоялось судебное заседание в Мосгорсуде по рассмотрению жалобы на постановление об аресте П.. Перед началом судебного заседания она (Л.) и В. встретились на улице со Ш., и тот сказал, что сегодня все решится, П. отпустят из-под стражи, и они увидят результат, а затем сказал, что его не должны видеть в Мосгорсуде, и ушел. В судебном заседании Мосгорсуда П. не отпустили и оставили под стражей. В. сразу после этого стала звонить Ш., тот сначала не брал трубку, а потом ответил и сказал, что сам не понимает, что произошло, но выяснит это. Затем В. позвонила М., тот сказал, что Ш. уже далеко отъехал от Мосгорсуда, и пообещал вечером приехать к ним домой. Вечером М. в действительности приехал и стал говорить, что он ни в чем не виноват, сваливал все на Ш., а когда В. потребовала вернуть деньги, которые она им отдала, сказал, что надо подождать, что все решится в их пользу, и чтобы они ему верили. Однако В. верить М. перестала, стала записывать разговоры с ним на диктофон, неоднократно требовала вернуть ей деньги, но М. под разными предлогами деньги ей не возвращал, даже когда они всей семьей приезжали к нему на работу и просили об этом, и не вернул деньги до сих пор, а так же не выполнил своего обещания, что П. освободят из-под стражи и его уголовное дело прекратят, и П. осудили к 4 годам лишения свободы. Так же показала, что после того, как они ездили на работу к М. в апреле 2015 года, больше на связь с В. он не выходил до августа 2015 года, когда В. сама нашла его.

До непосредственного допроса свидетеля Л.К.В. в судебном заседании, в судебном заседании в порядке ст.281ч.1 УПК РФ оглашались показания свидетеля Л.К.В., данные ею в ходе предварительного расследования по уголовному делу (т.3, 150-156), которые по своей сути аналогичны показаниям свидетеля Л.К.В., непосредственно данным ею в судебном заседании.

3) показаниями свидетеля Л.В.Г., данными им в ходе предварительного расследования по уголовному делу и оглашенными в судебном заседании в порядке ст.281ч.1 УПК РФ (т.3, лд161-167), из которых видно, что со слов его дочери С.В.В. ему известно, что примерно *** января 2015 года ее супруг С.П.П. был задержан по подозрению в совершении преступления, которого он не совершал, и его обманным путем взяли под стражу. Так же со слов С.В.В. ему (Л.) известно, что у С.П.П. есть близкий друг – М.В.В., и после задержания С.П.П., примерно *** января 2015 года, С.В.В. позвонила М., поскольку тот сам говорил, что ранее являлся сотрудником ФСБ, и в ходе телефонного разговора М. стал предлагать дочери помощь в освобождении С.П.П., так как у него имеются серьезные связи в ФСБ, и он легко решит этот вопрос, а так же сам настоял на разговоре и встрече, после чего они договорились встретиться *** января 2015 года, примерно в *** часов, в районе Казанского вокзала. На встречу С.В.В. поехала вместе с со второй его (Л.) дочерью – Л.К.В., они встретились в кафе, М., который был близким знакомым семьи С.В.В.., и у них были доверительные отношения, пытался расположить к себе, проявлял осведомленность о том, что С.П.П. задержан, настаивал на том, что только он сможет помочь в его освобождении и прекращении уголовного преследования, поскольку у него есть влиятельные знакомые в органах ФСБ, и ссылался на Ш., который был его близким другом и влиятельным человеком, который может решить вопрос об освобождении С.П.П. из-под стражи. В ходе беседы М. указал, что для освобождения С.П.П. необходимо передать деньги в сумме 1.200.000 рублей, но эта сумма является не окончательной, и для освобождения С.П.П. из-под стражи и последующего прекращения уголовного преследования нужна будет сумма - 5.200.000 рублей. С.В.В. спрашивала - куда именно и кому будут переданы денежные средства, на что М. пояснил, что он решит вопрос об освобождении со своими людьми и будет гарантом этого, и что их семья может полностью ему доверять, так как он является другом семьи. Так же М. пообещал, что все будет хорошо, и дал контактные данные Ш.. Со слов дочерей ему (Л.) известно, что *** января 2015 года, примерно в *** минут, С.В.В. позвонила Шнейдеру, контактные данные которого сообщил М., в ходе разговора Ш. проявил осведомленность об обстоятельствах разговора с М. и об обстоятельствах дела С.П.П., сказав, что он разговаривал с М., и чтобы освободить С.П.П. из-под стражи необходимо передать ему (Ш.) деньги, о которых дочери разговаривали с М.. После этого Л.К.В. и С.В.В. примерно в *** часов указанного дня приехали по адресу: ****, где располагался офис Ш., и тот сказал С.В.В., что деньги за освобождение С.П.П. - 1.200.000 рублей – надо передать ему. Затем С.В.В. собрала эти деньги у своих знакомых, и ** января 2015 года С.В.В. и Л.К.В. вновь приехали в офис Ш., где С. В.В. передала Ш. эти деньги, и тот сообщил, что 1.000.000 рублей, которые пойдут в счет залога, он положит на счет Московского городского суда, подготовит справку о наличии у С.П.П. заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, 200.000 рублей он (Ш.) передаст судьям Московского городского суда, а гарантом выполнения взятых обязательств будет выступать М.. С.В.В. это показалось убедительным, поскольку Ш. был знакомым друга семьи, она доверяла Ш. и расписки они не писали. Со слов его (Л.) дочерей - через несколько дней после этого М. позвонил С.В.В. и сообщил, что надо решать вопрос с судом, и для этого необходимо передать 2.000.000 рублей Ш. и еще 2.000.000 рублей - ему (М.) для дальнейшей передачи его знакомым, и к середине марта вопрос будет окончательно решен, уголовное дело в отношении С.П.П. будет прекращено, а иначе С.П.П. однозначно «посадят», так как дело – «заказное». Так же М. пояснил, что данная сумма является не окончательной. После этого С.В.В. заняла деньги, а затем, *** января 2015 года, он (Л.) и С.В.В. приехали в район *** вокзала г.Москвы, где встретились с М., тот был с незнакомым мужчиной, который приехал на автомашине «***», М. представил его Е., представителем ФСБ России, в ходе разговора Е. поддержал слова М., сказав, что все будет хорошо, но точную суть разговора он (Л.) указать не может. *** января 2015 года, примерно в 05 часов 00 минут, он (Л.), С.В.В. и Л.К.В. приехали к офису Ш., он (Л.) и С.В.В. прошли в его офис, и С.В.В. передала там Ш. деньги в сумме 2.000.000 рублей лично в руки, после чего Ш. указал на необходимость передачи дополнительных денег – 300.000 рублей, которые нужны для суда. Ш. старался быть убедительным и постоянно указывал на то, что он - знакомый М., что все будет сделано, что он действительно поможет, и что они встретятся на заседании суда. Расписки они не писали, так как доверяли этим людям. После этого М. постоянно звонил С.В.В. и говорил, что все будет хорошо и будет стопроцентный результат. Со слов дочерей ему (Л.) известно, что примерно ** февраля 2015 года С. В.В. позвонил М. и сообщил о необходимости срочно передать 2.000.000 рублей для того, чтобы передать его знакомым, чтобы запустить решение вопроса об освобождении ее мужа, после чего С. В.В. и Л. К.В. поехали к дому М. по адресу: ****, где С. В.В. передала М. деньги в сумме 2.000.000 рублей, затем они зашли в подъезд, затем М. вышел из подъезда с черным свертком, подошел к какой-то автомашине и предал в нее сверток. После передачи денег М. стал звонить С.В.В. редко, в основном – она сама ему звонила, а так же созванивалась со Ш., который заверял, что С.П.П. освободят. Примерно с *** февраля 2015 года С.В.В. начала нервничать и звонить М. и Ш. постоянно, так как у нее появились подозрения, что эти лица могут ее обмануть, но те отвечали, что выполнят свои обязательства, ссылаясь на своих влиятельных знакомых. Спустя какое-то время С. В.В. позвонил Ш. и сообщил, что судебное заседание, где будет решен вопрос об изменении С.П.П. меры пресечения, состоится ** февраля 2015 года. Утром этого дня он (Л.), С. и Л. встретились со Ш. возле здания Московского городского суда, тот сказал, что все будет хорошо, поскольку он – знакомый М., а так же сказал, что ему нельзя показываться никому на глаза, и что он уйдет из здания суда через черный вход. По результатам судебного разбирательства изменения меры пресечения С. П.П. не произошло. После судебного заседания С.В.В. позвонила Ш. и потребовала вернуть деньги, а тот сообщил, что выполнит взятые на себя обязательства, и через месяц, на основном заседании суда, все будет решено, а гарантом этого называл М., который был их близким знакомым, при чем постоянно указывал на то, что они их не обманут. Но насторожило то, что по вопросу освобождения С.П.П. не был в курсе адвокат, учувствовавший в деле. Ш. в его (Л.) присутствии ни с кем из представителей суда не общался и не пытался это сделать. Затем С.В.В. позвонила М. с требованием возврата денег, сказав, что они пойдут официальным путем – работой с адвокатами, но внятного ответа от М. не получила. Впоследствии М. приехал домой к С. и сказал, что сам ничего не понимает, и что дело идет, и С.П.П. скоро освободят. М. сильно нервничал, на вопрос - куда он потратил деньги, ничего пояснить не смог, а на требование вернуть деньги настаивал на том, что в этом нет необходимости, и что он, . и его знакомые решат вопрос об освобождении С.П.П. из-под стражи, постоянно говорил, что в дальнейшем все будет хорошо, и пытался расположить к себе, а затем, отказавшись вернуть деньги и сказав, что если он это сделает, то ситуация не изменится, и для С.П.П. будет еще хуже, уехал. После этого М. никаких активных действий для возврата денег, не предпринимал. Как ему (Л.) известно со слов С.В.В. и Л.К.В. – они ** августа 2015 года поехали по месту работы М. по адресу: *****, и в ходе встречи М. сообщил, что у него есть знакомый, который может помочь в разрешении вопроса относительно прекращения уголовной ответственности С., и который обладает связями в высших судебных инстанциях. С.В.В. и Л.К.В. вновь потребовали у М. вернуть деньги, но тот отказался, сославшись на своих знакомых – Ш. и оказавшихся впоследствии К.М.А. и Г.А.З., сказав, что они в курсе происходящих событий, принимают активное участие в освобождении С.П.П. от уголовной ответственности и им можно доверять, так что деньги в настоящее время возвращать необходимости нет. Впоследствии С.В.В. обратилась в правоохранительные органы, а так же со слов С.В.В. ему (Л.) известно, что К., М. и Г. высказывали С.В.В. требования передачи дополнительных денежных средств за то, чтобы С.П.П. был освобожден от уголовной ответственности, однако в настоящее время в отношении С.П.П. вынесен обвинительный приговор, до настоящего времени он находится под стражей, и никто из указанных лиц никаких действий, направленных на освобождение С.П.П. из-под стражи и возвращение похищенного не предпринимал. Никаких обязательств имущественного характера у его (Л.) семьи перед М., Шнейдером, К. и Г. нет.

4) показаниями свидетеля Е.С.В., данными им в судебном заседании, из которых видно, что он является оперуполномоченным по ОВД УФСБ России по г.Москве и Московской области. В начале августа 2015 года, точную дату не помнит, в УФСБ России по г.Москве и Московской области обратилась С.В.В., которая сообщила, что ее знакомый М.В.В., Ш.Д.Л., который позиционирует себя адвокатом, и человек по имени . который позиционирует себя сотрудником ФСБ, обманным путем похитили у нее деньги в сумме более 5.000.000 рублей – они обещали за деньги помочь ей освободить из-под стражи ее супруга С.П.П., а так же прекратить возбужденное в отношении него уголовное дело, однако своих обязательств не выполнили, и деньги ей не вернули. С.В.В. пояснила, что произошло это в начале 2015 года, и что она неоднократно просила М. вернуть ей деньги, но тот ей постоянно отказывал, и деньги так и не вернул, сказав, что эти деньги пойдут на оплату услуг сотрудников правоохранительных органов. Относительно заявления С.В.В. было доложено руководству, которым было принято решение о проведении ОРМ, направленных на проверку сообщенной С.В.В. информации, с участием самой С.В.В., которая дала на это добровольное согласие. Кроме того, было получено разрешение на прослушивание телефонных переговоров М.В.В. и снятие информации с технических каналов связи. ** августа 2015 года на основании постановления о проведении ОРМ «наблюдение», утвержденного начальником УФСБ России по г.Москве и Московской области, было проведено указанное ОРМ в отношении М. В.В. с использованием негласной аудио- и видеозаписи – С.В.В. прибыла по месту работы М. (адрес не помнит), встретилась с М., беседовала с ним, спрашивала – когда он вернет ей деньги, на что М.. сказал, что деньги возвращать он не будет, а подключит к решению проблемы С. В.В. дополнительных людей из правоохранительных органов. ** августа 2015 года на основании постановления о проведении ОРМ «наблюдение», утвержденного начальником УФСБ России по г.Москве и Московской области, было проведено еще одно ОРМ с использованием негласной аудио- и видеозаписи – С. В.В. прибыла по адресу: *****, в помещение кафе «****», расположенного в торговом центре, примерно в ** часов встретилась там с К.М.А., и они обсуждали вопросы, связанные с освобождением С.П.П. из-под стражи, при чем К. сказал С.В.В., что для этого необходимо передать деньги в сумме 500.000 рублей. ** августа 2015 года было проведено ОРМ «оперативный эксперимент», в ходе которого С.В.В. были выданы денежные средства и муляжи денежных средств, которые в общей сложности имитировали денежную сумму – 500.000 рублей, и которые были обработаны препаратом «****», дающим в лучах УФ-фильтра зеленый цвет, затем С.В.В. проследовала к станции метро «*****», встретилась около метро с К.М.А., затем они проследовали в здание Торгового центра, а когда вышли из него – проследовали к зданию кинотеатра «****», встретились там с М.В.В. и третьим человеком, а через некоторое время К., М. и третий человек были задержаны, и в ходе их досмотра у К. был изъят пакет с денежными средствами и муляжами, которые ранее были выданы С.В.В., а так же было установлено, что у всех троих задержанных в лучах УФ-фильтра руки светились зеленым цветом. После задержания К.М.А. изъявил желание добровольно оказать содействие в изобличении своего соучастника – Г.А.З., которому он должен был передать полученные от С.В.В. деньги, и который представлялся С. В.В. высокопоставленным сотрудником Следственного комитета. В связи с этим в тот же день было проведено еще одно ОРМ «оперативный эксперимент», в ходе которого К. были выданы денежные средства и муляжи денежных средств, которые в общей сложности имитировали денежную сумму – 500.000 рублей, и которые были обработаны препаратом «Тушь-7», дающим в лучах УФ-фильтра зеленый цвет, затем К. проследовал на встречу с Г. в Торговый центр «****», при встрече передал Г. пакет с деньгами, а затем Г. был задержан.

