Постановление суда апелляционной инстанции

ф\с фио дело № 10-2289/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

адрес 18 марта 2024 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе:

председательствующего судьи Тарджуманян И.Б.,

судей фио, фио,

при помощнике судьи Потапенко А.С.,

с участием: прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры адрес фио,

осужденного фио его защитника – адвоката фио, представившего удостоверение и ордер,

с участием потерпевшей Чернышовой А.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя Измайловского межрайонного прокурора адрес фио, апелляционным жалобам осужденного фио, адвоката фио на приговор Измайловского районного суда адрес от 16 октября 2023 года, которым

Гуськов Владимир Борисович, паспортные данные, гражданин РФ, женатый, с неполным средним образованием, зарегистрированной и фактически проживающий по адресу: адрес, не работающий, не судимый,

осужден по п.п. «а, е» ст. 102 УК адрес к наказанию в виде лишения свободы на срок 10 лет, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения Гуськову В.Б. до вступления приговора в законную силу оставлена прежней в виде заключения под стражу.

Срок отбывания наказания осужденному Гуськову В.Б. исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания фио под стражей с 9 февраля 2023 года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Тарджуманян И.Б., выступления участников процесса, проверив и изучив материалы уголовного дела, доводы апелляционных представления и жалоб, судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда

УСТАНОВИЛА:

приговором Измайловского районного суда адрес от 16 октября 2023 года Гуськов В.Б. признан виновным в том, что он совершил умышленное убийство из корыстных побуждений, с целью облегчить совершение другого преступления.

Преступление осужденным совершено в адрес при обстоятельствах, подробно приведенных в приговоре.

В апелляционном представлении и дополнениях к нему заместитель Измайловского межрайонного прокурора адрес фио просит приговор изменить. Указывает, что суд ошибочно, при изложении обстоятельств совершения преступления указал 1098 г., тогда как согласно показаниям осужденного, информация о наличии магнитофона в квартире потерпевшего ему стала известна в 1989 году. Кроме того, считает, что суд первой инстанции необоснованно не признал в качестве отягчающего наказание обстоятельства п. «з» ч. 1 ст. 63 УК РФ (п. 5 ст. 39 УК адрес) совершение преступления в отношении малолетнего. Ссылаясь на положения ст.ст. 6, 43 УК РФ, ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ, отмечает, что согласно исследованных доказательств преступление Гуськовым В.Б. совершено 01 августа 1989 года в отношении Чернышова А.Н. паспортные данные, являвшегося на тот момент малолетним. В связи с чем, по мнению автора представления, подлежит признанию отягчающим наказание Гуськову В.Б. обстоятельством в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 63 УК РФ совершение преступления в отношении малолетнего (п. 5 ст. 39 УК адрес). Таким образом, наказание Гуськову В.Б., назначено без учета всех данных о личности, наличия отягчающего наказание обстоятельства, вследствие чего, является чрезмерно мягким. Кроме того, согласно п. 29 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 55 адрес «О судебном приговоре» в резолютивной части обвинительного приговора должны быть приведены решения суда по каждому из вопросов, указанных в ст.ст. 308, 309 УПК РФ, разрешаемых судом по данному делу. Так приговором Измайловского межмуниципального суда адрес от 26 ноября 1999 г. Гуськов В.Б. осужден по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 167 УК РФ к 1 году лишения свободы. Преступление, предусмотренное п.п. «а», «е» ст. 102 УК адрес Гуськовым В.Б., совершено 01 августа 1989 года, до осуждения по приговору от 26 ноября 1999 г. В соответствии с п. 52 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 адрес «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» решая вопрос о назначении наказания в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ лицу совершившему другое преступление до вынесения приговора по первому делу, суд применяет общие правила назначения наказания по совокупности преступлений. При этом окончательное наказание, назначаемое путем частичного или полного сложения, должно быть строже наиболее строгого из наказаний, назначенных за входящие в совокупность преступления. Согласно п. 57 указанного Пленума в срок наказания, назначенного по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, должно быть зачтено наказание, отбытое полностью или частично по первому приговору. Вышеуказанные требования уголовно-процессуального законодательства судом не выполнены, в связи с чем окончательное наказание Гуськову В.Б. должно быть назначено на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ. Также Гуськов В.Б.: 20 июня 1986 определением Первомайского районного суда адрес освобожден от уголовной ответственности за совершение общественно-опасного деяния, предусмотренного ч. 3 ст. 144 УК адрес, и направлен на принудительное лечение в психиатрическую больницу общего типа; определением Первомайского районного суда адрес от 18 января 1988 г. принудительные меры медицинского характера отменены; 13 марта 2008 г. приговором Мещанского районного суда адрес осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 291 УК РФ к 1 году лишения свободы условно; 24 августа 2011 г. приговором Преображенского районного суда адрес осужден по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы. Указанные решения суда при назначении наказания Гуськову В.Б. по ч. 5 ст. 69 УК РФ учтены быть не могут, поскольку определением от 20 июня 1986 к Гуськову В.Б. применены принудительные меры медицинского характера, по приговорам от 13 марта 2008 г., 24 августа 2011 г. правила ч. 5 ст. 69 УК РФ применены быть не могут, поскольку в ст. 74 УК РФ дан исчерпывающий перечень обстоятельств, на основании которых возможна отмена условного осуждения. На основании изложенного просит приговор изменить:

указать в описательно-мотивировочной части приговора верный год получения Гуськовым В.Б. информации о наличии видеомагнитофона в квартире по адресу: адрес, 10-я адрес, а именно: 1989 год;

признать Гуськову В.Б. в качестве отягчающего наказание обстоятельства в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 63 УК РФ (п. 5 ст. 39 УК адрес) - совершение преступления в отношении малолетнего;

усилить назначенное Гуськову В.Б. наказание, назначить Гуськову В.Б. по п.п. «а», «е» ст. 102 УК адрес наказание в виде 11 лет лишения свободы;

окончательно назначить Гуськову В.Б. наказание на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем полного сложения назначенных наказаний по приговору Измайловского межмуниципального суда адрес от 26 ноября 1999 г. с наказанием назначенным по настоящему приговору, в виде 12 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

зачесть в срок отбывания наказания полностью отбытое наказание по приговору от 26 ноября 1999 г. в виде 1 года лишения свободы.

В остальной части приговор оставить без изменения.

В апелляционной жалобе адвокат Девятов Ю.Ю. считает приговор незаконным и необоснованным, а выводы суда, изложенные в нем, не соответствующими обстоятельствам дела. Отмечает, что его подзащитный давал последовательные показания, утверждая, что он лишь несколько раз ударил находящегося в квартире хозяина металлической трубой по голове, при этом он не желал наступления его смерти, а хотел лишь оглушить его. Объективных доказательств, подтверждающих обратное, по делу не имеется. Полагает, что суд, квалифицируя действия фио, исходил только из тяжести причиненных повреждений и из возраста потерпевшего, однако данные обстоятельства не свидетельствуют о наличии у него умысла на причинение смерти другому человеку. Указывает, что на момент совершения осужденным преступления, действовало Постановление Пленума ВС CCCР № 11 согласно которому, нападение с целью завладения имуществом, соединенное с насилием, повлекшим причинение потерпевшему тяжких телесных повреждений, подлежит квалификации, если они повлекли смерть по ч. 2 ст. 108 УК адрес. При этом в Пленуме под правилами имелись в ввиду Правила судебно-медицинского определения степени тяжести телесных повреждений, в которых приводился конкретный перечень таких повреждений, а именно: опасными для жизни являлись повреждения, которые сами по себе угрожают жизни потерпевшего в момент нанесения или при обычном их стечении заканчиваются смертью. Предотвращение смертельного исхода, обусловленное оказанием медицинской помощи, не должно приниматься во внимание при оценке опасности для жизни таких повреждений, а именно такие повреждения, по мнению защитника, имелись у погибшего. При таких обстоятельствах, как считает адвокат, при квалификации действий фио во внимание должна была приниматься только его позиция. Что касается возраста потерпевшего, то, как отмечает адвокат, самому Гуськову В.Б. на момент рассматриваемых событий было чуть больше 18 лет, а поскольку на тот период у него сохранялись последствия органической неврологической симптоматики, выражавшиеся в неустойчивости эмоциональных реакций, низком волевом контроле и прогнозе своих действий, что отражено в экспертном заключении, то он не предвидел последствий своих действий в виде смерти потерпевшего. Учитывая изложенное, сторона защиты считает, что действия фио должны квалифицироваться по ч. 2 ст. 108 УК адрес, а поскольку, в указанный период действовала ст. 48 УК адрес, он должен быть освобожден от уголовной ответственности ввиду истечения сроков давности. Кроме того, автор жалобы обращает внимание на то, что Гуськов В.Б. зарекомендовал себя с положительной стороны, работал, создал семью и не представляет опасности для общества. Просит приговор отменить, переквалифицировать действия фио на ч. 2 ст. 108 УК адрес – причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, повлекшего его смерть или на ст. 106 УК адрес – причинение смерти по неосторожности, прекратив производство по делу в связи с истечением сроков давности.

В апелляционной жалобе осужденный Гуськов В.Б. полагает, что принятое в его отношении решение является незаконным и необоснованным, а изложенные в нем выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам по делу. Просит приговор отменить, производство по делу прекратить в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В суде апелляционной инстанции осужденный и его защитник в полном объеме поддержали доводы жалоб, прокурор и потерпевшая просили удовлетворить представление. При этом потерпевшая пояснила, что ее сын на момент смерти выглядел младше своих лет, так как был невысокого роста и худой, по нему видно было, что он являлся малолетним.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, выслушав мнение участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Вывод суда о доказанности вины осужденного в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре, в том числе:

показаниями осужденного фио, согласно которым, в 1989 году он познакомился в столовой с человеком, который рассказал о квартире, в которой находится видеомагнитофон, который можно украсть, на что он (Гуськов В.Б.) ответил согласием, в связи с чем, днем он приехал по данному адресу, стучал и звонил в дверь, однако никто не открывал. Тогда он открыл дверь с помощью отмычки и зашел в квартиру, в этот момент к нему выбежал парень, который начал кричать, на что он (Гуськов В.Б.) стал от него отмахиваться с помощью трубки (заготовки), которая была при нем, после чего парень убежал на кухню, а он (Гуськов В.Б.) взял видеомагнитофон, который он впоследствии продал, и ушел из квартиры; показаниями потерпевшей Чернышовой А.Н., согласно которым 01 августа 1989 года, когда она была на работе, ей позвонили соседи, сообщившие, что на ее сына напали. Когда она зашла в квартиру, то увидела, что сын лежал в крови без сознания, а из квартиры похищен видеомагнитофон, стоявший на телевизоре; показаниями свидетеля фио, согласно которым его сосед Гуськов В.Б. в 1989 году продал ему новый видеомагнитофон марки «Панасоник»; показаниями свидетеля фио, согласно которым, утром, 01 августа 1989 года, он и его супруга Чернышова А.Н. ушли на работу, его мать фио, проживавшая с ними, собиралась поехать в магазин «Детский мир», а сын фио оставался один дома. Примерно в 13 ч. 10 мин. ему на работу позвонила супруга, сообщившая, что их сын умирает, в связи с чем, он незамедлительно поехал домой, и увидел, как Чернышова А.Н. на носилках выносят из подъезда. В этот же день во время проведения фио хирургической операции, он скончался. Приехав домой, от своей матери фио он (фио) узнал, что, вернувшись из магазина домой, она обнаружила внука лежащим на полу в кухне в луже крови. На ее вопрос, что с ним случилось, фио пояснил, что зашел какой-то дяденька и попросил расписаться. В соседней комнате был включен телевизор, а видеомагнитофон похищен из квартиры; показаниями свидетеля фио, согласно которым, она проживает в квартире, расположенной по адресу: адрес Соколиной горы, д. 20, кв. 48, совместно со своим сыном, его супругой и внуком фио Примерно в 08 ч. 00 минут 01 августа 1989 года она ушла из дома, поехав в магазин за покупками, и когда вернулась, примерно в 12 ч. 15 мин., увидела, что дверь квартиры приоткрыта примерно на 10 см, а ее внук - фио лежит на полу на кухне лицом вниз, в одних трусах, вокруг него была лужа крови. Она сразу же спросила у внука, что с ним, на что он ответил, что упал со стула. Не поверив ему, она побежала в большую комнату, где обнаружила пропажу видеомагнитофона. Она снова бросилась к фио и спросила у него, что с ним произошло, на что он ей дословно ответил: «Дяденька принес письмо и сказал, что надо расписаться». Она попыталась задать ему уточняющие вопросы, но фио сказал, что ему плохо. После этого она выглянула в окно и закричала, попросив о помощи; показаниями свидетеля фио, согласно которым, в дневное время 1 августа 1989 года к ней пришла соседка, попросившая вызвать скорую медицинскую помощь для Чернышова А.Н., проживавшего в квартире № 48 на 3 этаже. На звонки в службу «03» никто не отвечал, и она спустилась в квартиру к фио, в которой уже находились другие соседи, пройдя на кухню, она увидела Чернышова А.Н., который был в одних трусах и сильно дрожал, сидя на полу кухни. Он находился в сознании и прижимал к окровавленной голове какую-то тряпку. Она спросила у него, знает ли он напавшего на него человека, на что фио ответил отрицательно, а на следующий ее вопрос, зачем же он тогда открыл дверь незнакомому человеку, фио ответил, что пришедший парень сказал, что принес им письмо, после чего он прошел в квартиру, сел и стал писать, попросив Чернышова А.Н. расписаться. В какой-то момент фио, бегая по квартире и пытаясь вызвать скорую медицинскую помощь, крикнула, что украли видеомагнитофон. Минут через 40 прибыли врачи скорой медицинской помощи, которые госпитализировали Чернышова А.Н. в больницу, в которой он в тот же день скончался; показаниями свидетеля фио, согласно которым, 1 августа 1989 года в период с 10 ч. 40 мин. по 11 ч. 00 мин., заходя в подъезд дома, в котором он проживал на тот момент, по адресу: адрес Соколиной горы, д. 48, он встретил молодого мужчину, которому на вид было примерно 18-22 лет, ростом он был около 175 см, среднего телосложения. Указанный мужчина нес в руках завернутый в темную ткань сверток, из-под которого виднелся черный торец радиоаппаратуры со светло-коричневыми надписями. Ранее указанного мужчину в подъезде их дома он никогда не видел;

письменными материалами уголовного дела: протоколом осмотра места происшествия от 1 августа 1989 года, в ходе производства которого, была осмотрена квартира, расположенная по адресу: адрес Соколиной горы, д. 20, кв. 48, а также с поверхности кухонного стола, находящегося на кухне, были обнаружены и изъяты следы пальцев рук; протоколом проверки показаний на месте подозреваемого фио, в ходе производства которого, от 9 февраля 2023 года согласно которому Гуськов В.Б. по адресу: адрес Соколиной горы, д. 20, кв. 48 указал местоположение потерпевшего на момент его проникновения в квартиру и механизм нанесения ударов фио; заключением дактилоскопической судебной экспертизы № 3901 от 3 августа 1989 года, согласно выводов которой след пальца руки и след ладони, перекопированные на отрезок дактилопленки размером 138х177мм. и след ладони, перекопированный на отрезок дактилопленки размером 40х73 мм, изъятые при осмотре места происшествия по адресу адрес Соколиной горы, д. 20, кв. 48, для идентификации личности пригодны; заключением дактилоскопической судебной экспертизы № 12/6э-110 от 16 марта 2023 гола, согласно выводов которой след пальца руки и след ладони, перекопированные на отрезок дактилопленки размером 138х177 мм, изъятые при осмотре места происшествия по адресу адрес Соколиной горы, д. 20, кв. 48, оставлены указательным пальцем левой руки и левой ладони фио; заключением медицинской судебной экспертизы № 1614 от 28 августа 1989 года, согласно которому:

