Мотивированное решение

Дело № 2-2074/2021

77RS0010-02-2021-002535-60

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

04 июня 2021 года адрес

Измайловский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Семеновой Н.А.

при секретаре фио

с участием прокурора фио

истца Громовой В.А.

представителя истца фио

представителя ответчика фио

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Громовой Владиславы Александровны к ПАО Сбербанк об оспаривании приказов, о восстановлении на работе, взыскании сумм,

у с т а н о в и л:

истица обратилась в суд с данным иском, указывая, что 02.06.2018г. в порядке перевода из адрес она была принята на работу в ПАО «Сбербанк» на должность директора по технологиям в структурное подразделение «группа разработки Департамента технического развития Центрального аппарата».

05.11.2020г. на основании приказа №407-КС от 23.10.2020г. об упразднении Департамента технологического развития блока «Технологии» ей было вручено уведомление о сокращении с указанной датой «после 11 января 2021 года».

15 января 2021г. приказом N289/К от 12 января 2021г. она была уволена на основании п. 2 ст. 81 ТК РФ в связи с сокращением штата работников.

Свое увольнение истица считает незаконным, указывая, что с момента начала работы в ПАО «Сбербанк» ее права неоднократно нарушались: в нарушение п.1.1 трудового договора ей не было предоставлено рабочее место, имели место необоснованные претензии к ней со стороны кадровой службы, она не была должным образом ознакомлена с локальными нормативными актами. Также ответчиком в период ее работы к ней предъявлялись необоснованные требования об использовании ЭЦП в документах, касающихся ее трудовой деятельности, что ТК РФ исключается. Претензии прекратились после обращения ее в трудовую инспекцию, однако, ей так и не было выдано на подпись дополнительное соглашение от 14.06.2019г. об изменении условий трудового договора. С начала 2019 года работодатель систематически допускал нарушения при предоставлении ей отпуска. Таким образом, за время ее работы между ней и работодателем сложились конфликтные отношения. В сентябре 2020 года в Департаменте технологического развития (ДТР) сменилось руководство, взаимодействие с которым у нее не сложилось.

Как указывает истица, за то время, когда происходило ее сокращение, были созданы новые подразделения, например, Департамент общих прикладных сервисов банка, Департамент SberX, также в отдельное направление была выделена Индустрия электронной коммерции. На момент издания приказа от 23.10.2020г. об упразднении Департамента технологического развития, там работали около 170 человек, которые практически все были переведены в новый Департамент SberX. Некоторые сотрудники вообще не получали уведомлений о сокращении Департамента. Должности, существовавшие в Департаменте технологического развития, были введены в Департамент SberX и существуют в других подразделениях ПАО «Сбербанк».

Также в приказе о ее увольнении указано, что она уволена по сокращению штата работников организации, что не соответствует действительности, т. к. фактически имело место сокращение численности работников (упразднение подразделения).

Кроме того, ответчиком не был соблюден порядок уведомления органов службы занятости о предстоящем массовом высвобождении работников.

Учитывая изложенное, по мнению истицы, есть основания полагать, что мероприятия, проводимые ответчиком по сокращению численности/штата работников, были мнимыми, а приказ об упразднении Департамента технологического развития блока «Технологии» является незаконным, поскольку фактически была произведена техническая замена департаментов с последующим переводом сотрудников во вновь созданные подразделения и избавлением от «неугодных».