В судебном заседании в порядке ст.281ч.3 УПК РФ были оглашены показания свидетеля Е. С.В., данные им в ходе предварительного расследования по уголовному делу (т.3, лд129-133), которые свидетель Е. С.В. в судебном заседании подтвердил.

5) показаниями свидетеля Ф.В.Д., данными им в судебном заседании, из которых видно, что утром … августа 2015 года он и его одноклассник Т.Е. шли по ул.Л. г.Москвы в сторону дома, когда к ним подошел сотрудник ФСБ и попросил помочь в проведении оперативного мероприятия, на что они согласились. После этого сотрудник ФСБ проводил их в здание ФСБ, завел в один из кабинетов, там находились сотрудники ФСБ, женщина – потерпевшая С. В.В. и 2 эксперта, ему (Ф.) и Т. объяснили, что сотрудниками ФСБ проводится следственный эксперимент, и попросили присутствовать при этом в качестве понятых, на что они согласились. После этого им разъяснили их права, после чего потерпевшая выдала сотрудникам ФСБ деньги, много 5.000 купюр, их пересчитали и записали их номера в протокол, в котором он (Ф.) и Т. расписались. Затем эксперты обрызгали деньги, которые выдала потерпевшая, каким-то препаратом, этим же препаратом были обрызганы муляжи денежных купюр и пакет, потом деньги и муляжи положили в пакет, этот пакет положили в женскую сумку, и эту сумку выдали потерпевшей, о чем был составлен протокол, в котором он (Ф.) и Т. расписались. Затем он (Ф.), Т., сотрудники ФСБ и потерпевшая поехали куда-то на автомашине, они приехали в район станции метро «****», он (Ф.) и Т. ждали какое-то время в автомашине, а затем их позвали на улицу, отвели к какому-то кинотеатру, где задержали трех человек, после чего следователь осматривал место происшествия и досматривал задержанных, у одного из которых – у К.М.А. – был изъят пакет с деньгами, который ранее выдавали потерпевшей. Так же эксперты осматривали руки задержанных с помощью специальной лампы, и на руках К. и остальных двоих задержанных, проявилось вещество зеленого цвета – у К. все руки были в это веществе, а у остальных на руках были капли этого вещества. Об этом был составлен протокол, который подписали он (Ф.), Т. и остальные люди, которые участвовали в осмотре.

В судебном заседании в порядке ст.281ч.3 УПК РФ были оглашены показания свидетеля Ф.В.Д., данные им в ходе предварительного расследования по уголовному делу, в части дат, времени и адресов событий произошедшего (т.3, лд121-124), которые свидетель Ф.В.Д. в судебном заседании подтвердил.

6) показаниями свидетеля Г.Д.В., данными им в судебном заседании, из которых видно, что в начале 2015 года у его знакомой С.В. произошла неприятная ситуация – сотрудники полиции задержали ее супруга, обвинили его в нарушении закона и посадили его в следственный изолятор. Вскоре после этого С. обратилась к нему (Г.) и попросила у него в долг деньги, максимально возможную для него сумму, сказав, что она должна отдать деньги своему знакомому М. и другим людям, которые обещали помочь ее супругу, каким образом – он (Г.) не помнит. У него (Г.) было 800.000 рублей, и он дал С. эти деньги в долг. С. обещала вернуть ему деньги осенью 2015 года, но это у нее не получилось, и деньги С. ему вернула только 2 месяца назад (допрос Г.Д.В. в судебном заседании производился 12 июля 2016 года). Какую общую сумму денег . должна была отдать тем людям –он (. не помнит, но эта сумма была гораздо больше, чем 800.000 рублей. Как ему впоследствии сказала С. – люди, которые обещали помочь ее супругу, обманули ее и фактически ее супругу не помогли.

В судебном заседании в порядке ст.281ч.3 УПК РФ были оглашены показания свидетеля Г. Д.В., данные им в ходе предварительного расследования по уголовному делу (т.3, лд175-177), из которых, в частности, видно, что в конце января 2015 года С.В.В. попросила у него в долг деньги, максимально возможную сумму, сказав, что деньги ей нужны, поскольку ее муж был задержан по подозрению в совершении преступления, что деньги у нее просит ее знакомый М. В., чтобы передать их своим знакомым для решения вопроса об освобождении мужа от уголовной ответственности, и что М. просит у нее свыше 5.000.000 рублей, в том числе - для передачи своему знакомому адвокату, после чего он (Г.) передал С. В.В. 800.000 рублей. Так же ему (Г.) известно, что деньги С.В.В. занимала у других своих знакомых, и что С.В.В. впоследствии обманули и деньги у нее похитили М. совместно с иными лицами.

Показания, данные им в ходе предварительного расследования по уголовному делу (т.3, лд175-177), свидетель Г.Д.В. в судебном заседании подтвердил в полном объеме.

7) показаниями свидетеля Ч.Н.А., данными им в судебном заседании, из которых видно, что он является следователем СЧ УВД ЦАО г.Москвы, а ранее работал следователем Следственного отдела ОМВД России по Т. району г.Москвы. В январе 2015 года им было возбуждено уголовное дело в отношении С.П.П. по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, в рамках которого С.П.П. был задержан, а затем в отношении него постановлением Т. районного суда г.Москвы была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. В ходе предварительного расследования по уголовному делу в отношении С. П.П. защиту последнего осуществляли несколько адвокатов – П., Д. и другие, фамилии которых он (Ч.) уже не помнит, но адвоката Ш. среди этих адвокатов не было. Адвоката по фамилии Ш. он (Ч.) не знает и никогда не видел. М.В.В. допрашивался по уголовному делу в качестве свидетеля. Кто такие К. и Г. – он (Ч.) не знает. С супругой С.П.П. он (Ч.) несколько раз встречался, в частности – при рассмотрении вопросов об избрании С.П.П. меры пресечения и при продлении срока его содержания под стражей. Один из оперуполномоченных сотрудников ФСБ, которые сопровождали уголовное дело в отношении С.П.П., рассказал ему (Ч.), что к супруге С.П.П. обращались какие-то люди и предлагали ей за деньги решить вопрос об освобождении С.П.П., и когда в суде в рассматривался вопрос о продлении С.П.П. срока содержания под стражей, он (Ч.) спросил об этом супругу С.П.П., та не отрицала, что такое в действительности было, он (Ч.) сказал супруге С.П.П., чтобы она не верила тем людям, и что это – мошенники, на что супруга С.П.П. в двух словах рассказала, что ей такие предложения поступали, и называла крупную сумму денег, которую с нее просили за решение вопроса об освобождении С.П.П. (какую именно – не помнит), при этом супруга С.П.П. называла фамилию – М., и говорила, что он бывший сотрудник спецслужб, и что у него есть связи в ФСБ и МВД. В какой-то период времени до участия в производстве по уголовному делу в отношении С.П.П. был допущен адвокат (его фамилию он (Ч.) не помнит), который в следственных действиях по уголовному делу не участвовал, этот адвокат только 1 раз посетил С.П.П. в следственном изоляторе, затем С.П.П. от его услуг отказался, и после этого супруга С.П.П. высказывала ему (Ч.) претензии по поводу того, что до участия в деле был допущен адвокат, которого она не нанимала. Лично к нему (Ч.) с вопросами об освобождении С.П.П. из-под стражи и о прекращении его уголовного преследования никто не обращался, и ему (Ч.) не известно – обращался ли с такими вопросами кто-либо к другим сотрудникам Следственного отдела.

8) показаниями свидетеля Д.Т.Н., данными ею в ходе предварительного расследования по уголовному делу и оглашенными в судебном заседании в порядке ст.281ч.1 УПК РФ (т.3, лд97-100), из которых видно, что она является заместителем начальника Следственного отдела ОМВД России по Т. району г.Москвы, ранее в производстве Следственного отдела находилось уголовное дело в отношении С.П.П., возбужденное следователем Ч.Н.А. по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, по материалам проверки, представленным сотрудниками УФСБ России по г.Москве и Московской области, уголовное дело было направлено в Т. районный суд г.Москвы для рассмотрения по существу, обстоятельства расследования данного уголовного дела она (Д.) пояснить не может, до момента возбуждения уголовного дела она (Д.) со С.П.П. и иными участниками процесса, в том числе – с адвокатами, знакома не была, кто из адвокатов был допущен к участию в уголовном деле – пояснить не может, и эти сведения имеются в материалах дела, лично к ней (Д.) с просьбой о прекращении уголовного дела в отношении С.П.П. и об изменении ему меры пресечения на не связанную с ограничением свободы никто не обращался, с М.В.В., Ш.Д.Л., К.М.А. и Г.А.З. она (Д.) не знакома, и об указанных лицах никогда не слышала, в том числе - от сотрудников следственного отдела, по поводу необходимости оказания содействия С.П.П. по уголовному делу к ней (Д.) никто не обращался.

9) показаниями свидетеля П.Т.В., данными ею в ходе предварительного расследования по уголовному делу и оглашенными в судебном заседании в порядке ст.281ч.1 УПК РФ (т.3, лд106-109), из которых видно, что она является начальником Следственного отдела ОМВД России по Т. району г.Москвы, ранее в производстве Следственного отдела находилось уголовное дело в отношении С.П.П., возбужденное следователем Ч.Н.А. по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, по материалам проверки, представленным сотрудниками УФСБ России по г.Москве и Московской области, уголовное дело было направлено в Т. районный суд г.Москвы для рассмотрения по существу, и по указанному уголовному делу был вынесен обвинительный приговор, до момента возбуждения уголовного дела она (П.) со С.П.П. и иными участниками процесса, в том числе – с адвокатами, знакома не была, кто из адвокатов был допущен к участию в уголовном деле – пояснить не может, и эти сведения имеются в материалах дела, лично к ней (П.) с просьбой о прекращении уголовного дела в отношении С.П.П. и об изменении ему меры пресечения на не связанную с ограничением свободы никто не обращался, с М.В.В., Ш.Д.Л., К.М.А. и Г.А.З. она (П.) не знакома, и об указанных лицах никогда не слышала, в том числе - от сотрудников следственного отдела и следователя, в производстве которого находилось уголовное дело, по поводу необходимости оказания содействия С.П.П. по уголовному делу к ней (П.) никто не обращался.

10) показаниями свидетеля А.С.Ю., данными ею в ходе предварительного расследования по уголовному делу и оглашенными в судебном заседании в порядке ст.281ч.1 УПК РФ (т.3, лд180-182), из которых видно, что она является федеральным судьей Т. районного суда г.Москвы, расположенного по адресу: ****, ранее в ее производстве находилось уголовное дело в отношении С.П.П., возбужденное СО ОМВД России по Т. району г.Москвы по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, при поступлении уголовного дела в суд ему был присвоен номер №1-****/2015, в настоящее время (допрос производился **** 2016 года) уголовное дело рассмотрено по существу, С.П.П. был признан виновным в инкриминируемом ему преступлении и в отношении него вынесен обвинительный приговор, до момента поступления уголовного дела в суд она (А.) со С.П.П. и иными участниками процесса, в том числе – с адвокатами, знакома не была, кто из адвокатов был допущен к участию в уголовном деле – она (А.) не помнит, и сведения об этом имеются в материалах уголовного дела, лично к ней кто-либо из участников процесса, а также от их имени с просьбой о прекращении уголовного дела в отношении С.П.П. и об изменении ему меры пресечения на не связанную с ограничением свободы не обращались, во вне процессуальной форме ни с кем из участников процесса по данному уголовному делу она не общалась, М.В.В. являлся свидетелем по уголовному делу и был допрошен в рамках судебного разбирательства, а ранее она (А.) с ним знакома не была, Ш.Д.Л., К.М.А. и Г.А.З. ей не знакомы, и их фамилии она никогда не слышала.

11) показаниями свидетеля К.А.И., данными им в судебном заседании, из которых видно, что в июле или августе 2015 года, точную дату не помнит, с утра, он ездил вместе со своим знакомым М.В.В. по рабочим вопросам, на строительный объект. Примерно в ** часов они покинули строительный объект и поехали к станции метро «*-***», где должны были встретиться с К. М.А. по поводу постановки на стационарную охрану какого-то объекта, ждали К. около кинотеатра «***» на ул.***, через некоторое время появился К., вместе с ним была девушка, которую представили ему (К.) В., они поздоровались, он (К.) передал К. коммерческое предложение, после чего М. и К. сказали ему (К.) и девушке постоять немного и поговорить между собой, а сами отошли в сторону. Говорить им с девушкой было особо не о чем, в связи с чем девушка стала уходить от него (К.), а затем мимо него пробежали какие-то люди, которые подбежали к стоящим неподалеку М. и К. и задержали их, а затем эти люди, которые оказались сотрудниками ФСБ, задержали его (К.). Через некоторое время приехал следователь, после чего всех стали досматривать, и у К. или у М. (у кого именно – не помнит) изъяли розовый полиэтиленовый пакет, в котором находились деньги. Так же ему (К.), М. и Г. светили на руки специальной лампой, и у К. в свете этой лампы руки светились зеленым цветом, у М. светилась зеленым цветом одна рука, а у него (К.) светился зеленым цветом палец на правой руке. В его (К.) присутствии К. М. ничего не передавал. Поясняли ли М. или К. что-либо сотрудникам ФСБ - он (К.) не помнит.

В судебном заседании в порядке ст.281ч.3 УПК РФ были оглашены показания свидетеля К. А.И., данные им в ходе предварительного расследования по уголовному делу, в части дат, времени и адресов событий произошедшего и имени потерпевшей (т.3, лд87-90), которые свидетель К.А.И. в судебном заседании подтвердил.

