Определение суда апелляционной инстанции

Судья Королева Е.Е. Гр.дело № 33-9332/17

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 марта 2017 года г.Москва

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда

в составе председательствующего Чубаровой Н.В.,

судей Анашкина А.А., Левшенковой В.А.,

при секретаре Михалевой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Чубаровой Н.В. гражданское дело по апелляционной жалобе фио на решение Бутырского районного суда г.Москвы от 16 декабря 2016 года, которым постановлено:

исковые требования фио к фио об установлении факта родственных отношений, признании завещания недействительным, признании права собственности на наследственное имущество, оставить без удовлетворения,

УСТАНОВИЛА:

Истец фио обратился в суд с иском к фио об установлении факта родственных отношений между ним и фио (фио) К.И., признании недействительным завещания фио (фио) К.И. и признании за ним права собственности на наследственное имущество в виде квартиры № 99 в доме 1 А по адрес в г. Москве, ссылаясь в обоснование своих требований на то, на момент составления завещания фио (фио) К.И. не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

В судебное заседание первой инстанции представители фио явились, требования поддержали.

Ответчик фио и ее представитель в судебное заседание первой инстанции явились, исковые требования не признали по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск.

Нотариус г. Москвы фио в судебное заседание первой инстанции не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Суд постановил указанное выше решение, об отмене которого просит фио по доводам апелляционной жалобы.

В заседание судебной коллегии нотариус г. Москвы фио не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь положениями ст.167 ГПК РФ, полагала возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

В соответствии со ст.327-1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения истца фио и его представителей фио, фио, представителя ответчика фио – фио, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований к отмене решения, постановленного в соответствии с требованиями действующего законодательства и фактическими обстоятельствами по делу.

При разрешении настоящего спора суд первой инстанции верно руководствовался положениями ст.ст. 166, 167, 177, 218, 264, 265, 1118, 1131, 1141, 1145, 1152-1154 Гражданского кодекса РФ.

Судом первой инстанции установлено, что фио 22 декабря 1925 года рождения умерла 02 ноября 2015 года. Ко дню смерти фио принадлежала на праве собственности квартира № 99 в доме 1А по адрес в г. Москве.

24 апреля 2015 года фио совершено завещание на имя фио, согласно которому, все принадлежащее ей ко дню смерти имущество, в том числе квартиру № 99 в доме 2 А по адрес в г. Москве, фио завещала фио Завещание подписано фио собственноручно, имеется собственноручная запись «Бочарова Клара Ивановна», фио нотариусом г. Москвы разъяснены фио положения ст. ст. 1119,1130,1149 ГК РФ, запись и подпись разборчивы.

фио по день смерти проживала и была зарегистрирована в названной квартире.

Из наследственного дела следует, что наследником умершей по завещанию является фио

Также судом установлено, что фио родился 07 февраля 1986 года, его родителями являлись фио и фио Его отец фио родился 05 августа 1952 года, его родителями являлись фио и фио (л.д.10), фио родился 03 марта 1924 года, его родителями являлись фио и фио (л.д.11).

фио, 1925 г.р. имела добрачную фамилию «Кулагина», проживала до 1942 года с братом фио и материю фио по адресу: адрес.

Для проверки доводов истца о том, что фио при составлении завещания не могла понимать значение своих действий, судом были допрошены свидетели, а также была проведена судебная психиатрическая экспертиза, производство которой поручено Федеральному государственному бюджетному учреждению «Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского» Министерства здравоохранения Российской федерации.

Из заключения следует, что у фио в юридически значимый период, относящийся к моменту подписания завещания от 24 апреля 2015 года, имелось неуточненные психические расстройства и в связи со смешанными заболеваниями (F 06.998). Об этом свидетельствуют данные представленной медицинской документации о диагностированном у нее в 1995 г. атеросклерозе сосудов головного мозга, что сопровождалось церебрастенической симптоматикой (головные боли, головокружения, «шум в голове», слабость), эмоциональная неустойчивостью (раздражительность), послужило основанием для диагностики с 2000 года дисциркуляторной энцефалопатии 2 стадии, а с 2009 г. – 3 стадии. Присоединение в последующем сенсорных дефектов (нарушение зрения и слуха) заболевание раком пищевода (который был диагностирован посмертно), психотравмирующая ситуация (смерть племянника) способствовали углублению имевшихся у фио психических нарушений (как следует из показаний части свидетелей, фио не узнавала знакомых, испытывала затруднения при осмыслении окружающего), однако в связи с отсутствием в представленной медицинской документации данных о её состоянии здоровья, в том числе о её психическом состоянии, неоднозначностью свидетельских показаний дифференцированно оценить выраженность имевшихся у фио изменений психики в интересующий суд период и в периоды, ближайшие к нему по времени и ответить на вопрос о её способности понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления и подписания завещания от 24 апреля 2015 года не представляется возможным.