Также истица указывает, что, в силу закона, на ПАО «Сбербанк» при проведении процедуры увольнения сотрудников по сокращению численности штата возложена обязанность по предоставлению вакантных должностей в той же организации, включая все ее филиалы и структурные подразделения, имеющиеся в данной местности. Однако ответчик нарушил порядок ее увольнения, т. к. ей не были предложены все вакантные должности, соответствующие ее квалификации. Кадровая служба предлагала не подходящие ей вакансии, подавляющее большинство которых не соответствовала ее образованию, квалификации и опыту работы, остальная часть вакансий была существенно более низкого разряда. При этом банк постоянно публиковал на ресурсах для поиска работы вакансии, для которых у нее была необходимая квалификация и опыт работы, но ей они не предлагались, например, управляющего директора, лидера продукта, исполнительного директора по разработке стратегии, исполнительного директора, владельца продукта в колл-центре (с опытом построения колл-центров). Имелись и другие подходящие ей вакансии. Таким образом, ответчиком ей не была предоставлена возможность выбора вакантных должностей, которые она могла бы занимать по своей квалификации и опыту работу, что нарушает ее трудовые права.

В 2020 году она прошла обучение, назначенное работодателем, на момент увольнения она являлась единственным кормильцем в семье, на ее иждивении находятся сын, студент 5 курса очного отделения, а также нетрудоспособная мать и домашние животные. Таким образом, как полагает истица, в соответствии со ст.179 ТК РФ, она имела преимущественное право на оставление на работе по отношению к другим сотрудникам, однако, ответчиком не была создана комиссия для определения наличия у нее такого права.

Также истица указывает, что в 2020 году ей были утверждены 5 периодов отпусков, в т.ч. с 27.07.2020г. - 14 дней. Так как в период с 08.07.2020г. по 09.08.2020г. у нее было запланировано обязательное обучение, назначенное работодателем, 03.07.2020г. она оформила заявление на перенос отпуска, согласовала его у руководителя и получила обновленный график отпусков. Однако 24 июля 2020г. она получила приказ от 22.07.2020г. о предоставлении отпуска и расчет отпускных за период с 27.07.2020г. по 09.08.2020г. В приказе от 22.07.2020г. было указано, что он издан на основании ее заявления, но она такого заявления не писала. При этом она фактически была лишена отпуска из-за обучения и весь отпуск фактически присутствовала на рабочем месте. При этом из письма ответчика от 28.10.2020г. следовало, что ей будет предоставлен отпуск продолжительностью 14 календарных дней в период с 16.12.2020г. по 29.12.2020г.

08.12.2020г. она получила письмо от сотрудника кадровой службы, в котором содержались приказ об отмене отпуска в период с 27.07.2020г. по 09.08.2020г. продолжительностью 14 календарных дней от 08.12.2020г. И заявление о переквалификации видов начисления. В ответном письме от 14.12.2020г. она выразила несогласие на подписание заявления о переквалификации видов начислений, а также несогласие на какой либо иной перерасчет выплаченных мне начислений за отпуск. Письмом от 11.12.2020г. она обратилась к руководителю HR службы фио и президенту ПАО Сбербанк фио с просьбой разобраться в сложившейся ситуации. В результате уже после увольнения она получила ответ от 15.01.2021г. за подписью фио в котором ей принесены извинения за доставленные неудобства в связи с некорректно проведенным отпуском в период с 27.07.2020г. по 09.08.2020г., а также указано, что данная ситуация возникла по причине технического сбоя в связи с переносом отпуска.

Также в декабре 2020 года с нее были удержаны суммы в размере сумма и сумма, начисленные за отпуск в июле-августе 2020 года. Указанные удержания истица считает безосновательными и незаконными, ссылаясь на то, что в предусмотренном ст.137 ТК РФ перечне отсутствует возможность удержания каких-либо сумм из заработной платы, перечисленных вследствие технических ошибок, допущенных работодателем. Согласия на удержание названных сумм в размере она не давала. Кроме того, в нарушение ч.3 ст.137 ТКРФ, вышеуказанные суммы были удержаны ответчиком спустя 4 месяца после начисления.

Также, как усматривается из расчетного листка за декабрь 2020 года, в декабре ответчиком ей была начислена задолженность в размере сумма, которая была удержана с нее 31.12.2020г., указанное удержание, по мнению истицы, также является незаконным.

Ею были запрошены документы в обоснование произведенных удержаний, однако, такие документы ей предоставлены не были.