12) показаниями свидетеля Б.А.Ю., данными им в судебном заседании, из которых видно, что он работает в Агентстве недвижимости «***», расположенном по адресу: **** В здании по указанному адресу, на 1м этаже жилого дома, расположены офисы - Агентство недвижимости «***», Бюро переводов, Салон красоты и другие. Бюро переводов занимает два офисных помещения, и одно из помещений в начале 2015 года месяца три сдавало в аренду человеку по имени Д., который занимался оказанием юридических услуг. После того, как этот Д. съехал из арендуемого им помещения, его периодически разыскивали люди, которые рассказывали, что он взял с них деньги за оказание юридических услуг, после чего услуги не выполнил и пропал вместе с их деньгами.

13) исследованными в судебном заседании письменными материалами уголовного дела:

заявлением С.В.В. на имя начальника УФСБ России по г.Москве и Московской области от ** августа 2015 года с просьбой привлечь к уголовной ответственности М.В.В., Ш.Д.Л. и неустановленных лиц по именам Е. и М., которые обманным путем завладели ее денежными средствами в размере 5.200.000 рублей для решения вопроса об изменении меры пресечения и освобождении от уголовной ответственности ее супруга С.П.П., но своих обязательств не выполнили, на ее (С.) требования прекратить свои действия и вернуть ей деньги отказываются и предлагаю заплатить им еще 500.000 рублей для передачи их в качестве взятки неустановленным сотрудникам правоохранительных и судебных органов (т.1, лд55)

постановлением о проведении ОРМ «оперативный эксперимент» в отношении М.В.В. и лиц, представляющихся именами М. и М., вынесенным ** августа 2015 года ст.оперуполномоченным по ОВД 1 направления ОСБ УФСБ России по г.Москве и Московской области Е.С.В., согласованным с начальником ОСБ УФСБ России по г.Москве и Московской области В.С.Е. и утвержденным начальником УФСБ России по г.Москве и Московской области Д.А.Н. (т.1, лд234-236)

актом осмотра, копирования и выдачи денежных средств от 26 августа 2015 года, 09.23-09.40 (т.1, лд239-240), с приложением – сериями и номерами денежных купюр - …..(т.1, лд241-242) и ксерокопиями денежных купюр с указанными сериями и номерами (т.1, лд243-255), из которого видно, что указанного числа в указанное время ст.оперуполномоченным по ОВД 1 направления ОСБ УФСБ России по г.Москве и Московской области Ермоловым С.В. в присутствии представителей общественности Т.Е.Д. и Ф.В.Д. и с участием С.В.В. по адресу: **** были осмотрены предоставленные С. В.В. денежные средства в сумме 250.000 рублей купюрами по 5.000 рублей (серии и номера купюр перечислены в приложении), которые были отксерокопированы

актом осмотра, обработки и выдачи денежных купюр и муляжей, имитирующих денежные купюры, от ** августа 2015 года, **** (т.1, лд256-257), с приложением – указанными выше сериями и номерами денежных купюр (т.1, лд258-259) и ксерокопиями денежных купюр с указанными сериями и номерами (т.1, лд260-272), из которого видно, что указанного числа в указанное время ст.оперуполномоченным по ОВД 1 направления ОСБ УФСБ России по г.Москве и Московской области Е. С.В. в присутствии представителей общественности Т.Е.Д. и Ф. В.Д. и с участием С.В.В. и специалистов Института криминалистики ФСБ России Б.С.А. и И.Я.В. по адресу: **** были осмотрены предоставленные С.В.В. денежные средства в сумме 250.000 рублей купюрами по 5.000 рублей (серии и номера купюр перечислены в приложении) и муляжи, имитирующие денежные купюры, на сумму 250.000 рублей, после чего денежные средства в сумме 250.000 рублей купюрами по 5.000 рублей были обработаны специалистами Б. С.А. и И.Я.В. криминалистическим идентификационным препаратом «Тушь-7», люминесцирующим в лучах УФ-осветителя зеленым цветом после его обработки препаратом «Специальный аэрозольный проявитель», а лицевая сторона каждой купюры была промаркирована штампом «ОТМ «Тушь», из муляжей купюр было сформировано 3 пачки, две из которых имитировали по 100.000 рублей, третья – 50.000 рублей, которые так же были обработаны криминалистическим идентификационным препаратом «Тушь-7», так же указанным препаратом был обработан полиэтиленовый пакет розового цвета с надписью «****», в который были помещены указанные выше обработанные денежные средства и муляжи денежных средств, указанный пакет был помещен специалистом Б.С.А. в сумку, которая была передана С.В.В., которая лично контакта с обработанными денежными купюрами и муляжами купюр не имела

протоколом осмотра места происшествия от *** августа 2015 года, *** (т.2, лд3-13), из которого видно, что указанного числа в указанное время следователем СУ по ЦАО ГСУ СК России по г.Москве Б.А.Н. в присутствии понятых Т. Е.Д. и Ф.В.Д., с участием специалистов Б.С.А. и И.Я.В. и оперуполномоченных ОСБ УФСБ России по г.Москве и Московской области Ч.А.А. и Е.С.В. было осмотрено место происшествия – участок местности, прилегающий к д.*** по ул.*** г.Москвы (здание кинотеатра «****»), в ходе осмотра места происшествия был досмотрен задержанный К.М.А., у которого в левом заднем кармане джинс был обнаружен и изъят пакет розового цвета с надписью «****», в котором находились денежные средства в сумме 250.000 рублей купюрами по 5.000 рублей, серии и номера которых соответствуют сериям и номерам денежных купюр, которые ранее были выданы С.В.В. для проведения ОРМ «оперативный эксперимент», и 3 пачки муляжей денежных купюр, денежные купюры были обработаны препаратом «Специальный аэрозольный проявитель», и на каждой из денежных купюр проявился оттиск штампа «ОТМ «Тушь», при осмотре ладоней и пальцев рук К.М.А. в лучах УФ-осветителя после их обработки препаратом «Специальный аэрозольный проявитель» на поверхностях ладоней и пальцев рук К.М.А. обнаружен люминесцирующий зеленый цвет (с ладоней и пальцев рук К.М.А. сделаны смывы), по факту изъятых денежных средств К.М.А. пояснил, что получил их перед задержанием от В., чтобы К.А.И. и М.В.В. помогли ее мужу, который находится под стражей, и деньги передать им не успел, так как был задержан, при досмотре задержанных К.А.И. и М.В.В. на поверхностях их рук в лучах УФ-осветителя были обнаружены следы вещества, люминесцирующего зеленым цветом (у ..И. – на указательном пальце правой руки, у М.В.В. – на правой руке, с которых сделаны смывы)

актом осмотра, копирования и выдачи денежных средств от ** августа 2015 года, 20.35-20.55 (т.1, лд276-277), с приложением – ксерокопиями денежных купюр (т.1, лд278), из которого видно, что указанного числа в указанное время ст.оперуполномоченным по ОВД 1 направления ОСБ УФСБ России по г.Москве и Московской области Е.С.В. в присутствии представителей общественности К.А.И. и Г.С.О. и с участием С.В.В. по адресу: ***** были осмотрены предоставленные С.В.В. денежные средства в сумме 10.000 рублей купюрами по 5.000 рублей, серии и номера – *****, которые были отксерокопированы

актом осмотра, обработки и выдачи денежных купюр и муляжей, имитирующих денежные купюры, от *** августа 2015 года, ***** (т.1, лд279-281), с приложением – ксерокопиями денежных купюр (т.1, лд282), из которого видно, что указанного числа в указанное время ст.оперуполномоченным по ОВД 1 направления ОСБ УФСБ России по г.Москве и Московской области Е. С.В. в присутствии представителей общественности М.А.Т. и А.Д.А. и с участием С.В.В., К.М.А. и специалистов Института криминалистики ФСБ России Б.С.А. и И.Я.В. по адресу: ***** были осмотрены предоставленные С.В.В. денежные средства в сумме 10.000 рублей купюрами по 5.000 рублей, серии и номера – *****, и муляжи, имитирующие денежные купюры, на сумму 490.000 рублей, после чего денежные средства в сумме 10.000 рублей купюрами по 5.000 рублей были обработаны специалистами Б. С.А. и И.Я.В. криминалистическим идентификационным препаратом «Тушь-7», люминесцирующим в лучах УФ-осветителя зеленым цветом после его обработки препаратом «Специальный аэрозольный проявитель», а лицевая сторона каждой купюры была промаркирована штампом «ОТМ «Тушь», из муляжей купюр было сформировано 4 пачки, в одну из которых были вложены вышеуказанные денежные средства в сумме 10.000 рублей купюрами по 5.000 рублей, и указанные пачки так же были обработаны криминалистическим идентификационным препаратом «Тушь-7», так же указанным препаратом был обработан полиэтиленовый пакет черного цвета с надписью «****», в который были помещены указанные выше обработанные денежные средства и муляжи денежных средств, указанный пакет был помещен специалистом Б.С.А. в коричневую сумку, которая была передана К.М.А., который лично контакта с обработанными денежными купюрами и муляжами купюр не имел

протоколом осмотра места происшествия от ** августа 2015 года, **** (т.2, лд18-24), из которого видно, что в указанный период времени ст.оперуполномоченным по ОВД ОЭБиПК УВД СВАО ГУ МВД России по г.Москве Т.П.И. в присутствии понятых Л.Н.А. и С.Т.А., с участием К.М.А., Г.А.З. и оперуполномоченных ОСБ УФСБ России по г.Москве и Московской области Е.С.В. и Т. О.Ю. было осмотрено место происшествия – кафе «****», расположенное в ТЦ «***» по адресу: ***, в ходе досмотра задержанного Г.А.З. в правом переднем кармане одетых на нем брюк был обнаружен черный пакет с надписью «****», в котором находились 2 денежные купюры достоинством по 5.000 рублей, серии и номера – ****, а так же муляжи денежных средств, при исследовании ладоней и пальцев рук Г.А.З. после их обработки препаратом «Специальный аэрозольный проявитель» в лучах УФ-осветителя на поверхностях ладоней и пальцев рук Г.А.З. обнаружены следы вещества, люминесцирующего зеленым цветом (с ладоней и пальцев рук Г.А.З. сделаны смывы)

заключением физико-химической экспертизы №*** от *** ноября 2015 года (т.3, лд18-44), согласно выводам заключения которого на изъятых ** августа 2015 года и представленных на экспертизу пакете розового цвета, в котором находились денежные банкноты и муляжи денежных банкнот, денежных банкнотах в сумме 250.000 рублей, муляжах денежных банкнот и марлевых бинтах с сухими смывами с пальцев и ладоней обеих рук К.М.А., с указательного пальца правой руки К.А.И. и с правой руки М.В.В. имеются следы препарата, люминесцирующего в УФ-лучах зеленым цветом после его взаимодействия с препаратом «Специальный аэрозольный проявитель», следы, обнаруженные на вышеуказанных объектах, являются следами препарата «Тушь-7», которым, согласно акту от ** августа 2015 года, были обработаны представленные на экспертизу денежные банкноты в сумме 250.000 рублей и муляжи денежных банкнот; на изъятых *** августа 2015 года и представленных на экспертизу пакете черного цвета, в котором находились денежные банкноты и муляжи денежных банкнот, денежных банкнотах в сумме 10.000 рублей, муляжах денежных банкнот и марлевых бинтах с сухими смывами с обеих рук Г.А.З. имеются следы препарата, люминесцирующего в УФ-лучах зеленым цветом после его взаимодействия с препаратом «Специальный аэрозольный проявитель», следы, обнаруженные на вышеуказанных объектах, являются следами препарата «Тушь-7», которым, согласно акту от ** августа 2015 года, были обработаны представленные на экспертизу денежные банкноты в сумме 10.000 рублей и муляжи денежных банкнот. Суд доверяет заключению экспертизы, находит ее доводы убедительными, а выводы – правильными, поскольку не усматривает оснований сомневаться в компетентности проводившей указанную экспертизу эксперта, имеющей стаж работы по специальности – исследование криминалистических идентификационных препаратов – 5 лет.

протоколом осмотра места происшествия от *** марта 2016 года (т.3, лд188-191), из которого видно, что при осмотре указанного числа домов **** было установлено, что в указанных домах адвокатский кабинет, адвокатское бюро или иное адвокатское образование Ш.Д.Л. отсутствуют

справкой Адвокатской палаты Московской области от *** 2016 года, из которой видно, что Ш.Д.Л. являлся членом Адвокатской палаты Московской области с **** года, и его статус как адвоката был прекращен **** года в соответствии с п.п.1 п.2 ст.17 ФЗ РФ №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» (получена по запросу суда и приобщена к письменным материалам уголовного дела в судебном заседании **** 2016 года)

справкой Адвокатской палаты г.Москвы от *** 2016 года, из которой видно, что информация о Ш.Д.Л. в реестре адвокатов г.Москвы отсутствует (получена по запросу суда и приобщена к письменным материалам уголовного дела в судебном заседании 28 июля 2016 года)

копией материалов уголовного дела №1-***\2015 (следственный номер уголовного дела - №****) в отношении С.П.П., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ (т.4, лд1-260, т.5, лд1-312), из которого видно, что указанное уголовное дело было возбуждено следователем СО ОМВД России по Т. району г.Москвы Ч.Н.А. *** января 2015 года в отношении С.П.П. по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ (т.4, лд4), по подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ С.П.П. был задержан *** января 2015 года (т.4, лд125-128), *** января 2015 года С.П.П. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ (т.4, лд130-131), *** января 2015 года постановлением Т. районного суда г.Москвы в отношении С.П.П. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок – по ** марта 2015 года (т.4, лд145-147), 18 февраля 2015 года в качестве свидетеля по указанному уголовному делу был допрошен М. В.В. (т.5, лд6-9), *** марта 2015 года постановлением Т. районного суда г.Москвы срок содержания С.П.П. под стражей был продлен по *** апреля 2015 года (т.5, лд18-21), *** апреля 2015 года постановлением Т. районного суда г.Москвы срок содержания С.П.П. под стражей был продлен по ** мая 2015 года (т.5, лд83-85), *** апреля 2015 года С.П.П. было предъявлено новое обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ (т.5, лд123-125), ** мая 2015 года постановлением Т. районного суда г.Москвы срок содержания С.П.П. под стражей был продлен по ** июня 2015 года (т.5, лд172-174), 10 июня 2015 года постановлением Т. районного суда г.Москвы срок содержания С.П.П. под стражей был продлен по ** июля 2015 года включительно (т.5, лд223-225), ** июня 2015 года С.П.П. было предъявлено новое обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ (т.5, лд232-234), 02 июля 2015 года по уголовному делу в отношении С.П.П. было составлено обвинительное заключение, которое было утверждено прокурором ** июля 2015 года (т.5, лд258-266), *** июля 2015 года постановлением Т. районного суда г.Москвы срок содержания С. П.П. под стражей был продлен по ** июля 2015 года (т.5, лд270-272), а *** июля 2015 года постановлением Т. районного суда г.Москвы по итогам проведения по уголовному делу предварительного слушания срок содержания С.П.П. под стражей был продлен до *** января 2016 года (т.5, лд309-311), и защиту С.П.П. в рамках производства по указанному уголовному делу осуществляли адвокаты Е.Ю.Ю. (т.4, лд119), К.А.Л. (т.4, лд148), С.В.И. (т.4, лд150), Г.Е.В. (т.4, лд198), Б.К.Р. (т.5, лд44), Г.И.Н. (т.5, лд160), П.Д.А. (т.5, лд161), Д.Л.С. (т.5, лд163, т.5, лд277) и К.А.И. (т.5, лд227), а так же копией приговора Т. районного суда г.Москвы от ** января 2016 года, которым С.П.П. был осужден по ч.3 ст.30, ч.4 ст.158 УК РФ к ** годам лишения свободы с отбыванием в ИК общего режима (т.5, лд325-340)

