Постановление о возвращении уголовного дела прокурору, в орган следствия

УИД № 77RS0010-02-2022-004351-60

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дата адрес

Измайловский районный суд адрес в составе: председательствующего - судьи Лысенко А.Н.,

при ведении протокола фио,

с участием государственного обвинителя - прокурора третьего отдела управления государственных обвинителей Главного уголовно-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации фио,

подсудимого Ханмагомедова М.М. и его защитника – адвоката фио,

подсудимого фио и его защитника – адвоката фио,

подсудимого фио и его защитника – адвоката Аршиновой Г.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело №1-211/22 в отношении

Ханмагомедова Магамаали Магомедовича, паспортные данные, гражданина Российской Федерации, имеющего неполное среднее образование (9 классов), холостого, зарегистрированного по адресу: адрес, ранее судимого приговором от дата Нагатинского районного суда адрес по п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок дата, в соответствии со ст. 73 УК РФ, - условно, с испытательным сроком в течение двух лет, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п.п. «ж», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ст. 319 УК РФ, ч. 1 ст. 318 УК РФ;

фио, паспортные данные, гражданина Российской Федерации, имеющего среднее специальное образование, не работающего, холостого, имеющего ребенка датар., зарегистрированного по адресу: адрес, ул. адрес, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п.п. «ж», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 2 ст. 119 УК РФ, ч. 1 ст. 318 УК РФ; и

фио, паспортные данные, гражданина Российской Федерации, имеющего незаконченное высшее образование, работающего слесарем-электриком по обслуживанию и ремонту оборудования метрополитена 3 разряда наименование организации, холостого, зарегистрированного по адресу: адрес, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30, п.п. «ж», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

у с т а н о в и л:

В судебном заседании председательствующим на обсуждение участников процесса поставлен вопрос о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ по следующим основаниям.

По смыслу ст. 237 УПК РФ, суд при осуществлении производства по уголовному делу может возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения в случаях, когда в досудебном производстве допущены нарушения уголовно – процессуального закона, не устранимые в судебном заседании, в том числе, когда обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, в силу которых исключается возможность постановления приговора или иного решения.

Такие основания для возвращения настоящего дела прокурору имеются.

Согласно требованиям ст.ст. 171, 220 УПК РФ, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении должны быть указаны, в том числе, существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также доказательства, подтверждающие обвинение.

В соответствии со ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Суд при рассмотрении дела не вправе выйти за рамки сформулированного в обвинительном заключении обвинения, как в части, касающейся его фактической стороны, так и в части квалификации содеянного. Изменение обвинения допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, предусматривает применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, либо угрозу применения насилия в связи с исполнением представителем власти своих должностных обязанностей. Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом, когда виновный осознает, что угрожает применением насилия или применяет насилие к представителю власти в связи с исполнением потерпевшим своих должностных обязанностей и желает совершить эти действия. Ответственность за применение насилия в отношении представителя власти по ст. 318 УК РФ наступает только в случаях противодействия его законной деятельности.

В соответствии с примечанием к ст. 318 УК РФ, представителем власти признается должностное лицо правоохранительного или контролирующего органа, а также иное должностное лицо, наделенное в установленном законом порядке распределительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости.

В силу ч. 1 ст. 5, ч.ч. 1, 2 ст. 6 Федерального закона от дата №3-ФЗ «О полиции», полиция осуществляет свою деятельность на основе соблюдения и уважения прав и свобод человека и гражданина в точном соответствии с законом. Всякое ограничение прав, свобод и законных интересов граждан допустимо только по основаниям и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом. Ответственность за применение насилия в отношении представителя власти наступает только в случаях противодействия его законной деятельности. Указанное условие возлагает на органы предварительного расследования и суд в каждом случае разрешения вопроса о наличии в действиях признаков преступления выяснять полномочия должностного лица, его права и обязанности, регламентированные в законах и иных нормативных правовых актах.

Диспозиция ч. 1 ст. 318 УК РФ предполагает приведение в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении при описании преступления норм закона или иного нормативного правового акта, предусматривающих порядок совершения представителем власти действий, в связи с совершением которых ему угрожали применением насилия либо к нему было применено насилие.

Из постановлений о привлечении Ханмагомедова М.М. (Т. 12 л.д. 95-106) и фио (Т. 12 л.д. 71-80) в качестве обвиняемых и обвинительного заключения (Т. 13 л.д. 44-150; Т. 14 л.д. 1-179) в описании преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, в совершении которого, в том числе, они обвиняются, отсутствуют указания на нормы закона или иного нормативного правового акта, предусматривающих порядок совершения представителем власти действий, которым Ханмагомедов М.М. и фио препятствовали.

Должностные регламенты, ссылки на которые содержится в постановлениях о привлечении Ханмагомедова М.М. и фио в качестве обвиняемых и обвинительном заключении при описании обозначенного преступления, - не является законом или иным нормативным правовым актом, а принимаются в соответствии с нормативно – правовыми актами.