Общая сумма задолженности по заработной плате, возникшая ввиду произведенных незаконных удержаний, составила сумма

Вышеуказанные незаконные удержания из заработной платы привели к неправильному расчету ответчиком среднемесячного и среднедневного заработка, который производился без учета этих незаконно удержанных сумм, в свою очередь это привело к неверному расчету выходного пособия.

На протяжении всего времени с момента заключения трудового договора до его расторжения ответчиком грубо нарушались трудовое законодательство и ее права вышеназванными действиями, а также ненадлежащим отношением к информации, касающейся ее персональных данных. Она была вынуждена многократно обращаться с жалобами на грубые нарушения трудового законодательства со стороны ответчика в трудовую инспекцию РФ, по результатам рассмотрения жалоб были проведены проверки, ответчик привлекался к административной ответственности.

Сложившаяся ситуация привела к ухудшению ее здоровья и психологического состояния, она испытывает стресс, какого-либо другого дохода она не имела и не имеет, незаконное увольнение лишает ее семью дохода и средств к существованию.

По изложенным основаниям истица просит признать проводимые ответчиком мероприятия по сокращению штата работников мнимыми, а приказ №407-КС от 23.10.2020г. об упразднении Департамента технологического развития блока «Технологии» незаконным и подлежащим отмене; признать незаконным и подлежащим отмене приказ №289/К от 12 января 2021 года о прекращении с ней трудового договора; восстановить ее на работе в ПАО «Сбербанк» в должности директора по технологиям; взыскать с ответчика в ее пользу средний заработок, за время вынужденного прогула со дня увольнения по день фактического восстановления на работе; признать удержание из ее заработной платы денежных средств в размере сумма, начисленных ранее в качестве оплаты за отпуск в период с 27.07.2020г. по 09.08.2020г. незаконным; взыскать с ответчика в ее пользу задолженность по заработной плате за декабрь 2020 года в размере сумма, возникшую в связи с незаконным удержанием денежных средств из заработной платы, начисленных ранее в качестве оплаты за отпуск в период с 27.07.2020г. по 09.08.2020г.; признать удержание из ее заработной платы задолженности в размере сумма незаконным; взыскать с ответчика в ее пользу задолженность по заработной плате за декабрь 2020 года в размере сумма, возникшую в связи с незаконным удержанием из заработной платы несуществующего долга; взыскать с ответчика в ее пользу, согласно представленного расчета, задолженность по выплате выходного пособия за период с 16.01.2021г. по 15.02.2021г. в размере сумма; денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы по 10.02.2021г. в размере сумма, денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 1\150 действующей на день уплаты компенсации ставки рефинансирования Центрального Банка РФ от суммы долга за каждый день задержки за период с 11.02.2021г. по день фактического расчета включительно, денежную компенсацию за задержку выплаты выходного пособия за период с 16.01.2021г. по 15.02.2021г. за каждый день задержки, денежную компенсацию за задержку выплаты выходного пособия в размере 1/150 действующей на день уплаты компенсации ставки рефинансирования Центрального Банка РФ от суммы долга за каждый день задержки за период с 11.02.2021г. по день фактического расчета включительно; взыскать с ответчика в ее пользу в счет компенсации причиненного морального вреда денежные средства в размере сумма, а также сумма в счет компенсации понесенных расходов по оплате юридических услуг (т.1, л.д.6-24).

В судебном заседании истица и ее представитель (т.1, л.д.40-43) исковые требования поддержали.

Представитель ответчика (т.2, л.д.272-275) в судебном заседании против иска возражала, поддерживая письменные возражения по иску (т.3, л.д.8-22), указала, что увольнение истицы произведено в соответствии с законом, процедура ее увольнения соблюдена, в день увольнения истицы с ней был осуществлен полный расчет и выдана трудовая книжка.