1. При судебно-медицинской экспертизе трупа Чернышова А.Н. паспортные данные, обнаружены телесные повреждения:

а) тупая открытая черепно-мозговая травма: 4 ушибленные раны волосистой части головы, обширные темно-красные кровоизлияния в обеих височно-теменных областях мягких покровов головы, очаговые кровоизлияния в обеих височных мышцах, вдавленные переломы левой теменной кости и лобной кости с переходом на основание черепа и повреждением сагиттального синуса, многооскольчатый перелом правой теменной кости, очаги ушиба и размозжения мозга в левой и правой теменных долях и правой затылочной доле, очаговые субарахноидальные кровоизлияния в области обеих теменных, правой затылочной и правой височной долей;

б) кровоподтек в области уздечки верхней губы;

в) неполные переломы 2-6 ребер слева.

2. Повреждения, перечисленные в п. 1а, имеют признаки прижизненности, образовались от не менее, чем 4-х кратного воздействия твердого тупого предмета(ов) и в совокупности относятся к тяжким телесными повреждениям по признаку опасности для жизни.

3. Принимая во внимание характер ушибленных ран на голове, можно предположить что, по меньшей мере, 2 раны (№ 2 и № 3) были нанесены твердым тупым предметом с ограниченной контактирующей поверхностью прямоугольной формы размерами около 2,7х 1,7 см. В морфологической картине ран №№ 1 и 4 отсутствуют какие-либо признаки, позволяющие высказаться о характеристике контактирующей поверхности травмирующего орудия.

4. Учитывая степень лейкоцитарной реакции, выявленной в очагах субарахноидальных кровоизлияний и в кровоизлияниях в правой височной мышце, можно предположить, что с момента нанесения телесных повреждений, отмеченных в п. 1а, до наступления смерти прошло несколько часов.

5. Смерть фио, паспортные данные, наступила от отека и набухания головного мозга в результате тупой открытой черепно-мозговой травмы с повреждением костей свода и основания черепа, очагами ушиба и размозжения мозга. Таким образом, между телесными повреждениями, перечисленными в п. 1а, и наступлением смерти имеется прямая причинная связь.

6. Повреждение, отмеченное в п. 1б, прижизненное, образовалось от воздействия твердого тупого предмета, в связи с причиной смерти не стоит и обычно у живых лиц относится к легким телесным повреждениям.

7. Переломы ребер слева и субарахноидальные кровоизлияния наиболее вероятно образовались при проведении реанимационных мероприятий (непрямого массажа сердца).

8. С повреждениями, перечисленными в п.1а, потерпевший мог в течение какого-то времени совершать активные действия, сопротивляться, передвигаться. Высказаться более определенно, в течении какого времени он мог совершать подобные действия, не представляется возможным. По данным литературы после получения аналогичных повреждений у пострадавших часто наступает быстрая потеря сознания. В то же время описаны случаи передвижения пострадавших с черепно-мозговой травмой на значительное расстояние.

9. Каких-либо следов, указывающих на возможную борьбу или самооборону при исследовании трупа не обнаружено;

заключением медико-криминалистической судебной экспертизы № 487/89-фт-195/89-сп от 9 октября 1989 года, согласно выводов которой:

1. адрес ран на препарате кожи волосистой части головы трупа Чернышова А.Н. по сравнению с контролем обнаружено повышенное содержание алюминия, причем наибольшее увеличение его содержания выявлено в краях ран №№ 1 и 4. Кроме того, в ранах выявлено увеличение содержаний других элементов так: в ране № 1 - магния, кальция, марганца, кремния; в ране № 2 – магния, кальция, титана; в ране № 3 - магния, кремния; в ране № 4 - железа, магния, кремния, хрома, кальция, меди. адрес перелома № 1 костной ткани металлизации не выявлено.

2. Повреждения потерпевшему причинены твердым тупым предметом (предметами) с непреобладающей прямоугольной удлиненной контактирующей поверхностью (поверхностями), имеющей прямолинейные и дуговидные ребра. Достоверно решить вопрос о возможности причинения повреждения на голове потерпевшего одним или несколькими орудиями не представляется возможным. Однако, учитывая обнаружение во всех ранах повышенного содержания алюминия наряду с другими элементами, полагаем, что орудием травмы мог быть и один предмет.

3. Открытая черепно-мозговая травма причинена фио не менее чем 4 ударами значительной силы, по отношению к голове потерпевшего в направлении: раны №№1 и 3 – сверху - вниз, рана № 2 – сверху-вниз и слева-направо, рана № 4 – сзади - кпереди.

4. Механизм возникновения повреждения и их относительное расположение не свидетельствуют о каком-либо определенном взаиморасположении потерпевшего и лица, наносившего удары в процессе причинения повреждений.