копией постановления Московского городского суда от ** августа 2015 года о разрешении прослушивания телефонных переговоров и снятия информации с технических каналов связи, которым установлены номера телефонов М.В.В. - 8-**** (т.3, лд202)

протоколом осмотра детализации телефонных соединений абонента номера телефона *** – С.В.В. (т.6, лд260-268), из которой видно, что в период с **** года С.В.В. неоднократно связывалась посредством телефонных звонков и СМС-сообщений с М.В.В. по номерам телефона ****

протоколами осмотра компакт-дисков с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от *** августа 2015 года, на которых зафиксирован разговор между С.В.В. и М.В.В. относительно уголовного дела в отношении С.В.В., в ходе которого М.В.В. сообщает С.В.В. о том, что он разговаривал по поводу данного уголовного дела с человеком, который имеет возможность «выйти» на председателя Верховного суда Л., являющегося его свояком, что Д.(Ш.Д.Л.), которого он (М.) знает с *** года, и с которым вместе служил и воевал, в настоящее время очень активно занимается вопросом уголовного дела С. П.П., что есть человек – М., у которого есть друг, являющийся братом жены судьи, которому он (М.) дал деньги на подарок, и он с Михаилом переговорит по поводу уголовного дела С.П.П., и что Ж., сотрудник ФСБ, отдаст С.В.В. деньги – 5.200.000 рублей, а в настоящее время Ж. эти деньги «вложил», (т.7, лд27-41, т.7, лд87-101)

протоколами осмотра компакт-дисков с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от ** августа 2015 года, на которых зафиксирован разговор между С.В.В. и К.М.А. относительно уголовного дела в отношении С.В.В., в ходе которого С.В.В. сообщает К.М.А. о том, что она уже отдала за оказание помощи своему супругу 5.200.000 рублей, а К.М.А. сообщает С.В.В. о том, что он помогает С.В.В. в связи с тем, что его попросил об этом его друг В.(М.В.В.), что он (К.) работает в Правительстве, что у С.В.В. нет выхода и надо идти до конца, и что он (К.) посмотрит документы на «флэшке», и если не хватит, С.В.В. должна будет довезти «документы», которые отдадут на «****», и тогда С.П.П. оставят виновным, но выпустят (т.7, лд43-63, т.7, лд65-85)

протоколами осмотра компакт-дисков с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от ** августа 2015 года, на которых зафиксирован разговор С. В.В., М.В.В. и К.М.А., в ходе которого М.В.В. сообщает С. В.В. о том, что М. сказал встретиться с нею на «***», после чего К.М.А. встречается со С.В.В., сообщает ей о том, что потерпевший должен написать заявление, что он просит не наказывать супруга С.В.В. и не лишать его свободы, что М. – председатель Т. суда – уже переговорил с А., что он (К.М.А. и другие лица) ознакомились с материалами дела, и дело – чистое и стопроцентное, что для того, чтобы супруг С.В.В. вышел на свободу, они отдают только «пятьсот», что необходимо, чтобы супруг С.В.В. «взял» особый порядок, что то, что дело разваливается или его «закрывают», добивается адвокат, и В. (М.В.В.) здесь ни при чем, а затем С. В.В. и К. М.А. встречаются с М.В.В., и К.М.А. отзывает М.В.В. отойти в сторону (т.7, лд103-112, т.7, лд114-124)

протоколами осмотра компакт-дисков с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от ** августа 2015 года, на которых зафиксирован разговор К.М.А. и Г.А.З., в ходе которого К.М.А. сообщает Г.А.З. о том, что девочка передала ему деньги, 500 тысяч (остальные деньги подвезет потом), и информацию, «флэшку», и спрашивает – может ли он «закрыть» вопрос через Следственный комитет, на что Г.А.З. отвечает, что «закрывать» вопрос будет один из первых лиц Следственного комитета, что он (Г.) может «класть» первому человеку любой материал, что его (Г.) близкий человек «заходит» к Б., что вопрос можно будет решить так же и через ФСБ, у В. (М.В.В.) уровня, чтобы решить вопрос, нет, раз они взяли деньги и ничего не решили, а у него (Г.) ребята серьезные, и если аванс взяли, то начинают заниматься (т.7, лд125-136, т.7, лд138-149)

протоколом осмотра флэш-карты «***» с аудиозаписями разговоров, произведенных С. В.В., на которых зафиксированы разговоры: 1) состоявшийся между С. В.В. и М.В.В. *** февраля 2015 года, в ходе которого С.В.В. предъявляет М.В.В. претензии по поводу того, что ее супруга не отпустили на свободу, и просит вернуть ей деньги, а М.В.В. оправдывается в связи с этим перед С.В.В., ссылается на Д. и Ж., и сообщает о том, что Ж. работает «по высшему эшелону», а Д. увеличил депозит на 2 миллиона, что во время судебного заседания в Московском городском суде Д. был в конференц-зале, и что в слова Д. он (М.) верит, 2) состоявшийся между С. В.В. и М.В.В. *** марта 2015 года, в ходе которого М.В.В. сообщает С.В.В., что *** марта он встречается с человеком, который поможет, 3) состоявшийся между С.В.В. и М.В.В. ** февраля 2015 года, в ходе которого М.В.В. сообщает С.В.В., что деньги официально лежат на депозите суда, у одного человека, который работает по существу, что сумма по решению вопроса фактически такая же и есть, что вопрос решается по существу, и отказывается возвращать С.В.В. деньги, 4) состоявшийся между С.В.В. и М.В.В. ** марта 2015 года, в ходе которого С.В.В. говорит М.В.В. о том, что задержание ее супруга продлили до ** апреля, несмотря на то, что она отдала 5.200.000 рублей, а М.В.В. говорит, что перезвонит, и заканчивает разговор, 5) состоявшийся между С.В.В. и М.В.В. ** марта 2015 года, в ходе которого М.В.В. говорит С. В.В. о том, что человек делает свою работу, и делает все правильно, 6) состоявшийся между С. В.В. и М. В.В. ** апреля 2015 года, в ходе которого С.В.В, высказывает М.В.В. претензии, а М.В.В. через некоторое время разговора обрывает телефонный разговор, 7) состоявшийся между С.В.В. и М.В.В. ** марта 2015 года, в ходе которого М.В.В. сообщает С.В.В., что Ж. платит ее деньги покровителю в Управлении, который контролирует А., 8) состоявшийся между С.В.В., ее родителями и М. В.В. ** апреля 2015 года, в ходе которого М.В.В. просят вернуть деньги и написать расписку, а М.В.В, писать расписку отказывается, 9) состоявшийся между С.В.В. и М.В.В. ** марта 2015 года, в ходе которого С.В.В. говорит М.В.В., что от нее получили деньги, вогнали ее в долги, и ничего не сделали, а М.В.В. говорит С.В.В., что созвонится с нею завтра, 10) состоявшийся между С.В.В. и М.В.В. ** марта 2015 года, в ходе которого М. В.В. сообщает С.В.В., что у **** все здорово, что они знают, что будет делаться в ГСУ и прокуратуре, и что С. В.В. будет довольна, 11) состоявшийся между С.В.В. и М. В.В. *** марта 2015 года, в ходе которого М.В.В. сообщает С.В.В., что было взаимодействие с А., заместителем начальника ГСУ, и вопрос фактически решен, что Ж. все делает на уровне «фэсов», а Д. «заточен» на процесс по существу, что он был на съезде судей, и что его отец – генерал-лейтенант юстиции, С.В.В. просит, чтобы Д. отдал ей деньги, а М.В.В., говорит, что поговорит с ним завтра, 12) состоявшийся между С.В.В. и М.В.В. *** марта 2015 года, в ходе которого С.В.В. просит М.В.В. вернуть деньги и напоминает ему, что он является гарантом, а М.В.В. говорит, что он уверен, что все нормально, и что он все сделает, чтобы было здорово, 13) состоявшееся между С.В.В. и М.В.В. *** апреля 2015 года, в ходе которого С.В.В. предъявляет М.В.В. претензии и просит вернуть деньги, а М.В.В. говорит, что Д. и Ж. продолжают работать по ее вопросу, что он будет пересекаться с Ж., а так же обязуется вернуть деньги, 14) состоявшийся между С.В.В. и М. В.В. ** апреля 2015 года, в ходе которого М. В.В. сообщает С.В.В., что со своей стороны он все до человека довел, и просит, чтобы она верила и доверяла ему (т.7, лд151-272)

протоколами осмотра компакт-диска с аудиозаписями телефонных разговоров, полученных на основании постановления МГС, из которых видно, что: 1) между М.В.В. и Д., который пользовался абонентским номером телефона 8**** августа 2015 года состоялись телефонные разговоры, в ходе которых М.В.В. и Д. обсуждали уголовное дело в отношении С.П.П., М.В.В. говорил о том, что лучше заработать меньше, но головой надо думать, что это надо решать, пока не поздно, так же как по Д., и что он (М.) сказал С.В.В., что Д. с отцом все держат под контролем, и та спрашивала, почему Д. не вошел в уголовное дело как адвокат, а Д. на это отвечал М. В.В., что адвокатов там для цирка достаточно, впоследствии М. В.В. говорит Д., что когда С. В.В. звонит, он не берет трубку и с нею не общается, а в последующем разговоре говорит Д., что лучше все вернуть, что они ничего не сделают ни по П., ни по Д., 2) между М.В.В. и М., который пользовался абонентским номером телефона **** (К.М.А.), **** августа 2015 года состоялись телефонные разговоры, в ходе которых М. рассказывает М.В.В. о состоявшемся разговоре со С.В.В., та нажаловалась, что с нее взяли деньги, на что ей обещали забрать у этих людей «пять двести», М.В.В. говорит на это: «Главное, чтобы мы не попали», М. говорит М.В.В., что деньги будут забирать у них (М. и Ж.), и что с ним (М.) и С. В.В. была правая рука Б., и этот человек сказал, что заберет деньги, которые С. В.В. отдала, и решит ее вопрос, а он (М.) сказал этому человеку, что он отдаст ему свои деньги, а потом они «снимут» и сами разберутся; в следующем телефонном разговоре М. В.В. говорит М., чтобы тот сказал сумму не «два с половиной», а побольше, и что он (М.) сказал Ж., что подключил М., а М. говорит М.В.В., что боится, чтобы С.В.В. никого не подставила, М.В.В. говорит, что он разговаривал со С.В.В. и сказал, что М. – очень близкий ему человек, и С. В.В. должна внимательно его слушать; в следующем телефоном разговоре М. сообщает М.В.В. о том, что он встречался со С.В.В., взял у нее флэшку и сказал ей, что обвинительное останется, скорее всего, будет 3-4 условно, и что часть денег уже потратили на решение вопросов (т.7, лд273-285)

вещественными доказательствами – изъятыми у К.М.А. денежными средствами в сумме 250.000 рублей купюрами по 5.000 рублей с сериями и номерами ***, изъятыми у Г. А.З. денежными средствами в сумме 10.000 рублей купюрами по 5.000 рублей с сериями и номерами ***, 64 листами печатной продукции, имитирующие банкноты Банка России достоинством по 5.000 рублей, 170 листами печатной продукции, имитирующие банкноты Банка России достоинством по 1.000 рублей, 241 листом печатной продукции, имитирующие банкноты Банка России достоинством по 1.000 рублей, 2 листами бумаги с образцами криминалистического идентификационного препарата «Тушь-7», марлевыми бинтами с сухими смывами с поверхностей рук К.М.А., К.А.И., М.В.В. и Г.А.З., пакетом розового цвета с логотипом фирмы «***» и пакетом черного цвета с надписью «***» (т.7, лд22-26)

вещественными доказательствами - компакт-дисками с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от ** августа 2015 года (т.7, лд42, т.7, лд102), компакт-дисками с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от ** августа 2015 года (т.7, лд64, т.7, лд86), компакт-дисками с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от ** августа 2015 года – встреча С.В.В., К.М.А. и М.В.В. (т.7, лд113, т.7, лд124), компакт-дисками с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от *** августа 2015 года – встреча К.М.А. и Г.А.З. (т.7, лд137, т.7, лд150), флэш-картой «***» с аудиозаписями разговоров, произведенных С.В.В. и компакт-диском с аудиозаписями телефонных разговоров, полученных на основании постановления МГС (т.7, лд286-287)