Принятие решения об изменении организационной структуры и численности является исключительной прерогативой работодателя и не может расцениваться как нарушение прав работника, приказ, изданный работодателем в рамках реализации своих прав, не может быть признан недействительным и/или незаконным как нарушающий права истицы. Задачи и функции упраздненного ДТР ПАО «Сбербанк» и созданного подразделения - Департамента ИТ SberX различаются.

Истицей в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о недействительности приказа от 23.10.2020г. №407-КС, тогда как банком представлены доказательства того, что ответчиком действительно были осуществлены необходимые процедуры, связанные с сокращением численности (штата).

Работодателем исполнена обязанность по предложению истице вакансий, ей были предложены вакансии, имеющиеся у работодателя в данной местности, подходящие ей по квалификации, от которых истица отказалась, вакансии также были размещены на внутреннем ресурсе банка Success Factors, о чем истице было известно, и она этой возможностью пользовалась. Таким образом, работнику была предоставлена возможность выбрать любые из имеющихся на ресурсе вакансий, в том числе и те, на которые Громова В.А. указала в иске, и откликнуться на них как соискателю, что истицей сделано не было. Квалификация истицы и/или опыт работы не соответствует требованиям вакантных должностей, которые не были предложены истице.

Истица не является членом профсоюзной организации, в связи с чем у работодателя не было обязанности получить мнение профсоюзного органа относительно прекращения трудовых отношений с Громовой В.А., служба занятости была уведомлена ответчиком о предстоящем сокращении численности работников. Проводимые банком мероприятия по сокращению штата под критерии массового увольнения не подпадают.

Также указала, что работодателем с согласия Громовой В.А. было принято решение о добровольной отмене приказа об увольнении.

С 27.04.2021г. истица допущена к выполнению трудовых обязанностях по прежнему месту работы, приказом №26994/К от 27.04.2021г. ранее изданный приказ №289/К о прекращении трудовых отношений от 12.01.2021г. отменен, и, таким образом, на момент судебного разбирательства по настоящему спору отсутствуют нарушения трудовых прав истицы, связанные с изданием приказа о прекращении трудового договора.

30.04.2021г. истице была осуществлена выплата среднего заработка за период с 17.01.2021г. по 26.04.2021г.

Работодатель не производил незаконных удержаний из заработной платы истицы. Как следует из представленных суду документов, Громовой В.А. в июле 2020 года в автоматическом режиме было произведено начисление отпускных за 14 календарных дней. Однако, фактически отпуск был предоставлен истице по ее заявлению в декабре 2020 года. В декабре работодателем был осуществлена оплата отпуска с учетом ранее произведенной выплаты отпускных в июле 2020 года.

Также в декабре 2020 года вся причитающая сумма заработной платы за 11 рабочих дней (сумма) и годовое вознаграждение (сумма были выплачены в полном объеме.

По данному факту ГИТ адрес была проведена проверка, которая не выявила нарушение прав работника или незаконность действий работодателя в части начисления оплаты ежегодного отпуска. Отражение в расчетном листке задолженности в размере сумма является исключительно технической особенностью программы и не является удержанием по смыслу ст.137 ТК РФ. Истице это неоднократно разъяснялось работниками кадровой службы банка.

Поскольку никаких удержаний из заработной платы истицы не производилось, выходное пособие рассчитано верно. Кроме того, отсутствуют правовые основания для включения спорной суммы в расчет среднего заработка, пересчета размера пособия и взыскания невыплаченной разницы с работодателя.

Обязательное обучение по курсу «Комплаенс» было назначено работодателем 29.12.2018г. со сроком прохождения обучения в течение 1,5 лет, т.е. у работника было 18 месяцев чтобы пройти данный курс, при этом конкретный выбор периода прохождения обучения работник определяет самостоятельно. В рассматриваемом случае истица самостоятельно выбрала поток, который выпадал на период ежегодного отпуска, хотя имела возможность этого избежать. Кроме того, согласно программы курса время обучения составляет 2 рабочих дня по 8 часов. Таким образом, для прохождения обучения Громовой В.А. не требовалось переноса отпуска продолжительностью 14 календарных дней.