Учитывая характер расположения трещин, эксперты полагают, что перелом № 3 был причинен ранее перелома № 1. В какой последовательности были причинены остальные переломы, из-за отсутствия характерных- признаков, сказать не представляется возможным;

протоколом выемки от 27 марта 2023 года, согласно которому в адрес изъято две заготовки цилиндрической формы из металла серого цвета, размером 47х25 мм, 50х25 мм;

заключением медико-криминалистической судебной экспертизы № 2346000334 от 18 апреля 2023 года, согласно выводов которой совокупная оценка характера черепно-мозговой травмы (четыре ушибленные раны головы, вдавленные переломы левой теменной кости, лобной кости с переходом на основание черепа, многооскольчатый перелом правой теменной кости), морфологических характеристик ушибленных ран (линейная, дуговидная, п-образная форма, размеры 14-28 мм, края ровные, каемчато осадненные на ширину до 1,5 мм, концы остроугольные, размозженное дно) и соответствующих переломов костей черепа (вдавленные переломы овальной формы, размерами 40x37 мм, длиной 15 мм и шириной около 2 мм, линейные переломы, длиной 33-40 мм, небольшая толщина поврежденных костей - 2-4 мм), конструктивных особенностей и свойств представленной металлической заготовки (длина 46-47, диаметр 25 мм, способность оставлять следы прямоугольной формы - длиной 45 мм, шириной 20 мм, п-образной формы, шириной 20 мм, округлой формы - диаметром 24-25 мм, дуговидной формы - с расстоянием между концами дуг 18-25 мм, прямолинейной формы, длиной 10-40 мм), данные установочной части постановления о назначении медико-криминалистической судебной экспертизы (обвиняемый Гуськов В.Б. показал, что металлической заготовкой длиной около 30 см, шириной около 2 см, нанес не менее пяти ударов в область головы фио), судебно-медицинский эксперт считает, что черепно-мозговая травма фио могла быть причинена аналогичной металлической заготовкой цилиндрической формы, длиной около 300 мм, диаметром около 24-25 мм, с ровной поперечной плоскостью торцевой поверхности;

заключением эксперта № 050423/4 от 5 апреля 2023 года, согласно выводов которого, фактическая стоимость по состоянию на 01.08.1989 видеомагнитофона марки «Panasonic NV-G-50EE» («Панасоник НВ-Ж-50ЕЕ»), серийный номер Л 8ММ02571, с учетом производителей и модификации составляет сумма.

Достоверность показаний допрошенных по делу потерпевшей и свидетелей обвинения у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, поскольку какой-либо заинтересованности со стороны указанных лиц при даче показаний в отношении фио как и оснований для его оговора, судом апелляционной инстанции не установлено. При этом судебная коллегия отмечает, что каких-либо противоречий относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по настоящему уголовному делу в их показаниях не имеется, поскольку, свидетели обвинения и потерпевший давали последовательные и логичные показания относительно обстоятельств дела, которые полностью согласуются между собой, а так же с материалами уголовного дела, и не содержат в себе каких-либо существенных противоречий относительно обстоятельств совершения осужденным преступления.

Доводы стороны защиты о невиновности осужденного в совершении инкриминируемого ему деяния, о неверной квалификации его действий, и об отсутствии у него умысла на убийство Чернышова А.Н. были исследованы судом первой инстанции и мотивированно отвергнуты, как противоречащие материалами уголовного дела, при этом, им дана надлежащая оценка не согласиться с которой у судебной коллегии оснований не имеется.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что все приведенные в приговоре и исследованные судом первой инстанции доказательства получили надлежащую оценку и однозначно подтверждают выводы суда первой инстанции о виновности фио в совершении инкриминированного ему деяния.

При этом суд первой инстанции, отвергая доводы осужденного, обоснованно указал, что, нанося неоднократные удары металлическим предметом по голове малолетнего ребенка, Гуськов В.Б. осознавал преступный характер своих действий, предвидел неизбежность наступления смерти Чернышова А.Н., и фактически причиненная подсудимым малолетнему потерпевшему травма головы, не совместимая с жизнью, объективно свидетельствует о наличии у фио умысла на смерть потерпевшего, а сам по себе промежуток во времени в несколько часов, прошедший между умышленным причинением черепно-мозговой травмы головы и смертью Чернышова А.Н., не влияет на юридическую оценку содеянного и не исключает присутствие у него умысла именно на лишение жизни малолетнего ребенка.

Таким образом, суд квалифицировал действия фио как умышленное убийство, исходя из фактических обстоятельств дела, характера совершенного преступления, выбора орудия преступления – металлического предмета, который приспособлен для нанесения телесных повреждений, не совместимых с жизнью, локализации ударов – не менее пяти именно в область головы, то есть область жизненно важных органов, а также физических характеристик малолетнего потерпевшего Чернышова А.Н., который, как пояснила его мать выглядел младше своего возраста, и, оценивая указанные обстоятельства в совокупности, пришел к обоснованному выводу о том, что Гуськов В.Б. действовал с умыслом, направленным на убийство Чернышова А.Н., поскольку он, совершая данные действия, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность смерти малолетнего потерпевшего и желал ее наступления.

Кроме того, о направленности умысла фио именно на умышленное причинение потерпевшему смерти свидетельствуют фактические обстоятельства уголовного дела, а именно то, что Гуськов В.Б., изначально, направляясь в квартиру потерпевшего, взял с собой металлический предмет, которым возможно причинение телесных повреждений, а факт совершения им убийства из корыстных побуждений, с целью облегчить совершение другого преступления, подтвержден тем, что указанные действия были совершены им в целях хищения видеомагнитофона.