протоколом очной ставки К.М.А. – М.В.В. (т.3, лд114-120), в ходе которой М.В.В. показывал, что в конце **** 2015 года он встретился в помещении Торгового центра «***», расположенном возле ст.метро «***» г.Москвы, и познакомился с К., познакомились они через общих знакомых, так как оба занимаются бизнесом, связанным со строительством, знакомые дали ему (М.) мобильный телефон К., сказав, что тот будет представлять строительную организацию для субподрядных работ. При встрече в указанном Торговом центре присутствовали ранее незнакомые ему (М.) мужчины – Г.А.З. и С.П.. При встрече К., Г. и С. представили ему (М.) документы на организации, они обсудили возможность совместной работы, после чего расстались. После этого он (М.) виделся с К. примерно 2-3 раза по рабочим вопросам, в десятых числах августа 2015 года они встретились в ресторане «***» по адресу: ** ** для решения рабочих вопросов, и так как на тот момент у них сложились добрые доверительные отношения, он (М.) рассказал К. историю о задержании его знакомого С.П.П. за совершение мошеннических действий, и спросил у К. - может ли он помощь в ситуации, сложившейся со С.П.П., - помочь посмотреть дело, изучить его, сделать анализ и дать конкретный совет, на что К. согласился. Никакие материальные блага, в том числе – деньги, К. за оказание помощи он (М.) не обещал. Так же он (М.) обратился по данному вопросу к К. по следующей причине. В конце января 2015 года он (М.) обратился по просьбе С.В.В. с аналогичной просьбой к Ш.Д.Л., которого ему представили как адвоката с большим опытом работы и возможностями помочь, он (М.) созвонился со Ш., встретился с ним в конце января 2015 года в районе ст.метро «****», Ш. произвел на него (М.) хорошее впечатление и создал впечатление юридически грамотного человека. О себе Ш. рассказал, что он является руководителем юридической конторы. Он (М.) рассказал Ш. о сложившейся со С..П. ситуацией, после чего встретился со С. В.В., рассказал, что этому человеку можно доверять, рекомендовал его и сообщил С.В.В. мобильный телефон Ш., после чего та встречалась с ним несколько раз. Со слов С.В.В. ему (М.) известно, что она передавала Ш. деньги в сумме 1.200.000 рублей и 2.000.000 рублей - за оказание юридических услуг по делу С.П.П., за решение вопроса об изменении меры пресечения в суде на залог и за ведение уголовного дела. Так же Ш. получил через мужчину по имени Е. деньги в сумме 2.000.000 рублей, которые передавались по просьбе Ш. в его (М.) присутствии по адресу: *** за оказание Ш. дополнительных услуг по уголовному делу. Ш. пояснял, что все будет нормально, и что он сможет помочь, но впоследствии С.В.В. рассказывала ему (М.), что по делу ее мужа ничего не происходит, и тот по прежнему находится под стражей. После жалоб С.В.В. он (М.) звонил Ш., просил встретиться со С.В.В. и объяснить ей происходящее, на что Ш. говорил, что все сделает, однако ничего не происходило. Он (М.) говорил, чтобы Ш. вернул С.В.В. деньги, на что Ш. говорил, что быстро все не делается, и нужно время, и что он все делает, подключая своих знакомых, но до настоящего времени ничего не получается. Примерно в *** августа 2015 года он (М.) встретился со С., сообщил ей о К., сказав, что он может помочь ей в решении вопроса относительно С.В.В., а так же дал ей номер мобильного телефона К.. Затем С.В.В. стала общаться с К. напрямую, после первой встречи с ним позвонила ему (М.) и сказала, что К. - человек серьезный, он (М.) подтвердил это, сказав, что они будут стараться помочь бесплатно, и только после решения вопроса можно будет говорить о получении денег, а К. спрашивал его (М.) - можно ли будет взять за оказанные услуг 2.000.000 рублей, на что он (М.) сказал, что при положительном решении вопроса можно будет договориться и о получении большей денежной суммы. Со слов С.В.В. ему (М.) известно, что С. В.В. встречалась для обсуждения вопросов по уголовному делу с Г., который приезжал на встречу вместе с К., они оба были осведомлены о вопросах касательно уголовного дела и о необходимости помощи ее мужу, и Г. также высказал готовность помочь ей по уголовному делу, а впоследствии ему (М.) стало известно от С.В.В., что К. просит у нее деньги в сумме 500.000 рублей; К. М.А. в ходе очной ставки показывал, что когда он познакомился с М., у них был разговор по бизнесу, а впоследствии М. рассказал, что у его подруги С.В.В. проблемы с мужем, который привлечен к уголовной ответственности за мошенничество, поспросил помочь в решении вопроса с мужем С.В.В., и тогда он поможет ему (К.) по бизнесу, и сказал, что надо освободить мужа С.В.В. из-под стражи и прекратить в отношении него уголовное дело. Так же М. пояснил, что он и Ш. получили от С.В.В. деньги в сумме свыше 5.000.000 рублей, но ничего ни сделали, что Ш. он найти не может, так же как и его знакомых, что С.В.В. высказывает ему претензии о возврате денег, и что они собираются вернуть ей деньги за вычетом суммы, которая была потрачена на решение вопроса. Когда он (К.), Г. и М. встречались в ТЦ «***», Г. сказал, что у него большие связи в правоохранительных органах, и что он может получить контракты от М. другим способом и решить имеющиеся у него проблемы, и когда М. попросил его (К.) помочь С.В.В., он (К.) сказал, что постарается помочь, после чего обратился к Га., который пояснил, что ему нужны для изучения материалы дела, которые он покажет людям в погонах, и те пояснят, можно ли решить вопрос. Затем в ходе личной встречи С.В.В. передала ему (К.) карту памяти с копиями материалов дела, которую он (К.) передал Г., а примерно через 3-4 дня Г. попросил деньги в сумме 500.000 рублей. В десятых числах августа 2015 года он (К.) и Г. встретились со С.В.В. в ресторане, расположенном в здании кинотеатра «***», где Г. озвучил С.В.В. необходимость передачи денег за оказанные услуги. Об этом разговоре и о необходимости передачи денег он (К.) сообщил М., который сказал, что поговорит со С.В.В. и получит их. Также он (К.) сказал М., чтобы они забрали деньги у прежних людей, которые не решили вопрос. Затем Г. звонил ему (К.) и настаивал на том, что деньги нужны скорее, а ** августа 2015 года ему (К.) позвонил М. и сказал, что С. В.В. собрала деньги и готова их сегодня отдать, и чтобы они решали вопрос, и все будет нормально. После того как С.В.В. передала деньги, они были задержаны сотрудниками правоохранительных органов. Так же показал, что М. и Г. были знакомы между собой и созванивались друг с другом

Так же в судебном заседании был допрошен свидетель С.Е.А., который показал, что лет ** назад он работал в милиции, и у него в связи с этим остались соответствующие знакомства. В январе 2015 года он в компании общих знакомых познакомился с М.В.В., а недели через две после этого, точную дату не помнит, М. позвонил ему (С.) и предложил встретиться. После этого они встретились около торгового центра на Д. шоссе г.Москвы, вместе с М. приехала девушка – С.В.В., которая рассказала, что ее супруг задержан, что она не может его разыскать, и попросила его (С.) узнать – за что именно задержан ее супруг и где он находится, после чего написала на бумажке фамилию, имя и отчество своего супруга и отдала эту бумажку ему (С.), а затем они разъехались. Никакого вознаграждения за его услугу ему (С.) никто не предлагал, и разговоров о деньгах на этой встрече не велось. Он (С.) пытался выяснить информацию, о которой его просила С., у своих знакомых, но ему ничем помочь не смогли, после чего он позвонил М. и сказал ему, что ничего узнать не смог, и ничем помочь не может. Более по поводу С. он (С.) с М. не общался.

В судебном заседании в порядке ст.281ч.3 УПК РФ были оглашены показания свидетеля С.Е.А., данные им в ходе предварительного расследования по уголовному делу, в части данных – кто сообщил ему информацию относительно потерпевшей С.В.В. (т.3, лд134-137), из которых видно, что когда он встретился с М. и С., М.представил С. своей близкой знакомой и сказал, что муж С. задержан по подозрению в совершении преступления и в отношении него избрали мера пресечения в виде заключения под стражу, С. сказала, что М. ей сказал, что он (С.) может помочь узнать, что происходит с ее мужем, после чего М. сообщил данные мужа С., и он (С.) сказал, что попробует уточнить информацию, но ничего при этом не обещал.

Показания, данные им в ходе предварительного расследования по уголовному делу, свидетель С.Е.А. в судебном заседании подтвердил, но одновременно продолжал утверждать, что данные супруга С. ему написала на бумажке сама С..

Так же в судебном заседании в качестве дополнительного свидетеля был допрошен Р.К.С., который показал, что он является давним знакомым М. В.В. *** *** года, во дворе своего дома в г***, он познакомился со Ш. Д., который проживал в его (Р.) доме и представился ему выпускником Р**** и адвокатом, а так же рассказал, что его отец является судьей. Через какое-то время, в конце *** года, ему (Р.) позвонил М. и спросил - есть ли у него знакомый адвокат, он (Р.) сказал, что у него есть сосед - адвокат, после чего, в конце **** года или в начале *** года, познакомил М. со Ш.. Какие отношения сложились между М. и Ш. после этого – он (Р.) не знает, но знает, что они общались, и что у них были какие-то совместные дела. Последний раз он (Р.) видел Ш. во дворе своего дома перед **** года, а через несколько дней консьержка рассказала ему, что Ш. съехал из квартиры, в которой он проживал в их доме. Более Ш. он (Р.) не видел, и с тех пор Ш. только 1 раз, *** года, прислал ему СМС-сообщение. Охарактеризовал М.В.В. с положительной стороны.

Так же в судебном заседании в качестве дополнительного свидетеля был допрошен Б.А.Н., который показал, что он является знакомым М.В.В. У него (Б.) были долговые обязательства перед С.Д., и примерно в *** года Д. попросил его передать денежные средства, которые он (Б.) был должен Д., Ш. Д. за оказание юридических услуг фирме Д., после чего он (Б.) передал Ш. 200.000 рублей. Впоследствии ему стало известно, что Ш. взятые на себя обязательства не выполнил, юридических услуг фирме Д. фактически не оказал, и взятые за свои услуги деньги не возвратил. Так же показал, что М. В.В. знал Ш., какие между ними были отношения – он (Б.) не знает, но М. В.В. рассказывал ему (Б.) о том, что Ш. занимается юриспруденцией и может решить любые вопросы.

Так же в судебном заседании в качестве дополнительного свидетеля был допрошен С.Д.Ш., который показал, что он является директором строительной фирмы. У его фирмы было арбитражное дело, которое было по сути выигрышным для фирмы, однако для подготовки документов для суда требовалась серьезная юридическая помощь, в связи с чем в конце *** года он (С.) обратился к Ш.Д.Л., который являлся знакомым М. В.В. и представлялся адвокатом. Ш. обещал помочь ему (С.) и обещал ему положительный результат, за свои услуги Ш. получил денежную сумму – примерно 200.000 рублей, которую передал Ш. его (С.) должник Б.А., однако взятые на себя обязательства не выполнил и никакой юридической помощи фактически не оказал, в связи с чем его (С.) фирма арбитражное дело проиграла. Полученные за оказание услуг деньги Ш. ему (С.) не вернул. Впоследствии он (С.) высказывал по этому поводу претензии М., так как тот представлял Ш. хорошим юристом и сильным адвокатом, и было это еще в **** году.

Так же в судебном заседании в качестве дополнительного свидетеля был допрошен Б.С.С., «данные изъяты». Охарактеризовал М.В.В. с положительной стороны.

Так же в судебном заседании в качестве дополнительного свидетеля была допрошена М.Ю.А., которая показала, что она является супругой М.В.В., охарактеризовала М.В.В. с положительной стороны, и показала, что М.В.В. полностью содержал их семью, а так же ее (М.Ю.А.) дочь от *** брака **** года рождения. Так же показала, что Ш.Д.Л. другом М.В.В. не является.

Так же в судебном заседании в качестве дополнительного свидетеля был допрошен Д.В.В., который показал, что он является советником генерального директора ОАО «***» и по роду своей деятельности сотрудничал с Г.А.З., которого может охарактеризовать только с положительной стороны.

Так же в судебном заседании в качестве дополнительного свидетеля был допрошен Ш.Г.Н., который показал, что он является **** и по роду своей деятельности поддерживал деловые отношения с Г.А.З., которого может охарактеризовать только с положительной стороны.

Так же в судебном заседании в качестве дополнительного свидетеля была допрошена Г.Э.А., которая показала, что она является дочерью Г.А.З., охарактеризовала Г.А.З. с положительной стороны, а так же показала, что Г.А.З. страдает хроническим псориазом и кардиологическим заболеванием.

Так же в судебном заседании в качестве дополнительного свидетеля был допрошен Л.Ю.М., который показал, что он является председателем ****** и знает М.В.В. с *** года, с тех пор, когда они вместе учились в ****, охарактеризовал М.В.В. с положительной стороны, а так же показал, что М.В.В. принимал активное участие в деятельности ***** и занимался благотворительной деятельностью.

Так же в судебном заседании в качестве дополнительного свидетеля была допрошена М.В.В., которая показала, что она является дочерью М.В.В., охарактеризовала М.В.В. с положительной стороны и показала, что М.В.В., несмотря на то, что в настоящее время у него новая семья, всегда оказывал помощь и материальную поддержку ей (М.В.В.) и ее матери.

Так же в судебном заседании в качестве дополнительного свидетеля была допрошена Г.А.Р., которая показала, что она является супругой Г.А.З., охарактеризовала Г.А.З. с положительной стороны, а так же показала, что Г.А.З. страдает хроническим псориазом и кардиологическим заболеванием.

Оценивая исследованные по настоящему уголовному делу доказательства суд обращает внимание на следующее:

1) Суд признает имеющими доказательственную силу по настоящему уголовному делу указанные выше письменные материалы уголовного дела, поскольку не усматривает нарушений требований действующего законодательства при составлении и сборе указанных документов, как не усматривает оснований и для того, чтобы сомневаться в достоверности изложенной в этих документах информации.

Очная ставка, протокол которой имеется в письменных материалах уголовного дела, проведена с соблюдением требований УПК РФ и в присутствии защитников К.М.А. и М.В.В., протокол очной ставки составлен с соблюдением требований УПК РФ и содержит в себе все необходимые реквизиты и подписи. Оценка показаниям, изложенным в протоколе проведенной по уголовному делу очной ставки, будет дана судом ниже.

Что касается исследованных в судебном заседании справок-меморандумов по результатам проведения ОРМ «наблюдение» от *** августа 2015 года (т.1, лд68-81, т.1, лд86-106), справок-меморандумов о прослушивании аудиозаписей разговоров (т.1, лд111-227, т.1, лд305-317), справок-меморандумов по результатам проведения ОРМ «оперативный эксперимент» от *** августа 2015 года (т.1, лд286-304) и справки-меморандума по результатам ПТП и СИТКС (т.3, лд203-215), то данные справки-меморандумы суд в качестве доказательств по уголовному делу не принимает, поскольку в этих справках-меморандумах отсутствуют указания на конкретные носители, на которых хранились аудиозаписи фонограмм, относительно которых составлены справки-меморандумы, и на то - каким образом указанные фонограммы были получены.

Что касается мнения защитника П.В.В. о недопустимости как доказательств по уголовному делу представленной потерпевшей С.В.В. флэш-карты «Транскенд» и производных от нее справок-меморандумов и протокола осмотра указанной флэш-карты, поскольку они были получены в нарушение требований УПК РФ, так как относительно данной флэш-карты отсутствует постановление о производстве какого-либо ОРМ, то суд отмечает, что справки-меморандумы о прослушивании аудиозаписей разговоров (т.1, лд111-227, т.1, лд305-317) суд в качестве доказательств не принимает по основаниям, которые подробно изложены выше, а законных оснований для исключения из числа доказательств по уголовному делу представленной потерпевшей С.В.В. флэш-карты «****» и протокола осмотра указанной флэш-карты суд не видит, поскольку в судебном заседании было установлено, что переговоры, фонограммы которых имеются на указанной флэш-карте, и текстовая расшифровка которых имеется в протоколе осмотра флэш-карты, были записаны потерпевшей С.В.В. по своей личной инициативе, и расцениваются судом как иные документы (доказательства) в соответствии с п.6 ч.2 ст.74 УПК РФ.

2) Суд признает достоверными показания потерпевшей С.В.В., данные ею в судебном заседании, показания свидетелей Г.Д.В., К.А.И., Ф.В.Д., Е.С.В. и Л.К.В., как данные им в судебном заседании, так и данные ими в ходе предварительного расследования по уголовному делу, показания свидетелей Ч.Н.А. и Б.А.Ю., данные ими в судебном заседании, и показания свидетелей Л.В.Г., П.Т.В., Д.Т.Н. и А.С.Ю., данные ими в ходе предварительного расследования по уголовному делу, поскольку указанные их показания являются последовательными, взаимодополняют друг друга и объективно подтверждаются исследованными в судебном заседании письменными документами, указанными выше, которые суд признал имеющими доказательственную силу по настоящему уголовному делу, а так же вещественными доказательствами, а показания потерпевшей С.В.В. и свидетелей Л.К.В. и Л.В.Г., кроме того, находятся в достаточном соответствии друг с другом. Кроме того, у суда не имеется оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшей С.В.В. и свидетелей Г.Д.В., К.А.И., Ф.В.Д., Е.С.В., Л.К.В., Ч.Н.А., Б.А.Ю., Л.В.Г., П.Т.В., Д.Т.Н. и А.С.Ю. так же и в связи с тем, что, как было установлено в судебном заседании, потерпевшая С.В.В. и свидетели Л.К.В. и Л.В.Г. неприязненных отношений к подсудимым М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. не испытывают, потерпевшая С.В.В. до момента расследуемых событий с подсудимыми К.М.А. и Г.А.З. лично знакома не была, а свидетели Л.К.В. и Л.В.Г. с подсудимыми К.М.А. и Г.А.З. вообще лично не знакомы, свидетели Г.Д.В., Ф.В.Д. и Б.А.Ю. с подсудимыми М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. лично не знакомы и неприязненных отношений к ним не испытывают, свидетели Е.С.В. и Ч.Н.А. не были знакомы с подсудимыми до момента расследуемых событий и неприязненных отношений к ним не испытывают, а оснований полагать о наличии неприязненных отношений к подсудимым у свидетелей Л.В.Г., П.Т.В., Д.Т.Н. и А.С.Ю. у суда не имеется, что свидетельствует об отсутствии у потерпевшей С.В.В. и свидетелей Г.Д.В., К.А.И., Ф.В.Д., Е.С.В., Л.К.В., Ч.Н.А., Б.А.Ю., Л.В.Г., П.Т.В., Д.Т.Н. и А.С.Ю. субъективных оснований для оговора подсудимых М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. и об отсутствии у них оснований для искажения фактических обстоятельств расследуемых событий. Так же суд отмечает, что у суда не имеется оснований полагать о наличии у потерпевшей С.В.В. и у указанных выше свидетелей личной заинтересованности в исходе настоящего уголовного дела.

Показания потерпевшей С.В.В., данные ею в ходе предварительного расследования по уголовному делу ** августа 2015 года (т.3, лд55-61), о том, что М. сказал ей о том, что Ш. надо передать деньги в сумме 1.200.000 рублей, **** года, и деньги в указанной сумме она передала Ш. примерно в **** 2015 года, суд не может признать достоверными, учитывая, что в ходе судебного заседания потерпевшая С.В.В. утверждала, что М. сказал ей про Ш. **** января 2015 года, а деньги Ш. – 1.200.000 рублей – она передала *** января 2015 года, а когда ее допрашивал следователь, она перепутала даты произошедших событий, но в судебном заседании называет правильные даты.

В остальной части показания потерпевшей С. В.В., данные ею в ходе предварительного расследования по уголовному делу ** августа 2015 года (т.3, лд55-61), а так же показания потерпевшей С.В.В., данные ею в ходе предварительного расследования по уголовному делу ** марта 2016 года (т.3, лд62-74), суд признает достоверными и состоятельными, поскольку указанные ее показания находятся в соответствии друг с другом и с другими исследованными по делу доказательствами, в частности – с показаниями потерпевшей С.В.В., данными ею в судебном заседании.

Показания свидетеля С.Е.А., как данные им в судебном заседании, так и данные им в ходе предварительного расследования по уголовному делу, суд признает достоверными и состоятельными только в той их части, в какой они соответствуют другим исследованным по делу доказательствам, которые уже признаны судом достоверными и имеющими доказательственную силу по настоящему уголовному делу, в частности – показаниям потерпевшей С.В.В.

Показания дополнительных свидетелей С.Д.Ш., Б.А.Н. и Р.К.С. суд сомнению не подвергает, поскольку не видит объективных оснований сомневаться в достоверности их показаний.

Показания дополнительных свидетелей Б.С.С., М.В.В., Д.В.В., Ш.Г.Н., Г.Э.А., Л.Ю.М., М.Ю.А. и Г.А.Р. относительно характеристики личности подсудимых М.В.В. и Г.А.З. суд сомнению не подвергает.

3) Данные в судебном заседании показания подсудимого М.В.В. о том, что он посоветовал С. В.В. обратиться к Ш.Д.Л. только в связи с тем, что Шнейдера Д.Л. ему после того, как к нему обратилась С.В.В., порекомендовал его знакомый Р.К., сказав, что тот - хороший юрист, и что до этого он (М.) видел Ш. всего 1 раз – в офисе С. Д., а юристом-адвокатом Ш. ему (М.) представился только тогда, когда он приехал разговаривать со Ш. о проблеме С.В.В., суд не может признать достоверными и состоятельными и расценивает их критически, как стремление М.В.В. ввести суд в заблуждение относительно фактических обстоятельств дела, в связи с чем не берет их за основу при постановлении настоящего приговора, поскольку в судебном заседании на основании показаний дополнительного свидетеля Р.К.С., которые суд признал достоверными, было установлено, что Р.К.С. познакомил М.В.В. со Ш.Д.Л. еще в конце *** года, после чего М.В.В. и Ш.Д.Л. общались и у них были какие-то совместные дела, а на основании показаний дополнительного свидетеля С.Д.Ш., которые суд признал достоверными, было установлено, что М.В.В. представлял ему Ш.Д.Л. хорошим юристом и сильным адвокатом еще в 2014 году, и анализ указанных показаний свидетелей Р.К.С. и С.Д.Ш. свидетельствует о том, что М.В.В. был хорошо знаком со Ш.Д.Л. еще до того, как супруг потерпевшей С.В.В. – С.П.П. был привлечен к уголовной ответственности.

Данные в судебном заседании показания подсудимого М.В.В. о том, что когда С.В.В. в начале **** 2015 года приехала к нему домой по адресу: ****, то в его присутствии передала деньги (в какой сумме – не знает) помощнику Ш. по имени Е., а лично денег от С.В.В. он (М.) не получал, суд так же не может признать достоверными и состоятельными и расценивает их критически, как стремление М.В.В. ввести суд в заблуждение относительно фактических обстоятельств дела, в связи с чем не берет их за основу при постановлении настоящего приговора, поскольку указанные его показания опровергаются признанными судом достоверными показаниями потерпевшей С.В.В. о том, что примерно ** февраля 2015 года М. позвонил ей и сказал, что она должна срочно передать ему 2.000.000 рублей для передачи его знакомым, которые решают вопрос о прекращении уголовного дела, вечером того же дня она (С.) вместе с сестрой поехала к дому М. по адресу: *****, встретилась там с М., они вдвоем зашли в подъезд дома М., там она (С.) передала ему 2.000.000 рублей, М. поднялся в свою квартиру, затем вышел из квартиры с черным свертком, затем М. позвонили, после чего он вышел на улицу, сказав, что идет передавать деньги, а когда вернулся – свертка при нем не было, и М. сказал, что деньги он передал, и работа по прекращению уголовного дела в отношении ее супруга начинается.

Данные в судебном заседании показания подсудимого М.В.В. о том, что когда он встречался вместе со С.В.В. около Торгового центра «***» со своим знакомым по имени Е., Е., выслушав С.В.В., сказал, что не будет в этом участвовать, так как для решения ее проблем нужен серьезный юрист, что предварительного сговора со Ш. и другими лицами на хищение у С.В.В. денежных средств путем обмана у него (М.) не было, и что у него не было злого умысла, и деньги С.В.В. он не похищал, а просто хотел помочь ей и С.П.П., но был обманут Ш., суд не может признать достоверными и состоятельными и расценивает их критически, как стремление М.В.В. ввести суд в заблуждение относительно фактических обстоятельств дела, в связи с чем не берет их за основу при постановлении настоящего приговора, поскольку в судебном заседании было достоверно установлено, что М.В.В. был хорошо знаком со Ш.Д.Л. еще до того, как супруг потерпевшей С.В.В. – С.П.П. был привлечен к уголовной ответственности, обоснования чему подробно изложены выше, а характер активных действий М.В.В., направленных на незаконное получение от потерпевшей С.В.В. денежных средств, которые были четко согласованы с действиями лица, в отношении которого дело выделено в отдельное производство (Ш.Д.Л.), и неустановленного лица, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, которого М.В.В. позиционировал как сотрудника ФСБ, установленный в судебном заседании на основании показаний потерпевшей С.В.В., которые подробно изложены выше и которые признаны судом достоверными и состоятельными, свидетельствует о наличии между М.В.В., лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство (Ш.Д.Л.), и неустановленным лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, которого М.В.В. позиционировал как сотрудника ФСБ, предварительного преступного сговора, направленного на хищение у потерпевшей С.В.В. денежных средств путем обмана, и о наличии у М.В.В. непосредственно прямого умысла на совершение указанных преступных действий.

Кроме того, суд отмечает, что как следует из протокола осмотра компакт-диска с аудиозаписями телефонных разговоров, полученных на основании постановления МГС, - между М.В.В. и Д., который пользовался абонентским номером телефона *** (Ш.Д.Л.), **** августа 2015 года состоялись телефонные разговоры, в ходе которых М.В.В. и Д. обсуждали уголовное дело в отношении С.П.П., и М.В.В. при этом говорил о том, что лучше заработать меньше, но головой надо думать, что это надо решать, пока не поздно, так же как по Д. (С.Д.Ш.), и что лучше все вернуть, что они ничего не сделают ни по П., ни по Д. (т.7, лд273-285), и указанные слова М.В.В. свидетельствуют о том, что он причастен к действиям Ш.Д.Л., показания о которых давал в судебном заседании свидетель С.Д.Ш., и, соответственно, заведомо обладал информацией о том, что Ш. Д.Л. не имел реальной возможности осуществить те действия, выполнить которые он обязался перед потерпевшей С.В.В.