Заключение комиссии экспертов суд признал допустимым доказательством, полученным в соответствии с требованиями закона.

Оценивая показания свидетелей, суд первой инстанции обоснованно отклонил показания указанных лиц, поскольку сообщенные ими сведения объективно не подтверждают отсутствие у фио способности понимать значение своих действий и руководить ими в спорный период, учитывая, что указанные свидетели не являются специалистами в области медицины, убедительных сведений о её состоянии не рассказали.

В соответствии с положениями ст.ст. 12, 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Таким образом, у суда имелись основания для отказа истцу в удовлетворении заявленных исковых требований, поскольку представленными в деле доказательствами не подтверждено, что фиоИ не могла понимать значение своих действий и руководить ими при составлении оспариваемого завещания.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда, так как судом первой инстанции правильно определены правоотношения, возникшие между сторонами по настоящему делу, а также закон, подлежащий применению.

Доводы апелляционной жалобы истца о несогласии с выводами заключения комиссии экспертов, не влекут отмену решения суда, поскольку направлены на оспаривание результатов судебной экспертизы. Однако, каких-либо бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов, заявитель жалобы не представил.

Заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов от 22 ноября 2016 года № 419/з полностью соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", они даны в письменной форме, содержат подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является последовательным, не допускает неоднозначного толкования.

Эксперты до начала производства исследования были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Эксперты имеют необходимое для производства подобного рода экспертиз образование, стаж работы.

Таким образом, указанное заключение комиссии экспертов обоснованно и правомерно принято судом первой инстанции в качестве достоверных и допустимых доказательств, а доводы в апелляционной жалобе о его необоснованности подлежат отклонению.

Согласно статье 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3).

В рассматриваемом случае вышеуказанные правила оценки доказательств по делу судом первой инстанции не были нарушены.

При этом суд отразил в решении результаты оценки доказательств. Исходя из изложенного, судебная коллегия соглашается с оценкой, данной судом первой инстанции, имеющимся в деле доказательствам, в том числе заключению комиссии экспертов, т.к. она является правильной и обоснованной.

Принимая во внимание вышеприведенные обстоятельства, у суда первой инстанции отсутствовали основания для сомнения в достоверности выводов комиссии экспертов.

Из материалов дела следует, что в суде первой инстанции сторона истца ходатайствовала о допросе экспертов, об отложении судебного заседания для подготовки к ходатайству о назначении дополнительной экспертизы.

Вопреки доводам жалобы о необоснованном отказе в удовлетворении данного ходатайства, как следует из материалов дела, оснований для отложения судебного заседания, равно как и для назначения дополнительной экспертизы у суда первой инстанции не имелось, поскольку проведенной по делу судебной экспертизой были даны ответы на вопросы, поставленные судом перед экспертами. Заключение экспертизы является достаточно ясным и полным, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы о необоснованном отклонении судом ходатайства судебная коллегия не принимает во внимание.

Несогласие стороны с ранее полученным экспертным заключением не является основанием для назначения дополнительной экспертизы. Кроме того, достаточность доказательств по делу, необходимых для правильного разрешения спора, определяет именно суд.

По аналогичным основаниям судебная коллегия считает необоснованными доводы истца о нарушении судом норм процессуального права в связи с отказом в допросе экспертов.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не исследовалось завещание на предмет его соответствия требованиям ст.ст. 1224, 1225 ГК РФ, не свидетельствуют о незаконности принятого решения, поскольку требования о признании завещания недействительным были заявлены истцом на основании ст.177 ГК РФ, иных оснований исковое заявление не содержит, тогда как в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд не вправе выходить за пределы исковых требований и самостоятельно изменять предмет или основание иска. Такое право предоставляется только истцу.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы направлены на оспаривание выводов суда, однако их не опровергают, не содержат обстоятельств, требующих дополнительной проверки, в связи с чем не влекут отмену решения суда.

Предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает. Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену решения, по делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Бутырского районного суда г.Москвы от 16 декабря 2016 года оставить без изменения, апелляционную жалобу фио - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

4