Кроме того, находя версию осужденного в целом не состоятельной, и соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия отмечает и то обстоятельство, что как видно из материалов уголовного дела, а именно, протокола осмотра места происшествия, входная дверь в квартиру потерпевшего не имела следов взлома, а согласно показаниям свидетелей, заставших Чернышова А.Н. в живых непосредственно после совершения Гуськовым В.Б. преступления, он (фио) всем им сообщил, что дверь открыл он, и пришедший «дяденька» попросил расписаться, после чего, именно на кухне и был обнаружен фио с телесными повреждениями, лежащий в крови. Таким образом, судебная коллегия, как и суд первой инстанции приходит к выводу, что Гуськов В.Б. умышленно нанес малолетнему фио не менее пяти ударов металлическим предметом по голове, желая именно наступления его смерти, а не тяжких телесных повреждений, либо случайно отмахиваясь, что так же объективно подтверждено заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому у Чернышова А.Н., обнаружены, в том числе, тупая открытая черепно-мозговая травма: 4 ушибленные раны волосистой части головы, обширные темно-красные кровоизлияния в обеих височно-теменных областях мягких покровов головы, очаговые кровоизлияния в обеих височных мышцах, вдавленные переломы левой теменной кости и лобной кости с переходом на основание черепа и повреждением сагиттального синуса, многооскольчатый перелом правой теменной кости, очаги ушиба и размозжения мозга в левой и правой теменных долях и правой затылочной доле, очаговые субарахноидальные кровоизлияния в области обеих теменных, правой затылочной и правой височной долей. Повреждения, перечисленные в п. 1а, имеют признаки прижизненности, образовались от не менее, чем 4-х кратного воздействия твердого тупого предмета(ов) и в совокупности относятся к тяжким телесными повреждениям по признаку опасности для жизни, и смерть Чернышова А.Н., наступила от отека и набухания головного мозга в результате тупой открытой черепно-мозговой травмы с повреждением костей свода и основания черепа, очагами ушиба и размозжения мозга. Таким образом, между данными телесными повреждениями и наступлением смерти имеется прямая причинная связь.

При этом открытая черепно-мозговая травма причинена фио не менее чем 4 ударами значительной силы, по отношению к голове потерпевшего в направлении: раны №№1 и 3 – сверху - вниз, рана № 2 – сверху-вниз и слева-направо, рана № 4 – сзади - кпереди.

Кроме того, не соглашаясь с доводами стороны защиты относительного того, что Гуськову В.Б. не был понятен возраст потерпевшего, в том числе и в силу его (фио) психического состояния и возраста, судебная коллегия отмечает, что согласно заключению комиссии экспертов № 449/а от 30 марта 2023 года, Гуськов В.Б. каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период инкриминируемых ему деяний, не страдал. У Гуськова В.Б. в тот период (01.08.1989) обнаруживалось органическое расстройство личности в связи с другими заболеваниями (ранняя патология ЦНС) (F 07.07 по МКБ-10). Об этом свидетельствуют данные анамнеза, сведения из медицинской документации и материалов уголовного дела об отставании его в раннем детском возрасте в психофизическом развитии, появлении неврозоподобных нарушений (энурез), с присоединением в дальнейшем психопатоподобных и эмоционально-волевых расстройств (двигательная расторможенность, аффективная неустойчивость, раздражительность, вспыльчивость, возбудимость), поведенческих нарушений (повторное совершение общественно-опасных действий), что в совокупности обусловило необходимость его наблюдения психиатром, проведение ему в 1986 году амбулаторной судебной психиатрической экспертизы по уголовному делу, а также направление на принудительное лечение в психиатрическую больницу. В дальнейшем после прохождения Гуськовым В.Б. принудительного лечения в психиатрическом стационаре в 1986-1987 гг., отмечалась положительная динамика его психического состояния со сглаживанием эмоционально-волевых и психопатоподобных расстройств, формированием социальной адаптации, при сохранности на фоне остаточных явлений органической неврологической симптоматики некоторой неустойчивости эмоциональных реакций, низком волевом контроле и прогнозе своих действий. Указанные изменения психики у фио в юридически значимый период были выражены не столь значительно, не сопровождались грубым интеллектуально-мнестическим снижением, выраженными эмоционально-волевыми расстройствами, какой-либо психотической симптоматикой, грубым нарушением критических и прогностических способностей и не лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Поэтому по своему психическому состоянию в период инкриминируемых ему деяний Гуськов В.Б. мог (в полной мере) осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Как следует из материалов уголовного дела и результатов настоящего психолого-психиатрического обследования, Гуськов В.Б. не страдает каким-либо психическим расстройством в настоящее время. По своему психическому состоянию в настоящее время Гуськов В.Б. может понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, способен к совершению действий, направленных на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания. Клинических признаков хронического алкоголизма (алкогольной зависимости) у фио в настоящее время не выявлено. Клинических признаков наркомании (наркотической зависимости) у фио в настоящее время также не выявлено, поэтому в лечении и медицинской реабилитации по поводу данного заболевания он не нуждается. По своему психическому состоянию в настоящее время Гуськов В.Б. не представляет опасности для себя и других лиц; в применении к нему каких-либо принудительных мер медицинского характера он не нуждается.