Данные в судебном заседании показания подсудимого М.В.В. о том, что когда он узнал от С., что К. попросил у нее предоплату в сумме 500.000 рублей, то предупредил С.В.В., что с таким человеком работать нельзя, так как он нарушил договоренность, но С.В.В. сама изъявила желание работать с К. и оплачивать ему гонорар, что о том, что С.В.В. встречалась с К. и Г., - ему (М.) изначально ничего известно не было, и он узнал об этом уже после этой встречи от С.В.В., что предварительного сговора с К. и Г. на хищение у С.В.В. денежных средств путем обмана у него (М.) не было, и у него с этими людьми не было даже разговоров об этом, и что у него не было злого умысла, и деньги С.В.В. он не похищал, а просто хотел помочь ей и С.П.П., но был обманут К., данные в судебном заседании показания подсудимого К.М.А. о том, что предварительного сговора с М. и Г. на хищение у С.В.В. денежных средств путем обмана у него (К.) не было, и он был заинтересован только лишь в получении от М. строительного подряда, который тот обещал в случае, если ему помогут в решении проблем С.В.В., а так же данные в судебном заседании показания подсудимого Г.А.З. о том, что когда К. позвонила девушка (С.В.В.), которая хотела встретиться с К., он (Г.) после этого хотел уйти, но К. попросил его остаться, что никаких разговоров о деньгах при встрече его (Г.), К. и С. В.В. не было, и что предварительного преступного сговора с К. и М. на хищение денежных средств С.В.В. путем обмана у него (Г.) не было, с М. он (Г.) этот вопрос вообще не обсуждал, а соучастником К. стал невольно и просто подыгрывал ему, когда тот общался со С. В.В., суд не может признать достоверными и состоятельными и расценивает их критически, как стремление М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. ввести суд в заблуждение относительно фактических обстоятельств дела, в связи с чем не берет их за основу при постановлении настоящего приговора, поскольку указанные их показания опровергаются признанными судом достоверными показаниями потерпевшей С.В.В. о том, что *** 2015 года, когда она приехала к М., тот сказал ей, что вопрос по ее супругу решается, и что ее супруг скоро выйдет на свободу, так как он привлек к этому делу нового человека - друга Председателя Верховного Суда РФ Л., который имеет большие связи, на следующий день М. сам позвонил ей (С.) и предложил позвонить его знакомому, про которого он ей говорил, - М., и поговорить с ним по вопросу об освобождении ее супруга от уголовной ответственности, она (С.) позвонила этому Михаилу, тот предложил встретиться, **** августа 2015 года она (С.) приехала на встречу, в кафе, там находились К.М.А. и Г.А.З., которые стали с нею разговаривать, К. представил Г. именем М. и сказал, что он - заместитель руководителя Следственного комитета РФ Б. (Г. это не отрицал), а про себя сказал, что он работает в Правительстве г.Севастополь и хорошо знаком с Председателем Верховного Суда РФ Лебедевым, она (С.) рассказала им про проблему с ее супругом, и К. сказал, что они могут решить вопрос по ее супругу, он (К.) – через суд, а Г. – через Следственный комитет, так же К. и Г. сказали, что они знают, что М. взял у нее 5.200.000 рублей за решение вопроса по ее супругу, но фактически обязательств не выполнил, а Г. говорил, что уголовное дело в отношении ее супруга сфабриковано, так же К. сказал, что они с Г. давно знакомы с М., и им можно доверять, и что чтобы делом ее супруга снова стали заниматься, ей (С.) необходимо предоставить еще некоторую сумму денег, которые передадут нужным людям, а после того, как ее супруга освободят, они с Г. заберут у М. и Ш. 2.000.000 рублей, Г. все это время находился рядом и слышал, что К. говорит ей (С.) о необходимости предоставить еще деньги, и был с К. согласен. Она (С.) согласилась на это предложение и сказала, что постарается найти деньги, а К. сказал: «Надо не постараться, а найти», а так же сказал, что материалы уголовного дела и деньги нужно передать им быстрее. Через некоторое время Г. ушел, она (С.) осталась вдвоем с К., и тот озвучил ей сумму денег, которую она должна принести, - 500.000 рублей, и тогда ее супруга освободят из-под стражи. *** августа 2015 года она (С.) встретилась с К. в том же кафе и отдала ему флэш-карту с материалами уголовного дела в отношении ее супруга, деньги К. она не привезла, и тот выражал недовольство этим и говорил, что он является высоким чиновником, и из-за нее (С.) не смог улететь из Москвы, в связи с чем она должна ему еще 50.000 рублей, они договорились о встрече через несколько дней, а после этого она (С.) созванивалась с М., тот был в курсе ее разговора с К. и Г., знал, что она должна принести им деньги, так как она (С.) лично говорила ему, что у нее просят еще 500.000 рублей, и говорила, что ей эти деньги нужно еще собрать, а кроме того, даже сам переносил одну из встреч с К. на другой день, а когда она (С.) позвонила М. и сказала, что сегодня она встречается с К. для передачи ему денег, М. сказал, что он так же приедет на эту встречу, и установленный на основании указанных показаний потерпевшей С.В.В. характер активных действий М.В.В., К.М.А. и Г.А.З., направленных на незаконное получение от потерпевшей С.В.В. денежных средств, которые были четко согласованы между собой, свидетельствует о наличии между М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. предварительного преступного сговора, направленного на хищение у потерпевшей С.В.В. денежных средств путем обмана, и о наличии у М. В.В., К.М.А. и Г.А.З. непосредственно прямого умысла на совершение указанных преступных действий.

Кроме того, анализ данных в судебном заседании показаний подсудимого К. М.А. о том, что М. сказал, что даст С.В.В. номер его (К.) телефона, чтобы они созвонились, а так же попросил сказать С.В.В., что они давно дружат, и что Г. попросил пригласить С.В.В., и попросил представить его как высокопоставленного сотрудника Следственного комитета России по имени М. и озвучить С.В.В. сумму – 500.000 рублей за решение вопроса по ее мужу, на что он (К.) согласился, данных в судебном заседании показаний подсудимого Г.А.З. о том, что К. попросил, чтобы он (Г.), когда К. будет разговаривать с девушкой (С.В.В.), поддакивал ему и кивал головой, что когда К. стал разговаривать со С.В.В. по поводу супруга С.В.В., который оказался под стражей, и обсуждать вопрос – как можно помочь супругу С.В.В. в изменении ему меры пресечения, в ходе разговора со С.В.В. К. называл его (Г.) М. и представлял его сотрудником Следственного комитета, а в какой-то момент К. спросил его (Г.) – не может ли он помочь С. В.В., на что он (Г.) сказал, что попробует, но ему для этого надо изучить материалы уголовного дела, а так же показаний подсудимого К.М.А., данных им в ходе очной ставки с М.В.В., о том, что М. и Г. были знакомы между собой и созванивались друг с другом, и что ** августа 2015 года ему (К.) позвонил М. и сказал, что С.В.В. собрала деньги и готова их сегодня отдать, свидетельствует о том, что М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. изначально имели предварительную договоренность на хищение у С.В.В. денежных средств путем обмана, и четко распределили между собой преступные роли в целях реализации своего преступного умысла, а в ходе производства по уголовному делу пытаются умалить непосредственно свои роли в совершении преступления в целях смягчения своего положения как подсудимых по уголовному делу.

Данные в судебном заседании показания подсудимого К.М.А. о том, что озвучить С.В.В. сумму – 500.000 рублей за решение вопроса по ее мужу его попросил Г.А.З., суд не может признать состоятельными, поскольку в судебном заседании было достоверно установлено, что *** августа 2015 года К.М.А. говорил С.В.В. о необходимости предоставить деньги в присутствии Г.А.З., который слышал слова К.М.А. и был с ними согласен, однако конкретную сумму денег – 500.000 рублей – К.М.А. озвучил С.В.В. после того, как Г.А.З. ушел, и они остались вдвоем, а впоследствии, *** августа 2015 года, выражал недовольство тем, что С.В.В. не принесла деньги, и говорил, что из-за нее он не смог улететь из Москвы, и поэтому она должна ему еще 50.000 рублей, и указанные факты свидетельствуют о том, что инициатива требования от С.В.В. денежной суммы в размере именно 500.000 рублей исходила не непосредственно от Г.А.З.

Данные в судебном заседании показания подсудимого К.М.А. о том, что когда Г. говорил ему (К.), что у него есть связи в правоохранительных органах, М. при этом не присутствовал, и этот вопрос он (К.) и Г. обсуждали вдвоем, суд не может признать состоятельными, поскольку указанные его показания опровергаются показаниями самого же К.М.А., данными им в ходе очной ставки с М.В.В., о том, что когда он (К.), Г. и М. встречались в ТЦ «****», Г. сказал, что у него большие связи в правоохранительных органах, которые суд признает более достоверными.

В свете вышеизложенного показания подсудимых М.В.В., К.М.А. и Г.А.З., данные ими в судебном заседании, равно как и показания, данные М.В.В. и К.М.А. в ходе проведенной между ними очной ставки, в их целом, суд признает достоверными и состоятельными только в той их части, в какой они соответствуют другим исследованным по уголовному делу доказательствам, которые уже признаны судом достоверными и имеющими доказательственную силу по настоящему уголовному делу, а так же приведенному в настоящем приговоре выше анализу их преступной деятельности.

Что касается доводов подсудимого М.В.В. о том, что из тех денег, которые С.В.В. передала Ш., он (М.) ничего не получал, и что из тех 500.000 рублей, которые просил у С.В.В. К., он (М.) ничего получить был не должен, и доводов подсудимого К.М.А. о том, что никаких договоренностей с Г., что часть денег, которые просили у С..В.В. предназначается ему (К.) или М., у него (К.) не было, и из тех 500.000 рублей, которые он (К.) забрал у С.В.В., лично он (К.) ничего получить не должен был, то суд отмечает, что под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества, не только в пользу виновного лица, но и в пользу других лиц.

Что касается того установленного протоколом осмотра компакт-дисков с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от ** августа 2015 года (т.7, лд125-136, т.7, лд138-149) факта, что в ходе разговора К.М.А. и Г.А.З. последний в ответ на вопрос К.М.А. - может ли он «закрыть» вопрос через Следственный комитет, отвечал, что «закрывать» вопрос будет один из первых лиц Следственного комитета, что он (Г.) может «класть» первому человеку любой материал, что его (Г.) близкий человек «заходит» к Б., и что вопрос можно будет решить так же и через ФСБ, то суд расценивает указанные слова Г.А.З. исключительно как его наигранную реакцию в ответ на вопрос К.М.А., который заведомо для Г.А.З. был осведомлен о том, что никаких связей в правоохранительных органах у Г.А.З. не было.

Что касается того установленного протоколом осмотра компакт-диска с аудиозаписями телефонных разговоров, полученных на основании постановления МГС (т.7, лд273-285), факта, что в ходе разговора между М.В.В. и К.М.А. последний в ответ на слова М.В.В.: «Главное, чтобы мы не попали», сказал, что деньги будут забирать у них (М.и Ж.), и что с ним (М.) и С.В.В. была правая рука Б., и этот человек сказал, что заберет деньги, которые С.В.В. ранее отдала, то суд расценивает указанные слова К.М.А. исключительно как направленные на искажение перед М.В.В. действительных обстоятельств происходящих событий в целях возможного получения от М.В.В. части денежных средств, которые были похищены М.В.В. и лицом, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, у С.В.В. ранее.

Анализируя исследованные по настоящему уголовному делу доказательства в их совокупности суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого М.В.В. в совершении хищения чужого имущества путем обмана (мошенничества), группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, при тех обстоятельствах дела, которые подробно изложены в описательной части настоящего приговора, в связи с чем квалифицирует действия подсудимого М.В.В. по ч.4 ст.159 УК РФ. При этом суд учитывает, что материальный ущерб в сумме 5.200.000 рублей представляет собой особо крупный размер согласно положениям примечания 4 к ст.158 УК РФ, а так же отмечает, что подсудимым М.В.В. был совершен оконченный состав преступления, поскольку М.В.В. совместно со своими соучастниками фактически завладел денежными средствами потерпевшей С.В.В. в указанной выше сумме, являющимися предметом настоящего преступления, и распорядился ими по своему усмотрению.

Так же суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимых М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. в совершении покушения на мошенничество, то есть умышленных действий, непосредственно направленных на хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, и при этом преступление не было доведено до конца по независящим от них обстоятельствам, при тех обстоятельствах дела, которые подробно изложены в описательной части настоящего приговора, в связи с чем квалифицирует действия подсудимых М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. по ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ, учитывая при этом, что денежная сумма – 500.000 рублей представляет собой крупный размер согласно положениям примечания 4 к ст.158 УК РФ.

Дополнительно суд отмечает, что М.В.В., похитив путем обмана совместно со своими соучастниками, в отношении которых дело выделено в отдельное производство, денежные средства С.В.В. в сумме 5.200.000 рублей, и полностью выполнив объективную сторону преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, прекратил выполнять действия, направленные на хищение денежных средств потерпевшей С.В.В. путем обмана, и только по истечение 6 месяцев после полного выполнения им объективной стороны преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, и только после того, как потерпевшая С.В.В. самостоятельно к нему обратилась, начал выполнять объективную сторону преступления, направленного на хищение путем обмана денежных средств потерпевшей С.В.В. в сумме 500.000 рублей, что было обусловлено возникновением у него нового умысла на совершение преступных действий в отношении потерпевшей С.В.В., а так же привлек к совершение указанного преступления новых соучастников – К.М.А. и Г.А.З., в связи с чем преступные действия М.В.В., направленные на хищение путем обмана денежных средств С.В.В. в сумме 5.200.000 рублей, и преступные действия М.В.В., направленные на хищение путем обмана денежных средств С.В.В. в сумме 500.000 рублей, надлежит квалифицировать как два самостоятельных состава преступления – предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ в первом случае, и предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ во втором случае.

Так же суд отмечает, что не видит законных оснований для квалификации действий подсудимого Г.А.З. через ч.5 ст.33 УК РФ, то есть как пособничество в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ, как то было предложено стороной защиты Г.А.З., поскольку характер преступных действий Г.А.З., установленный в судебном заседании на основании исследованных по делу и признанных судом достоверными доказательств, свидетельствует о непосредственном выполнении Г.А.З. объективной стороны преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ, ввиду чего Г.А.З. является непосредственным соисполнителем указанного преступления.

Орган предварительного расследования, описывая фабулу предъявленного подсудимому М.В.В. обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, указал, что М.В.В. совершил указанное преступление в соучастии со Ш.Д.Л. и иными неустановленными лицами. Однако суд считает необходимым исключить из фабулы предъявленного М.В.В. по ч.4 ст.159 УК РФ обвинения указание на то, что указанное преступление было совершено им в соучастии непосредственно со Ш.Д.Л., поскольку уголовное дело в отношении Ш.Д.Л. выделено из материалов настоящего уголовного дела в отдельное производство и вина непосредственно Ш.Д.Л. в совершении преступления в законном порядке на настоящий момент еще не установлена и предметом рассмотрения настоящего уголовного дела не является. Кроме того, суд отмечает, что в судебном заседании было установлено, что помимо указанного выше лица соучастником М.В.В. являлся только один человек – лицо, которого М.В.В. представлял потерпевшей С.В.В. сотрудником ФСБ Е., в связи с чем суд считает необходимым установить, что М.В.В. совершал преступление, предусмотренное ч.4 ст.159 УК РФ, в соучастии с одним неустановленным лицом.

Орган предварительного расследования, описывая фабулу предъявленного подсудимым М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ, указал, что на необходимость передачи денежных средств непосредственно в сумме 500.000 рублей потерпевшей С.В.В. 14 августа 2015 года указали и К.М.А., и Г.А.З. Однако согласно признанным судом достоверными показаниям потерпевшей С.В.В. – конкретную сумму денег, которую она должна была принести, - 500.000 рублей, озвучил непосредственно К.М.А., когда Г.А.З. ушел, и они остались вдвоем, что суд и считает необходимым установить.