Очевидно недостаточной в предъявленном Ханмагомедову М.М. и фио обвинении по ч. 1 ст. 318 УК РФ является и общая ссылка на то, что потерпевшие Кудрявцев П.С. и Реводько М.С. в своей профессиональной деятельности, направленной на охрану общественного порядка, выявление и пресечение преступлений, руководствуются положениями ст.ст. 12 и 13 Федерального закона от дата №3-ФЗ «О полиции».

Помимо прочего, в предъявленном Ханмагомедову М.М. обвинении по ч. 1 ст. 318 УК РФ не содержится формулировок, в связи с чем и для чего именно он стал размахивать перед Кудрявцевым П.С. и Реводько М.С. частью лезвия и распылил в непосредственной близости от них вещество слезоточивого раздражающего действия из имевшегося при нем средства самообороны в аэрозольной упаковке «Шок», тем самым применил в отношении них насилие, не опасное для жизни и здоровья.

Примечателен и факт того, что действия фио по размахиванию перед Кудрявцевым П.С. и Реводько М.С. частью лезвия для канцелярского ножа расценено органами предварительного расследования, как выполнение им объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, а именно в угрозе применения насилия, не опасного для жизни и здоровья потерпевших; однако, идентичные действия Ханмагомедова М.М. органами предварительного расследования оставлены без должной юридической оценки.

Более того, делая вывод в предъявленном Ханмагомедову М.М. обвинении о том, что им применено насилие, не опасное для жизни и здоровья в отношении представителя власти – потерпевших фио и Реводько М.С., выразившееся в распылении в непосредственной близости от последних вещества средства самообороны «Шок» и квалифицируя действия по ч. 1 ст. 318 УК РФ, органами предварительного расследования ни в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого Ханмагомедова М.М., ни в обвинительном заключении не приведено, на основании каких медицинских документов, в том числе судебно – медицинских исследований, сделан вывод о том, что вещество слезоточивого раздражающего действия из средства самообороны в аэрозольной упаковке «Шок» не причинило вреда для здоровья фио и Реводько М.С. Ссылки при перечислении в обвинительном заключении доказательств, подтверждающих, по мнению органов следствия, обвинение Ханмагомедова М.М. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, на ответ наименование организации на запрос следователя (Т. 13 л.д. 103), согласно которому в средстве самообороны «Шок» в качестве вещества раздражающего действия используется натуральный экстракт красного жгучего перца (олеоризин капсикум), являющегося безопасным по медицинским последствиям из всех разрешенных к применению веществ слезоточивого раздражающего действия, - явно недостаточно для определения степени тяжести причинения вреда здоровью потерпевшим, либо полное отсутствие такого вреда, поскольку подобные выводы отнесены по смыслу закона к исключительной прерогативе судебно – медицинских экспертов.

Помимо этого, по убеждению суда, без должного внимания оставлены органом предварительного расследования и обстоятельства, относящиеся ко времени преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, содержащимся в описании его события, инкриминируемого Ханмагомедову М.М. и фио; времени преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, содержащимся в описании его события, инкриминируемого Ханмагомедову М.М., в частности, в постановлениях о привлечении последних в качестве обвиняемых и в обвинительном заключении изложено, что указанные преступления имели место дата, в период с время по время, по адресу: адрес, однако, в материалах дела имеются постановления (Т. 4 л.д. 186; Т. 4 л.д. 198; Т. 4 л.д. 208) по делам об административных правонарушениях, которые вступили в законную силу, в ходе рассмотрения которых должностными лицами установлено, что дата в время Ханмагомедов М.М., фио и Залибеков Г.А. находились в вестибюле станции метро «Щелковская» по адресу: адрес, где каждый из них совершили административные правонарушения, предусмотренные ч. 1 ст. 20.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях, выразившиеся в нарушении общественного порядка, неуважении к обществу, нецензурными высказываниями в общественном месте, агрессивном поведении и размахивании руками. Следует отметить, что дом №43/26 по адрес адрес располагается на значительном расстоянии от дома №1 по ул. адрес Москвы.

Таким образом, в постановлениях о привлечении Ханмагомедова М.М. и фио в качестве обвиняемых и обвинительном заключении при описании преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, в котором, в том числе, они обвиняются, отсутствует описание действий сотрудников полиции, а также указание на нормы закона и иные нормативные правовые акты, предусматривающие порядок совершения представителями власти тех действий, которым Ханмагомедов М.М. и фио препятствовали, то есть не указаны обстоятельства, подлежащие в силу ст. 73 УПК РФ доказыванию и составляющие объективную сторону указанного преступления; без должной юридической оценки оставлены действия Ханмагомедова М.М. по размахиванию перед потерпевшими частью лезвия от канцелярского ножа, несмотря на то, что аналогичные действия фио явились достаточными для вывода о выполнении объективной стороны угрозы применения насилия, не опасного для жизни и здоровья потерпевших; отсутствие последствий для вреда здоровью фио и Реводько М.С. от распыленного в них аэрозольного средства самообороны «Шок» документально не подтверждено; без внимания оставлены органом следствия обстоятельства времени совершения преступлений, содержащегося в описании событий преступлений, предусмотренных ст. 319 УК РФ и ч. 1 ст. 318 УК РФ, что свидетельствует о нарушении права Ханмагомедова М.М. и фио на защиту, а именно права знать, в чем они конкретно обвиняются.

Помимо перечисленных выше, органами предварительного расследования по настоящему делу допущены также следующие нарушения уголовно – процессуального закона.

Так, в соответствии с УПК РФ в ходе уголовного судопроизводства запрещаются осуществление действий и принятие решений, унижающих честь участника уголовного судопроизводства, а также обращение, унижающее его человеческое достоинство.

Согласно Федерального закона от дата №53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации», при использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации не допускается использование слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка.

В соответствии со УПК РФ обвинительное заключение - это составляемый по итогам предварительного следствия процессуальный документ, копия которого подлежит вручению участникам процесса и оглашению в судебном заседании.

Исходя из приведенных норм закона, обвинительное заключение должно быть составлено в ясных и понятных выражениях, в нем недопустимо употребление слов, неприемлемых в официальных документах, в том числе нецензурной лексики.

Как видно из обвинительного заключения, представленного в уголовном деле, в нем, при изложении доказательств, подтверждающих обвинение, предъявленное Ханмагомедову М.М., фио и фио, а именно протокола осмотра от дата (Т. 13 л.д. 71; Т. 14 л.д. 25; Т. 14 л.д. 128) использована ненормативная лексика и нецензурная брань в виде сочетания печатных знаков и точек, использованных при обозначении нецензурных слов.

Содержание нецензурных выражений в обвинительном заключении не позволяет суду использовать его в ходе судебного разбирательства в качестве процессуального документа, а значит, исключается возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, что в соответствии с УПК РФ является самостоятельным основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

При наличии указанного обвинительного заключения суд поставлен органом предварительного расследования в условия самостоятельного установления фактических обстоятельств по уголовному делу путем добывания новых доказательств, что является недопустимым и противоречит требованиям УПК РФ.

Вышеприведенные обстоятельства препятствуют рассмотрению уголовного дела и не могут быть устранены в судебном заседании без нарушения требований УПК РФ, в связи с чем, суд, выслушав мнения участников процесса, принимая во внимание, что установленные нарушения исключают возможность рассмотрения уголовного дела по существу на основании составленного по делу обвинительного заключения, приходит к выводу о необходимости возвращения данного уголовного дела Генеральному прокурору Российской Федерации в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Разрешая в порядке ч. 3 ст. 237 УПК РФ вопрос о мере пресечения, избранной подсудимым Ханмагомедову М.М., фио и фио, каждому, на стадии предварительного следствия, выслушав мнения участников процесса, суд считает, что оснований для её изменения либо отмены в порядке ст. 110 УПК РФ, в том числе и для изменении данной меры пресечения на подписку о невыезде, домашний арест или залог, как о том ставится вопрос стороной защиты, в настоящее время не имеется, поскольку обстоятельства, послужившие основанием для избрания указанной меры пресечения в отношении каждого из подсудимых, решения об избрании которой вступило в законную силу, не изменились и не отпали, в связи с чем, приходит к выводу, что данную меру пресечения в виде заключения под стражу Ханмагомедову М.М., фио и фио, каждому, необходимо оставить без изменения, продлив срок действия данной меры пресечения последним на 03 месяца 00 суток, то есть по дата.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

Уголовное дело №1-211/22 (12102007703000372) в отношении Ханмагомедова Магамаали Магомедовича, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п.п. «ж», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ст. 319 УК РФ, ч. 1 ст. 318 УК РФ; фио, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п.п. «ж», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 2 ст. 119 УК РФ, ч. 1 ст. 318 УК РФ; и фио, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30, п.п. «ж», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, возвратить Генеральному прокурору Российской Федерации, для устранения допущенных нарушений, препятствующих его рассмотрению судом.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении Ханмагомедова Магамаали Магомедовича, фио, фио, каждого, - оставить без изменения, продлив срок их содержания под стражей на 03 месяца 00 суток, то есть по дата.

В удовлетворении ходатайств Ханмагомедова М.М., фио и фио, а также их защитников, об изменении подсудимым ранее избранной меры пресечения в виде содержания под стражей на домашний арест или подписку о невыезде и надлежащем поведении, - отказать.

Перечислить содержание Ханмагомедова М.М., фио и фио в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по адрес за Генеральной прокуратурой Российской Федерации, после вступления настоящего постановления в законную силу.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение десяти суток со дня его вынесения.

Председательствующий А.Н. Лысенко