Кроме того, экспертами в экспертизе был отмечен и тот факт, что психологический анализ материалов уголовного дела и данных, полученных в беседе с подэкспертным, позволяет сделать вывод о том, что в юридически значимый период Гуськов В.Б. не находился в состоянии физиологического аффекта, либо ином эмоциональном состоянии, которое могло повлиять на его сознание и поведение, об этом свидетельствует отсутствие характерной трехфазности в развитии эмоциональной реакции, признаков аффективно обусловленного сужения сознания, а также и других признаков специфического эмоционального состояния. При психологическом исследовании у фио выявлены такие индивидуально-психологические особенности, как активность, энергичность, потребность в ярких впечатлениях, независимость, высокий уровень тревожности, подозрительность, повышенная чувствительность к оценкам окружающих, важность сохранения позитивного мнения о себе, а также снижение саморегуляции и самоконтроля с трудностями целеполагания и целедостижения, предпочтение упрощенных видов деятельности с избеганием сложных задач, трудности выбора альтернатив при принятии решений. В юридически значимый период Гуськову В.Б. были свойственны такие индивидуально-психологические особенности, как эмоциональная неустойчивость, импульсивность поведения, раздражительность, которые не оказали существенного влияния на его поведение в юридически значимый период.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ должным образом проверил и оценил все представленные ему доказательства, проанализировал их в приговоре и указал основания, по которым он признал допустимыми и достоверными вышеперечисленные доказательства, представленные обвинением, и отверг доводы осужденного и его защитника об отсутствии у фио умысла на совершение убийства Чернышова А.Н., справедливо отметив, что данная версия осужденного является несостоятельной, поскольку, она полностью опровергается совокупностью исследованных в ходе судебного заседания доказательств.

Признавая обоснованным вывод суда о виновности фио в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, е» ст. 102 УК адрес, а именно, умышленного убийства из корыстных побуждений, с целью облегчить совершение другого преступления, судебная коллегия находит правильной квалификацию действий осужденного, и не может согласиться с доводами стороны защиты, изложенными как в апелляционных жалобах, так и в настоящем судебном заседании.

Не может судебная коллегия не согласиться и с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для освобождения от уголовной ответственности фио в связи с истечением сроков давности, со ссылкой не только на ч. 4 ст. 78 УК адрес и п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности».

Учитывая изложенное, судебная коллегия считает правильным вывод суда первой инстанции о том, что поскольку, содеянное Гуськовым В.Б. не только не утратило общественной значимости и опасности, но и одновременно является умышленным преступлением, направленным против жизни человека – ребенка 13-ти лет, представляющим исключительную общественную опасность, то и оснований для применения к Гуськову В.Б. срока давности не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона, ограничивающих права участников судопроизводства и способных повлиять на правильность принятого в отношении фио судебного решения, либо обвинительного уклона, ни в ходе расследования настоящего дела и рассмотрения его судом не допущено.

Как следует из материалов уголовного дела, в том числе из протокола судебного заседания, дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, либо обвинительного уклона, влекущих безусловную отмену приговора, по делу допущено не было. Все ходатайства, заявленные участниками процесса, в том числе о проведении дополнительных следственных действий, о назначении экспертиз, были надлежащим образом рассмотрены, как следственным органом, так и судом, каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом либо следственным органом ходатайств, судебной коллегией не установлено.

Одновременно, судебная коллегия отмечает, что заключения экспертов, имеющиеся в материалах дела, являются объективными, а выводы экспертов – научно аргументированными, обоснованными и достоверными, поскольку экспертные исследования полностью соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, ФЗ РФ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Каких-либо нарушений при проведении по делу экспертиз следственным органом не допущено.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что предварительное расследование и судебное следствие было проведено полно, всесторонне и объективно. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, были подробнейшим образом в ходе предварительного расследования и судебного следствия установлены, в судебном заседании исследованы, и оценены в итоговом судебном решении.

Противоречий в приговоре судебная коллегия так же не усматривает, поскольку он постановлен в соответствии с требованиями ст.ст. 307-309 УПК РФ, а описание преступного деяния, признанного судом доказанным и доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного, в приговоре изложено в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ.

Наказание в виде лишения свободы Гуськову В.Б. назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, с учетом степени и характера общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, а также с учетом конкретных и заслуживающих внимание обстоятельств дела, влияния назначенного наказания на исправление осужденного, условия жизни его семьи и необходимость достижения целей назначенного наказания. При этом суд первой инстанции должным образом учел совокупность смягчающих наказание обстоятельств и данных о личности осужденного, и пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения Гуськову В.Б. наказания, связанного с изоляцией от общества, не найдя оснований для применения к нему положений ст.ст. 62 ч. 1, 64 и 73, 96 УК РФ, к чему судебная коллегия также не усматривает оснований.

С учетом фактических обстоятельств совершения преступления и степени его общественной опасности суд обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ к осужденному, чего не усматривает и суд апелляционной инстанции.

Вид исправительного учреждения, где Гуськову В.Б. надлежит отбывать наказание, суд первой инстанции определил верно, в соответствии с положениями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ направил его в исправительную колонию строгого режима.