При назначении подсудимым К.М.А., Г.А.З. и М.В.В. наказания суд руководствуется требованиями ст.60 УК РФ и учитывает характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, данные о личности К.М.А. - на учетах в НД и в ПНД не состоит, оснований сомневаться во вменяемости К.М.А. относительно совершенного им преступления у суда не имеется, имеет фактическое место жительства в г.Москве, по месту постоянной регистрации в г.*** характеризуется положительно, работает, по месту работы характеризуется положительно, занимается благотворительной деятельностью, имеет *** малолетних детей *** и *** годов рождения, что согласно положениям п.»г» ч.1 ст.61 УК РФ является обстоятельством, смягчающим его наказание, имеет на иждивении мать, страдающую онкологическим заболеванием, что расценивается судом как обстоятельство, смягчающее его наказание, сам страдает заболеваниями – ****, что так же расценивается судом как обстоятельство, смягчающее его наказание, ранее судим ****, данные о личности Г.А.З. – ранее не судим, на учетах в НД и в ПНД не состоит, оснований сомневаться во вменяемости Г.А.З. относительно совершенного им преступления у суда не имеется, имеет постоянное место жительства в Московской области, по месту постоянного жительства характеризуется положительно, по месту содержания в следственном изоляторе характеризуется удовлетворительно, до момента его задержания работал, партнерами по работе характеризуется положительно, так же положительно характеризуется **** и ОО «****», имеет заслуги в бильярдном спорте, до момента его задержания занимался благотворительной деятельностью, иждивенцев не имеет, страдает заболеваниями – ***, смягчающее его наказание, а так же данные о личности М.В.В. – ранее не судим, на учетах в НД и в ПНД не состоит, оснований сомневаться во вменяемости М.В.В. относительно совершенных им преступлений у суда не имеется, имеет постоянное место жительства в г.Москве, по месту постоянного жительства жалоб в отношении него не поступало, по месту содержания в следственном изоляторе характеризуется удовлетворительно, *** «*****» характеризуется положительно, до момента его задержания работал и занимался благотворительной деятельностью, является военным пенсионером, имеет награды за безупречную службу в Вооруженных силах СССР и за отличие в воинской службе, имеет малолетнего ребенка **** года рождения, что согласно положениям п.»г» ч.1 ст.61 УК РФ является обстоятельством, смягчающим его наказание, *****, что расценивается судом как обстоятельство, смягчающее его наказание, страдает заболеваниями – атеросклероз аорты, коронарных артерий, пароксизм фибрилляции предсердий, желудочковая экстрасистолия, что расценивается судом как обстоятельство, смягчающее его наказание. Суд учитывает возраст подсудимых М.В.В., К.М.А. и Г.А.З., влияние назначаемого наказания на исправление М.В.В., .М.А. и Г.А.З. и на условия жизни их семей, конкретные обстоятельства совершенных М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. преступлений, роли М.В.В., К.М.А. и Г.А.З. в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ, характеристики, данные М.В.В. и Г.А.З. допрошенными по уголовному делу свидетелями, тот факт, что супруга К.М.А. в настоящее время находится в состоянии беременности, тот факт, что К.М.А. после его задержания активно способствовал изобличению и уголовному преследованию своего соучастника Г. А.З., что согласно положениям п.»и» ч.1 ст.61 УК РФ является обстоятельством, смягчающим его наказание, отсутствие в отношении М.В.В. и Г.А.З. обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ч.1 ст.63 УК РФ, раскаяние М.В.В., К.М.А. и Г. А.З. по факту событий, о которых рассматривается настоящее уголовное дело, что расценивается судом как обстоятельство, смягчающее их наказание, а так же мнение потерпевшей С.В.В. по поводу меры наказания М.В.В., К.М.А. и Г.А.З., озвученное в ходе судебных прений ее представителем – адвокатом Панфиловым Д.А. Так же суд учитывает тот факт, что М.В.В. и Г.А.З. на настоящее время уже более 1 года находятся под стражей в порядке предварительного заключения в условиях следственного изолятора.

Тот факт, что супругой подсудимого Г.А.З. – Г.А.Р. была предпринята попытка добровольного возмещения потерпевшей С.В.В. морального вреда путем перечисления ей посредством почтового перевода денежной суммы – 30.000 рублей, суд не может расценить как смягчающее наказание Г.А.З. обстоятельство, предусмотренное п.»к» ч.1 ст.61 УК РФ, ввиду отсутствия у суда достоверных сведений о том, что потерпевшая С.В.В. в действительности получила направленные ей почтовым переводом денежные средства в указанной сумме, однако считает возможным признать указанный факт смягчающим наказание Г.А.З. в соответствии с положениями ч.2 ст.61 УК РФ.

Оснований для назначения К.М.А. и Г.А.З. наказания по правилам ч.7 ст.316 УПК РФ, как то предлагалось стороной их защиты ввиду того, что ранее К.М.А. и Г.А.З. ходатайствовали о рассмотрении их уголовного дела по существу в особом порядке судебного разбирательства, суд не видит, поскольку в судебном заседании было установлено, что К.М.А. вину по предъявленному ему обвинению фактически не признал, а Г.А.З. вину по предъявленному ему обвинению фактически признал только частично.

Суд назначает подсудимому М.В.В. наказание с учетом положений ч.3 ст.69 УК РФ в виде лишения свободы и принимая во внимание конкретные обстоятельства и количество совершенных им преступлений не усматривает целесообразности в назначении ему более мягкого вида наказания, предусмотренного санкцией ч.3 ст.159 УК РФ, в применении к нему положений ст.64 УК РФ и в назначении ему по ч.4 ст.159 УК РФ более мягкого вида наказания, нежели предусмотрен санкцией ч.4 ст.159 УК РФ, а так же в применении к нему положений ч.6 ст.15 УК РФ и предложения первого ч.1 ст.73 УК РФ, то есть в назначении ему условного наказания. При назначении М.В.В. наказания по ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ суд принимает во внимание положения ч.3 ст.66 УК РФ. Дополнительные наказания – штраф и ограничение свободы - суд М.В.В. не назначает ввиду отсутствия на то целесообразности. Согласуясь с положениями п.»б» ч.1 ст.58 УК РФ суд назначает подсудимому М.В.В. отбытие наказания в исправительной колонии общего режима.

Подсудимому Г.А.З. суд назначает наказание с учетом положений ч.3 ст.66 УК РФ в виде лишения свободы и принимая во внимание конкретные обстоятельства совершенного им преступления не усматривает целесообразности в назначении ему более мягкого вида наказания, предусмотренного санкцией ч.3 ст.159 УК РФ, а так же в применении к нему положений ч.6 ст.15 УК РФ и предложения первого ч.1 ст.73 УК РФ, то есть в назначении ему условного наказания. Дополнительные наказания – штраф и ограничение свободы - суд Г.А.З. не назначает ввиду отсутствия на то целесообразности. Согласуясь с положениями п.»б» ч.1 ст.58 УК РФ суд назначает подсудимому Г.А.З. отбытие наказания в исправительной колонии общего режима.

Подсудимому К.М.А. суд назначает наказание с учетом положений ч.3 ст.66, ч.2 ст.68 УК РФ в виде лишения свободы и принимая во внимание конкретные обстоятельства совершенного им преступления, а так же факт судимости К.М.А. ****, предусмотренного санкцией ч.3 ст.159 УК РФ, а так же в применении в отношении него положений ч.3 ст.68 УК РФ и ч.6 ст.15 УК РФ. Законной возможности в применении к К.М.А. положений предложения первого ч.1 ст.73 УК РФ, то есть в назначении ему условного наказания, суд не видит, учитывая при этом положения п.»в» предложения второго ч.1 ст.73 УК РФ, которые запрещают применение условного осуждения к лицам, совершившим преступление при опасном рецидиве преступлений. Несмотря на наличие в отношении К.М.А. смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п.»и» ч.1 ст.61 УК РФ, положения ч.1 ст.62 УК РФ при назначении ему наказания суд не применяет, поскольку положения ч.1 ст.62 УК РФ применяются к виновному лицу только в случае отсутствия в отношении него отягчающих наказание обстоятельств, а в отношении К.М.А. имеется отягчающее его наказание обстоятельство, предусмотренное п.»а» ч.1 ст.63 УК РФ. Дополнительные наказания – штраф и ограничение свободы - суд К.М.А. не назначает ввиду отсутствия на то целесообразности. Несмотря на то, что в действиях подсудимого К.М.А. имеется опасный рецидив преступлений, суд назначает К.М.А. отбытие наказания в исправительной колонии общего режима, поскольку в исправительных колониях строгого режима в соответствии с п.»в» ч.1 ст.58 УК РФ отбытие наказание назначается только тем лицам, совершившим преступление при рецидиве, которые ранее отбывали лишение свободы, ранее отбывавшим лишение свободы следует считать лицо, которое за совершенное им в прошлом преступление отбывало наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии, воспитательной колонии, тюрьме, лечебном исправительном учреждении либо следственном изоляторе в случаях, указанных в ч.1 ст.74 УИК РФ, если судимость за это преступление не была снята или погашена на момент совершения нового преступления, а в отношении К.М.А. было установлено, что он был осужден *****.

В целях обеспечения исполнения приговора суд считает необходимым изменить К.М.А. меру пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

В ходе судебного заседания потерпевшей С.В.В. был заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого М.В.В. в качестве возмещения причиненного ей преступлением материального ущерба денежной суммы – 2.000.000 рублей.

Подсудимый М.В.В. заявленный потерпевшей С.В.В. гражданский иск признал в полном объеме.

Рассмотрев заявленный потерпевшей С.В.В. гражданский иск, суд, учитывая установленный в судебном заседании факт хищения М.В.В. в соучастии с лицами, в отношении которых дело выделено в отдельное производство, принадлежащих потерпевшей С.В.В. денежных средств в сумме 5.200.000 рублей, которые потерпевшей С.В.В. до настоящего времени не возвращены, и причиненный ей преступлением, предусмотренных ч.4 ст.159 УК РФ, материальный ущерб до настоящего времени не возмещен, а так же принимая во внимание тот факт, что заявленная потерпевшей С.В.В. сумма исковых требований является даже меньшей, нежели установленная судом общая сумма похищенных у потерпевшей С.В.В. денежных средств, считает возможным удовлетворить заявленный в рамках настоящего уголовного дела гражданский иск в полном объеме, и взыскать с подсудимого М.В.В. в пользу потерпевшей С.В.В. указанную в ее гражданском иске сумму - 2.000.000 рублей.

На основании вышеизложенного и руководствуясь положениями ст.ст.299, 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

М.В.В. признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159, ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч.4 ст.159 УК РФ - в виде ** лет ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ без штрафа и без ограничения свободы,

- по ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ - в виде ** лет ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ без штрафа и без ограничения свободы.

На основании положений ч.3 ст.69 УК РФ окончательно назначить М.В.В. наказание по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных ему наказаний, окончательно назначив ему к отбытию наказание в виде *** лет *** месяцев ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ без штрафа и без ограничения свободы в исправительной колонии ОБЩЕГО режима.

Меру пресечения осужденному М.В.В. до вступления настоящего приговора в законную силу в целях обеспечения исполнения приговора оставить прежней - заключение под стражу.

Срок отбытия наказания осужденному М.В.В. исчислять с ** 2016 года. Зачесть осужденному М.В.В. в срок отбытия наказания период его нахождения под стражей в порядке предварительного заключения с момента его фактического задержания в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ до даты постановления настоящего приговора - с **** 2016 года.

Г.А.З. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде**** года *** месяцев ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ без штрафа и без ограничения свободы с отбыванием в исправительной колонии ОБЩЕГО режима.

Меру пресечения осужденному Г.А.З. до вступления настоящего приговора в законную силу в целях обеспечения исполнения приговора оставить прежней - заключение под стражу.

Срок отбытия наказания осужденному Г.А.З. исчислять с **** 2016 года. Зачесть осужденному Г.А.З. в срок отбытия наказания период его нахождения под стражей в порядке предварительного заключения с момента его задержания в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ с учетом даты его фактического задержания согласно рапорту сотрудника УФСБ (т.1, лд273-274) до даты постановления настоящего приговора - с ***** 2015 года до **** 2016 года.

К.М.А. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде *** месяцев ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ без штрафа и без ограничения свободы с отбыванием в исправительной колонии ОБЩЕГО режима.

Меру пресечения осужденному К.М.А. до вступления настоящего приговора в законную силу в целях обеспечения исполнения приговора изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. Взять К. М.А. под стражу в зале суда.

Срок отбытия наказания осужденному К.М.А. исчислять с **** 2016 года.

Вещественные доказательства по уголовному делу: 1) детализацию телефонных соединений абонента номера телефона ***** – С.В.В., находящуюся в письменных материалах уголовного дела, - хранить при уголовном деле, 2) изъятые у К.М.А. денежные средства в сумме 250.000 рублей купюрами по 5.000 рублей с сериями и номерами *****, и изъятые у Г.А.З. денежные средства в сумме 10.000 рублей купюрами по 5.000 рублей с сериями и номерами ****, находящиеся в сейфовой ячейке ГСУ СК России по г.Москве, - возвратить по принадлежности потерпевшей С.В.В., 3) 64 листа печатной продукции, имитирующие банкноты Банка России достоинством по 5.000 рублей, и 170 листов печатной продукции, имитирующие банкноты Банка России достоинством по 1.000 рублей, находящиеся в сейфовой ячейке ГСУ СК России по г.Москве, - уничтожить, 4) 241 лист печатной продукции, имитирующие банкноты Банка России достоинством по 1.000 рублей, 2 листа бумаги с образцами криминалистического идентификационного препарата «Тушь-7», марлевые бинты с сухими смывами с поверхностей рук К.М.А., К.А.И., Матусевича В.В. и Г.А.З., пакет розового цвета с логотипом фирмы «***» и пакет черного цвета с надписью «*****», находящиеся в камере хранения вещественных доказательств СУ по *** ГСУ СК России по г.Москве, - уничтожить, 5) компакт-диски с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от **** 2015 года, компакт-диски с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от **** 2015 года, компакт-диски с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от **** 2015 года – встреча С.В.В., К.М.А. и М.В.В., компакт-диски с видеозаписью и аудиозаписью ОРМ «наблюдение» от **** 2015 года – встреча К.М.А. и Г.А.З., флэш-карту «*****» с аудиозаписями разговоров, произведенных С.В.В., и компакт-диск с аудиозаписями телефонных разговоров, полученных на основании постановления МГС, находящиеся в письменных материалах уголовного дела, - хранить при уголовном деле.

Гражданский иск потерпевшей С.В.В. – удовлетворить в полном объеме. Взыскать с осужденного М.В.В. в пользу потерпевшей С.В.В. в счет удовлетворения заявленного ею гражданского иска 2.000.000 (два миллиона) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными – в тот же срок с момента получения ими копий приговора. В случае апелляционного обжалования приговора осужденные вправе ходатайствовать о своем личном участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Федеральный судья: Ю.В.Шелепова