Также в банке в целях оптимизации трудозатрат автоматизирован процесс предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков. Из представленных доказательств видно, что истица имела техническую возможность работы в SAP HR и была обязана отклонить автоматически сформированный запрос, уведомить работодателя о наличии в SAP HR запроса на оформление отпуска, который она не подтверждала, и предупредить начисление денежных средств в счет оплаты отпуска. В нарушение ст.22 ТК РФ, условий трудового договора и должностной инструкции, Громова В.А. своевременно не проинформировала работодателя или непосредственного руководителя о ситуации с изданием приказа об отпуске и начислением денежных средств.

Кроме того, из представленных в иске объяснений следует, что истица умышленно отказывалась применять электронный документооборот в специализированных системах банка, мотивируя тем, что ей не выпущена усиленная квалифицированная электронная подпись. При этом в представленных истцом разъяснениях Министерства труда РФ от 30.12.2019г. указано, что применение УКЭП целесообразно, но не является обязательным. В данном случае применяется порядок, установленный ст.6 Ф3 «Об электронной подписи», согласно которого участники электронного взаимодействия самостоятельно устанавливают в соглашении требование о том, какой подписью подписывается электронный документ, признаваемый равнозначным бумажному документу на бумажном носителе. В рассматриваемом случае стороны в соглашении от 02.06.2018г. установили порядок подписания документов, согласившись на использование УНЭП.

Работодатель исполнил возложенную на него обязанность уведомить работника о наступлении ежегодного отпуска согласно утвержденного графика отпусков. Следовательно, именно у работника возникает обязанность уведомить работодателя о своем согласии на перенос отпуска, в том числе в применяемых в банке автоматизированных системах кадрового взаимодействия, в т.ч. путем отклонения запроса в случае его автоматического формирования с указанием причины переноса.

Доказательства, обосновывающие факт причинения ей морального вреда, каких-либо нравственных и физических страданий истицей в материалы дела не представлены, размер судебных расходов, заявленных истицей ко взысканию, ответчик считает завышенным.

Суд, исследовав материалы дела, выслушав стороны, мнение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению частично, приходит к следующему.

В силу п.2 ч.1 ст. 81 ТК РФ, трудовой договор, может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

При этом, согласно ч.3 ст.81 ТК РФ, увольнение по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности.

В соответствии с ч.1 ст.180 ТК РФ, при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с ч.3 ст.81 настоящего Кодекса.

Согласно п.29 Пленума Верховного Суда РФ №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы.

При этом необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по п.2 ч.1 ст.81 Кодекса возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (ст.179 ТК РФ) и был предупрежден персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении(ч.2 ст.180 ТК РФ).

Как следует из правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 17.12.2008г. N1087-0-0, прекращение трудового договора на основании п.2 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ признается правомерным при условии, что сокращение численности или штата работников в действительности имело место.

Право работодателя проводить оптимизацию производства, в том числе путем изменения организационной структуры, численности или штата работников, ограничено требованием соответствия проводимых мероприятий фактическому состоянию дел. В том случае, если сокращение численности или штата работников произведено без достаточных оснований либо фактически не имело места быть, а процедура сокращения инициирована исключительно для избавления от неугодных сотрудников, то такое сокращение не может быть признано соответствующим закону.

Из материалов дела следует, что 02.06.2018г. в порядке перевода из адрес истица была принята на работу в ПАО «Сбербанк» на должность директора по технологиям в структурное подразделение «группа разработки Департамента технического развития Центрального аппарата».

05.11.2020г. на основании приказа №407-КС от 23.10.2020г. об упразднении Департамента технологического развития блока «Технологии» ей было вручено уведомление о сокращении после 11 января 2021 года. К уведомлению был приложен список вакантных должностей.

06.11.2020г., 12.11.2020г., 02.12.2020г., 18.12.2020г., 12.01.2021г. истице также были предложены имеющиеся вакантные должности. На предложении от 12.11.2020г. имеется запись истицы о несогласии с предложенными вакансиями.