Вместе с тем, судебная коллегия считает необходимым приговор в отношении фио изменить по доводам апелляционного представления, поскольку, учитывая приведенные выше обстоятельства, пояснения матери погибшего Чернышовой А.Н., согласно которым ее сын фио, не достигший к тому моменту 14-ти лет, выглядел младше своего возраста, был невысокого роста и худым, и, учитывая показания самого осужденного, данные им в ходе предварительного следствия и оглашенные в суде апелляционной инстанции, где он неоднократно указывал, что в квартире находился именно «мальчик», судебная коллегия приходит к выводу о том, что в момент совершения преступления Гуськов В.Б. осознавал, что перед ним находился малолетний, и как следствие, об обоснованности требований прокуратуры о признании в действиях осужденного наличия отягчающего наказание обстоятельства – п. 5 ст. 39 УК РСФС (п. «з» ч. 1 ст. 63 УК РФ) совершение преступления в отношении малолетнего, в связи с чем, считает необходимым усилить назначенное Гуськову В.Б. по п.п. «а, е» ст. 102 УК адрес наказание.

Кроме того, как справедливо отмечено автором представления, согласно п. 29 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 55 адрес «О судебном приговоре» в резолютивной части обвинительного приговора должны быть приведены решения суда по каждому из вопросов, указанных в ст.ст. 308, 309 УПК РФ, разрешаемых судом по данному делу.

Как видно из материалов уголовного дела, и было оставлено судом первой инстанции без внимания, приговором Измайловского межмуниципального суда адрес от 26 ноября 1999 г. Гуськов В.Б. осужден по ч. 3 ст. 30, п.п. «а, в, г» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 167 УК РФ к 1 году лишения свободы. Преступление, предусмотренное п.п. «а, е» ст. 102 УК адрес Гуськовым В.Б., совершено 01 августа 1989 года, до осуждения по приговору от 26 ноября 1999 г.

В соответствии с п. 52 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 адрес «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» решая вопрос о назначении наказания в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ лицу, совершившему другое преступление до вынесения приговора по первому делу, суд применяет общие правила назначения наказания по совокупности преступлений. При этом окончательное наказание, назначаемое путем частичного или полного сложения, должно быть строже наиболее строгого из наказаний, назначенных за входящие в совокупность преступления. Согласно п. 57 указанного Пленума в срок наказания, назначенного по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, должно быть зачтено наказание, отбытое полностью или частично по первому приговору. Вышеуказанные требования уголовно-процессуального законодательства судом не выполнены, в связи с чем, как справедливо просит прокурор, окончательное наказание Гуськову В.Б. должно быть назначено на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ.

При этом судебная коллегия отмечает, что хоть 13 марта 2008 г. приговором Мещанского районного суда адрес по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 291 УК РФ, и 24 августа 2011 г. приговором Преображенского районного суда адрес по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ Гуськов В.Б. так же осуждался, вместе с тем, указанные решения суда при назначении наказания Гуськову В.Б. по ч. 5 ст. 69 УК РФ учтены быть не могут, поскольку в ст. 74 УК РФ дан исчерпывающий перечень обстоятельств, на основании которых возможна отмена условного осуждения, которое ему назначалось за указанные преступления.

Справедливой является и просьба прокурора об уточнении в описательно-мотивировочной части приговора и указании, что информация о наличии видеомагнитофона в квартире, расположенной по адресу: адрес, 10-я адрес была получена Гуськовым В.Б. в 1989 году, поскольку, суд ошибочно, при изложении обстоятельств совершения преступления указал 1098 г., тогда как согласно показаниям осужденного, информация о наличии магнитофона в квартире потерпевшего ему стала известна в 1989 году, и что никем из участников процесса не оспаривалось.

Иных оснований для изменения приговора в отношении фио судебная коллегия не усматривает как по доводам апелляционных жалоб, так и с учетом дополнений, изложенных участниками процесса в суде апелляционной инстанции.

На основании изложенного и руководствуясь , , УПК РФ, судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Измайловского районного суда адрес от 16 октября 2023 г. в отношении Гуськова Владимира Борисовича изменить:

уточнить в описательно-мотивировочной части приговора, что информация о наличии видеомагнитофона в квартире, расположенной по адресу: адрес, 10-я адрес была получена Гуськовым В.Б. в 1989 году;

признать отягчающим наказание Гуськову В.Б. обстоятельством в соответствии с п. 5 ст. 39 УК адрес (п. «з» ч. 1 ст. 63 УК РФ) совершение преступления в отношении малолетнего;

усилить назначенное Гуськову Владимиру Борисовичу по п.п. «а, е» ст. 102 УК адрес наказание до 11 лет лишения свободы;

назначить Гуськову Владимиру Борисовичу окончательное наказание на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем полного сложения назначенных наказаний по приговору Измайловского межмуниципального суда адрес от 26 ноября 1999 г. с наказанием, назначенным по настоящему приговору в виде 12 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

зачесть Гуськову В.Б. в срок отбывания наказания отбытое им по приговору Измайловского районного суда адрес от 26 ноября 1999 года наказание в виде 1 года лишения свободы в период с 01 июля 1999 года по 30 июня 2000 года.

В остальном этот же приговор в отношении фио оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения, апелляционное представление удовлетворить.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу путём подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции, постановивший приговор, а осуждённым, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии такого судебного решения, вступившего в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путём подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. Осуждённый имеет право заявить ходатайство о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: