Мотивированное решение

УИД: 77RS0010-02-2021-011315-07

№ 2-4582/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

адрес 09 декабря 2021 года

Измайловский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Агамова В.Д. при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-4582/21 по иску ГУ-ГУ ПФР №7 по адрес и адрес к Саркисяну Якову Ивановичу о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

ГУ-ГУ ПФР №7 по адрес и адрес обратилось в суд с иском к Саркисяну Я.И. о взыскании суммы незаконно полученных денежных средств в размере сумма, ссылаясь на то, что 08.06.2017 г. ответчику была назначена пенсия по старости, а 27.05.2019 г. истцу стало известно о том, что ответчик осуществлял трудовую деятельность с 19.11.2015 г. и уволен 19.01.2018 г., в связи с чем у Саркисяна Я.И. образовалась переплата денежных средств, которую в добровольном порядке возместить он отказался.

Представитель истца ГУ-ГУ ПФР №7 по адрес и адрес в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом.

Ответчик Саркисян Я.И. в судебное заседание явился, просил в иске отказать по доводам письменных возражений, приобщенных к материалам дела.

Руководствуясь положениями ст.167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав ответчика, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

С 01.01.2015 г. страховые пенсии на адрес устанавливаются и выплачиваются в соответствии с ФЗ от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

В силу положений ч.3 ст.36 ФЗ от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ со дня вступления в силу настоящего Федерального закона ФЗ от 17.12.2001 г. №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с настоящим Федеральным законом в части, не противоречащей настоящему Федеральному закону.

В соответствии с п.1 ст.7 ФЗ от 17.12.2001 г. № 173-ФЗ право на трудовую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Из материалов дела следует, что 14.03.2017 г. Саркисян Я.И. обратился с заявлением о назначении ему пенсии по старости в порядке ст.8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

08.06.2017 г. решением № 615755/17 истец назначил ответчику страховую пенсию и фиксированную выплату к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии с 25.03.2017 г., что в общей сумме составило сумма

27.05.2019 г. истцу из письма Федерального агентства по государственным резервам стало известно, что Саркисян Я.И. был принят на государственную гражданскую службу в Управление 19.11.2015 г. и уволен 19.01.2018 г.

Истцом было принято решение об обнаружении ошибки, допущенной при установлении (выплаты пенсии) от 16.07.2019 г. № 2238, в связи с чем было принято решение об устранении ошибки с 25.03.2017 г.

16.07.2019 г. ответчиком в адрес истца подано заявление о несогласии с суммой переплаты в связи с отсутствием его вины, так как все документы были им предоставлены изначально.

Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены гл.60 ГК РФ.

В соответствии с п.1 ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст.1109 данного Кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (пп.3 ст.1109 ГК РФ).

Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которые лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке. По смыслу положений п.3 ст.1109 ГК РФ, не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату в качестве такового денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Вместе с тем закон устанавливает и исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки. При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26.01.2018 г. № 10-П, содержащееся в гл.60 ГК РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.

Нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться, в частности, в рамках правоотношений, связанных с реализацией прав граждан на пенсионное обеспечение.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что истцом в нарушение положений ст.56 ГПК РФ не представлено доказательств наличия недобросовестности со стороны ответчика, а также наличия счетной ошибки, в связи с чем заявленные исковые требования удовлетворению не подлежат.

Согласно ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 1 ст.196 ГК РФ предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст.200 данного кодекса.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п.2 ст.199 ГК РФ).

В соответствии с п.1 ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз.2 п.2 ст.199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Такое правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом действующее законодательство связывает возможность применения судом срока исковой давности с обращением лица в суд с иском по истечении установленного законом срока, исчисляемого либо с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но длительное время не предпринимало действий к его защите, либо с момента, когда лицо в силу своих компетенций и полномочий должно было узнать о таком нарушении права.

Заявляя о пропуске истцом срока исковой давности, Саркисян Я.И. ссылается на то, что при подаче заявления о назначении пенсии им истцу было сообщено о том, что он работает, и представлены соответствующие документы.

Как следует из представленного в материалы дела заявления о назначении пенсии (переводе с одной пенсии на другую пенсию) от 14.03.2017 г., ответчиком было сообщено о том, что он является работающим.

Таким образом, поскольку о занятии Саркисяном Я.И. должности государственного гражданского служащего в Управлении Федерального агентства по государственным резервам по ЦФО в период с 19.11.2015 г. истцу могло быть известно с 14.03.2017 г. в случае осуществления надлежащего контроля за производимыми выплатами, с настоящим иском истец обратился в суд 12.07.2021 г., суд приходит к выводу о том, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ГУ-ГУ ПФР №7 по адрес и адрес к Саркисяну Якову Ивановичу о взыскании неосновательного обогащения отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Измайловский районный суд адрес в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

фио Агамов

Решение в окончательной форме изготовлено 22.12.2021 г.