15 января 2021г. приказом N289/К от 12 января 2021г. истица была уволена на основании п.2 ст.81 ТК РФ в связи с сокращением штата работников (т.1, л.д.44-90, 118-119, 123-138, т.2, л.д.114-139, 185-226, 227, 229-232).

Трудовая книжка истице выдана, расчет при увольнении с ней произведен (т.2, л.д.228, 236-238, 240, 261, 263), .

О сокращении численности работников ответчик уведомил службу занятости 30.10.2020г. (т.2, л.д.233-235).

Приказ об увольнении истицы отменен 27.04.2021г., ей оплачено время вынужденного прогула (т.3, л.д.194-196).

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, каждая из сторон обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих доводов и возражений.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что истицей не представлено доказательств того, что ее увольнение являлось незаконным.

Как установлено судом из объяснений сторон, представленных письменных доказательств, ответчиком действительно было произведено сокращение штата (численности) работников, в результате которого из структуры банка был исключен отдел, а должность, занимаемая истицей, была сокращена.

Как установлено в судебном заседании, ответчик действовал в рамках своих правомочий по оптимизации производства, в том числе путем изменения организационной структуры, численности или штата работников.

Доводы истицы о том, что сокращения штатов в действительности не производилось, а действия ответчика были направлены на ее увольнение как неугодного работника, своего подтверждения в судебном заседании не нашли.

Как следует из представленных ответчиком доказательств - Положения о ДТР ПАО «Сбербанк» и Положения о Департаменте ИТ SberX Блока «Технологии» ПАО «Сбербанк» (т.3, л.д.23-32, 33-37), их функции различаются, упразднение ДТР ПАО «Сбербанк» и создание Департамента ИТ SberX Блока «Технологии» ПАО «Сбербанк» обусловлено новыми производственными задачами (т.3. л.д.38-39).

Таким образом, оснований для признания приказа №407-КС от 23.10.2020г. об упразднении Департамента технологического развития блока «Технологии» незаконным по доводам, приведенным истицей, суд не усматривает.

Как следует из материалов дела, уведомление о предстоящем увольнении было вручено истице в установленный законом срок, имеющиеся вакансии, соответствующие ее квалификации (т.2, л.д.2-5), при увольнении были предложены истице.

Доводы истицы о наличии в банке других вакансий, которые она могла бы занять, в судебном заседании подтверждения не нашли.

Из представленных сторонами доказательств (т.1, л.д.144-240, т.3, л.д.40-193) следует, что квалификация истицы и/или опыт работы не соответствует требованиям вакантных должностей, которые не были предложены истице.

Суд также принимает во внимание, что от части предложенных ей вакансий истица отказалась, а также то, что имеющиеся у ответчика вакансии были размещены на внутреннем ресурсе банка Success Factors, о чем истице было известно. Таким образом, у Громовой В.А. имелась возможность выбрать любые из имеющихся на ресурсе вакансий, в том числе и те, на которые она указала в иске, и откликнуться на них, что истицей сделано не было.

С приказом об увольнении истица была ознакомлена, трудовая книжка и иные документы в связи с увольнением истцу была вручена, расчет с ней произведен.

Поскольку истица не является членом профсоюза, согласие профсоюзной организации на ее увольнение, в силу закона (ст.373 ТК РФ) не требовалось. Об увольнении сотрудников ответчик, в соответствии с законом уведомил службу занятости. Критериям массового увольнения работников, установленным Постановлением Правительства РФ от 05.02.1993г. №99 «Об организации работы по содействию занятости в условиях массового высвобождения», проведенное ответчиком сокращение штата (численности) работников не соответствовало.

Доводы истицы о нарушении при ее увольнении требований ст.179 ТК РФ (т.2, л.д.6-12) не могут быть приняты судом, поскольку истица была уволена в связи с сокращением штатов и ликвидацией ДТР в структуре банка. В связи с этим также несостоятельны доводы истицы о том, что имело место сокращение численности работников.

При изложенных обстоятельствах суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований Громовой В.А. в части признания незаконным ее увольнения и связанных с этими требованиями требований истицы о восстановлении ее на работе и оплате времени вынужденного прогула.

Суд также принимает во внимание, что в настоящее время ответчиком отменен оспариваемый Громовой В.А. приказ о ее увольнении, также истице произведена оплата времени вынужденного прогула, в связи, с чем спор между сторонами в указанной части отсутствует.

Доводы истицы о незаконно произведенных ответчиком удержаниях из ее заработной платы своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли.

Как следует из представленных документов, при расчете оплаты отпуска, предоставленного истице в декабре 2020 года, была учтена произведенная работодателем в результате технической ошибки оплата ее отпуска за период с 27.07.2020г. по 09.08.2020г., приказ, о предоставлении которого отменен ответчиком 08.12.2020г. (т.2, л.д.23-29, 31, 32-37).

Таким образом, удержания из заработной платы истицы, вопреки ее доводам, произведено не было.

Удержания из заработной платы Громовой В.А. задолженности в размере сумма в декабре 2020 года не производилось, что подтверждается расчетным листком за декабрь 2020 года, справками по форме 2-НДФЛ.

При изложенных обстоятельствах суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований Громовой В.А. в части признания незаконными удержаний из ее заработной платы и взыскания с работодателя в ее пользу задолженностей в сумме сумма и сумма

Поскольку факт неправомерных удержаний из заработной платы истицы своего подтверждения не нашел, суд также не находит оснований для удовлетворения исковых требований Громовой В.А. в части взыскания задолженности по выплате выходного пособия и денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы и выходного пособия.

Вместе тем с тем в судебном заседании установлен факт нарушений, допущенных ответчиком при предоставлении истице отпуска в июле 2020 года в отсутствие ее заявления о предоставлении отпуска, в период ее обучения, и указанные нарушения устранены ответчиком только в декабре 2020 года, в соответствии со ст.237 ТК РФ, подлежит взысканию с ответчика в пользу истицы компенсация морального вреда, размер которой суд, с учетом конкретных обстоятельств дела, степени нарушения, того, что на данный момент допущенное нарушение ответчиком устранено, определяет в сумма.

Таким образом, исковые требования Громовой В.А. подлежат удовлетворению частично.

Расходы истицы по оплате юридических услуг подтверждаются соответствующим договором, распиской (т.2, л.д.96-101) и, в соответствии со ст.100 ГПК РФ, подлежат возмещению ответчиком.

Требование истца о взыскании с ответчика данных расходов суд находит подлежащим удовлетворению частично ввиду следующего.

В соответствии с п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч.4 ст.1 ГПК РФ).

Ответчик в судебном заседании заявил о чрезмерности заявленных истицей расходов.

С учетом изложенного, сумму расходов по оплате услуг представителя в размере сумма суд находит чрезмерной, в связи, с чем снижает ее до сумма. Такая сумма, по мнению суда, будет являться разумной с учетом категории спора, объема проделанной представителем истца работы, в том числе и в досудебном порядке.

Поскольку истица по закону освобождена от уплаты госпошлины при подаче искового заявления, в силу ст.103 ГПК РФ, госпошлина в доход государства подлежит взысканию с ответчика в размере, пропорциональном объему удовлетворенных исковых требований, - сумма.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 199 ГПК РФ, судья

решил:

исковые требования Громовой Владиславы Александровны удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО Сбербанк в пользу Громовой Владиславы Александровны компенсацию морального вреда в размере сумма, судебные расходы в размере сумма

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ПАО Сбербанк в бюджет адрес госпошлину в размере сумма

Решение может быть обжаловано в Мосгорсуд через Измайловский районный суд в течение месяца, со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 21 июня 2021 года.

Судья Н.А. Семенова